глава 14.
«День сменяет ночь
Так длится много лет
На вопрос простой
Им не найти ответ
Спорят день и ночь
Но мы сумеем им помочь
Кто из них сильней
Мне нужно это знать
Как мне дальше быть
Упасть или летать
Миллионы лет
Сегодня ждут от нас ответ»*
Ссору между старшими наблюдали несколько ребят, как оказалось позже это продолжается ещё с того, как Кощей вернулся из больницы, а позже и Вова с Турбо, каково же было разочарование Вахита, ибо он не хотел, чтобы близкие для него люди враждовали. Каждый по-своему был близок для него, Адидас мог дать дельный совет, Турбо помочь физической силой, если требуется, а Кощей справедливо разрешал все проблемы, какой бы он не был сволочью, но своих никогда не бросал, что и подкупало младшего.
Смотря за тем, как Кощей увиливает за его сестрой, он уже и не совсем был против его, как молодого человека для Лины. Вроде бы и бандит, а с ней, какой лапочка! Он ещё конечно не знал о разговоре утром, но надеялся, что всё прошло гладко и как по сценарию. Видел, как старший содрогается над ней, переживает, поэтому на было сомнений, что она ему небезразлична. Турбо бы не смог с ней выстраивать адекватных, здоровых отношений, ведь та не шла бы у него на поводу, она не собачка, чтобы бегать за ним на побегушках, а этот дуралей наломает дров и будет уверен, что естественно прав! Ну, а Вовка отдельная тема, Лина таит на него обиду четырёхлетней давности, а он и не хочет этого осознавать, будто пелена перед глазами, но Зима его не осуждает, а лишь старается поддержать и натолкнуть на нужную дорогу, что с сестрой ему не по пути, а тот всё равно старается всё вернуть.
Наблюдать за конфликтом старших пришлось ещё несколько дней, Лина понемногу шла на поправку, даже готовила, чтобы порадовать родных. Вахит же практически не отходил от нее, пропуская сборы, за что получал от Адидаса старшего, не сильно конечно, но всё же неприятно. Только в этот момент он замыслился: «а правильно ли я всё делаю?», естественно сестра наталкивала его на то, что нет. Что неправильно сделал, когда отказался уезжать с ней! Было бы совершенно по другому сейчас. И маму бы с бабушкой забрали, не вернулась бы девушка в Казань сейчас и было бы всё куда лучше. Каждое утро просыпаясь, парень шел чуть ли не на ослеп на кухню, ведь оттуда доносился запах его любимых лакомств — перемячи. Он прожужал Лине все уши, чтобы та приготовила свои фирменные, а она с приезда всегда отмазывалась, что много работы и некогда, но пока у нее вынужденный «больничный» ничего другого не оставалось. Чаще начали слышаться мелодии сыгранные на гитаре из её комнаты. «Вернулась к любимому делу, наконец-то. Уже даже вроде бы не кумарит меня это », — думал братец каждый раз слыша её звонкий смех, когда всё получалось. Захаживала Наташа с фруктами для выздоровления, рассказывала как у них всё с Вовой развивается, не могла нарадоваться, что всё хорошо. Лишь Зима знал о том конфликте, который не давал ему покоя. Крутит голову одной, а бегает за её же подругой, ужас!
Во всей суматохе девочка вовсе забыла о том чувстве, которое просыпалось в ней каждый декабрь. Преддверие Нового года и дня рождения! Хоть она давно и не праздновала их, но атмосферу прочувствовать хотела, наряжать ёлку было ещё совсем рано, но кто запретит ей украсить квартиру хотя бы мишурой? Снежинки из бумаги повесить — не преступление! Ведь занять себя чем-то нужно было, а чем только Богу известно!
Лина, как маленькая девочка с такими сияющими глазами и волнующимся сердцем рассматривала все новогодние украшения, когда достала коробку с ними из кладовки, просто нарадоваться не могла! Иногда сердце щемило, ведь практически все бумажные украшения они вырезали с мамой и Вахитом, а сейчас она ими сама будет украшать квартиру.
Лина распределила по всему помещению нежные гирлянды, словно волшебную нить, придающую комнате таинственное сияние.
Девочка внимательно выбирала каждую игрушку, развешивая их на стенах и дверях, словно создавая собственный волшебный лес. Маленькие феи, золотые шарики и милые зверюшки начали оживать в ее руках, наполняя пространство радостью и волшебством.
