Обломками не той любви

Р.

— Ты не представляешь, кого я встретил! — перекрикивая музыку, орал Вася.

Стоило Ру переступить порог бара, как он тут же налетел на неё, сграбастал в объятия и, не давая опомниться, потащил вглубь душного, мигающего огнями помещения. Она не видела, но кожей чувствовала: недовольный, растерянный Дима плёлся следом. Его взгляд был упрямо приклеен к подошвам собственных кроссовок — лишь бы не встретиться с её глазами.

— Кого? — спросила Руслана, натянуто улыбаясь и изо всех сил стараясь вытолкнуть из головы сцену их недопоцелуя.

Спокойно, Ру. Он был пьян. А ты почти не сдержалась.

Холодные пальцы вцепились в Васин бомбер, сжимая ткань до побелевших костяшек. Желваки на её скулах ходили ходуном — от злости, от бессилия, от той самой липкой, унизительной беспомощности. Она ненавидела это чувство. Ненавидела влюблённость — глупую, резкую, болезненную. Ей уже причиняли слишком много боли, чтобы позволить себе снова туда возвращаться.

— Сейчас увидишь! — сиял Шакулин, не сбавляя темпа.

Руслана резко остановилась.

Коваль, шедший вплотную, едва не врезался в неё.

И в этот миг всё внутри оборвалось.

Последний человек, которого она ожидала увидеть здесь — Калинкин.

Длинные каштановые волосы были собраны в аккуратный хвост, а улыбка — широкая, открытая, на тридцать два зуба — не сходила с его лица. Он изменился. Сильно. До такой степени, что на секунду ей показалось — это не он, просто кто-то до боли похожий.

Калинкин стоял к ним боком, увлечённо разговаривая с Квашонкиным, и не сразу заметил их.

Вася хлопнул его по плечу.

Женя обернулся — и едва не поперхнулся коктейлем.

— Как... и ты здесь? — растерянность мелькнула в его глазах, но он тут же шагнул к ней и обнял одной рукой.

Руслана выдавила подобие улыбки, прижалась к нему — и тут же отвела взгляд, испугавшись встретиться с его проклято яркими, почти аквамариновыми глазами. Сердце сорвалось с ритма и заколотилось так, будто пыталось вырваться наружу.

Она помнила всё.

Его мягкие губы.

Помятое лицо после долгого сна.

Заразительный смех.

Они расстались давно — два с половиной года назад. Но чувства накрыли с той же беспощадной силой, как тогда, при первом поцелуе. Это нельзя было стереть, нельзя было вычеркнуть. Первая любовь не уходит — она просто замирает где-то глубоко, дожидаясь момента, чтобы вновь ударить под дых.

И Дима это заметил.

Он будто уловил в воздухе эту неловкость, это напряжение, эту внезапно возникшую между ними связь. Брови зло сошлись на переносице, челюсть напряглась.

А Калинкин всё улыбался.

Он и представить не мог, что судьба снова сведёт их — пусть даже в этом прокуренном, мерзком баре.

Коваль же криво усмехнулся, быстро попрощался со всеми и, не удостоив Шакулину ни единым взглядом, вышел прочь.

Чёртов мудак.

Зачем ты вообще хотел её поцеловать?

— Как у тебя вообще жизнь? И какими ветрами тебя занесло в Москву? — Женя усадил её за столик, жестом подозвал бармена и заказал ещё пару коктейлей. В его голосе звучала неподдельная радость. — Боже, я сто лет тебя не видел.

— Да всё нормально, — отозвалась Руслана, стараясь держаться спокойно. — Недавно переехала. Поближе к Васе... да и в Питере, если честно, делать уже нечего было. В этом году закончила универ.

Она говорила ровно, почти отстранённо, но взгляд то и дело срывался к входной двери — туда, где несколько минут назад исчез Коваль.

Дверь хлопнула, словно ставя жирную точку, и внутри что-то болезненно сжалось.

Руслана поспешно отвернулась обратно.

— А ты? — спросила она, пряча дрожь в голосе.

— Да всё по накатанной, — усмехнулся Женя. — Веду новое шоу с Дашкой. Помнишь её?

