Часть 3.
Глаза рыжего вмиг распахнулись от названного имени. Он опешил и испытавающе смотрел на Чона.
— Я думаю, что надо ответить, — хмыкнул черноволосый.
— И что я должен ему сказать? — возмутился Пак. — Он же что-нибудь заподозрит.
— Мы к нему не придем. И если ты ему даже не ответишь, то это будет в разы подозрительнее.
Чимин нехотя согласился и послушно провел по экрану, подтверждая вызов.
— Хен? — неуверенно спросил он, все же надеясь на ошибочный звонок.
— Где ты? Вы с Чонгуком уже идете? — Мин сразу же перешел к сути дела.
— Я? Ну, я дома. А он что, еще не пришел? — наигранно удивился парень, стараясь быть убедительным. — Ах, да. Прости, хен, я забыл дать ему твой адрес или взять у него номер телефона.
— Чимин~а, вечно ты, — раздраженно прошипел Шуга, но потом спокойно выдохнул. — Ладно, я сам в этом виноват. Если встретишь его, скажи, пожалуйста, что я буду вас ждать завтра вечером. До завтра, Минни.
— Хен, прости, но я завтра не смогу прийти в школу, — виновато улыбнулся рыжий, как будто Юн его видит.
— Почему? Что-то случилось? — тут же напрягся Мин, все еще находясь у себя дома.
— Нет, ничего страшного, хен. Просто надо уехать завтра срочно по делам. Не волнуйся, пожалуйста. Все будет хорошо.
— Позвони мне, если что-то пойдет не так.
— Да, хен. Обязательно позвоню. Пока, — попрощался Пак и выключил телефон, облегченно выдыхая.
— А я не думал, что мой малыш может лгать друзьям, — мурлыкнул Чонгук, а на его лице появилась ухмылка.
— А я разве врал? — вскинул брови Чимин. — Или ты к нему пришел, а я дал тебе его адрес и взял у тебя номер?
— Какой ты хитрый, Минни, — протянул последнее слово Чон, направляясь в ванную.
— Не называй меня так, — нахмурился рыжий, ловя непонимающий взгляд. — Только Юнги-хен может меня так называть. Мне нравится, как ты меня называешь малышом. И я больше никому не позволю так ко мне обращаться.
— Это хорошо, — кивнул черноволосый, чмокая парня в пухлые губки.
Чонгук зашел в ванную и, включив теплую воду, бережно положил в нее Пака, а сам расположился сзади парня. Чимин умиротворенно прикрыл глаза и облокотился спиной на крепкую грудь Чона. Тот обнял его и прижал еще ближе к себе, утыкаясь носом в чужую макушку и жадно вдыхая аромат рыжего.
— Гуки, — позвал его старший.
— М?
— Расскажи о себе. Я ведь ничего о тебе не знаю, — грустно усмехнулся Пак, накрывая чужие руки своими.
— Тебе полностью биографию? — изгибая бровь, спросил Чон.
— Желательно, — кивнул Чим.
— Меня зовут Чон Чонгук. Родился я первого сентября в Пусане. Учился там со своим старшим братом Хосоком, пока наши родители не погибли в автокотострофе. После этого мы с ним начали заниматься незаконными делами, поэтому нас пришлось переехать в Тэгу. Несмотря на то, что мы были новичками в данной сфере, слухи о нас разнеслись по всему городу, потому что мы работали вместе и понимали друг друга с полуслова. Это нам позволяла сделать наша крепкая братская связь. Вскоре мы закрепили свой статус и стали авторитетом для всех. Если после смерти родителей у нас не было и копейки, то тогда у нас были средства для покупки нескольких дорогих домов и элитных машин.
— Что-то случилось потом? — спросил рыжий, поворачивая голову в сторону парня и встречаясь с ним взглядами.
— Просто мы связались с теми, с кем нельзя было. У нас было достаточно уверенности для того, чтобы пойти на риск. У нас намечалась крупная сделка, но в последний момент Хосока кинули, а я в это время был на переговорах с тем человеком. Не знаю, как нам удалось выжить, но мы, так сказать, отмазались.
