Тень Любви

Катрина

Я вымыла волосы медленно, давая себе время успокоиться. Но чем дольше стояла под водой, тем сильнее возвращались ощущения - его рука на бедре, дыхание у шеи, хриплый голос.

Я выключила душ резче, чем нужно, словно это могло оборвать мысли.
Вытершись, я вышла в спальню. Комната встретила меня тишиной и мягким светом.

Я подошла к гардеробной и открыла дверцы.

Изумрудные платья.
Несколько. Разные. Длинные, с разрезами, с открытой спиной, с тонкими бретелями. Он продумал всё. Я невольно усмехнулась.

- Самоуверенный ублюдок...

Я провела рукой по ткани одного из платьев - прохладной, гладкой.

Представила, как он будет смотреть. Как будет стоять внизу, ожидая, зная, что я всё равно спущусь.

Выбор пал на платье с глубоким разрезом по ноге и открытой спиной. Не слишком вызывающее. Но достаточно, чтобы он понял - я не подчиняюсь, я играю.

Я медленно оделась, наблюдая за собой в зеркале. Изумруд подчёркивал цвет глаз, делал кожу светлее. Я выглядела не больной. Я выглядела опасной.

Телефон завибрировал снова.

Сексуальный маньяк:
"-Остался час."

Я закатила глаза, но губы сами собой дрогнули в улыбке.

- Контрол-фрик...

Я собрала волосы, оставив несколько прядей свободными. Никакого лишнего макияжа - пусть смотрит и гадает.

На выходе я на секунду задержалась у двери, прислушиваясь. Дом был тих. Но я знала - он где-то рядом.

Лестница встретила меня приглушённым светом. Каждый шаг отдавался внутри волнением. Когда я спустилась в холл, он уже был там.

Леон стоял у камина, в тёмном костюме, расслабленный, уверенный. Услышав шаги, он обернулся.

И замер.

Его взгляд медленно прошёлся по мне - от лица до ног, задержался на разрезе платья, потом поднялся обратно. В глазах мелькнуло что-то тёмное, опасное.

- Я знал, что ты придёшь, - спокойно сказал он.

- Не льсти себе, - ответила я, спускаясь последнюю ступеньку. - Мне просто стало скучно.

Он сделал шаг ко мне. Медленно. Слишком близко.

- Ты выглядишь так, будто собираешься устроить мне проблемы, куколка.

- А ты выглядишь так, будто их ждёшь, - парировала я.

Он усмехнулся. Наклонился чуть ближе, понизив голос:

- Не сомневайся. Я всегда готов.

Его ладонь на мгновение коснулась моей поясницы - почти невесомо, но этого хватило, чтобы по телу пробежала дрожь. Он тут же убрал руку, будто проверял реакцию.

- Пора, - сказал он уже громче. - Машина ждёт.

Я прошла мимо него первой, чувствуя его взгляд спиной - тяжёлый, прожигающий, будто он не просто смотрел, а отмечал каждое движение моего тела. Каблуки тихо стучали по полу, и этот звук вдруг показался слишком интимным, будто я специально шла медленно, позволяя ему насладиться моментом.

- Не спеши, - раздалось у меня за спиной. Спокойно. Уверенно. Приказ, замаскированный под просьбу.

Я остановилась у двери, не оборачиваясь.

- Ты сказал, что машина ждёт, - ответила ровно. - Я не люблю опаздывать.

Он оказался рядом слишком быстро. Я даже не услышала шагов - только тепло его тела сбоку и едва уловимый запах табака и чего-то ещё... опасного.

- Я тоже, - сказал он, наклоняясь ближе. - Но я люблю, когда на меня смотрят.

Я медленно повернула голову. Наши взгляды встретились. Он был слишком близко - настолько, что я чувствовала его дыхание на своей коже. Леон рассматривал меня не спеша, будто я была картиной, которую он уже купил, но всё ещё получал удовольствие от осмотра.

- Ты специально выбрала это платье, - сказал он, не спрашивая.

- Ты специально оставил их несколько, - парировала я. - Чтобы я думала, что выбираю сама.

Уголок его губ дрогнул.

- Умная девочка.

Он открыл дверь и жестом указал вперёд. Я вышла первой, ночной воздух обдал лицо прохладой. Во дворе стояла чёрная машина - массивная, тихая, словно зверь. Его рука задержалась у моей спины чуть дольше, чем требовали приличия. Не надавил. Не притянул. Просто напомнил - он рядом.

В салоне было темно и пахло кожей. Дверь закрылась с глухим щелчком, отрезая нас от мира. Машина тронулась плавно.

Я смотрела в окно, стараясь не смотреть на него. Но ощущала - он изучает меня. Неотрывно.

- Доктор сказал, что тебе нужен покой, - произнёс он спустя несколько минут. - А ты едешь со мной на сделку.

- Я не просила тебя меня приглашать, - ответила я.

