7
Два дня.
Один был потрачен на мини-расследование: Субин, проделав крайне рискованную работу, все-таки достал пароли от дверей с управлением и источниками питания электромагнитных машин. К тому же догадался, как отключить магнитное поле, ради чего пришлось повозиться с кучей цветных полупрозрачных проводов, потянуть за разной формы рычаги и самое главное — проделать все в секрете и не попасться на глаза кому бы то ни было. Тэхен все свободные часы проводил наверху у компьютера, а на вопросы о том, чем он занимается, отнекивался, говоря «не мешайте» или «увидите потом». Кай за столь короткое время смог разузнать весь распорядок дня ученых, всего лишь не переставая следить исподтишка за ними. Ёнджун с Бомгю тренировались драться друг на друге, ибо иметь даже такой навык было неотъемлемой частью плана.
Вечер второго дня являлся самым ответственным, самым важным и тем, который станет решающим шагом для всех на путь к освобождению. Бомгю достал свой черный рюкзак из-под кровати и собрал туда самое необходимое: бинты на случай ран, электрошокер, если учёные не полягут с помощью бластера (вряд ли, конечно), и пару вещей на смену, чтобы суметь обхитрить их и директора заодно. Парни ухватили для начала осуществления своей затеи относительно удачное время — время, когда подопечные здесь уходят в душ, потому что тем временем стража уходит перекусить или обойти территорию.
— Субину передал, — в комнату резко зашел Ёнджун, испугав Чхве. — Извини, волнительно как-то.
Темноволосый оставил сборы и подошел к парню. Заглянул в глаза и тут же притянул к себе, обняв. Понял, как тот тяжело и глубоко дышал, видно, и правда не мог успокоиться. Если их сил не будет достаточно и план окажется бесполезным, то это будет концом для них и для всех... ударом по всему, а в основном — по надеждам, которые каждый в себе таил уже достаточно долго. Здесь никто не был по одиночке, ведь главное в таких местах — держаться вместе, несмотря ни на что.
— С минуты на минуту Субин отключит поле, только ваши эти ученые не поймут сразу. Короче, думаю, у нас есть какое-то время до того, как они всполошатся. Что у нас дальше по плану? — Он нехотя высвободился из объятий, одаряя Чхве благодарственной улыбкой.
— Кай должен отвлечь директора. Он маякнет, когда все получится. Дальше уже мы на сцене появляемся.
Бомгю вмиг посерьезнел. Издалека, где-то около лестничной площадки, ведущей на этаж, парни услыхали некие возмущения низкого голоса и голос повыше. А значило это только одно: Хюнин приступает к выполнению своей части. Ёнджун выглянул из-за двери, жестом подзывая к себе и Чхве. Оба принялись наблюдать за коридором, и тут показались они: директор Ким и Хюнин Кай. Русоволосый всячески вертелся около него, отчаянно жестикулируя; на лице хоть и было выражение страха перед мужчиной, парни знали, что в Кае так и плещет уверенность, он просто-напросто разыгрывает спектакль, исход которого невероятно важен.
Дверь, как последняя тварь, предательски скрипнула. Шаги стихли, и только Хюнин продолжал трезвонить языком, уверяя директора, что сквозняк — дело обычное. Секунду директор Ким поколебался, затем тяжелой поступью все-таки поплёлся за русым, который его продолжал бесконца торопить. Двое Чхве одновременно с облегчением выдохнули, Ёнджун дрожащими руками закрыл дверь и сел на прохладный пол, в то время как Бомгю молниеносно подобрал рюкзак и прошмыгнул в коридор.
— Пора.
Загадки в том, почему директора удалось так легко подловить на удочку, не было: предовольно было умения Хюнина убеждать и слов «я нашёл что-то странное в душевой» для того, чтоб он заволновался и понял, насколько уязвим и беззащитен. Хюнин выбрал душевые именно потому, что в том конце коридора абсолютно нет окон, исходя из того директор Ким не сможет завидеть нечто подозрительное. Вдруг здание затряслось, как если бы что-то изнутри земли захотело вырваться наружу, освободиться от оков и цепей, как того же хотели ребята. Нижние этажи наполнились громкими мужскими голосами, но всего-то через несколько секунд шум померк, уступая место заветной тишине, наполняющей каждый уголок беспрекословно. Ёнджун взглянул на Бомгю: да, Субин использовал бластер и следом отключил магнитное поле, ибо сила бластера уже подействовала на людей в здании, а значит поле без раздумий можно отключить.
