Боюсь твоей любви

Мать, ничего не понимая, сияла. Отец, сидевший напротив, смотрел на Петра с любопытством и долей мужского одобрения, потому что вид у парня был презентабельный, дорогая куртка, уверенные манеры, отражающие явно наличие немалых денег. Бабушка, Зинаида Игоревна, сидела прямо, и её лицо было каменной маской. Только в её глазах, прищуренных и усталых, читалось подозрение.
-Что же это ты, доченька, нам сразу про парня своего не рассказала,- улыбаясь замахал головой отец.
- Да, Златочка, надо было рассказать,- улыбаясь сказала Ирина Васильевна,- Петя с шести утра у нас сидит, попросил чтобы мы тебя не будили, чтобы ты поспала подольше, выспалась, заботливый очень.
Слова матери заставили Гордееву вздрогнуть, словно от громкого звука.
- Ты проходи, доченька, садись с нами, поговорим,- суетливо сказала мать, достав еще одну чашку, чтобы налить девушке чая.
На ватных ногах блондинка прошла к стулу рядом с Петей, сев около, вновь ощущая на себе его взгляд, прознающий ее словно лезвия.
- Вы простите, что я так рано, просто соскучился по Златке, решил приехать,- ухмыляясь произнес кудрявый, собственнически обнимая девушку за талию, сильнее приближая к себе.
- Чем вы хоть, Петр, занимаетесь во Владимире?- спросила бабушка недоверчиво глядя на гостя, будто чуя сердцем подвох.
- У меня бизнес свой, грузоперевозки,- отпивая чай сказал Карасев, не спуская руки с талии Гордеевой,- Времена сейчас тяжелые, импорт и экспорт процветаю, как говориться, "золотая жилка",- ухмыляясь произнес он.
Отец еще сильнее воодушевился, услышав о процветающем бизнесе кудрявого, который понравился ему как человек сразу же.
- Ого, грузоперевозки! Дело серьезное, трудно, наверное, конкурировать с беспредельщиками разными, бандитизм то процветает, а никому дела нет, люди гибнут как мухи,- сказал Алексей Леонидович.
- Вы правы,- улыбаясь сказал Карасев,- Конкуренция огромная, но кто сейчас не рискует? Семью обеспечивать надо, как никак,- Петя нежно посмотрел на Злату, пробегаясь глазами по профилю ее испуганного лица.
- Ой деточки, вы хоть расскажите как познакомились,- с интересом спросила мама, готовая прыгать от счастья.
-Я...мы...-Гордеева не могла связать и двух слов,пытаясь собрать разбегающиеся мысли в одно целое.
- Я брат одногруппника ее, Юрки, мож она рассказывала чего вам,- взяв инициативу в свои руки сказал Карасев,- Она с ним с универа шла, я их подвезти решил, и влюбился, представляете? Сразу же понял, что моей будет! Так и случилось,- оставив легкий поцелуй на щеке девушки произнес кудрявый.
Отец одобрительно кивнул, окончательно проникшись симпатией к "настоящему мужчине".
Бабушка молчала, но её пальцы, лежащие на столе, сжались в бессильные кулаки. Она видела, как дрожит под столом колено внучки, видела её мертвенную бледность.
- Ой, Петенька, как же это мило,- произнесла мать с улыбкой.

