13
Мадонна сидела в кресле в просторной гостиной, небрежно закинув ногу на ногу. В руках у неё был бокал с холодным гранатовым соком — из-за беременности ей приходилось отказываться от алкоголя, но в такие моменты хотелось чего-то насыщенного, горьковатого.
Перед ней, на мраморном полу, корчился Артём. Его руки были связаны за спиной, лицо залито кровью, а губы дрожали от боли и страха. Рядом с ним, всё ещё держа остатки храбрости, стоял Артур.
— Это несправедливо! — почти прокричал он, бросая яростный взгляд то на неё, то на Олега, который спокойно сидел на диване, чуть в стороне.
Мадонна с ленивым интересом подняла глаза на Артура.
— Ты считаешь, что смерть — это несправедливо? — она сделала глоток сока, хмыкнув. — Забавно слышать это от людей, которые всю жизнь работают с Олегом.
— Он не сделал ничего такого, — прохрипел Артём, силясь поднять голову.
Мадонна пристально посмотрела на него.
— Ты назвал меня покладистой. Сказал, что у меня нет характера. Что я теперь просто беременная женщина.
Артём сглотнул, в глазах промелькнуло осознание.
— Это… это была просто шутка…
Она медленно поставила бокал на стеклянный столик рядом с креслом.
— А тебе смешно сейчас, Артём?
Он не ответил.
Олег лениво поднялся с дивана и подошёл к ней, легко положив ладонь на подлокотник её кресла.
— Ты готова, кошка? — его голос был низким, почти ласковым.
Мадонна глубоко вдохнула, наслаждаясь этим моментом.
Она подняла взгляд на Олега, и в её зелёных глазах блеснуло что-то хищное.
— Да.
В комнате повисла напряжённая тишина. Все взгляды были прикованы к Олегу, который медленно достал пистолет. Металл блеснул в свете люстры, а дыхание Артёма сбилось — он понял, что это не игра.
Рядом стояли другие люди Олега. Охранники, приближённые, несколько солдат. Они молчали, но их взгляды говорили всё — никто не осмеливался заступиться.
Мадонна чуть подалась вперёд, её зелёные глаза сверкнули.
— Можно я? — спросила она, протягивая руку.
Олег посмотрел на неё, чуть приподняв бровь. На его лице появилась ленивая ухмылка.
— Ты уверена, кошечка?
— А ты сомневаешься? — её голос был спокойным, но в нём скользила сталь.
Олег молча передал ей оружие, их пальцы на мгновение соприкоснулись.
Мадонна встала с кресла, шагнула ближе к Артёму, который теперь смотрел на неё с неосознанной мольбой.
— Мадонна… — прохрипел он. — Пожалуйста…
Она наклонила голову, будто изучая его.
— Интересно, — протянула она, разглядывая пистолет в руках. — Ты был так уверен, что я изменилась. Что стала мягче, слабее…
Она подняла оружие, направив его прямо в лоб Артёма.
— Разочарован?
Палец легко скользнул на спусковой крючок.
И прозвучал выстрел.
Грохот выстрела всё ещё эхом разносился по комнате, когда Мадонна без колебаний повернула пистолет в сторону Артура.
Его глаза расширились, он только открыл рот, чтобы что-то сказать…
Второй выстрел.
Артур рухнул рядом с телом Артёма, его взгляд остался застывшим в выражении шока.
Мадонна медленно опустила руку, затем выдохнула и передала пистолет обратно Олегу.
— Чтобы много не пиздел, — спокойно сказала она, чуть встряхнув волосы.
Олег усмехнулся, спрятал оружие и медленно обвёл взглядом оставшихся.
— И так будет с каждым, кто хоть слово скажет моей жене. Будь это в хорошем смысле или в плохом.
В комнате было так тихо, что казалось, будто никто даже не дышит.
Они ушли, оставив после себя запах пороха и крови.
Мадонна направилась в ванную, спокойно закатав рукава.