— Совсем не бережешь себя, — подметил Пак, отводя взгляд и поджимая губы.
— Я хочу заключить сделку с Шугой. С Рэп Монстром Хосок уже имеет деловые отношения. Теперь он будет подбивать клинья к Джину.
— Вы хотите создать сеть, — задумался Чим. — Решили собрать всех крупных мафий?
— Ты совершенно прав, но так, чтобы каждый был уверен в том, что его не кинут.
— Скажи честно, Гуки, ты меня используешь, чтобы сблизиться с Юнги?
— И в мыслях не было, — отрицательно качнул головой Чон. — Я же не виноват, что ты его лучший друг. Мне, конечно, понравился Шуга, но я не собираюсь использовать тебя в качестве приманки.
— Он тебе нравится? — резко повернулся рыжий, ошарашено смотря на парня.
— Ты мне нравишься больше, — чмокнул Гук Пака, еще крепче сжимая в своих объятиях.
— А он привлекательный, раз за ним столько людей бегают.
— Сколько?
— Тебе он понравился, а у меня к нему все это время была симпатия, но, как видишь, к тебе — влюбленность.
— Я уж думал, что первый признаюсь, что влюблен в тебя, — усмехнулся Чон, целуя старшего в шею.
Чимин прикрыл глаза от удовольствия и стал плавиться в объятиях младшего. Руки Чонгука были везде, губы плавно спустились на спину, а Пак лишь сильнее прижимался к горячему телу.
— Он разозлится, когда узнает, что мы с тобой вместе, — с придыханием произнес рыжий, извиваясь в чужих руках.
— А мы сделаем так, чтобы он не разозлился, — ухмыльнулся Гук, покрывая шею старшего поцелуями.
— И как же?
— Присоединимся.
— Думаешь, он согласится? — выгнул бровь Чим.
— Я это знаю. Кто же устоит над моей красотой и твоим обаянием?
— Никто. Но Юнги~я такой холодный. Ему нет дела до чужих отношений. И вряд ли он согласится.
— Это мы еще посмотрим, — ухмыльнулся Чон, нависая над Паком.
***
— Тэха, не знаешь, куда поехал сегодня Чимин? — спросил Шуга, как обычно встречая своего друга у его дома.
— Привет, Юн. Нет, не знаю. А разве он куда-то собирался? — недоумевал Ким, обнимая Мина.
— Просто я вчера ему позвонил и пригласил их с Гуком, а он сказал, что ему надо куда-то срочно по делам.
— А они разве к тебе вчера не пошли? — хмыкнул Ви, получая отрицательный кивок. — Я вчера заходил к Чиму, он, вроде, ждал Чонгука, чтобы пойти к тебе. Мы разговаривали, потом я решил уйти. По дороге домой я видел Чона, он направлялся в сторону дома Чимина.
— Но, видимо, до меня они так и не дошли, — усмехнулся Юнги. Он был в ярости, но не подавал виду. Только от Тэхена это не скрыть.
— Зачем они должны были к тебе прийти?
— Да так. По делам, — отмахнулся Мин, разворачиваясь и направляясь в школу.
— По таким же делам, как и у Чимина сегодня? — зло бросил Ким, чем заставил Мина резко остановиться.
— Да, Тэхен~а, только в следующий раз они без меня ничего сделать не смогут. Я лично буду присутствовать в этих делах, а также принимать в них участие.
Слова резали ножом по сердцу Тэ. На душе стало гадко и противно, а такой Юнги — до боли обидно. Безнадежно любить Мина и слышать такие грязные фразы — вдвойне обидно. В душе остался неприятный осадок, а в уголках глаз уже собрались горькие слезы. С одной стороны, больно, а с другой — злорадно. Ну, не одному же ему страдать?
