Глава 11
Мира смотрела, как Дамиан сам расставляет на подносе легкий бульон и теплый хлеб. Его угроза про университет не была пустой — она видела это по его глазам. Этот человек не умел просить, он умел только диктовать условия, даже когда проявлял заботу.
Она молча взяла ложку. Еда казалась безвкусной, но с каждым глотком к ней возвращались силы, а вместе с ними — и способность мыслить трезво. Дамиан сидел в кресле напротив, не сводя с нее тяжелого, собственнического взгляда, пока тарелка не опустела.
— Доволен? — хрипло спросила она, отодвигая поднос.
— Теперь — спи, — коротко бросил он.
Стоило ее голове коснуться подушки, как накопленный стресс и сытость сделали свое дело. На этот раз сон был глубоким и тяжелым, без кошмаров. Она не слышала, как Дамиан еще долго стоял у ее кровати, поправляя одеяло и рассматривая ее лицо, словно пытаясь запомнить каждую черточку.
Утром Мира проснулась от того, что в комнате было слишком светло. На прикроватной тумбочке лежал ее телефон, который Дамиан забрал еще в машине. Экран мигал от уведомлений.
Десять пропущенных от Тимофея. И одно короткое сообщение от него же, отправленное час назад: «Мира, я у ворот твоего нового «хозяина». Я не уйду, пока не увижу тебя. Выходи, я вызову полицию!»
Мира похолодела. Она знала, что для Дамиана это станет последней каплей.
В этот момент дверь распахнулась, и на пороге появился Громов. Он был уже в костюме, идеально выбрит, но в руке он сжимал свой телефон, и по его лицу было ясно: он уже знает о «госте» у ворот.
— Твой щенок оказался настырнее, чем я думал, — произнес он с опасной улыбкой. — Хочешь посмотреть, как я его уничтожу, или сама скажешь ему, чтобы он исчез навсегда?