Открыв кран, она наблюдала, как тёплая вода стекает по её пальцам, смывая крошечные капли чужой крови.
Она потерла ладони, затем подняла взгляд на своё отражение в зеркале.
Мягкая? Покладистая?
Она усмехнулась, выключая воду.
Нет.
Она всё ещё Дайя.
Резкая волна тошноты ударила в желудок, выкручивая его изнутри.
Мадонна пошатнулась, её пальцы сжались на краю раковины. Мир поплыл перед глазами, в висках стучала пульсирующая боль.
Глубокий вдох.
Не помогло.
Она едва успела наклониться, как в следующую секунду её скрутило.
Олег оказался рядом мгновенно. Он молча придержал её волосы, не позволяя прядям упасть вперёд. Его ладонь крепко легла на её спину — не утешающе, а просто уверенно, чтобы она не завалилась вперёд.
Мадонна сжала зубы, сделала пару судорожных вдохов. Её тело ослабело, пальцы дрожали.
Когда приступ наконец отпустил, она тяжело опустилась на колени, упираясь в прохладную плитку ванной.
Олег молчал.
Только когда она выпрямилась и утерла губы тыльной стороной ладони, он лениво бросил:
— Очаровательно.
Мадонна устало повернула голову, бросив на него взгляд, полный злости.
— Заткнись.
Он хмыкнул, но не убрал руки, продолжая держать её волосы.
— Опять токсикоз?
— Нет, блядь, я просто для развлечения блюю, — огрызнулась она, отталкивая его руку.
Он ухмыльнулся, присел на корточки рядом, внимательно изучая её лицо.
— Тебе нужно есть больше.
Она вздохнула, прикрыв глаза.
— Олег, пожалуйста, я только что блевала, а ты про еду…
— Тебе не нужно сидеть на голодный желудок, — спокойно продолжил он, будто не слыша её сарказма. — Это только усугубляет состояние.
Мадонна раздражённо провела рукой по лицу.
— Если ты сейчас скажешь, что мне надо пить больше воды и спать по восемь часов, я тебя ударю.
Олег усмехнулся, его пальцы мягко скользнули по её щеке.
— Кошка, ты можешь ударить меня сколько угодно, но я всё равно сделаю так, как считаю нужным.
Она устало вздохнула, чувствуя, как его рука смещается к её затылку, слегка сжимая волосы.
— Ты бесишь меня.
— Я знаю.
Он наклонился ближе, его губы скользнули по её лбу.
— Вставай.
Мадонна хотела возразить, но он уже поднял её на ноги, крепко держа за талию.
— Ты сейчас поешь. Без споров. — Его голос был твёрдым, в нём не было места обсуждениям.
Она скривилась, но не стала перечить.
Даже если она Дайя, Олег всегда оставался главой.
А он не любил, когда ему возражали.
Олег усадил её за стол в просторной кухне. Она ворчала, закатывала глаза, но он молча поставил перед ней тарелку с тёплой едой.
— Я не хочу, — раздражённо бросила она, отодвигая тарелку.
Олег даже не моргнул.
— Ты поешь.
— Я только что блевала, Олег, какого чёрта…
Он наклонился к ней, упираясь руками в стол, так что их лица оказались на одном уровне.
— Ты будешь есть, кошка. По-хорошему или по-плохому — выбирай.
Мадонна прищурилась.
— Ты не заставишь меня силой.
Он ухмыльнулся.
— Нет, но я могу сидеть тут весь день, пока ты не поешь.
Она закатила глаза, взяла вилку и с вызовом сунула кусок еды в рот.
— Довольный?
— Глубоко, — спокойно ответил он.
Мадонна чуть не подавилась.
Олег уселся напротив, наблюдая за ней с ленивой усмешкой.
— Ты отвратителен.
— Я знаю. — Он провёл языком по зубам. — Кстати, я поговорил с Димой.
Она вскинула бровь.
— О чём?
— О том, что он больше не будет на тебя орать.
