5
- Дяденька, по хорошему курсу поменяю, - обратился Миша подошедшему к обменнику мужику. Мы с Губой напряглись. Дяденька лишь тяжело вздохнул, Мишино зазывание имело обратный эффект, он видно передумал проводить валютную операцию и, оглядываясь, пошел дальше. Я тоже бы порекомендовал Мише вести себя немного скромнее, он явно переигрывал. Минут тридцать никто к обменнику не подходил, скорее всего, виной тому была чрезвычайная активность Миши, Стас, наоборот, стоял как вкопанный. Я уже начал подмерзать.
Миша подошел к нам и промолвил - Идем к другому кантеру, этот какой то запаленный.
Пройдя несколько сот метров, мы расположились возле следующего.
- Это фартовый, я тут летом сотку сделал, - гордо заявил Миша.
Как только мы разошлись по местам, к ларьку подъехал тонированный «форд» и заглушил мотор. Как я понял, они сейчас следят за Мишей, правда кто это мусора или крыша, мне было не известно. Те и другие представляли реальную угрозу, и даже неизвестно, кто большую. Вскоре, от туда вышли двое ребят и я понял - это рэксы. Похоже, Миша своим заявлением про фартовый ларек сглазил и напророчил беду.
Они подошли к Мише и начали что то у него спрашивать, Миша тихо отвечал. Я понял, что нам пора выходить из засады, хотя желания вообще не было.
- Ну что идем? - обратился я к Губе.
Он промолчал, взглянув на него, я понял, он собирается идти в противоположную сторону, в направлении нашего района.
- Губа, если ты сейчас не пойдешь, больше ко мне не подходи.
После этих слов, Губа неохотно поплелся за мной.
Из машины вышел еще один пацан, и направился к нам. Мы стали за спиной у Миши, и новый подошедший начал допрос. По перепуганным лицам Миши и особенно Стаса, я понял, что мы серьезно нарвались.
- Так что рассказывайте, у кого работаете пацаны?
- У Кирилла! - громко заявил Миша.
- Чего то я вас никогда не видел? - скривившись, добавил он.
- Мы недавно пару месяцев, - добавил он.
- А вы кто? - дерзко спросил Миша. Он так резко спросил, что я понял, сейчас начнется самое неприятное.
- Сашика знаешь?
- Конечно знаю, - уверенно ответил Миша, как будто это был его лепший друг.
- Ну это малой вообще то я, - ответил он.
Миша сник, поняв, что серьезно спалился. Как я понял, добавить ему было нечего.
- Часто долю заносите?
- Заносили несколько раз, каждый раз после работы, - как то не очень уверенно ответил Миша.
- Так вот, я тебя запомнил, будете теперь мне заносить, договорились?
- Хорошо, - бодро ответил он, Миша уже ожил, осознав, что на сегодня раздача отменяется или скорее откладывается на недолгое время. Долго его метод работы без раздачи точно не просуществует, был уверен я.
Мы с облегчением посмотрели в сторону уезжающей машины, и Миша со злостью промолвил - Нихера себе работа, ездить и снимать долю, я тоже себе такую хочу.
- Заноси мне долю, жди урод, - перекривил он Сашика.
- А это кто был? - переспросил я.
- Правая рука Кирилла.
- Ого, - посвистывая, промолвил Губа.
- Что дальше делаем? - поинтересовался я.
- Идем через дорогу, там люди Борисыча контролируют, а то эти Кириловцы меня вообще задрали, - заявил Миша.
- А если звери Борисыча нас срисуют, что будем делать? - переспросил Губа.
- Ну вот вы и следите, увидите таких, давайте маяк и валим, пацаны Борисыча - это не эти лохи, если словят, будет плохо, - промолвил он и я напрягся от его вывода. «Если те перекаченные мастодонты были по его мнению лохами, кто же тогда пацаны Борисовича?: всерьез задумался я.
Беспечность Миши меня серьезно напрягала, про Губу я вообще молчу. Он никогда не любил переходить дорогу бандитам, ну разве что в мечтах. Я посмотрел на него: ему уже не надо было ни плана, ни денег, ни девок. Вообще, он шел с таким настроением, как будто мы ведем его на расстрел.