С ярким воображением она прикрепила к окнам мерцающие мишуры, которые танцевали на свете и создавали удивительные отражения на стенах. На столиках и подоконниках девушка разместила ароматные свечи, заполняя воздух атмосферой праздника.
Веточки хвойных деревьев в вазах и крошечные букеты цветов добавили естественной красоты в украшение квартиры. Маленькая художница оставила свой след в каждой детали, создавая уютное пространство, наполненное волшебством и детской радостью.
«Вот уже даже и настроение поднялось», — проговорила Лина и начала ожидать оценки брата и бабушки, когда те вернутся. Ведь уходили они со скучной, однотипной квартиры, а вернутся в такую уютную, сверкающую и можно даже сказать волшебную! Каждый год до своего дня рождения она зачеркивала день за днём, ведь праздник был для девочки одним из любимых, всё внимание приковано к ней и никто не может испортить этого дня! Но сейчас она будет его праздновать без мамы, без отца, как же ей больно и обидно. Воспоминания о том, что она хотела сходить к маме на кладбище пронеслись в её голове, ведь из-за работы, этой глупой аварии вовсе позабыла об этом.. Сегодня видимо тот самый день, когда нужно всё изменить, Лина решила незамедлительно поехать на окраину города и проведать маму.
Выйдя из квартиры, она накинула черный платок на голову, ведь траурное настроение снова вернулось в её жизнь, как в тот день, когда она об этом узнала. Зайдя в магазин девочка купила конфет, которые так любила мама и направилась на автобусную остановку. Снег падал большими лаптями, чем создавал ещё большую тоску по родным. Отца похоронили на родине — в Москве, там на кладбище она не была уже больше 7-ми лет, что её непременно расстраивало.
Нужный автобус подъехал, когда девушка постаралась закурить, вот напасть! Выбросив недокуренную сигарету в снег, девочка вошла в салон маршрутного такси. Её встречал любознательный водитель, который осыпал девушку комплиментами, ведь видел, что она чем-то очень расстроена. В округе его называли дядя Толя. (дадада, тот самый из первой серии сериала) Мужчина постоянно тормошил её, ведь думал, что она просто задумалась и едет на окраину города, это была крайняя остановка автобуса. Какого же было его разочарование, когда Лина вышла именно там.
Направляясь к кладбищу, по щекам уже начинали стекать слезы, скатываясь к губам и обжигая их. Найти могилу матери было совершено не трудно. Она была похоронена рядом с дедом, но в другой ограде. Засыпанный снегом крест и её миловидная улыбка на фотографии и на табличке черным по белому написано:
«Зималетдинова Ольга Николаевна
15.09.1949—15.11.1989 гг»
Девочка положила конфеты к тарелочке, которая стояла на надгробной плите, она не могла промолвить и слова, они терялись в её голове, а чтобы сказать что-то нелепое не хватило смелости, ведь перед мамой она была всегда скована и старалась всегда угодить ей. Мама была очень хорошим человеком, но достаточно суворым и держала детей в узле, пока не заболела.
— привет, мамочка, я так скучала. Ты прости меня за то, что я не пришла, когда приехала, — говорила девочка глотая слезы и поглаживая крест у основания, — я кстати работаю в больнице, как ты и хотела. Как Вахит? Хорошо, слопал все перемячи дома и ходит довольный где-то, — эта реплика достаточно рассмешила её, смех издавался достаточно звонко, ей очень хотелось услышать довольный смех от мамы, но уже ничего не изменить.. — представляешь, сегодня квартиру украсила! Твои любимые игрушки у себя возле двери повесила, сказала Вахиту, что ещё рано для ёлки, поэтому просто создала антураж квартиры. Писали друзья из Ленинграда, звали на святки к себе, но как же я брошу тут родненьких своих? Да никак естественно, отпразднуем дома и всё будет как обычно, братец наверное уйдет после курантов, ничего нового в общем! Ещё не успела похвастаться своим красным дипломом тебе, так жаль, что ты не видишь всех моих усилий и страданий, я бы сейчас всё отдала, чтобы обнять тебя, — слезы разливались по её лицу с новой силой, ей было тяжело говорить всё, что касается неё самой и не слышать одобрительных слов от мамы, но поделиться с кем-то очень хотелось, ведь бабушка всегда твердила, что самое главное это здоровье..А Вахит? А что Вахит, он никогда не гнался за оценками, 8 обязательных классов окончил и радовался.