Мадонна ухмыльнулась, прожёвывая.
— И как ты этого добился?
— Сказал, что если он хотя бы ещё раз повысит голос, я вырву ему язык.
Она рассмеялась.
— Ты так драматичен.
— Нет, я просто всегда держу слово.
Он потянулся к её тарелке, забирая один кусочек прямо с её вилки.
Мадонна фыркнула.
— Это вообще-то моё.
— Ты же не хотела.
— Уже хочу.
— Поздно, — спокойно сказал он, отправляя еду в рот.
Она покачала головой, но почувствовала, что тошнота потихоньку отступает.
Возможно, он был прав.
Хотя она никогда не признается в этом вслух.
— Ещё хочу, — заявила Мадонна, доедая остатки ужина и ставя вилку на тарелку.
Олег поднял на неё взгляд, лениво проведя пальцем по краю стакана.
— Что хочешь?
Она задумалась, прикусив губу, а затем уверенно перечислила:
— Рыбу, огурцы, мороженое… и… сыр.
Он чуть прищурился.
— В одном блюде или по отдельности?
— По отдельности, конечно! Я что, сумасшедшая?
Он ухмыльнулся, но ничего не сказал. Лёгким движением руки позвал домработницу, которая, как всегда, стояла неподалёку, готовая к любым просьбам хозяина дома.
— Передай повару, пусть приготовит всё, что она хочет, — коротко бросил он, не отрывая взгляда от Мадонны.
Женщина кивнула и быстро скрылась за дверью кухни.
Мадонна расслабленно откинулась на спинку стула, глядя на Олега с хитрым прищуром.
— Ты такой заботливый.
— Я просто не хочу, чтобы ты снова меняла своё настроение из-за голода, кошка.
— Ах, вот оно что, — она усмехнулась, но не стала спорить.
Он наблюдал за ней, как всегда — спокойно, с лёгкой ноткой чего-то почти хищного.
— Как себя чувствуешь?
— Пока не принесли еду — неважно.
Олег усмехнулся, встал и подошёл к ней, наклоняясь, чтобы поцеловать её в висок.
— Терпи, скоро будет.
Как только Мадонна доела, её желудок внезапно сжался. Она почувствовала, как по телу прокатилась холодная волна, и резкая тошнота ударила с новой силой.
— Чёрт… — пробормотала она, резко вставая со стула.
Олег даже не успел ничего сказать, как она практически выбежала из кухни, направляясь в ванную.
Она рухнула на колени перед унитазом, пальцы сжались на его холодных краях. Волна тошноты выкрутила её изнутри, и всё, что она только что ела, вырвалось наружу.
Олег появился в дверном проёме через пару секунд. Без лишних слов он опустился рядом, его сильная рука легла ей на спину, осторожно поддерживая.
Она задыхалась, судорожно хватая ртом воздух, пока тело не отпустило.
— Тебе хуже? — его голос звучал спокойно, но в глазах мелькнуло напряжение.
Мадонна слабо покачала головой, обессиленно опустившись на пол.
— Прекрасно. Просто прекрасно… — простонала она, закрывая глаза.
Олег протянул руку, убрал с её лица выбившиеся пряди и погладил по щеке.
— Думаю, мы заменим повара.
Мадонна хрипло рассмеялась, но тут же поморщилась.
— Прекрати, я не хочу, чтобы меня снова вывернуло.
Олег усмехнулся, протягивая ей бутылку с водой.
— Пей.
Она приняла её, сделала пару глотков, затем посмотрела на него снизу вверх.
— Ты всегда будешь сидеть со мной, пока я блюю?
— Да, — спокойно ответил он.
Мадонна прикрыла глаза, тяжело вздохнула и, несмотря на отвратительное самочувствие, слабо улыбнулась.
— Ты ужасен.
Олег провёл пальцами по её подбородку, заставляя её поднять голову и посмотреть на него.
— Я твой, кошка. Привыкай.