Lullaby

- Привет?

Стайлс встряхнул головой, убирая непослушные волосы назад.
Я усмехнулась.

- Привет - привет Гарри.

Не скажу, что он оглядывал меня как провинившийся щенок, но ему явно было неловко, и возможно, он даже злился.

- Что ты здесь делаешь, Фишер?

Я театрально огляделась.

- Здесь? - он кивнул, - я убиралась, Гарри.

- Кончай ломать комедию. - Его голос повысился на пару тонов, я сразу приняла это как атаку.

- А где был ты, м?

Гарри замолчал, его руки непроизвольно сжимались в кулаки. Затем он тяжело вздохнул и плюхнулся на кровать рядом со мной.

- Теперь ты все знаешь, милая. Это круто поменяло всю историю, да?

Я кивнула.

- Ты держал меня за дуру все это время, Гарри.

- Я всего лишь ждал, когда ты сама все поймёшь.

Я хмыкнула.
Действительно, очень интересно! Надеюсь он вдоволь мною наигрался.

Мы молчали несколько минут, и все что было слышно - как секундная стрелка перемещалась по циферблату.
Я видела что он хотел мне рассказать, но его губы едва-едва шевелились. Боюсь, все дело в том, что он сам не хотел это признавать, и от того не мог произносить вслух. Я уже хотела встать и уйти, потому что не знала что делать дальше, но тут, сквозь щемящую моё сердце тишину, прорезался его прокуренный голос.

- Я бы хотел родиться в другой семье, возможно, в другом городе, или просто не вспоминать свое детство. Но я есть тот, кто я есть. Моя мать - Элизабет Брайт, провела по крайней мере половину своей жизни в клиниках, все время скитаясь из одной в другую, пока мой отец не увидел её однажды. Он влюбился до беспамятства в неё, и как дурак даже не подозревал о её слуховых галлюцинациях, - он облизал губы и снова сложил руки на колени, напряжённо вздыхая, -  возможно любовь делает странные вещи с людьми, но он до последнего вздоха надеялся стать для неё спасением, как это принято по всем канонам всеисцеляющией любви. - Гарри снова замолчал. Он прикусил губу и взглянул на меня. Да, это действительно было похоже на начало истории его жизни. Я хотела бы ему улыбнуться в этот момент, но не могла. - Но он был не прав. Моя мама, из чувства благодарности, родила ему сына, и на этом все закончилось. Она полюбила этого мудака Трэвиса, и ей казалось, что он спасал её от болезни.

Я взяла его руку в свою, потому что понимала, как он отчаянно нуждался в поддержке. Или я оправдывала свое желание к нему прикоснуться?

- Галлюцинации становились все реалистичнее, появлялись чаще, и даже я, маленький мальчик, видел, что у моей мамы окончательно сошлись фазы.
Я столько раз пытался забыть этот вечер, но почему то помнил каждое мгновение. Она пыталась меня убить. Схватила нож, и зажала мне своей рукой рот, чтобы папа не услышал. Я готовился к этому, и я был быстрее её. Когда Тревис увидел маму, я не помню какую именно чушь он нёс, но я точно знал, что он собирается убить отца. Конечно, он смог засудить его, да так, чтобы никто о нем и не вспоминал. Затем, через полгода мне сообщили что он умер от какой-то заразы в тюрьме. Я был маленьким ребёнком, так что наврать мне было не трудно. Так что...Трэвор отомстил каждому из нас за смерть Лиззи. Я вырос, и узнал что отца убили его сокамерники, которым пообещали УДО. И я знал кто им это пообещал. Теперь я вышел, и я готов расплатиться с ним за все, через что мне пришлось пройти.

Он сложил руки на колени и наконец выдохнул.
Я тихо слушала каждое его слово, пока моё сердце отбивало ритм точь в точь ритму его сердца. Мне было страшно громко вздохнуть или вообще двинуться, потому что он замер вместе со мной. Что я должна сделать?

Мне было так его жаль,что я не знала как выразить свою обиду на весь мир за него. Я лишь кинулась к нему на шею, и обняла что есть сил. Я больше не позволю никому разрушить его.

- Я буду рядом с тобой, чтобы никто не посмел сделать тебе больно, Гарри.

Гарри засмеялся на мои слова и взял моё лицо в свои руки.
- Это должен был однажды сказать тебе я, малышка, но ты даже здесь меня опередила.

Я привыкла быть первой.

Затем он достал пачку сигарет и протянул руку к карману моих джинс, чтобы достать зажигалку. Я подбросила её в воздух и он с лёгкостью её поймал.

Когда Стайлс прислонил сигарету к своим губам, я вздрогнула. Это было для меня отдельным видом наслаждения - смотреть как дым медленно выходит из его губ.

- И как же ты собираешься ему отомстить? - я забрала из его рук сигарету, и затянулась.

Нет, это все равно слишком для моих лёгких. Но моих сигарет не было поблизости, так что я затягиваюсь ещё раз, и наконец улыбаюсь. Дрожь в руках проходит, у меня медленно расслабляется тело.

- Я собираюсь убить его. О, и кстати, сегодня ночью я делал татуировку, хочешь покажу?