Ру кивнула.

— Скоро выпуск выходит. Очень советую посмотреть.

— Хорошо, гляну, — она чуть расслабилась.

Всё как раньше. Почти.

— И... — Калинкин на секунду замялся, а потом накрыл её ладонь своей, мягко, ободряюще сжав. — Если твой парень напрягся из-за меня — передай ему, что всё окей. Я не из тех ебанутых, кто будет лезть к девушке в отношениях. Всё нормально.

— А? — Руслана удивлённо уставилась на него, а потом рассмеялась, качнув головой. — Нет, что ты. Мы не встречаемся.

— Всё никак не можешь к нашему Женьку остыть? — внезапно влез Вася, ухмыляясь.

Они с Калинкиным одновременно метнули в него укоризненные взгляды.

— Да ладно вам, — Вася поднял руки. — Я ж шучу.

— Хуёвые у тебя шутки, Васёк, — буркнул Женя, не разжимая пальцев.

— Оке-е-ей... — протянул Шакулин, надув губы. — Больше не буду.

Он на секунду замолчал, а потом оживился:

— Кстати, Ру, у меня для тебя ещё одна новость.

— Ты сегодня решил собрать всех моих бывших, даже не посоветовавшись со мной? — Руслана приподняла бровь, криво усмехнувшись.

— Нет, — Вася рассмеялся. — На этот раз всё прилично. Я тут поговорил с одним человечком... и он хочет позвать тебя на съёмки. Послезавтра. Я рассказал, что ты помогала писать сценарий Сметане — и ему стало интересно. Он бы хотел видеть тебя у себя на разгонах.

— Ты так говоришь, будто меня тут нет, — раздалось из-за спины Васи.

Руслана обернулась.

— Привет, — Квашонкин протянул руку. — Я Лёша. И да, твой брат не врёт. Мы правда будем рады, если придёшь. Новые лица — это всегда круто.

— Я... — Ру растерялась, на мгновение потеряв почву под ногами. — Это, конечно, звучит классно, но я никогда не снималась. Тем более в юмористических шоу.

— Да это вообще не проблема, — легко отмахнулся Лёша. — Главное — чтобы язык был подвешен. Расскажешь что-нибудь из жизни, а мы разгоним. Посмотришь, как ребята работают, и втянeшься. Можешь заранее пару выпусков глянуть, чтобы понимать формат.

— Соглашайся! — тут же влез Женя. — Это реальный шанс. Тебя многие полюбят, я уверен.

Руслана прикусила губу, на секунду задумавшись.

— Ладно... хорошо, — наконец сказала она. — Давайте попробуем.

Может, и правда всё не так уж плохо.

— Отлично! — Лёша широко улыбнулся и поднял бокал. — Тогда спишемся в телеге, Вася скинет мой номер.

Он глянул на часы и поморщился.

— А мне пора. Завтра рано вставать.

— Давай, — хором ответили парни.

— Правда буду рад тебя видеть, — Лёша пожал ей руку, подмигнул и, заказав такси, исчез за дверью бара.

***

Вася тут же рухнул на диван, закинув руку на спинку, и подозвал бармена.

— Ну что, — протянул он, — за знакомство? За старые встречи и новые проблемы.

— За проблемы ты сам пей, — фыркнул Женя, но бокал всё равно поднял.

Руслана молча взяла свой коктейль. Лёд в стакане звякнул — слишком громко, как ей показалось. Она сделала глоток, чувствуя, как алкоголь мягко растекается по телу, снимая напряжение, но не до конца.

— Ты правда согласилась на разгоны? — Женя повернулся к ней, прищурившись. — Не ожидал, если честно.

— Я и сама не ожидала, — честно ответила Ру. — Но почему бы и нет. Хуже точно не будет.

— Будет, — хмыкнул Вася. — Но весело.

— Спасибо, обнадёжил, — она ткнула его локтем в бок.

Женя засмеялся — тем самым смехом, от которого когда-то у неё подкашивались колени.

Сейчас — нет. Почти. Но внутри всё равно что-то неприятно кольнуло.

— Ты изменилась, — вдруг сказал он, уже тише. — Серьёзнее стала.

