67
Олег открыл дверь в свой кабинет, и его лицо мгновенно исказилось от ярости. Настя висела под потолком, её глаза остекленели, а тело качалось под слабым потоком воздуха от вентиляции. На столе был оставлен красный след — отпечаток женской руки, явно принадлежавший Мадонне.
Он понял всё сразу. Ему не нужны были объяснения. С яростью и холодной решимостью он направился к ней.
Мадонна сидела в своём кабинете, спокойно читая отчёты, как будто ничего не произошло. Она заметила его вход и подняла глаза, полные вызова.
— Ты... что ты наделала? — его голос звучал глухо, но в нём чувствовалась сдерживаемая ярость.
— Избавилась от проблемы, — ответила она холодно, кладя папку на стол. — Ты же не думаешь, что я позволю ей продолжать здесь работать? Тем более трогать то, что принадлежит мне.
— Ты сошла с ума! — Олег шагнул к ней, его глаза сверкали от гнева. — Ты убила её! Здесь, в моём кабинете! Ты понимаешь, что это... это переходит все границы!
— Границы? — Мадонна усмехнулась и поднялась со стула, подходя ближе. — Ты сам их стер, Олег. Если тебе плевать на меня, на то, что я вынашиваю твоих детей, то мне плевать на твоих шлюх.
Олег посмотрел на неё, сжав кулаки, его дыхание участилось. Но он не мог не признать: её ревность, её ярость... всё это исходило из любви. Болезненной, болезненно искренней любви.
— Ты перегнула палку, Мадонна, — наконец произнёс он, холодно. — Ты не можешь убивать людей просто потому, что тебе что-то не нравится.
— А ты не можешь трахать своих ассистенток, — парировала она, обжигая его взглядом. — Мы в расчёте, Олег.
Она развернулась и вышла из кабинета, оставляя его в полном одиночестве. Её слова всё ещё звенели в его ушах, а его мысли были полны хаоса. Он ненавидел её в этот момент. И одновременно любил до безумия.
Олег сорвался с места, не дав ей уйти, схватил за руку и резко развернул к себе. Его глаза горели смесью ярости, отчаяния и чего-то ещё более глубокого, более необъяснимого. Не говоря ни слова, он притянул её к себе, одной рукой обхватив за талию, другой за шею, и жадно поцеловал.
Мадонна сначала попыталась оттолкнуть его, её руки упёрлись ему в грудь, но сопротивление быстро угасло. Её пальцы дрогнули, а потом вцепились в его рубашку, как будто это был единственный способ оставаться на ногах.
Поцелуй был яростным, почти болезненным. Это был не просто акт страсти — это было столкновение двух сильных характеров, двух миров, которые не могли существовать друг без друга, но и не могли сосуществовать в гармонии.
Когда Олег, наконец, оторвался от неё, их дыхание было сбившимся, взгляды пересеклись, и между ними будто пролетела искра.
— Это что, твой способ извиниться? — хрипло спросила она, смотря на него снизу вверх, губы слегка распухли от поцелуя.
— Нет, — холодно ответил он, но его голос выдал накатывающие эмоции. — Это мой способ напомнить тебе, что ты моя.
Мадонна засмеялась, но в её смехе было больше нервов, чем радости. Она подняла бровь, слегка качнув головой.
— А ты мой, Олег. Но если ты ещё раз... — Она остановилась, подбирая слова, а потом просто добавила: — Ты знаешь, что будет.
— Знаю, — коротко ответил он, обнимая её крепче. — И это чертовски меня пугает.
— Правда пугает? — с сарказмом спросила Мадонна, прищурившись.
— Нет, конечно, — Олег ухмыльнулся, откидываясь назад, но его руки так и не выпустили её талию. — Мне ещё и тебя бояться?
— Стоило бы, — резко ответила она, вырываясь из его хватки. — Ты ещё не понял, что я могу быть опаснее, чем кажусь.
— Ты? Опасная? — он усмехнулся, насмешливо поднимая бровь. — Ты опасная только для тех, кто достаточно глуп, чтобы не понять, кто перед ними.
Она сверкнула глазами, и в её взгляде было всё: обида, вызов и отчётливая угроза.
— Ну, Олег Шепс, тогда не забудь, что в первую очередь я опасна для тебя. — Она развернулась, сделала шаг, но остановилась, бросив через плечо: — В следующий раз думай дважды, прежде чем ставить меня ниже своих... ассистенток.
Её шаги раздались по коридору, оставляя Олега в кабинете. Он смотрел ей вслед, усмехаясь, но его взгляд потемнел.
— Это и пугает, — пробормотал он тихо, сам себе.