Ему, конечно, совестно, но в глубине его души он доволен тем, что Чимин встречается с Чонгуком. Во-первых, Пак влюбился в Чона. А во-вторых, Юнги тоже ревнует его, хотя по нему и не скажешь. Ведь он приглашал их вдвоем. Видно, не один Чимин понравился Мину, и он намерен получить все и сразу. Это как-то пугает.
Всю дорогу они шли молча. Каждый думал о своем, но их мысли были схожи. Зайдя в школу, Юн сразу направился к своей банде, чтобы собрать информацию.
— Хоуп, — рыкнул старший, привлекая внимание.
— Шуга, — кивнул в качестве приветствия Хос.
— Ты все еще хочешь заключить сделку?
— Конечно. Разве Чонгук не подходил к тебе с этим вопросом?
— Не дошел. Если его не будет у меня дома завтра вечером, то на наши мирные отношения можете и не надеяться. Я ясно выразился? — прошипел Юнги.
— Ясно. Я обязательно позабочусь о том, чтобы он был у тебя в назначенный срок, — согласился Чон.
— Уж постарайся, — кинул в ответ Мин, уже направляясь в другую сторону.
С детства Юн был, так сказать, плохим мальчиком. Всегда дрался, ввязывался во всякие передряги. Но он довольно быстро перерос это и оправдал свой статус. Его семья жила в нищете, у Мина не было ни одного шанса подняться. Но он смог. Он стал авторитетом. Он выбрался из этой рутины. Он обеспечил семью деньгами так, что до конца жизни хватит. Он добился всего, что хотел... Но, жаль, что не тем способом. Теперь ему не выбраться из того, к чему он шел все это время. Единственным спасением в этом прогнившем мире был до ужаса милый Чимин и больной на всю голову Тэхен.
Каждый делал из унылого дня — веселый. Слыша их задорный смех, Мин рассеивал мысли о том, что мир настолько ужасен. Когда рядом домашний Минни и заботливый Ви, все кажется нереальным, и хочется, чтобы это длилось вечно. И если к первому Юнги чувствовал влюбленность, то ко второму — просто привязанность. Но, несмотря на это, Мин не мог отказаться от одного из них. Это как предложить вырезать сердце или печень. Невозможно сделать выбор.
***
Проснувшись, Чимин увидел перед собой Гука, мирно сопящего и прижимающего его к себе рукой за талию. Ресницы, мило подрагивающие во сне, бархатная кожа, маленький шрам на щеке — все было так, как и должно быть. И Паку кажется, что он хочет вот так каждый день просыпаться, в теплых объятиях Чона, такого горячего и сильного, способного успокоить лишь одним своим видом.
Рука зарылась в смолянистых волосах и перебирала прядки. Глаза бегали по стальным мышцам младшего, его крепкой груди и восьми тонко очерченным кубикам, а на лице застыла глупая улыбка, которая тут же сменилась легким испугом.
— Долго еще будешь любоваться? — приоткрыл один глаз Гук.
— Не любовался я, — смутился Чим.
— Да? — удивился парень, слегка ухмыляясь.
— Даже если и так, то, поверь, мне и вечности на это не хватит.
— Это льстит.
— Не зазнавайся, — произнес рыжий, дуя губки.
— Я и не собирался, — фыркнул Чон, поднимаясь с кровати.
— Гуки, — позвал его Чим.
— Что, малыш?
— Мне бы в душ сходить, — неуверенно промямлил Пак, потому что после бурной ночи зад ужасно саднило, а поясницу тянуло.
— Ну, так пойдем, — Чон подхватил Чимина на руки и понес в ванную.
После того, как они помылись и кое-как оделись, потому что Чимин все равно очень стеснялся парня, они направились на кухню. Вытащив вчера приготовленную еду, рыжий накрыл на стол и заварил чай. Ходить было уже не так больно, но некий дискомфорт остался.
— Слушай, Гуки, не хочешь сегодня куда-нибудь съездить со мной? — спросил он, тщательно пережевывая еду.
— С удовольствием. А куда ты хочешь?
— Ну, не знаю. Я еще думаю.
