45
Несколько дней Мадонна пыталась добиться от него развода. Говорила об этом холодно, без истерик, как о чём-то уже решённом. Но Олег, как упрямый бык, лишь усмехался, будто слушал детский каприз.
И вот теперь – тупик.
Она беременна.
Второй ребёнок.
Пиздец.
Мадонна сидела в кабинете, сжав виски руками. Мыслей не было. Только пустота.
Как так? Она не планировала этого. Ари была её единственной, той, ради которой она готова была сжечь мир. А теперь… теперь внутри неё рос ещё один ребёнок.
Она не стала тянуть с этим.
Когда вечером Олег зашёл в её кабинет, она выдала это резко:
— Я беременна.
Он замер. А потом медленно, очень медленно закрыл за собой дверь и подошёл ближе.
— Развода не будет, — сказал он твёрдо, даже без тени сомнений.
Мадонна закатила глаза.
— Ты не понял, что ли? Я не хочу этого брака.
— Ты мать двоих детей.
— Пока одного.
— Нет, уже двоих, — перебил он. — И если ты умрёшь, они останутся без матери.
Его голос звучал спокойно, но в глубине чувствовалась сталь.
Мадонна откинулась на спинку кресла и устало вздохнула.
— Ты давишь на жалость?
— Нет. Я говорю, как есть.
Она прикрыла глаза.
Тупик.
Снова тупик.
Она действительно хотела этого ребёнка. Несмотря на весь хаос в её голове, несмотря на злость на Олега, несмотря на прошлое.
Она любила его.
Даже если ненавидела порой.
Даже если требовала развод и кидала в него ножи.
А иногда просто срывалась. И трахалась с ним, забывая о всём на свете.
Как сейчас.
Она сидела у него на коленях, кожа пылала после очередного дикого соития, дыхание ещё не восстановилось. Олег лениво водил пальцами по её спине, смотрел в её глаза с какой-то уверенностью, будто знал, что всё будет так, как он скажет.
— Ты устала, — констатировал он.
— А ты нет? — слабо усмехнулась она, проведя пальцами по его груди.
— Я всегда в форме.
Она закатила глаза, но не стала спорить.
Просто уткнулась лбом в его плечо.
Чёрт возьми.
Почему, когда она с ним, ей становится так спокойно?
Утро выдалось холодным.
Мадонна ушла ещё до того, как он проснулся. Собрала свои вещи, как могла, тихо, не потревожив Ари. Она знала, что это временно — что он найдёт её, что заставит вернуться, что не отпустит. Но оставаться здесь, жить с ним, как будто ничего не произошло, она больше не могла.
Она хотела воздуха. Свободы. Хотела хоть раз в жизни сама решить свою судьбу.
Но Олег нашёл её быстрее, чем она думала.
— Ты совсем охренела? — В голосе не было холода, только гнев. Взгляд тёмный, тяжёлый. Дверь позади хлопнула, и теперь они были одни.
— Я устала.
— Ты устала?! — он усмехнулся, но в этой усмешке не было ни капли веселья. — От чего? От того, что тебе всё готово? От того, что я держу тебя в безопасности? От того, что ты жива только потому, что я так захотел?!
Она не ответила.
— Ты даже не сказала, куда уходишь, — его голос стал ниже, опаснее. — Ты реально думала, что я позволю тебе уйти?
— Ты можешь позволить мне просто жить?!
Он шагнул ближе, схватил за руку, сжал до боли.
— Ты не понимаешь, как устроен этот мир, Мадонна.
— Это ты не понимаешь! — выкрикнула она. — Ты превратил мою жизнь в клетку, в постоянную борьбу! Ты думаешь, мне плевать на безопасность? Да я потеряла своего первого ребёнка! Ари похищали! Я каждый день живу в страхе, но не перед врагами, а перед тобой!
Щёку пронзила острая боль.
Всё произошло слишком быстро.
Он ударил её.
В комнате стало глухо, как в вакууме. Только её тяжёлое дыхание и его сжатые в кулаки руки.
Мадонна медленно повернула голову обратно.
— Всё, — прошептала она.
Олег не двинулся с места.
— Я больше здесь не останусь.
Она разжала пальцы, позволив обручальному кольцу соскользнуть на пол.