- Миш, а тебя еще ни разу в лес не вывозила твоя крыша? - по дороге, пошутил я.
- Руки у них коротки, - улыбаясь, ответил он.
Эта фраза звучала смешно, но не реалистично.
Мы перешли через дорогу и стали возле ларька.
- Доллары, доллары! - звонким голосом завопил Миша.
Что делал там Стас, и какая у него была роль, мне было не понятно, я посмотрел на Губу, зачем он тут, тоже было не ясно. Я его знал и не верил, что он сможет или, точнее, захочет эффективно сработать как отвод. Два пустых места, но желающих равную долю. Это сейчас они такие поникшие, а когда появится лаве, так они резко оживятся.
Миша обратился к подошедшему парню - поменяю доллары!
- Ты кого кидать собрался, ты? - злобно ответил тот.
- Я меняю!
- Я тебе сейчас наменяю, мало не покажется! - грозно промолвил он, оттолкнул Мишу плечом и подошел к окошку. Разменяв и положив деньги в карман, он продолжил - Ты умник хоть знаешь, что это Борисыча территория?
- Конечно знаю!
- Но тебя я чего то не знаю!
Когда тот парень скрылся, Миша продолжил волать, как ни в чем не бывало - «Доллары. Доллары!».
Его навязчивые предложения сделать обмен валюты по самому выгодному курсу в мире, отпугнуло парочку прохожих.
Резко открылась дверь ларька, и оттуда вышел заплывший жиром валютчик - Пацаны бля, вы че не знаете, что Борисыч запретил здесь кидать?
- Мы не кидалы мы меняем
- Бабушке своей расскажешь
- Тебя забыл спросить!- огрызнулся Миша.
Барыга резко забежал в ларек и вышел с битой - Я тебя запомнил, тебе конец, завтра тебя пацаны Борисыча закопают!
- Засунь свою биту себе в жопу! - уходя, промолвил Миша.
- Идемте к другому, что то как то здесь не очень, - расстроено промолвил он.
Мы прошлись через дворы и направились в сторону следующего обменника.
- А это чия территория? - полюбопытствовал я.
- Черкеса или Шрама точно не помню, у них все так быстро меняется!
- Миша, а ты не стремаешь, что если нас словят, будет жесткая предъява? - спросил я.
- У тебя есть другие предложения замутить деньги? - посмотрев мне в глаза, злобно промолвил он.
Я промолчал.
- Нет, так вот и молчи, - недовольным голосом добавил он.
Все четверо заняли свои места. К ларьку уверенно греб сорокалетний невысокий мужичек.
- Доллары, доллары
! - оживился Миша.
- Мужчина выгодный курс! - обратился он к нему.
- Мне двадцатку, десять на сдачу есть?
- Есть! - ответил Миша повеселевшим голосом.
Миша взял деньгу и начал крутить ей в воздухе, явно подавая нам сигналы. Мужик это видно тоже заметил, сигналы были слишком выкупные. Когда появились мы с Губой, мужик напрягся и одной рукой полез в карман. Когда мы уже подошли, он резко выхватил обратно купюру с рук Миши и с криком - «Уголовный розыск, все арестованы!», - одной рукой схватил его за шиворот. Миша резко оттолкнул его и побежал вдоль улицы. Вслед за ним побежал Стас. Я встретился взглядом с ментом, не нашел что ему сказать, и тоже пустился в бег. Мы долго бежали, я один из них был спортсменом, но все трое уверенно бежали впереди меня, я даже не мог с ними сравняться. Покружив по дворам, пробежав сквозь 2 проходняка и арку, мы присели на лавочке.
- Что за день такой дебильный? - с досадой промолвил Миша.
- Ну и райончик, похоже, у вас тут или рэкетиры или мусора, другие люди не живут, - заметил я.
- Да даже барыги с битами ходят, как вы тут вообще живете? - вставил Губа.
- Как я понял, на сегодня с киданиями закругляемся? - недовольно добавил он.
- Еще нормально обошлось, если бы нарвались на пацанов Борисыча или Шрама, не факт, чтобы убежали, - заметил я.