- Нет, - согласился он. - Но ты согласилась.

Я повернулась к нему.

- Потому что ты привык думать, что можешь решать за других?

Он наклонился ко мне, опираясь локтем о спинку сиденья. Его голос стал тише.

- Потому что ты хотела узнать, какой я вне этого дома.

Моё сердце дёрнулось. Я отвернулась обратно к окну.

- И какой ты? - спросила, почти шёпотом.

- Опаснее, - ответил он сразу.
Машина замедлилась. Огни большого здания осветили салон. Я узнала место - роскошный отель, яркие вспышки камер у входа, люди в дорогих костюмах.

- Пресса, - выдохнула я. - Ты знал.

- Конечно, - он поправил манжету. - Именно поэтому ты здесь.

Он наклонился ко мне ещё раз, но теперь его голос был холодно-деловым:

- С этого момента ты - моя спутница. Улыбайся. Держись рядом. Не уходи одна.

- А если я не захочу? - тихо спросила я.

Он посмотрел прямо в глаза.

- Тогда я буду держать тебя сам.

Дверь открылась. Вспышки ослепили. Леон вышел первым и протянул мне руку. Я посмотрела на неё секунду - сильную, уверенную.

И вложила свою.

Как только мои пальцы сомкнулись с его, он слегка сжал ладонь - предупреждение, обещание и вызов одновременно.

- Добро пожаловать в мою игру, куколка, - произнёс он почти беззвучно, прежде чем мы шагнули к свету.

Вспышки били по глазам, толпа гудела, но я чувствовала только его ладонь - слишком уверенно лежащую на моей талии. Не для поддержки. Для обозначения.

Моей.

Я шагала рядом спокойно, даже лениво, будто всё происходящее - не более чем игра. Плечи расправлены, подбородок чуть приподнят. Я чувствовала взгляды - на себя, на него, на то, как мы смотримся вместе. И мне это нравилось.

- Расслабься, - прошептал Леон, не поворачивая головы. - Ты слишком явно наслаждаешься вниманием.

- А ты слишком явно злишься, - ответила я так же тихо, улыбаясь в камеры. - Боишься, что кто-то посмотрит дольше, чем положено?

Его пальцы на талии сжались сильнее. Почти незаметно для окружающих - но я почувствовала.

- Пусть смотрят, - низко сказал он. - Смотреть - можно. Трогать - нет.

Мы остановились. Кто-то окликнул его по имени. Леон отпустил меня лишь на секунду, чтобы пожать руку партнёру, но даже в этот момент его взгляд вернулся ко мне - быстрый, контролирующий.

Проверяющий.

Я сделала шаг в сторону. Нарочно. Медленно. Почти вызывающе.
Он заметил.
Разговор закончился быстрее, чем должен был. Леон снова оказался рядом и наклонился ко мне так, будто хотел сказать что-то светское.

- Ты проверяешь границы, - произнёс он с холодной улыбкой.

- А ты ставишь, - парировала я. - Интересно, что будет, если я за них выйду?

Он усмехнулся. В его глазах мелькнуло не раздражение - азарт.

- Я верну тебя обратно, - спокойно ответил он. - Вопрос лишь в том, насколько публично.

Мы вошли в зал. Музыка, смех, звон бокалов. Люди расступались перед ним автоматически. Перед нами.

Я почувствовала, как его рука снова легла мне на спину - теперь выше, увереннее. Он вел меня сквозь зал, как ведут тех, кого не отпускают далеко.

- Ты всегда так... - начала я, наклоняясь к нему. - Или это особое отношение?

- К тем, кто мне интересен, - сказал он. - Я не делюсь.

Я повернула голову, глядя прямо ему в глаза.

- А если я не вещь?

Он остановился. Прямо посреди зала. Музыка продолжала играть, люди разговаривали, но между нами всё сжалось до одной точки.

- Ты - не вещь, - медленно сказал он. - Ты - выбор. Мой.

От его тона по коже прошла дрожь - злая, живая. Я улыбнулась шире, чем следовало.

- Опасно так говорить, Леон.

- Опасно - думать, что я шучу, - ответил он и наклонился ближе, так что его слова коснулись моего уха. - Ты знала, с кем идёшь.

Я знала.

И именно поэтому не отстранилась.

- Тогда будь честен, - сказала я тихо. - Ты хочешь, чтобы я была рядом... или чтобы я никуда не делась?

Его дыхание стало глубже. Он выпрямился, снова стал тем самым - собранным, холодным, влиятельным. Но голос выдал его.

- Я хочу, чтобы ты была там, где я могу дотянуться.

Он подал мне бокал, не отрывая взгляда.

- И чтобы ты помнила, - добавил он, - если ты сегодня уйдёшь от меня на шаг... я сделаю так, что ты вернёшься на два.

Я сделала глоток и медленно провела языком по краю бокала, наблюдая за его реакцией.

- Тогда держись крепче, - сказала я. - Я хожу быстро.

