57
Утро было серым и туманным. Олег, привыкший к боли, лежал неподвижно, когда в его спальню вошли врачи. Они говорили стандартные вещи: «Динамика есть», «Нужно больше отдыхать», «Физиотерапию не пропускать». Всё это раздражало его. Он ненавидел это беспомощное состояние.
После осмотра комната снова погрузилась в тишину.
А потом дверь снова скрипнула.
Мадонна.
Она выглядела так, будто не спала несколько дней: опухшие веки, тёмные круги под глазами, волосы, собранные кое-как. На ней был мягкий серый свитер, немного растянутый, и спортивные штаны. Сейчас она была не той железной леди, какой её видели все остальные. Она была настоящей. Уставшей. Настоящей.
Она молча подошла к его кровати и села в кресло рядом.
— Я купила новый бизнес, — выдохнула она, облокотившись локтями на колени.
Олег медленно повернул голову к ней.
— Какой?
Она потерла лицо ладонями и подняла на него взгляд.
— Теперь у нас своё оружие.
Олег внимательно посмотрел на неё.
— Это было не самым умным решением.
— Это было необходимым решением, — ответила она тихо, но твёрдо.
Он знал, что переубедить её невозможно. И что бы он ни сказал, она уже всё рассчитала, уже просчитала риски, уже взяла ответственность.
— Ты понимаешь, что теперь ты ещё глубже в этом всём? — спросил он, сжав челюсть.
Она усмехнулась, опустив голову.
— Глубже, чем уже есть? Серьёзно, Олег?
Он молчал.
Она устало провела рукой по волосам.
— К восьми я соберусь, сделаю лицо, надену костюм и буду той самой стальной стервой, которую они хотят видеть. А пока… можно я просто посижу тут?
Её голос сорвался на последнем слове.
Он видел, как она едва держится.
Как её плечи слегка дрожат.
Как её руки сжимаются в кулаки, чтобы удержать контроль.
Как она устала быть сильной.
— Сиди, — хрипло ответил он.
Она кивнула, прикрыла глаза и откинулась на спинку кресла.
Тишина была уютной. Напряжённой, но уютной.
И пусть она уйдёт через несколько минут, пусть снова станет той самой холодной и неприступной, сейчас она просто Мадонна.
Просто женщина, которая устала.
Телефон зазвонил резко, пронзительно, словно вбивая в голову новые проблемы. Мадонна даже не посмотрела, кто звонит. Она просто схватила его и с силой кинула в стену. Пластик треснул, экран погас. Отлично.
Олег с прищуром наблюдал за ней.
— Это был важный звонок?
Она вздохнула, провела рукой по лицу.
— Всё важно. Но мне плевать.
Он медленно кивнул.
Мадонна встала, подошла к окну и посмотрела на улицу. Как бы избавиться от этого грёбаного чувства? Раньше было проще: водка, сигареты, секс, что угодно, чтобы заглушить эмоции. Сейчас всё под запретом. Алкоголь — нельзя, у неё дети. Курить? Не хочется. Секс? Нет, Олег ранен, а с кем-то другим? Не вариант.
Она сжала зубы.
— Какого чёрта, — пробормотала себе под нос.
Олег наблюдал за ней.
— Ты не умеешь отдыхать.
Она обернулась, фыркнула.
— А ты, значит, умеешь?
— Я хотя бы не кидаю телефоны в стены.
Она закатила глаза и потёрла виски.
— Я не понимаю, что с собой делать.
Он усмехнулся.
— Добро пожаловать в мафию, детка.
Мадонна снова отвернулась к окну. Нужно взять себя в руки. Нужно. У неё нет права на слабость.
Мадонна шагала по коридору, вся в крови — своей и чужой. Перестрелка была тупой, ненужной, но она справилась. Как всегда. Только вот ощущения, что это победа, не было.
Она устала. До одури.
Мимоходом взгляд зацепился за дверь в спальню Олега.
Обычно она просто проходила мимо. Не заходила. Не навещала. Даже к детям ходила редко. Работа, переговоры, перестрелки — всё отнимало силы, и у неё их просто не оставалось ни на что другое.