- Согласен, - признал Стас.
Стас это точно Губа уже понял я, правда он не был таким наглым как мой, вел себя тихо, знал свое место. Я задумался, и мне эта работа перестала нравиться, слишком много у нас появлялось потенциальных врагов. Также, с таким раскладом, казалось легче в рулетку выиграть, чем заработать под кантером в этом районе.
Когда появилась эта тема, мы с Губой как то пытались поработать на Подоле. Но там эта работа сразу превратилась в фарс, так как под каждым обменником стояло не меньше дюжины кидал, которые никому не давали пройти к обменнику, и обменять валюту официально. Ко всему, вблизи от пунктов обмена, тоже располагались компании ребят, внимательно следившие за валютными операциями, и планирующие, по старинке, ограбить засветившего наличку человека.
- Курить охота, - промолвил Миша, в это время устремив свой взор на мужика с дымящей сигаретой. Я посмотрел по сторонам, в дворике людей больше не было. Я тоже хотел покурить, но на человеческую доброту давно не рассчитывал.
- Батя дай закурить, - подошел я к мужику.
- Последняя, - грубо ответил он.
После, двумя ударами я сбил ее с ног, достал только начатую пачку и портмоне. «Так и к соревнованиям подготовлюсь» - подумал про себя я.
- Побежали, - скомандовал я.
Покружив по дворам, мы забежали в другой квартал.
- Сто тысяч не густо, - подсчитал я и выбросил кошелек в мусорный бак.
- Ну ты даешь! - промолвил Миша.
- Не хочешь курить? - спросил я.
- Хочу, но как то так быстро, молодец.
Я видел, он был впечатлен моим поступком. Видать, он до конца не отдавал отчет своим поступкам, какому риску он подвергается под обменником, пытаясь кинуть абсолютно всех: человека, ментов, крышу.
Мы решили немного пересидеть в парадном.
- А у тебя нет каких то других муток пореальнее, видишь тут все схвачено? - обратился я к Мише
- Это каких? - удивленно спросил он.
- Ну хотя бы, чтобы не пересекаться с бригадными дебилами?
- Эти суки все хотят контролировать, а у них работать на их условиях, это в раба превращаться.
- Та я знаю, мы уже поработали, еле выпутались, - добавил я.
- Ходить по базару и сбивать лаве еще можно, а вот под их крышей мутить, мало что намутишь, кроме проблем, - заметил Стас.
- Они кстати от мусоров не крышуют, хотя связи есть и своих вытягивают, а про таких как мы вообще забывают
- У меня вон кореша Филина посадили, так его братва даже пачки сигарет не прислала, хотя базарили и адвокат свой и судье подмазали
- Ну подумай, меня ж с Губой никто на районе не знает, мы грабануть можем денежного и еще многое что, - вернулся я к прежнему разговору.
- Грабануть можешь, оценил! - заметил Миша и противно засмеялся.
- Может там должники есть, выбьем лаве? - продолжил я.
- Мать его, это ж меня козел Марик кинул месяц назад, - с досадой в голосе, промолвил Миша.
- Марик? - переспросил я.
- У нас тоже есть на районе Марик, редкий ушлепок, - промолвил Губа.
- Наш гнида еще та, - злобно добавил Миша.
- Он хоть ни у кого не работает? - уточнил я, так как с Мишенной беспечностью я бы не удивился, что он, без раздумий, и на бригадного звеньевого натравит.
- Та нет, черт освободился с Лукяновки пару месяцев назад, жаловался жрать нечего, мы взяли его на работу, а он сука кинул меня и еще подставил.
- Рассказывай, - заинтересовался я.
- Стоим под кантером, Стас отвод, а он типа со мной. Подходит мужичек и протягивает ему сто баксов. Он берет, и без отвода, даже без маяка, начинает убегать. Мужик закричал - милиция, ограбили, - и схватил меня за куртку. И тут пэпсы откуда не возьмись. Мужик им дал весь расклад и меня пакуют. Я в отказ, и терпило уходит ни с чем, даже заяву от него не приняли. Я типа тоже собираюсь валить, но не тут та было.
