Глава 14.🛡
Следующее утро было прохладным. Небо затянуто лёгкой дымкой.
Минхо пришёл в точно назначенное время.
Парни уже тренировались. Вся команда была.
— Инферно, стоп! — прервал Бонхван игру, как заметил Минхо.
Команда подбежала к Бо, встав сзади. Снова как в армии. И снова это напугало Минхо. Что он сделал шаг назад.
— Здравия. Я Минхо.
— Помним тебя.
— Я предложил Хо поиграть с нами. Он мой старый друг – вы, наверное, помните, я как-то рассказывал.
— Да, капитан.
— Что ж, Хо, добро пожаловать ненадолго в команду Инферно, — ухмыльнулся Бонхван.
— Благодарю, — сжал губы Минхо.
— Ты за «красных».
— Понял.
Первые минуты были быстрыми, агрессивными. «Инферно» не отпускали – каждый заслон, каждый проход. Проверяли Минхо на реакцию, на стойкость, на дыхание. Но он не срывался. Он знал темп, знал, когда сбросить, когда пробить, когда просто дать пас без излишнего риска.
Он не был самым ярким на площадке, но его нельзя было не замечать. Он был… надёжным. Не роботом – игроком, который дышал игрой. Не герой, а стержень.
— Под него не пройдёшь, — буркнул Леон из синих после неудачного прохода.
— Тихий он… — снова начал Ноа, на этот раз громче, — А руками работает как лезвием.
— Хорош. Очень он хорош, — сказал Минджэ, тяжело дыша.
Леон протянул ему бутылку воды, тот её принял, отблагодарив.
На восьмой минуте первого тайма Минхо принял мяч у дуги, резко ушёл влево, поймал на себе оппонента – и скинул на открытого Себастьян. Тот забил трёшку. Команда «красных» не выдала ни крика, ни аплодисментов, но напряжение в воздухе будто чуть разрядилось.
— Всё ещё читаешь игру, Минхо, — хмыкнул Бонхван на перерыве. — Старый пёс.
— Старые псы не забывают маршрут до кольца, — ответил Минхо.
Парни переглянулись. Кто-то усмехнулся. Лёд начал трескаться.
Минхо стоял чуть в стороне во время перерыва, вытирая пот со лба, и наблюдал.
Они были единым организмом – «Инферно». Двигались остро, разговаривали коротко, будто каждый знал, где должен быть и зачем. Но… тепло в этом было техническим, почти как у машины, что греется от нагрузки, а не от сердца.
Вдруг он вспомнил своих парней. У них всегда был смех – искренний, громкий. Иногда были плечи, которые касались не потому, что нужно, а потому что рядом. Были фразы ни о чём, крики из глубины души, касания, удары по спинам, и даже если злились – это было по-настоящему, с эмоцией, с жаром сердца.
А здесь…
— «Инферно» не горит. Оно плавит, — подумал Минхо.
Парни говорили чётко, почти безэмоционально. Никто не подбадривал друг друга. Вместо этого – кивок, резкий жест, короткая похвала или холодное замечание. И всё. Всё остальное – в действиях. Как будто эмоции только мешают.
Минхо заметил, как Ноа бросил взгляд на Бонхвана – оценивающий, чуть дерзкий, но не до конца. Бонхван не повернулся. Он знал, кто и как смотрит, даже спиной. Это тоже было частью их структуры: контроль без давления, дисциплина без слов.
Леон хрустнул шеей и, не глядя, подал мяч своему – тот поймал, даже не взглянув. Автоматизм.
Минджэ в перерывах не присаживался – стоял, будто на посту, всё ещё дыша борьбой.
Каждый из них был как винт в самолёте: важен, точен, и готов замениться, если выйдет из строя.
— Это не семья, — понял Минхо. — Это отряд.
Чётко собранный. Работает, потому что должен. Побеждает, потому что обязан.
И всё же, внутри этой брони были трещины.
Себастьян сидел чуть ближе к краю, чем нужно. Леон иногда смотрел в пол. А Ноа теребил край своей майки, как будто хотел сорвать с себя что-то.