Родители не увидели в нем бандита, без разбора убивающего всех, кто мешал ему.  Они не видели, как за его улыбкой прячется пустота, где место для сочувствия давно заняла холодная расчётливость. Не слышали в его рассказах о "конкуренции" намёков на выбивание долгов, на подставные фирмы и грузовики с «левым» товаром. Не чувствовали, как от него исходит не тепло, а тихий, безжалостный холод, до жути пугающий родную дочь.
- Что-то внучка нам о вас не рассказывала, Петр,- отчеканивая каждое слово сказала Зинаида Игоревна, всматриваясь с ухмыляющееся лицо Карасева.
- Так она у нас скромница,да ведь, красота?- произнес кудрявый, сильнее впиваясь пальцами в талию девушки,- Я давно с вами познакомится хотел, но она все стеснялась, думала вдруг вы плохо к этому отнесетесь.
Он врал, нагло сочиняя причины на ходу.
Девушка даже не шевелилась от напряжения, которое вновь нагрянуло в ее жизнь неожиданным "гостем".
- Вообщем, раз уж все в сборе, и я специально хотел чтобы все это было про родителях,- торопливо произнес Карасев, вновь расплываясь в улыбке
- Что было?- дрожащим голосом спросила Злата, наблюдая как кудрявый суетливо достает что-то из кармана.
- Хочу сделать тебе предложение, красота,- протянув бархатную коробочку с золотым кольцом, в середине которого сиял крупный бриллиант, сказал Карасев, вновь взглянув на блондинку.
- Ты издеваешься?- тихо сказала девушка, чувствуя как челюсть начинает трястись от страха и приближающейся истерики.
- Почему? Я уже сказал Алексею Леонидычу и Ирине Васильевне пока ты спала, что намерения у меня самые серьезные, и они, между прочим не против.

Мир сузился до этой бархатной коробки с золотой побрякушкой, которая вовсе не интересовала девушку.
Петя, не дожидаясь её ответа, взял её левую руку. Его пальцы были твёрдыми и властными. Он сжал её кисть так, что кости затрещали, и начал надевать кольцо. Бриллиант, холодный и тяжелый, скользнул по её пальцу и встал на место идеально, настолько, будто сняли мерку.
Злата молча смотрела на кольцо на дрожащей от страха руке.
- Золотце, ну ты чего какая а? Не а той ноги сегодня встала что-ли?- нежно спросила мама, наклонившись к девушке и поглаживая ее по спине.
- Все невесты волнуются,Ирочка, это нормально,- одобрительно произнес отец, пожимая руку будущему зятю.
Гордеева будто набралась сил и встала, стянув с пальца украшение и бросила его на стол.
- Нет- нет это ошибка, так не может быть,- повторяла она будто сама себе, отходя все дальше и дальше от семьи, в после сорвалась на бег, направившись прочь из дома прямо в одной ночнушке.
Родители удивленно уставились вслед убегающей дочери, поглядывая на снятое ей кольцо, лежащее на столе.
- Я сейчас все улажу,- издав нервный смешок сказал Карасев и сорвался с места, побежал за девушкой.
Он выбежал во двор, увидев что девушка пытается открыть калитку трясущимися руками, которые не поддаются ей.
- Стой-стой-стой, подожди- крикнул кудрявый в след.
- Отвали, Карасев, прошу оставь меня в покое,- захлебываясь собственными слезами произнесла Гордеева, прижавшись спиной к гаражу.
- Ну что я могу сделать,а? Что я могу сделать если я люблю тебя?- кричал Петя, будто пытаясь достучаться до девушки.
- Я боюсь твоей любви,Петя, боюсь!- закричала Злата в ответ, вжимаясь в стену гаража, будто пытаясь слиться с ней в одно целое.
Карасев подошел к ней, схватив за плечи, пытаясь привести девушку в чувства. Он тоже дрожал, но не от страха как она,а от ситуации, от ее отказа.
- Боишься? Боишься да?- вновь закричал он оторвавшись от нее и достав пистолет из-за пояса, дрожащими руками приставляя его к виску,- А вот так тебе легче будет, а? Легче?- с новой силой выкрикивая каждое слово повторял кудрявый,- Мне ваще нахер эта жизнь не нужна без тебя, понятно?!
При виде пистолета, приставленного к виску Карасева Злата замерла, сковавшись новым чувством страха. Крик застрял в горле, превратившись в мычание.
-Петь, не надо,убери пистолет,- жалобно взмолила она, протирая глаза от пленки слез.
- Не надо? А что надо тогда?- он вновь истерично кричал, сильнее вжимая дуло к тонкую кожу на виске настолько, что она начал белеть,-Скажи, я все сделаю, ради тебя, Златка, все! Хочешь чтоб я сдох? Чтоб оставил тебя, да? Скажи мне, блять чего ты хочешь! Это легко, раз- и нет меня, ты свободна, все счастливы!
-Петя опусти пистолет!- блондинка не переставала рыдать, понимая что Карасев в любой момент нажмет на спусковой крючок и упадет тут бездыханным телом, навеки оставшись в земле около дома впитавшимися каплями крови. И самое ужасное, что все это увидят ее родные, те, кого она хотела подставлять в самую последнюю очередь.
- Петенька, молю тебя не надо!- всхлипывала Злата, жадно хватая воздух ртом.
Гордеева видела, как его палец спускается с курка на крючок, намеренно для совершения выстрела.
Без промедления она вжалась в его губы своими губами, вовлекая в поцелуй, пропитанный ужасом и страхом, чтобы отвлечь его.
Её губы были холодными, солёными от слёз и дрожали. Поцелуй был жёстким, почти болезненным, больше похожим на столкновение, но он сработал. Рука Карасева опустилась от виска, выронив пистолет под ноги, который глухо упал, ударившись о дворовую плитку.
Он обхватил лицо Златы своими грубыми руками, не прерывая поцелуй.
Гордеева не сопротивлялась, боясь что он вновь возьмется за ствол.
Наконец, Петя оторвался от нее, прерывисто и тяжело дыша. Его глаза смотрели на нее с какой-то удовлетворенностью, будто все, что произошло было так, как он хотел.
-Вот видишь,- хрипло произнес он, ухмыльнувшись,- Ты же тоже хочешь этого, хочешь быть со мной, просто боишься этого.
Карасев скорее говорил это самому себе, убеждая то, что сказанное Мишей все же неправда.
«Она никогда не будет с тобой душой». Эти слова, как проклятые, жгли изнутри Петю изнутри, но вот она, целует его сама. Значит, Иванов врал. Значит, она его хочет.
- Пошли в дом,- с тяжестью на душе сказала девушка, направившись внутрь.