«Ну что допрыгался?» - обращается ко мне старший. «Да нет, мужик обознался!» - говорю я. «Давай не будем, в общем то так: сотку давай по братски делить: тебе пятьдесят, мне пятьдесят, - предлагает мусор. «Не я ничего не знаю!»: настаиваю я. Тут меня начали тушить со всех сторон. Когда я очухался, он продолжил мне план действий. «Найди своего дружка и принеси мне мою долю, если этого не сделаешь, когда я тебя в следующий раз приму, я на тебя повешу все висяки за последний год, включая мокрухи!» И так меня еще немного попинали и отпустили. Я сразу же к Марику бегу, с ментами надо рассчитаться не шутки. Звоню по телефону, в квартиру, глушняк. Нашел его через двое суток, он даже и не скрывался, а видно висел все время за эти деньги. Я ему - «давай сотку, мусора на крючке держат, такой расклад!», а он отвечает - «Я ее скинул, когда мусоров увидел» А от самого тхнет водярой, еще и сигареты Мальборо курить начал тварь, раньше Приму без фильтра с радостью курил.»
- Чего ты его не отоварил? - удивился я.
- Та он не такой уж сука слабый, типа качком раньше был, - ответил Миша.
- Правда за полгода на Лукьяновке скачался, - добавил Стас.
- Ну я хоть один смогу его прибить? - спросил я, так как в нашем дружном коллективе, компаньона для таких дел для себя я не видел.
- Главное не дать ему за ножи хвататься, а так прибьешь, - успокоил меня Миша. Хотя, для меня, его слова ничего не значили.
- Сыграете в бригадных, он кстати до смерти их боится, скажите, что я вам расклад дал и он шуганется.
- Что предъявим кроме сотки?
- У него батя алкаш, он вроде собирался хату продавать, пусть продает и платит штраф.
- Пусть вообще всю хату отдает!- свои пять копеек вставил заинтересовавшийся Губа.
Единственное, что могло заслепить страх у Губы - это возможность быстрой наживы, но правда тоже не надолго.
- Кроме хаты ничего у него нет? - поинтересовался я, так как понимал, продать хату не так уж и легко. Да еще, когда у человека забирают последнее, он вообще становится непредсказуем.
-Та голый сука, даже в моей старой куртке ходит. Подарил освободившемуся дружбану, - скривившись, добавил Миша.
- Хату не отдаст, а штуку можно выставить с продажи, причина серьезная.
- И вы типа дружили, а так за сотку разменялся? - спросил Губа с таким видом, как будто он даже себе представить такого не может, как можно из за денег поссориться с другом.
- Да еще сука угрожал, когда я начал виснуть, - недовольно заметил Миша.
- А ты прикинь, что со мной будет, когда тот мусор меня примет? - невесело добавил он.
- Так ты с ментами ничего так и не порешал? - удивленно спросил я.
- А как я порешаю, сотка та тю тю.
Я поражался ему, он считай кинул районных мусоров, и мало того, что спокойно ходит по улицам, так еще и промышляет кидками. Я всерьез задумался над психотипом Миши - мне он был, от начала до конца, не понятен: тупа лезть на рожон к бригадным, кидать мусаров, и, в тоже время, не думать отомстить своему старому другу и не пытаться получить обратно свою долю. Это ж получалось, я его заставил вспомнить про этого должника, так бы он вообще про него забыл.
- Миша мы беремся, только с начало подумай, а потом ответь. Я один смогу его забить? - смотря прямо ему в глаза, спросил я.
- Та перестать, ты его убьешь, - ответил он.
- Это верняк Саня! - по дороге домой, промолвил радостный Губа. Я промолчал, так как верняка вообще не видел, также я видел, что из нас четверых вся работа ложится на меня.
- А этим твоим танкистам вернем их сотку, девятьсот нам на двоих, - весьма странно поделил сумму, которую мы, на ходу, полчаса назад придумали. Наш должник этого еще не знал, и явно был не готов к такому повороту событий. Если он так тупо зажал сотку, я понимал, он вообще не расположен возвращать долги. Его еще придется уговаривать, даже я бы сказал, упрашивать. Тем более, на Лукяновке был, не прост. Также, то обстоятельство, что Миша ничего ему предъявить не может, и этот Марик, его ни во что не ставит, тоже говорило о многом.