Минхо это видел. Он знал – в любой команде, даже самой жёсткой, есть боль. Просто здесь она глубже прячется.
Но лезть он не желал и был рад, что находится рядом абсолютно с другими личностями.
— Ещё немного играем! — громко сказал Бонхван.
Парни быстро подтянулись и начали играть. Минхо тоже присоединился.
В это время Фростбайт зашли в зал, разговаривая.
Ведь у них должна быть тренировка, так как вечером турнир.
Соджун замер первым.
— Парни, парни, это не наш Хо там?
Дэхо прищурился.
— И то правда…
— Предательство?
— Да прекрати. Минхо и предательство? Это не по его схеме, зная его.
Соджун прищурился, покачал головой и, усмехнувшись, выдал:
— Ну, максимум что – это он разведку ведёт. Такой себе шпион с суставами на гарантии и душой пенсионера.
Фростбайт тихо рассмеялись. Даже Дэхо выдохнул носом.
— С такой душой и пасы раздаёт, как будто в шахматах участвует, — подхватил кто-то.
— Вряд ли он туда по зову сердца пошёл, — уже серьёзнее сказал Соджун. — Это же Минхо. Он не лезет туда, где не чувствует смысла.
— А вдруг чувствует? — подал голос Чонин. — У них же Бонхван. А то там же реально машина. Минхо и по правилам? Не верю.
— Минхо? По правилам? Пф, не его. — Соджун рассмеялся. — Это как чайник подключить к ядерному реактору. Он-то закипит, но сколько продержится?
— Минут десять, — подсчитал Дэхо. — Потом либо чай, либо взрыв.
— Интересно, с нами он осилит тренировку? А то вон потный весь.
— Вот и проверим, — Соджун хлопнул его по плечу. — Пойдёмте.
Фростбайт двинулись дальше, а в зале игра уже разогревалась вновь. Минхо мчался на подстраховку, а где-то в глубине, как будто сам себя проверял на прочность.
Команда вышла на поле.
Минхо увидел их и сразу засиял.
Джисон улыбнулся, после опустив голову, спрятав улыбку. Соджун кивнул ему, будто между ними уже всё было понятно без слов.
Минхо на мгновение остановился, давая себе выдох.
Он знал – сейчас снова будет смена ритма, энергии, дыхания. «Фростбайт» были другим организмом: не слаженная боевая машина, а импровизационный ансамбль, где каждый был солистом, но слышал и остальных.
— Хо, ты с нами? — бросил Соджун на ходу.
— Всегда, — ответил Минхо и без лишнего встал в их строй.
— Держи, — протянул полотенце Джисон Минхо.
— Спасибо большое.
— Какие люди, Фростбайт, — ухмыльнулся Бонхван. — Инферно! Заканчиваем.
Они мгновенно остановились. Никакой усталости на лицах – будто можно было начинать сначала прямо сейчас. Только Минджэ незаметно дотронулся до колена. Только Ноа чуть сильнее выдохнул, чем обычно. Только Леон задержал взгляд на спине Минхо, уходящего к «Фростбайт».
— Хо, слабо сыграть против нас? — скрестил Бонхван руки, приподняв бровь, слегка улыбнувшись.
— А давай, — подмигнул Минхо.
Парни из Фростбайт стояли сзади Хо, а игроки из Инферно за Бонхваном.
— Только перерыв на пять минут. Моим нужно разогреться.
— Без проблем.
И команды разошлись в разные концы поля.
— Ну как они? — спросил Джисон, когда они переобувались в сторонке.
Минхо пожал плечами:
— Чёткие. Безэмоциональные. Словно механика войны.
Он завязал шнурок и добавил, почти шёпотом:
— У них глаза не горят. У них горит цель.
— А ты?
Минхо задумался, потом кивнул:
— А у меня – игра.
Минхо стоял рядом с Соджуном, растягиваясь, наблюдая, как Бонхван выстраивает своих по дуге.
— Погнали, парни.
Но как бы далеко ни стояли команды, всё равно чувствовали друг друга. Это уже не просто игра – это стало проверкой, кем ты стал за все эти годы. И с кем ты теперь.