— Не хочешь съездить за город. Там у меня есть небольшой домик, рядом с лесом, — предложил Чон.
— А можно? — в глазах Пака сверкнул огонек заинтересованности.
— Чимин~а, если я сам предложил, это же что-то значит, — засмеялся парень, попивая чай.
— Хосок не будет против?
— Я могу делать все, что мне хочется. Хоть мы постоянно находимся вместе, но вольны на свободные желания, — пожал плечами Гук, встал, взяв грязную посуду и положив ее в раковину.
— Отлично. Я сейчас помою и пойду собираться.
— Давай, я сам помою, а собираться ты пойдешь сейчас. Мне этого не нужно, ведь там есть все необходимое.
— Спасибо, Гуки, — улыбнулся Чим, чмокнув парня в щеку, и побежал в комнату.
Наспех одевшись в более-менее свободную одежду, Пак быстро бросал в рюкзак вещи, при этом на его лице сияла широкая глупая улыбка. Младший сам позвал его отдохнуть у него в домике, и неважно, что рыжий первый предложил куда-нибудь поехать.
После недолгих сборов парни вышли на улицу и сели в такси. Доехали они только до дома Чонгука, чтобы поехать на его машине. По дороге парни никого не встретили, и это радовало.
Сказать, что Гук безупречно водит машину, — ничего не сказать. Машина ехала быстро, но плавно, не пересекая ни одной сплошной линии.
Чонгук был рад, что они смогут остаться вдвоем. А как Чимин был рад ехать вместе с Чоном, ведь смотреть, как он водит, так интересно, и постоянно хочется дотронуться до этого красивого профиля.
От навязчивых мыслей щеки пытали, а с лица не сходила глупая улыбка. Чон лишь усмехнулся на это, поглядывая на Пака и также улыбаясь. Он такой милый и родной, что казалось, он всегда вот так ездил с ним на машине, разглядывая его и смущаясь.
Примерно через два часа они уже проезжали мимо густого красивого леса. Рыжий завороженно смотрел на пейзаж, увидев который любой художник бы сразу побежал за мольбертом и красками, дабы запечатлеть эту красоту. Машина остановилась возле маленького домика. Ну, как маленького? Он был двухэтажным, с красивой и дорогой отделкой. А так — ничего особенного. Правда, с его крохотным домом не сравнить.
Смотреть на Чимина — приятно, а смотреть на прыгающего на месте и хлопающего в ладоши Чимина, у которого от восторга глаза блестят — просто офигенно. Это на себе испытал Чонгук, пока наблюдал за Паком.
Схватив чужой рюкзак, он взял рыжего за руку и повел в домик. Быстро открыв дверь, Гук впустил Чима внутрь. У последнего рот открылся от шока.
— Тут так красиво, — заворожено проговорил он.
— Жаль, что не с кем разделить эту красоту, — грустно усмехнулся Чон, обнимая старшего сзади.
Эти слова заставили Пака умилиться. Он осторожно перевернулся в объятиях младшего и обвил его шею руками. Прижавшись к чонгуковой груди, он потянулся вверх и нежно поцеловал парня в губы. Отстранившись, рыжий смотреть на Чона с такой любовью, что тот крепко сжал его и уткнулся в его огненные волосы.
— Я так рад, что встретил тебя с Юнги.
— Юнги? Думаешь, тебе что-то светит с Мином?
— Я надеюсь, что у нас с тобой получится.
— А причем здесь я? — возмутился Чим.
— А притом, что именно ты любил Шугу до меня.
— Но с чего ты решил, что я хочу быть вместе с ним, когда у меня есть ты?
— Я знаю, что в глубине души ты этого хочешь, как и я. Ну, и мне кое-кто сказал, что ты тоже ему небезразличен. Я уверен, что и меня он не просто так позвал, — произнес Гук, взяв Пака за руку, и провел показывать дом.
— Тебе бы в детективы податься или сыщиком, — усмехнулся рыжий, с радостью сжимая в ответ чонову руку.