- Долго думал, как поделить? - злобно обратился я к Губе.
- Не, ну че, Миша еще вроде нормальный пацан, а этого Стаса я бы вообще с расклада убрал, - заявил Губа.
- Губа идем вернемся и ты ему это скажешь, - резко остановившись, промолвил я.
Губа покраснел, ему видно не понравилось мое предложение.
- Не ну смотри, мы будем его щемить, Мишин долг, а причем там Стас?
- Мы будем щемить или я?
- Ну вдвоем будем, я нож возьму, - уверенно сказал Губа.
Как он меня задолбал со своим ножом, и угрозами наконец-то его применить на деле.
- Ловлю на слове, я буду базарить, а ты его на ноже держать, - грозным голосом промолвил я.
Губа понял, что вляпался и начал оживленно думать. Видно, нарисованная с потолка сумма, его полностью устраивала и он промолвил -Так и сделаем.
Я догадался по его гордому взгляду, что он, наконец то, собирается мне доказать, что он не какой то там нахлебник. Я часто видел этот взгляд, и это мне ни о чем не говорило. Главное, чтоб в разговоре с должником этот взгляд не пропал, что очень часто бывало.
Через пару дней, вечером, мы все четверо встретились под училищем.
- Ну что, будешь нас знакомить с Мариком? - предложил я.
-Поехали, - радостно промолвил Миша.
Мы приехали на Сырец и стали под окнами неизвестного мне Марика. Если судить со слов Миши, это был человек высшей степени аморальности. Также, судя по его поведению, это его вообще не волновало.
Во всех комнатах горел свет, значит все дома.
- Кто там еще живет на хате? - спросил я.
- Батя алкаш и младший брат, - с презрением в голосе ответил Миша.
- А кто они вообще по жизни?
- Батя тоже сидел, но видно каким то чертом, я не знаю вроде бутылки собирает, а младший лох районный.
-Так собирает бутылки или нет? - уточнил я.
Я уже имел возможность осечься с собирателем бутылок, и решил отнестись к делу посерьезней.
- Я за ним не слежу, конченный алкаш, вообще никто, - раздраженно добавил он.
- Если мы наедим, куда они могут лукануться?
- Да никуда, батя полубомж, и с такими вошкается, а с Мариком вообще на Сырце никто не общается из нормальных, за ним бока есть, вроде сдал подельника.
- А ты чего с ним общался? - заметил я.
- Я потом уже справки на районе навел, - недовольным голосом добавил Миша.
- А за что он на Лукяновке был?
- В хату влезли, приняли с поличным, идиоты свет везде повключали, и так шумели, что соседи проснулись и вызвали ментов.
- В натуре, за хату редко условняк дают, наверное сдал, - подытожил я.
- А другого посадили?
- Да, четыре наваляли.
- Может договорились, тот на себя все взял, - предположил я.
- Какой там договорились, сдал гнида, его надо порвать, - злобно произнес Миша.
Рвать я его не хотел, так как злости к нему не испытывал по простой причине, я его даже в глаза не видел. Судя с описаний Миши, и из его поступков, эта была мразь еще та, и такую приятно попинать ногами, но таких много и на нашем районе.
Миша начал себя вести, как будто мы идем ему мстить или восстанавливать справедливость, я же хотел на этом деле заработать, и это все, что меня волновало. Ну правда еще одно.
- Мусорам, как думаешь, может заяву написать?
- Исключено, батя сидел, он сидел, он ведь на отметке, так что это точно отпадает, - уверенно ответил Миша.
Уверенность Миши мне уже не о чем не говорила, единственное из всего озвученного, что намекало, что он, скорее всего, не будет писать заяву - это его условное. Домушнику идти с условным писать заяву – только ментов рассмешить.
- Тем более, он типа по понятиям живет сука, даже мне пытался рассказывать кодекс воровской чести, - сплюнув на пол, злобно прошипел Миша.
- Ну да, настоящий вор в законе, всех кидает, кого видит, - вставил Губа.