— представляешь, что ещё, я снова начала играть на гитаре! помню, как ты хотела, чтобы я развивалась в сфере музыки, а я всё упрямилась. Обещаю, что к следующему году обуздаю все азы! — говорила девочка и смеялась, ей было и тяжело, и легко одновременно, будто говорит с живой мамой, а не просто крестом..
«От лица Кощея»
Перед каждым новым годом, я ездил к маме и бабушке на кладбище. Этот год не стал исключением, я лишь изливал им свою душу, а они приходили ко мне во сне, как будто отвечали.
— мам, ба, я каюсь перед вами, столько херни натворил в этом году! Вы бы знали, так отчитали меня, что «мама, не горюй», — я говорил и пускал слезы, единственное место где я был таким беззащитным, не страшным «авторитетом», а обычным маленьким мальчишкой. — влюбился в девчонку, представьте! Вот так умею удивлять, но она на меня даже не обращает внимание, а при разговоре постоянно язвит, будто бы я ей страшный враг, какой-то! С пацанами крутим вертим, стараемся подзаработать, в Москву сгонять, а так всё как обычно, живу, пью иногда, ведь без вас так тяжело. Обещал, что никогда не притронусь к алкоголю, а тут бац и на тебе блять, — закуривая сигарету, я уже собирался прощаться с мамой и бабушкой, они будто живые на фото, даже иногда такую истерику ловил здесь, что стыдно перед пацанами, если узнают. — ладно, дорогие мои, я пошел, встретимся с вами весной, обязательно притащу ваши любимые «птичье молоко», только ждите меня. — целуя фотографии с памятников, я направился по привычной себе дороге к выходу кладбища, но не тут то было. Возле ограды сидела девочка и судорожно трусилась, подходя ближе меня выдал скрипящий хруст снега, только возле ограды стала заметна знакомая фамилия «Зималетдинова»..
”Ебаный в рот, я щас своими глазами это вижу..?“ — пронеслось в голове и только тогда я понял, что девочка это не девочка левая какая-то, а Лина.
«от автора»
Девочка услышав хруст снега, подумала, что это лишь какие-то люди пришли так же, как и она проведать ушедших родственников. Домыслы об этом развеялись, когда шаги начали приближаться непосредственно к ней, боковым зрением виднелись такие знакомые ботинки..Кощей.
— ты следишь за мной? — утирая слезы, подала голос девушка.
— да больно надо мне, родных пришел проведать. Тебе соболезную, совсем молодой ещё мать была, — говорил старший, а у самого ком в горле стоял, который нельзя ни выплюнуть, ни проглотить. — если ты будешь так долго сидеть на снегу, то всё простудишь, давай отвезу тебя домой? Автобус только через минут 40 будет, — поглядывая на наручные часы говорил мужчина, ему было тяжело смотреть на девочку, которая сидит и лишь тихо всхлипывает, чтобы не показывать свою слабину. В этом они очень даже похожи, не видел он ее такой разбитой до этого, всегда казалась сильной и независимой.
— отвези меня домой, прошу, — тихо вымолвила Лина, будто это нужно слышать лишь Кощею.
Парень понял её без лишних слов, подавая ей руку, чтобы она без препятствий прошла через сугробы. Не отпуская её руку, он провел её к машине, которая скрывалась за деревьями, рядом стоящего леса. Открывая дверь, он придержал руку рядом с ободком крыши, чтобы Лина не ударилась головой. Та даже заметила это, ей было приятно, ведь о ней сейчас позаботились, да не в самой культурной форме, но хоть что-то. В это же время, у Кощея перевернулось всё внутри, она разрешила ему отвезти себя домой, возможно это конечно ради своей выгоды, но хотя бы так. Он завел машину и аккуратно выехал на трассу, ехали они молча, ведь сказать было нечего, они буквально не знали ничего о друг друге, но будто хотели узнать, что оба делали на кладбище в такое позднее время.
— кто у тебя похоронен на этом кладбище? — первой подала голос Лина, было и вправду интересно, ведь Кощей не походил на того человека, который судорожно будет трястись и навещать близких.
* Мираж — наступает ночь
[эта глава ещё тяжелее далась, чем детство Кощея, простите меня за такую писанину, постараюсь это вывести на хорошую ноту. всех обнимаю! 🤍]