Она проиграла. Не ему, а самой себе, своему страху, что он причинит себе вред на глазах у её родителей. Этот страх оказался сильнее инстинкта самосохранения, сильнее отвращения, сильнее памяти о Мише.
Зайдя в дом они увидели перед собой родителей и бабушку, которые молча одарили их непонимающими взглядами. Они ничего не видели, потому что окна не выходили к калитке, но слышали их ссору, которая ввела их в заблуждение.
- Вы нас извините, сами понимаете, свадьба дело важное, нервы сдали,- как ни в чем не бывало произнес кудрявый, подталкивая Злату к столу, как бы намекая чтобы она вновь надела кольцо на палец.
Безоговорочно она сделала это, пытаясь не смотреть в глаза родителей.
Петя подошёл и обнял Злату за плечи, прижав к себе. Его жест был демонстративно собственническим, показывающим, что теперь она навсегда в его власти.
- Она у меня такая, делает все сгоряча, но я ее понимаю и прощаю,- поцеловав девушку в макушку произнес Карасев.

Спустя пару часов весь шок родителей прошел и начались разговоры о предстоящей свадьбе и подготовке к ней.
Для Гордеевой это было предательством и унижением, ведь самые близкие люди напрочь не видели кто сидит перед ними и нагло врет им во всех отношениях.
Единственным спасением была бабушка, которая чувствовала что-то неладное.
- Значит, к осени будем справлять?- оживлено спросила Ирина Васильевна, в уме прикидывая как лучше сделать это.
- Нет, ну вы что, какая осень, я уже все готовить начал,- произнес Карасев, улыбаясь и прижимая девушку к себе за талию,- Свадьба через месяц, у нас во Владимире, да ведь, красота?
-Да,- сказала Злата, не выражая никаких эмоций.
- Через месяц?- отец озадаченно почесал голову,- Это как же все успеть? Документы надо оформить, гостей позвать,место организовать...
- Вы за это не беспокойтесь,Алексей Леонидыч,- отмахнувшись сказал кудрявый,- Я все улажу, вы гостей приглашайте сколько хотите, деньги не проблема, с моей стороны все уже оповещены.

Месяц...Карасев выставил срок, за который Гордеева должна была смириться с тем, что она навсегда будет принадлежать ему, и больше никогда в жизни от него не избавится.