- в первую очередь своих – злобно добавил Миша.
- План такой: сейчас ломимся к ним на хату, если не пускают, врываемся, главное чтобы открыли. Я с Губой типа играем в бригадных, что ты к нам обратился, и за крысятничесво мы ставим его на лавэ, штуку баксов, а где он их возьмет, нас это уже не волнует, хочет, пусть хату продает, это уже его проблемы.
- Нормально?
- Отлично, - чуть ли не выкрикнул Миша.
Я посмотрел на него, он желал мести, мне это не нравилось, так как нам был нужен чуть другой настрой.
- Кем же лучше представиться? - задумался Миша.
- Обязательно представляться, может так, как то, туманно намекнем? - переспросил я, так как это дело очень не любил.
- Не, надо представиться, а то еще быковать начнет, - убедил нас Миша.
- Скажите, что он Борисыча, его тут все боятся, и он сразу на жопу сядет.
- Не только тут его бояться, - перепугано посмотрев на него, добавил Губа.
- Миша у него точно нет выходов на пацанов Борисыча, или других, а то вляпаемся? - внимательно посмотрев ему в глаза, переспросил я.
- Божусь, -ответил Миша.
В принципе, нас в этом районе не знали, и мы смело могли побеспредельничать. Со старту представляться конечно не надо, но если дело пойдет не так, может и скажу. Хотя я не очень хотел этого делать.
- Ну, вообще, может он хвататься за ножи, бросаться стульями? - продолжал я узнавать про Марика.
- Уверенно себя ведите, расскажи ему, что ты с Борисычем и он сразу успокоится, он до смерти боится бригадных. У него были с такими конфликты до СИЗО, даже вроде в подвале две недели сидел за долги. Даже не знаю, как выпутался, так как всегда галимый был.
- А тебя чего не боялся кинуть, ты ж тоже на Кирилла работаешь вроде?
- Я ему падле говорил, что с крышей не делюсь.
- Понятно.
- Если будет тварь рыпаться, я его беру на себя, - услышал я грозный голос за спиной.
Я даже поначалу не распознал, кто это. Я повернулся, передо мной стоял Губа. У него было выражение лица, как у индейца, вышедшего на тропу войны. Он, с серьезным лицом, достал свой нож - бабочку и покрутил им в воздухе. На всех это произвело неизгладимое впечатление, всех кроме меня. Они не знали, что Губа, подобно цирковому трюкачу, использовал свое грозное оружие только в мирных целях.
- Давай дальше, сколько там комнат? - продолжил я.
- Две.
- Так вы вдвоем берете молодого и папашу заводите на кухню, а мы в комнате с Мариком базарим.
- Без нашего разрешения не впускайте их в комнату и типа ведите себя, что мы с Губой намного серьезней вас.
- Вы хоть резать его не собираетесь? - тихо спросил Стас.
Губа после этих слов раздулся, и вальяжно промолвил - Посмотрим на его поведение.
Стаса ответ не удовлетворил, и он сразу сник. Губа смог его заставить поверить, что он парень жесткого нрава, это впервые у него получилось. Это, кстати, мне понравилось, у него был шанс и на Марика произвести неизгладимое впечатление.
- Если какие то проблемы, лучше не иди туда, здесь нас подожди, - сказал я Стасу.
- Та не, все нормально, он пойдет, просто Стас аккуратный, - заступился Миша за своего друга.
Его аккуратность, я бы другим словом обозначил.
- Ну что поехали! - последний раз посмотрев в окна, сказал я.
- Поехали! - грозно повторил Губа и первый пошел вперед.
Он был очень решительно настроен, не знаю с чем это было связано, или с тем, что нас четверо на одного, или сумма его завлекла, или, действительно, наконец то решил мне доказать, что он не такой, как многие думают и я больше всех, по причине, что я больше всего провожу с ним время.
Миша позвонил в дверь, мы трое поднялись на этаж выше.
- Кто это? - прозвучал хриплый голос за дверью.
- А Женя дома это Миша.
За дверью послышался какой то шум и вскоре вышел невысокий парень лет двадцати.
- Здоров братан! - промолвил он.