Его улыбка стала хищной.

- Я догоняю всегда.

Едва я успела моргнуть, как мой взгляд наткнулся на него.

Вименнс.

Его фигура в зале - точно как в моих худших кошмарах. Тот, кто довёл меня до безумного страха, кто ломал мою жизнь, кто лишил меня покоя и безопасности. Внутри меня вспыхнула паника - сердце забилось бешено, руки похолодели, а дыхание сбилось.

Но Леон был рядом. Его рука на моей талии сжалась чуть сильнее, словно ограждая меня от этого человека, от всего ужаса, который он когда-то принес. Его взгляд мгновенно встретился с моим - холодный, жесткий, и в нём не было ни капли сомнения. Одним взглядом он сказал всё: «Моя. Попробуешь приблизиться - умрёшь».

Я почувствовала одновременно страх и странное облегчение. Он видел всё. Он был рядом. Мой хаос внутри начал утихать, ведь рядом был тот, кто мог остановить любого.

- Всё в порядке, - тихо прошептал Леон, его голос низкий, уверенный, как сталь. - Дыши. Здесь и сейчас - только мы.

Я кивнула, стараясь выровнять дыхание. Его рука снова погладила мою талию - мягко, но твёрдо. Страх всё ещё шёл волнами, но теперь его можно было контролировать.

- Не смотри на него, - прошептал он в ухо. - Смотри на меня. Ты со мной.

Я подняла глаза и встретила его взгляд. Там была смесь контроля, напряжения и азартной игры. И что-то в этом заставило меня снова чувствовать себя живой, желанной. Страх, который ещё мгновение назад парализовывал, смешался с острым возбуждением.

- Тогда... покажем им, - тихо улыбнулась я. - Что мы не боимся.

Леон улыбнулся хищно. Его рука мягко обвила мою талию, другая взяла мою руку. Мы начали двигаться под музыку.

Сначала - лёгкие шаги, почти осторожные, но каждый его жест направлял меня, контролировал пространство между нами. Я чувствовала каждое движение его плеча, бедра, руку, которая мягко скользила по моей спине, удерживая и при этом не ограничивая.

Публика заметила нас почти сразу. Аплодисменты раздались ещё до того, как мы начали вращаться, некоторые достали телефоны, чтобы фотографировать.

Но Леон держал меня так близко, так уверенно, что внешние взгляды перестали иметь значение. Я ощущала только его: его дыхание, движение, силу и азарт.

Когда музыка набирала темп, он провёл мной через зал, поворачивая так, что я чуть заворачивалась вокруг его тела, прижимаясь спиной к его груди. Я чувствовала его руку на моей талии - твердо, почти как обещание, что меня никто не тронет, что я под его защитой.

Леон наклонился ко мне, губы почти касаясь уха:

- Держись крепче, куколка. Я не отпущу.

Я закусила губу, и дрожь от страха постепенно превращалась в возбуждение. В каждом его движении была сила и контроль, но он позволял мне двигаться вместе с ним, доверять ему полностью.

Он провёл рукой по моей спине выше, направляя моё тело к нему. Я чувствовала, как он ловит каждый мой взгляд, каждый нюанс моего дыхания. Мы кружились, прижимались, отдалялись и снова сходились в ритме музыки.

Когда музыка сменилась на более медленную, он прижал меня почти вплотную. Его ладонь на моей талии не отпускала, а рука на моей кисти крепко удерживала мою руку.

Его дыхание обожгло ухо:

- Смотри на меня. Только на меня.

Я подняла глаза, и в этот момент дрожь страха растворилась почти полностью. Временами музыка сменяла быстрые ритмы, мы ускорялись, кружились, и публика реагировала всё громче - аплодисменты, свист, фотографии.

Но Леон держал меня так близко, так защищённо, что мир за пределами его взгляда перестал существовать.
Он слегка приподнял подбородок, наш взгляд встретился, и в его глазах мелькнул азарт.

Он тихо, почти шепотом, сказал:

- Не смей отворачиваться. Моя. Только моя.

Я улыбнулась, чувствуя, как его слова растворяются в каждом моём шаге, в каждом вращении. Мы продолжали кружиться, наше дыхание слилось, а страх, который вызвал Вименнс, остался позади - в этот момент было только мы двое, публика, аплодисменты и этот невероятный, почти запрещённый танец.

Когда музыка стихла, зал разразился аплодисментами, некоторые кричали наши имена. Леон наклонился ко мне, едва касаясь губ:

- Поехали домой. Волк устал а куколке нужен покой.

Он взял мою руку, провёл к выходу, держал близко к себе. Вименнс остался за пределами нашей границы. Я всё ещё ощущала лёгкую дрожь, но рядом с Леоном она больше не была парализующей. Я могла дышать, двигаться, быть с ним. И впервые за долгое время страх и страсть переплелись, не разрушая, а создавая напряжение, которое делало ещё лучше.