Столп Духа

Юмико лениво потягивалась на футоне в комнате Томиоки, рассматривая потолок. Свободное время она твердо решила провести с ним без лишних глаз, но без Мамору тут никак не обойтись. Хотя он ворчал и всячески показывал свое недовольство, активно выступая против. Вот только его никто не слушал, ведь Гию сам предложил побыть у него, поэтому здесь действовал выбор большинства. Девушка наконец могла отдохнуть от выполненного задания в паре с Зеницу и провести столь долгожданные минуты с любимым. Вроде она должна сиять от счастья, но воспоминания из далекого прошлого не давали ей покоя, особенно, когда демонов становилось все больше и силы их на порядок возрастали. Из памяти никак не исчезали красное и желтое мерцание камней, описанных в отцовском блокноте. Этот сон никогда не покидал, он будто преследовал ее.

В комнате она сейчас находилась одна, краем уха слыша приглушенные голоса Мамору и Гию. Дух пытался донести ему что-то о приличии. Из-за того, что ее друг имел привычку не следить за силой своего голоса, говорил всегда достаточно громко. Иногда это доводило до нервного тика.

— Томиока, ты в курсе, что юная незамужняя девушка не должна проводить время в закрытой комнате с мужчиной, тем более лежа на его футоне.

— Я ничего против ее воли не делаю, — сказал мужчина, а после паузы добавил, — ты-то здесь.

— Ёще бы делал, пото... — на духа резко нахлынуло понимание сказанного, от чего он стал более взвинченным и разъяренным, — Чего?! А если бы меня не было, то что было бы?! Быстро признавайся, извращуга!

Мамору яростно летал около лица Томиоки, периодически пихая его в плечо. Ему было все равно, что Гию на подносе нес только что заваренный зеленый чай.

— Пожалуйста, перестать, иначе чай прольется.

Из соседней комнаты послышался звон посуды, разбивающийся о деревянный пол. Следом последовал злорадный смех духа.

— Юмико все равно любит больше черный чай, нежели зеленый. Заваривай новый!

Вся повседневная суета, которая с ними сейчас происходит, так похожа на обычную, нормальную жизнь без демонов, что Ито хочется остаться в нем навсегда. Рукой Юмико нащупала кожаный дневник, хранящийся во внутреннем кармане черно-красного хаори, его переплет все также хорош, даже спустя годы. Она открыла страницы, где говорилось о способностях йорой и конгеки. Неспеша Юмико села по-турецки на футоне, водя пальцами по рукописным строкам.

— Конгеки — красный камень силы, который приумножал мощь удара клинком, а йорой — желтый камень защиты, который мог накладывать невидимые щиты на союзников. — шептала девушка, раздумывая над правдивостью их существования.

«Вдруг они настоящие, и отец действительно смог их найти на Сикоку, но ему не хватило сил и мастерства охотника?» — подобные мысли тяжелым грузом давили на сердце.

Послышался глухой стук сёдзи, который привлек внимание Юмико. Она оторвалась от дневника отца, держа его в открытом состоянии, и окинула взором вошедших. Они показались ей спокойными, как будто ничего не произошло. Томиока держал поднос, на котором находились маленький чайник с ручкой сбоку и две чашки-пиалы. Дух летел чуть впереди него и как только он заметил кожаный блокнот, то состроил недовольную гримасу.

— Тц, опять читаешь эти сказки? Лучше тебе раз и навсегда забыть о камушках. Знаю я этот твой взгляд, полный решимости достучаться до истины. — разочарованно процедим Мамору.

— Это не сказки, точнее, мы этого не знаем наверняка. Ты не был там, поэтому ты не можешь так говорить. — протестовала Юмико.

Конечно, она брала в расчет, что это все одна большая выдумка, но с другой стороны — могло оказаться невероятной правдой. Ито стиснула зубы, не желая предавать веру отца.

«Я помню страшные увечья на теле отца, даже если я и отправлюсь в убежище Канджу и Манджу, то без серьезных потерь мне оттуда не уйти. У меня нет права на ошибки», — заключила Юмико.

— Что еще за камни? — подал голос Томиока, с небывалой повседневностью разливая по чашкам черный чай.

Юмико с надеждой посмотрела на него, ведь у нее появился шанс перетянуть Гию на свою сторону. Томиока протянул ей чашку, предварительно немного остудив чай, от него исходил пар и приятный аромат грецкого ореха. Девушка умилилась подобной заботе со стороны Столпа Воды, что казалось нехарактерным ему. Она сделала пару глотков, но вкус не имел ничего общего с орехом, в нем ощущались травы, а какие Ито не могла сказать. Определенно ей чай понравился, поэтому Ито не смогла сдержать легкую улыбку.

— Рад, что тебе он тебе пришелся по вкусу, но зеленый чай смог бы передать всю полноту и яркость.

— Подумаешь, будто весь зеленый чай на свете перевелся.