Электрошокеры наготове, ладони крепко их сжимали, а сами парни надеялись, что применять их необходимости не будет. С опаской оглядываясь назад и параллельно прислушиваясь к любым возможным «звуковым волнам», они пробрались на лестницу, где их настиг Кай. Тот объяснил, что кое-как привязал директора к батарее, но долго те веревки не протянут: их несложно перерезать. Затем тройка бесшумно потянулась ближе к подвальному этажу, откуда незадолго до их прихода были слышны спешащие и довольно осторожные шаги. Спрятавшись за стеной, они ожидали того человека, что подбирался все ближе, ближе, пока из-за угла не показалась темная макушка и не стало понятно, что это был Субин. Не успели все хотя бы порадоваться, что всё еще живы-здоровы, как этажом выше что-то неопознанное громыхнуло и кто-то начал наносить кому-то целую кучу быстрых, но, наверное, эффективных ударов.
Уже оказавшись возле двери, двое Чхве встали по одну сторону, как это обычно бывает в экшн-фильмах, а Хюнин с Субином — по другую, тоже во всеоружии готовясь к предстоящей «атаке». Бомгю подал знак, что будет действовать первым. Ёнджун было подумал, что парень сейчас рванет, ворвется в кабинет с грозным и опасным видом, словно злодеи из мультфильмов, однако брюнет оказался на редкость более рассудительным: Бомгю потихоньку принялся открывать дверь, боясь предполагаемого скрипа, но в том случае это не помешает наброситься на «врага» и устронить его. Тем временем этот враг продолжал безостановочно наносить удары, совершенно не щадя свою жертву, и только тот самый, предугаданный Чхве скрип отвлек его от столь занимательного дела. Бомгю предстала картина, от которой сердце в ужасе сжалось, но ярость только возрасла до предела: Тэхен, то ли живой, то ли полуживой, лежал на полу, лицо его, до этого момента всегда чистое и слегка бледноватое, сейчас было в кровоподтеках, во множестве ссадин, один фингал в районе глаза вовсе заплыл, так что покрасоваться было нечем. А вот мужчина, по-видимому, ученый, что дико метнул взгляд на Бомгю, будто бы тоже испугавшись его, занес кулак над парнем и готовился ударить, вот только сделать этого не получится. Чхве моментально поднес электрошокер, который ученый практически успел ухватить, но покачнулся и не смог, поэтому в следующие пару секунд его тело билось в агонии, правда, не предсмертной, но всё же.
— Тэхён! — воскликнул темноволосый, подбегая к другу. Помог подняться, убедился, что стоять блондин всё так же способен, и огляделся: компьютерный класс.
— Я изначально включил два компьютера, — с трудом, то и дело кашляя, начал говорить Кан. — На втором, который дальше от входа, я и работал на самом деле, а первый был для прикрытия. Услышал шаги, пересел, а мужик тут как тут. Разбил этот компьютер, но не заметил второй, а после полез с кулаками наготове. Спасибо вам огромное, я б уже ничком лежал, если бы не вы.
— Не за что. У нас мало времени, а про второй корпус лаборатории я вообще молчу. Может быть, на тех людей бластер вообще не подействовал, и они сейчас явятся сюда. Сваливаем отсюда, — указал Субин.
Все пятеро вывалились из кабинета и устремились к выходу. Получалось не быстро, ибо Тэхён прихрамывал из-за прошедшей драки, но как мог, так и пытался бежать.
— Я отключил систему безопасности, — оповестил он, стараясь по возможности не сбивать дыхание. На его слова каждый кивнул и только приободрился.
Чуть ли не выломав парадную дверь, ребята оказались на улице, вдохнули свежий, но до сих пор неприятный воздух, ибо это место в целом было неприятным. Удостоверившись, что больше препятствий на пути не наблюдается, хотя бы пока что, они помчались к все тем же огромным воротам, которые при приближении к зданию со стороны леса становились видны первыми. Лаборатория позади...
За спинами оказались те четыре года, проведенные в заточении, как в сказке о Рапунцель, только куда хуже. Многие из ребят, с которыми были хоть и поверхностно, но знакомы Тэхён и Бомгю, остались там, где, когда очнутся ученые, их ждет нечто ужасающее, только если вовремя вызвать полицию у пятерки парней не получится. Но про такой исход событий думать никто не смел да не желал. Рассуждая логически, тропа, что ведёт ко второму корпусу и дальше, должна вывести к дороге, а потому парни, держась от нее на расстоянии, чтобы не попасться кому на глаза, шли вдоль неё, а чуть позже — мимо второго корпуса, где их, похоже, поджидали...