- Марик, я к тебе по поводу той сотки.
- Слушай Миша, ты наверное тупой, я тебе сказал, что скинул ее по дороге, что ты привязался как баран.
Я понял, что пришло время спускаться, и маякнул Губе со Стасом.
Парень увидев нас, состроил грозное лицо, и обратился - Пацаны, это не ваш расклад, нечего сюда нос совать.
Он держался хорошо - сразу подытожил я.
- Давай не кричать в парадном, зайдем внутрь, - предложил я.
- Я ты кто вообще такой и каким боком к нашему вопросу? - уже открыто, по хамски, заговорил Марик.
- Давай поговорим внутри, - тихо повторил я.
- Даже и не думайте, внутрь никто не зайдет, - грозно сказал он.
Он и покрикивал и вел себя уверенно, подытожил я. Но правда была на нашей стороне, и численный перевес, это меня подбадривало.
Я подошел к двери и грудью затолкнул его внутрь.
- Ты кто такой, быстро представься - закричал он.
- Не переживай, представлюсь, - ответил я.
Я молча зашел в квартиру, и также молча за мной, гуськом, зашли все мои компаньоны. Пройдя крошечный коридор, мы сразу же очутились на кухне. За столом сидел мужичек и мальчуган лет четырнадцати. На столе была не хитрая поляна: бутылка водки, три стопоря, открытая банка кильки и черный хлеб. Видать мы помешали их семейной трапезе.
- Слушай, вы не наглейте, Миша, они уйдут, а мы с тобой останемся, - начал, намеками, угрожать Мише Марик.
На Мишу это действовало, я не понимал почему, так как вроде и физически Миша был здоровее.
Я понял, что уже время пришло начинать.
- Стас захлопни дверь, - попросил я.
После, влепил пощечину Марику. Он покраснел, и на его лице появилась грозная гримаса.
- Миша, пацаны уйдут, а я знаю, где тебя достать, - злобно промолвил он.
Миша промолчал, вообще Миша и Стас видно его побаивались, и его угрозы на них действовали.
- Где вы и с кем сидели молодняк, чтобы так вести себя, быстро отчитались? - встрял в разговор его подвыпивший батя.
- Старик лучше молчи, крысу воспитал, сиди тихо, - заметил Губа.
В это время Марик резко взял в руку бутылку и как я понял, собирался разбить об мою голову.
- Слушай давай как то успокойся, - промолвил ему Губа, в это время приставив к горлу нож.
Марик поставил бутылку и перепугано смотрел на него.
- Ты собираешься вообще базарить, или тебе перед этим обязательно порезать лицо? - обратился Губа к нему.
- Пацаны это провокация, я действительно ту сотку потерял, - поочередно бросая взгляд то на меня, то на Губу, начал оправдываться Марик.
Его взгляд постоянно бегал с меня на Губу, было явно видно, он анализировал, кто из нас главный.
- Пусть они тут останутся, а мы с тобой пойдем в комнату и все выясним, договорились? - обратился я к Марику.
- Идем, - согласился он.
Он уже начал нас воспринимать, это чувствовалось в его поведении и голосе, тюремная хрипота, ранее доминирующая в голосе, бесследно пропала, взгляд стал покорным.
- Пацаны, нож оставьте, - предложил батя.
- Тебя забыли спросить, шо нам делать - злобно промолвил Губа, и обратился к Мише - Слушай, прошу, сделай так, чтобы я его голос не слышал.
Мы зашли в комнату, и сели на диван.
- Марик нам Миша все рассказал, ты крыса, и еще его подставил мусорам.
- Ты ж знаешь, Миша не сам, работает у Кирилла, так что ты пытался кинуть Кирилла.
- Вы что он него? - удивленно спросил он.
- Да, - ответил Губа.
- Та он каждый день вас на лаве кидает, и еще ни разу не платил, - оживившись, аж закричал Марик.
Он вскочил на ноги и начал заводиться. Я решил его успокоить, тоже встал и со всей силы кулаком ударил ему под дых. Марик согнулся и жалостно застонал.
В это время Губа снова приставил ему нож к горлу и промолвил - Тебя кажется просили вести себя тихо.