— Ну да. С моей-то репутацией только туда, — рассмеялся Чонгук. — Зато можно с легкостью сажать тех, кто меня кинул.
— А это идея. Надо идти в криминалистику, так будет проще. Тем более мне всегда это нравилось.
— А если ты потом меня бросишь, то я могу с легкостью оказаться за решеткой.
— С такой же легкостью я могу оказаться в гробу, если изменю тебе. Меня же не оставят те, кто правят этим местом.
— Пока рядом я или Шуга, ты в безопасности, — Гук бережно поцеловал парня в лоб. — Слушай, не хочешь сходить на озеро? Оно тут неподалеку находится. Я всегда туда хожу.
— Конечно, хочу, Гуки, — запищал Чим, прыгая на одном месте.
— Ну, тогда пошли, — улыбнулся Чон и взял Пака за руку.
Выйдя из дома, парни направились к лесу, что находился за небольшой постройкой. Один вид величавых деревьев завораживал, заставлял смотреть и восхищаться их красотой.
Чонгук пошел в самую глубь леса, заманивая в него и Чимина. Если сказать, что ему не нравилась окружающая местность, то это будет ложь. Рыжий восхищался здешними красками. Все вокруг было зеленым, благодаря растениям, что не росли только на узкой тропинке, по которой он сейчас шел, стараясь не наступать на них. Среди этих же растений красовались разноцветные цветки разной величины. С деревьев раздавалось пение птиц, заставляя прислушиваться к нему, чтобы дослушать его до конца.
Чимин тоже имел отличный голос, и сам он любил петь, но смущался это делать при всех. Именно поэтому его пение слышалось только в плотно закрытой ванне. Единственный, кто слышал что-то похожее, — Чонгук, который выбивал из старшего стоны и наслаждался ими.
Уже виднелся конец леса, и парни весело побежали туда, руша его тишину, царящую где-то внизу. Ветки под ногами ломались и хрустели под ногами, но это лишь раззадоривало их, и они продолжали бежать вперед и смеяться. И вот, когда уже оставалось несколько метров, Чимин удачно споткнулся о торчащий корень и полетел вниз, как его схватили крепкие руки младшего, не давая упасть. Чонгук взволнованно смотрел в испуганные глаза Чимина, все еще прижимая его ближе к себе.
Зрительный контакт длился долго, ведь никто не хотел его прерывать. Каждый пытался узнать другого, просто смотря тому в глаза. Каждому было нужно узнать чужое прошлое, чтобы довериться. Чимину было необходимо узнать чувства младшего и то, что тот пережил, чтобы заключить в объятия и дать свое тепло взамен тому, что так жестоко отобрали у младшего. Чонгуку нужно было узнать, откуда у старшего столько добра и нежности, чтобы понять и принять всю ту любовь, что хочет дать ему этот рыжий комочек счастья. За то короткое время, что Гук провел с парнем, он успел привязаться к этому солнышку. И неважно, что все время о нем заботился не менее улыбчивый брат. Это другое.
Его тянуло к этому наивному пареньку. Его доброта дарила чувство эйфории где-то в районе ребер. Его нежность позволяла ощутить свободу и отрастить крылья за спиной. А его забота давала надежду на то, что Чон кому-то нужен не ради связей или для собственной выгоды, а из-за того, чтобы узнать, поел ли Гук, не болеет ли, когда вернется домой. Словно так и должно было быть. Чтобы Чон защищал свое маленькое счастье от окружающего зла, а Чимин также пытался помочь ему, не зная, во что ввязывается.
И если бы Чонгук знал, во что именно был втянут Пак, то никогда бы не позволил этому рыжему комочку вот так засесть в сердце и прорваться в его внутренний мир, такой убитый и прогнивший, что под таким давлением мог просто-напросто сломать его.
А если бы Чонгук знал, чем ему требовалось пожертвовать ради исполнения мечты, то отгородил бы старшего от всего, что могло причинить ему вред.
Но сначала — от самого главного зла.
От себя самого...