Развернулась и вышла.
Мадонна вернулась под вечер, как ни в чём не бывало.
В доме было тихо. Только где-то вдалеке слышались шаги охраны. Олег сидел в кабинете, работал, как обычно. Он даже не повернул голову, когда она зашла.
Она знала его слишком хорошо. Знала, что этот удар его самого потряс не меньше, чем её. Но это ничего не меняло.
Мадонна сделала вид, что ничего не случилось.
— Где Ари? — спокойно спросила она, снимая плащ.
— Спит.
Она кивнула и вышла, направляясь в детскую. Всё должно быть естественно, без намёков, без эмоций.
Арабелла сладко спала в своей кроватке, её крошечные пальчики сжимали уголок одеяла. Мадонна села рядом, провела ладонью по мягким тёмным волосам.
Ты заслуживаешь лучшего, малышка...
Она останется ещё немного. Будет вести себя, как обычно.
Но в её голове уже рождался план.
Побег.
Она не оставит дочь.
Мадонна вошла в спальню, не глядя в сторону Олега. Спокойно, медленно, будто ничего не случилось.
Она стянула с себя одежду, осталась в одном белье, затем легла под одеяло, закрыла глаза. Дыхание ровное, руки расслаблены. Будто спит.
Но она чувствовала его взгляд.
Олег не спал.
Она слышала, как он перелистывает бумаги, как приглушённо тикают часы на прикроватной тумбе.
— Поздно вернулась, — вдруг произнёс он хрипло.
Она не ответила.
— Я что, говорю в пустоту?
Мадонна поморщилась, как будто во сне, но снова промолчала.
— Не делай вид, что спишь. Я знаю тебя.
Она открыла глаза. Холодные, отстранённые.
— Ты мне не хозяин, — спокойно сказала она.
— Ошибаешься, — он отложил бумаги, повернулся к ней, облокотившись на кровать. — Ты моя жена. Ты мать моих детей. Ты не можешь шататься по городу, когда тебе вздумается.
— Ты не запрещал мне выходить, — парировала она.
— Я и не должен. Умная женщина сама понимает границы.
— Ах, границы? — Мадонна усмехнулась, но глаза её вспыхнули гневом. — Это ты их устанавливаешь? Так же, как установил, что ударить меня — это норма?
Олег тяжело выдохнул, запустил пальцы в волосы.
— Я не должен был...
— Но сделал, — она резко села в постели, опираясь на локти. — Я вышла прогуляться, потому что мне нужно было подумать. Ты не имеешь права запрещать мне это.
Он смотрел на неё долго, напряжённо.
— Тебе некуда идти.
— Это ещё посмотрим.
В комнате повисла гробовая тишина. Только тяжёлое дыхание Олега наполняло пространство.
— Спи, — наконец сказал он, резко отвернувшись.
Мадонна снова легла, закрыла глаза.
Но теперь она точно знала — она уйдёт.
Вопрос лишь когда.
Олег уснул.
Он был измотан после всего — после конфликта, после собственных мыслей. Не думал, что заснёт так быстро.
Мадонна терпеливо ждала.
Когда его дыхание стало ровным, когда он перестал двигаться, она осторожно соскользнула с кровати. Босиком, бесшумно.
На заранее приготовленной сумке уже лежала одежда. Чёрные джинсы, тёмный свитер. Она оделась быстро, не теряя ни секунды.
Арабелла.
Малышка спала в своей кроватке, её крохотная ладошка сжимала уголок одеяла.
— Тише, крошка, — прошептала Мадонна, осторожно поднимая дочь на руки.
Арабелла шевельнулась, но не проснулась.
Она закутала её в тёплый плед, прижала к себе и вышла из комнаты.
Нельзя терять ни секунды.
Коридоры особняка были пугающе тихими. Все спали, даже ночная охрана расслабилась — кто мог подумать, что хозяйка дома станет бежать?
Во дворе её ждала машина. Она заранее всё подготовила.
Сев за руль, она выключила телефон, вынула и сломала сим-карту.
Система слежения. Готово.
Она нажала на газ и вылетела за ворота, пока охрана не поняла, что происходит.
Она свободна.
А куда теперь?
Врагам.
Им нужен был такой человек, как она.
А ей было куда идти.