Но сейчас ноги сами повернули в сторону двери.
Она толкнула её без стука, даже не осознавая, что делает.
В комнате было темно. Только ночник отбрасывал приглушённый свет. Олег лежал на кровати, взглянул на неё и тут же нахмурился.
— Ты в крови.
Она моргнула, словно только сейчас заметила это. Опустила глаза на руки — пальцы липкие, одежда испачкана, пахнет порохом и металлом.
— Знаю.
— Ты ранена?
— Нет.
Они молча смотрели друг на друга.
Он выглядел лучше, чем раньше. Но всё ещё прикован к постели, всё ещё слишком слабый, а она — всё ещё слишком загнанная, словно зверь в клетке.
— Почему ты пришла? — спросил он, голос хриплый после сна.
Мадонна сжала кулаки.
— Не знаю.
Она шагнула вперёд, а потом остановилась, словно споткнувшись о невидимую черту.
— Уходить не собираешься?
Она хотела сказать «собираюсь», но не смогла. Просто устало покачала головой.
Мадонна медленно подошла к Олегу, не сводя с него взгляда. Он не двигался, лишь наблюдал за ней, настороженно, но без слов.
Она наклонилась, коснулась его лба губами — короткий, почти невесомый поцелуй.
— Отдохни, — тихо прошептала она, слова растворились в темноте комнаты.
А потом просто смотрела.
Смотрела в его серые глаза, такие холодные, такие внимательные. Она не осознавала, что делает, не осознавала, сколько времени прошло. Просто тонула в этом взгляде, в этом моменте.
Он тоже не отворачивался.
Слов не было.
Воздух между ними был напряжённым, но не из-за злости или недовольства. Что-то другое — странное, непривычное.
Олег первым отвёл взгляд, хмыкнул.
— Хочешь ещё постоять или всё-таки ляжешь?
Мадонна моргнула, словно очнулась, и только сейчас поняла, как глубоко задержала дыхание.
— Нет, — ответила она.
Но не двинулась с места.
Она не думала, просто наклонилась и поцеловала его. Губы дрожали, дыхание сбивалось, а внутри всё сжималось от напряжения. Она столько раз держала всё в себе, скрывала боль, страх, усталость — но рядом с ним стены рушились сами.
Олег не сразу ответил, но и не отстранился. Почувствовав её тёплое, тяжёлое дыхание, он осторожно притянул её ближе, насколько позволяли бинты и раны.
Она сдерживала слёзы. Сдерживала, но знала — он и так всё видит.
— Ты устала, — его голос звучал низко, спокойно, уверенно.
— Я знаю, — выдохнула она, не отходя, не разрывая этот момент.
Его рука легла на её спину. Лёгкое прикосновение, но почему-то от него стало ещё тяжелее дышать.
— Просто… побудь здесь, — добавил он.
Мадонна закрыла глаза.
Пусть так. Хоть на мгновение.
Она выдохнула ему в губы, задержавшись совсем немного. В другой ситуации всё пошло бы по привычному сценарию — злость, напряжение, разрядка. Они всегда трахались, когда было сложно, когда не знали, как ещё выразить всё, что кипело внутри.
Но сейчас — нет.
Олег смотрел на неё внимательно, пристально, будто считывая каждую эмоцию. Её губы были сухими, дыхание тяжёлым, а зелёные глаза — потухшими.
Он мог бы сказать что-то колкое, усмехнуться, подтянуть её к себе ближе, но не стал.
— Ты вымотана, — вместо этого тихо сказал он.
Она кивнула, прикрывая глаза.
— Это заметно?
— Как никогда.
Он не прикасался к ней, не торопил, не дразнил. И почему-то от этого стало ещё тяжелее.
Мадонна медленно отстранилась, но не ушла. Просто села рядом на край кровати, свесив голову, собираясь с мыслями.
— Может, хоть раз поговорим? — предложил он.
Она тихо усмехнулась, но без насмешки.
— Ты правда хочешь услышать, как мне херово?
— А ты правда думаешь, что я и так этого не вижу?
Она ничего не ответила. Просто осталась сидеть рядом.