— Жизнь заставила, — пожала плечами Руслана. — Да и Москва не располагает к наивности.

— А мне кажется, — он посмотрел на неё внимательно, слишком внимательно, — что ты просто стала лучше прятаться.

Она отвела взгляд, уткнувшись в столешницу.

Если бы ты знал, от чего именно.

— Эй, — Вася хлопнул ладонью по столу, — давайте без этих ваших душевных посиделок, а? Я вообще-то бухать пришёл.

— Как всегда, — усмехнулся Женя и сделал глоток.

Ру снова поймала себя на том, что ищет глазами дверь.

Он не вернулся.

И это почему-то резануло сильнее, чем она ожидала.

— Ты кого-то ждёшь? — спросил Женя, заметив её взгляд.

— Нет, — слишком быстро ответила она. — Просто... здесь душно.

— Пойдём покурим? — предложил он, вставая. — А то Вася сейчас начнёт философствовать, и мы тут застрянем до утра.

— Эй! — возмутился Шакулин. — Я, между прочим, чувствительный человек.

Руслана усмехнулась и кивнула.

Они поднялись из-за стола и направились к выходу.

И когда дверь бара снова открылась, она почему-то на мгновение подумала, что сейчас увидит его — с привычно хмурым лицом, с этой своей дурацкой полуулыбкой, будто он всё понимает лучше остальных.

Но на улице было пусто.

Только ночной воздух, сигаретный дым и ощущение, что что-то важное ускользает у неё прямо из-под пальцев.

Женя подал ей сигарету и чиркнул зажигалкой. Пламя на секунду осветило его лицо — знакомое до боли и в то же время совсем чужое.

— Ну, рассказывай, — выдохнул он дым, прислоняясь к стене. — Как ты вообще живёшь?

Ру затянулась, задержав дым в лёгких дольше, чем нужно.

— Да как... — она пожала плечами. — Переезд, работа, вечная усталость. Всё по классике. Иногда кажется, что живу на автопилоте.

— А счастлива? — спросил он почти буднично, но взгляд её выдал с потрохами.

Она усмехнулась.

— Ты всегда умел задавать неудобные вопросы.

— Значит, не очень, — кивнул Женя, будто сам себе ответил.

Руслана отвернулась, разглядывая мокрый асфальт.

Окурки под ногами, чужие следы, размытые фонарным светом.

— Я просто стараюсь не копаться в себе, — наконец сказала она. — Как только начинаю — сразу становится хуже.

— А раньше ты наоборот всё проговаривала, — мягко заметил он. — Помнишь? Могла часами рассказывать, что у тебя в голове творится.

— Раньше я была глупее, — фыркнула Ру. — Или смелее. Не знаю.

Женя хмыкнул, делая ещё одну затяжку.

— А с личной жизнью как? — спросил он после паузы. — Есть кто-то?

Она на секунду задумалась. Перед глазами всплыл серый взгляд, тёплая ладонь на плече, почти-поцелуй.

— Нет, — сказала она честно. — Никого.

Женя внимательно посмотрел на неё, но не стал давить.

— Ты всё ещё убегаешь, Ру, — сказал он спокойно. — Только теперь делаешь это красивее.

Она горько усмехнулась.

— А ты всё ещё делаешь вид, что понимаешь меня лучше всех.

— Может, потому что когда-то правда понимал, — он посмотрел ей прямо в глаза. — Или думал, что понимаю.

Между ними повисло молчание — плотное, тяжёлое, как дым, который не спешил рассеиваться.

Руслана затушила сигарету, придавив её носком ботинка.

— Знаешь, — сказала она, — я рада тебя увидеть. Правда. Но возвращаться туда, где мы были... я больше не хочу.

Женя кивнул. Без обиды. Без упрёка.

— Я и не предлагаю, — тихо ответил он. — Просто хотел узнать, как ты. Настоящую тебя. Не ту, что улыбается в баре.

Она подняла на него взгляд и впервые за вечер улыбнулась искренне.

— Тогда ты уже узнал достаточно.

Они постояли ещё немного, а потом Руслана первой развернулась в сторону входа.

Бар ждал. А прошлое — нет.