— Гию, ты спросил о камнях, — она протянула ему дневник, — мой покойный отец вел в нем записи. Он искал силу, заключенную в камня, которые способны одарить охотника необычными способностями.

Томиока осторожно открыл рукописи. Он внимательно читал каждую запись, пусть и незначительную. Ито, затаив дыхание, ждала окончательного вердикта. Она пыталась по лицу понять его эмоции, но все было безуспешно. Если Томиока будет врать с таким равнодушным выражением лица, то он без труда сможет любую ложь выдавать за правду, и Юмико не поймет.

— Мамору прав. Все это напоминает не более, чем больную фантазию, подкрепленную легендами. Скорее всего твой отец нашел двух демонов, но на этом реальность заканчивается. Я уверен, что его разум разыгрался, чтобы защитить от суровой правды. Пустая трата времени. — холодно отчеканил Томиока.

Слова Столпа Воды для Ито прошлись ножом по сердцу. Нет, она догадывалась, что любимый человек скептичный, но не до такой же степени. «Мог бы и помягче выразиться», — кусая палец, думала девушка. Уверенность, что она сможет склонить мужчину на свою сторону резко катилась вниз. А вот Мамору был на редкость доволен словами Гию. Он прям-таки святился от собственной правоты. «А Томиока не так безнадежен. Еще немного и я зауважаю его», — скрестив руки на груди, подытожил он.

— Верно глаголешь! Ну-ка, протяни ладонь вверх, — дух звонко хлопнул по раскрытой ладони, — Отлично! А теперь вбей ей это в голову, раз я не в силах этого сделать, тебя-то она послушает.

— Гию, послушай, я не утверждаю, что это правда, но есть такая вероятность. Ты же сам сказал Господину Узую, что я иду с тобой на задание, поэтому давай проверим это место. Если не найду йорой и конгеки, то хоть демонов убьем. Мне необходимо знать, ради чего так старался отец.

Юмико опустила взгляд в пол. Томиока был абсолютно уверен в своих словах, но видеть метания возлюбленной приходилось в тягость. Он хочет, чтобы Ито перестала цепляться за прошлое, была выше него. Мамору, заметив замешательство Гию, забеспокоился, что тот на все согласится.

— Не слушай ее, она... — начал дух, но было уже поздно.

— Хорошо. — без лишних церемоний ответил Столп Воды.

Радости девушки не было предела. Губы сами расплылись в лучезарной улыбке, предназначенная одному Томиоке. Ему и самому почему-то хотелось ответить тем же, ведь для столь холодного столпа эта малость сложновато. Он все-таки смог одарить Ито еле заметной улыбкой, приподняв вверх уголки губ. Юмико больше не могла выдержать такого уровня милоты. В долю секунды, мгновенным движением, Гию уже находился в объятьях любимой.

— Спасибо, — сказала девушка.

Одной рукой Томиока обеспечивал опору из-за сильного напора Юмико, а другой — с нежностью обнимал. Вскоре мужчина смог рассчитать баланс и опора была не нужна. Теперь обе руки покоились на талии Ито. Хватка была слабой, ведь Гию думал, что она скоро выпустит его из крепких объятий, постеснявшись Мамору. Вот только никто не собирался никого отпускать.

Неожиданно Томиока ощутил невесомое касание губ в районе шеи. Дальше Юмико стала посыпать лицо Гию легкими поцелуями в щеку, скулу, подбородок, нос. Это было очень приятно, но в тоже время щекотно. Сам того не подозревая, Томиока невольно издал тихий смешок, но этого вполне хватило, чтобы удивиться. Он уже и забыл, что такое смех и как это делается. «Никогда бы не подумал, что смогу радоваться после смерти Сабито», — думал Столп Воды.

Напоследок Юмико оставила самое желанное — губы. Она впилась в них требовательным поцелуем. Девушка не могла объяснить, что на нее нашло, но его улыбка, а потом еще и смех, просто сорвали крышу напрочь. Не растерявшись, Томиока отвечал тем же напором и страстью, перехватывая инициативу. Сильные мужские пальцы сжимали девичью талию, иногда поглаживая ее, от чего у Юмико пробегали мурашки по спине. Еще немного и поцелуй грозил перерости в нечто большее.

— Кх-кх, — подал знак своего присутствия Мамору, красуясь в нежно-розовом цвете.

Влюбленные резко оторвались друг от друга, вспоминая, что в комнате есть третье лицо. Юмико резко покраснела, постыдившись столь беззастенчивого поведения с мужчиной. Сам Томиока тоже был малость смущен.

— Вам крупно повезло, что духов не тошнит, — с этими словами он гордо пролетел мимо них, покидая комнату и оставляя их одних.

Они проводили его взглядом и посмотрели друг на друга. Гию коснулся ее лба своим. Сидели они так в одиночестве комнаты смущенные и счастливые.