Марик сел на прежнее место, продолжая держаться за грудную клетку обеими руками.
Из кухни донеслось громкое цоканье рюмок, и как я понял, наши друзья сели пить ту бутылку с семьей Марика. Из чего я подчеркнул - Наши новые друзья, еще те дебилы.
- Насчет Миши нам всем известно, с ним был разговор, и он уже начал заносить, но это тебя не касается - продолжил я.
- Ты его подставил мусорам, и придется исправлять положение - злобно заметил Губа.
Губу как будто подменили - это не мой Губа. - активностью моего друга, это был для меня настоящий подарок.
- Хорошо, я заработаю сотку и вам отдам, идет? - промолвил Марик.
Мы переглянулись с Губой и очень разозлились. Нам обоим показалась его реплика обидной, такое даже не каждому лоху говорят. Я встал и носоком ударил ему по голени. Он театрально застонал. Я повторил удар, он еще сильнее застонал.
- Пацаны не трогайте Женю, я вам этого не прощу, - донеслось из кухни.
Губа открыл дверь и грозно промолвил - я же вас просил, закройте ему рот, а не бухайте с ним.
После он демонстративно громко хлопнул дверью.
- Марик, мы насчитали тебе штуку баксов, тебе надо будет ее отдать максимум в течении двух недель. Где ты ее найдешь, я не знаю, меня не интересует, но через две недели каждый следующий день будет добавляться сотка, - закурив, промолвил я.
- Пацаны, у меня нет таких денег, вы знаете, я только освободился.
- Думай, кстати, квартиру можешь продать, штук пять потянет, еще и останется на жизнь, - вставил Губа
Он замолчал, я посмотрел на него, он начал плакать. Это было неприятное зрелище, лучше бы он продолжил хамить, как в начале.
- Пацаны, я только освободился, у меня маленький брат, батя алкаш, невеста беременная, я не могу продавать свою квартиру, где мы будем жить?
Мне как то так резко его стало жалко, что я захотел ему все простить и просто уйти. Хотя я мгновенно вспомнил, что Миша мне говорил о нем, что он собирается продавать хату и выдвинутая Мариком версия не клеилась. Потом я вспомнил, что он сдал подельника, как мусорам подставил Мишу.
Он продолжал плакать, чтобы окончательно не размякнуть, я опять ударил носоком ему по голени.
- Марик ты ж не вчерашний, и нефиг строить из себя жертву. Ты сука говорил, что потерял сотку, а сейчас уже согласился, - злобно заметил я.
- Мишу из за тебя ломали мусора, и до сих пор ловят, тогда надо было плакать, не сейчас, - вставил Губа
Марик понял, что на его слезы не ведутся, и резко перестал их из себя выдавливать и хныкать.
Как я понял, он приступил обдумывать другой способ съезда от ненужного ему счетчика. Чтобы ему не очень думалось, я опять его ударил ногой.
Губа вновь достал свой нож бабочку. Он только как, более менее, научился ею крутить и, для устрашения, принялся крутить ножом перед глазами Марика. Он делал это коряво, и я серьезно побаивался, что нож выскользнет из его руки и встрянет или в Марика или в Губу. То и другое мне было не нужно.
Было видно, Губе нравится держать в страхе нашего несчастного должника, также было видно, Марика это настораживает. Поэтому я его и не останавливал.
«Не это не Губа, моего друга как будто подменили»: - не мог я нарадоваться его поведением, он все делал, так как надо.
«Что его надоумило начать исправляться?» - всерьез задумался я.
Мы довольно долго продолжали выяснять, что и как. Марик со всем соглашался, видно не хотел продолжения раздачи, и уже был готов отдавать штуку с проданной квартиры. Его резкая сговорчивость мне тоже не понравилась. Так как было не ясно, как мы сможем проконтролировать этот процесс. Его я видел насквозь: как только он продаст хату, он сделает все, чтобы мы больше не увиделись, даже случайно. А потеряв адрес, мы его теряли навсегда.
Чтобы он как то посерьезней задумался о том, что мы действительно опасны, цирковое представление Губы с ножом было как раз уместным.