Стоило головам парней показаться из-за холма, как целый «отряд» и ученых и стражей вместе — человек пятнадцать, верно — настиг их вполне ожидаемо. Ёнджуном был выстроен план, которому остальным следовать пришлось, пусть и под пеленой сомнительности: броситься напрямик к зданию, ибо забор стопроцентно еще не достроен, а значит по тому пути можно было бы без лишних обходов добраться к дороге. Только одно не учли: кобуры стражей. Бомгю взглянул на Субина, раскрыв глаза от ужаса из-за одной мысли, которая имела вероятность воплотиться в реальность.
— Пистолеты ненастоящие. У них только электромагнитные, да те еще не всем выдали. На нас все равно не подействует, — как скороговорку проговорил Чхве. — Бежим напролом.
И пятерка парней устремилась прямо на кучу людей в халатах или форме, какие только выглядели устрашающе, а на деле друг от друга трусостью не отличались. Побежали, выставив руки с электрошокерами, что ждали своего часа, когда же наконец станут полезными. Одного уложили, еще пятнадцать тоже смогут.
***
Ночь сгущалась над головами темно-синими чернилами, где звезды, как пылинки, не прекращали блекло мерцать. Тропинки никакой и в помине не было, так что приходилось самим аккуратно ступать и надеяться, что ни в какое болото они не умудряться попасть. Редко где уханье филинов жутковато раздавалось поблизости, но в общем-то все было спокойно, а дорога — безопасной. Фонарик, что был у Субина, как у стража, скудно освещал путь, норовя вовсе перестать работать, но покуда что никто этого не опасался.
Съедобного чего-то, конечно, ни у кого не было, поэтому и привал было делать необязательно. Шли и шли, пока впереди не показалась чуть светлее, чем тьма леса, извилистая полоска, оснащенная различимыми полосами, обозначающими обочины.
— Мы... кажется, сделали это? — в конце концов, произнес вопрос Хюнин Кай.
— Именно так, — поддержал Субин с ободрябщей улыбкой. — Дальше просто пойдем вдоль дороги, потому что вряд ли в такое время и тем более здесь мы найдем того, кто сможет нас подвезти. В очередной путь-дорогу, друзья.
***
По пути встретилось село. Тем же часом начало светать. Солнце стремительно высилось над крышами одноэтажных домов, простор неба ярко-розовыми красками разлился по окрестностям, прокрадываясь в окна и пробуждая все еще сонный мир. На конце селения парни нашли заброшенный, то ли недостроенный дом с пологой крышей, куда и приняли единогласное решение взобраться и передохнуть.
— Мы справились, — Бомгю, не веря глазам и ощущениям, опустил голову, и слеза чуть ли не покатилась по щеке. Рядом сидевший Ёнджун взял его за руки и позволил темной макушке уместиться на своем плече.
— Самое сложное уже позади, осталось только уничтожить это сборище недоумков с помощью полиции, — облегченно произнес Тэхён, глазея на желтенькое теплое солнце.
— Знаете, я рад, что вы со мной, — вдруг задумчиво сказал Субин. — Наши предки боролись с подобным на протяжении стольких лет, а теперь и мы сделали свой вклад.
— И вы помогли мне снова обрести надежду. Я так вам благодарен... — шепотом проговорил Бомгю, правда стараясь не разразиться рыданиями перед друзьями.
— А он мне нравится больше, когда такой сентиментальный, — невзначай веселым голосом заметил Кай, заставляя всех посмеяться с этого выражения.
Хохот поддержал и Бомгю, только самые сокровенные эмоции все же остались в душе. Да и пусть хранятся там.
Спустя некоторое время на крыше остались исключительно двое Чхве, продолжавшие сидеть в обнимку. Смотрели на рассвет и вслух представляли, что будут делать, когда вернутся домой. Но уж точно не разбредаться по своим уголкам, прекращая общение. Нет, в беде они друг друга познали, познали и счастье, которому помешает разве что внезапная разлука друг с другом.
Но этому не бывать. Ёнджун взглянул прямо Гю в глаза, замечая, какие те, оказывается, темные даже под лучами солнца. Он был рад, что смог воодушевить брюнета, пусть не очень дружелюбными способами, ведь больше это было похоже на перепалки друг с другом, где Джуну просто надоело наблюдать за бездействием Чхве. Однако Бомгю был искренне рад тому, что в жизни оказался такой человек, наставивший его на правильный моральный путь, который помог посмотреть на вещи другим взглядом, который в конце концов пробудил веру в лучшее. И то, через что они прошли, никогда никем не забудется.