Голосовое сообщение
Осаму всегда была бесящей. От её длинных вьющихся волос цвета тёмного каштана, которые вились большими кольцами, до её отвратительного характера. И, если честно, её волосы выглядели нелепо, когда они были прямые. Серьёзно, ей не шло. Те, кто не знают её характера и манеры поведения, будет это отрицать, а вот, к примеру, Чуя, что водится с ней с далёкого детства, знает её и утверждает, что прямые волосы ей не идут. Совсем. Ему нравится эта пышность и растрёпанность. Но при этом, он и ненавидел их. Эти чёртовы волосы были, блять, везде. Буквально. Сразу было видно, где побывала забинтованная скумбрия, ведь волосы она никогда не собирала хотя бы в хвост. Она ненавидела различного рода причёски, однако могла пойти на уступки и сидеть пару часов смирно, когда от неё это требовалось. Чем не пожертвуешь ради заданий. И четыре года назад она их обрезала по плечи. Волосы так и вьются, но меньшими кольцами. Выглядело это более аккуратно и в какой-то мере... Мило.
Осаму имела пагубную привычку — курение. В любую свободную минуту она доставала пачку сигарет, зажигалку и дымила. Нельзя сказать, что курила она много — нет. Просто она любила медленно убивать себя. Нужно заметить, что Чуя тоже этим грешил, но при этом, не допускал, чтобы она курила лишний раз. Она девушка как никак и должна блистать своей красотой. «Чёрт бы тебя побрал, Накахара, отъебись, твоё ли это дело? — Возмущалась девушка. — Я живу в Мафии — это раз, мне всё тут можно. И ещё, ты мне не мамка, чтобы бегать за мной и шлёпать по руке или губам за те несчастные сигареты. И при том, это мой выбор. Отъебись.» Из-за курения у неё был низкий, хриплый, иногда сипловатый голос, что не нравилось рыжему. И, казалось, она просто старается его выбесить. Но это не так. Да, может, Чуя придерживался наслышанных стереотипов, но идеальную девушку он видел именно такой. То есть, не свою девушку, просто любую девушку. Хотя, ему не было самому понятно, почему он отучал Дазай курить... И после того, как Осаму покинула Мафию, она бросила курить. Эта девушка изначально может показаться легкомысленной, но это не так. Хотя по своей же глупости во времена Мафии чуть не лишилась глаза, благо ей просто везёт. Она дура. Она много раз подвергала себя опасности. Она много раз бесила, язвила, передразнивала, подшучивала, стебалась. Порой, казалось, не было бы и дня, когда она не бесила. Даже на поле боя, где шутки неуместны, она шутила. Дазай даже после ухода умудрялась постоянно бесить бывшего напарника. То будет названивать в два ночи, то припрёт к порогу сюрпризы. При том, что эти неожиданности могли варьироваться от мёртвых животных до какого-нибудь торта. Эта девушка и правда совершала безбашенные поступки. Например, однажды она побежала на каблуках по лестнице, когда в задании что-то пошло не так и нужно было срочно бежать. « Дура, каблуки сняла бы, — ворчит Накахара. » « Извини, но времени не было, — слышит он в ответ. » « Ты могла бы запросто упасть и убиться, дура. » « Было бы неплохо. » На суицидальные шуточки он не обращал внимания, либо тяжело вздыхал.
***
Ночную тишину внезапно прервал телефонный звонок, нагло вырвав рыжего исполнителя из крепких объятий сна. На прохладном ветру, попавшему сюда через открытое окно, колыхались светлые шторы. Накахара приподнялся, взяв телефон в руку. Яркость экрана больно ударила по глазам и стоило ему увидеть на экране контакт, названный «Наглая сучка», пробормотал: — Опять она... Три ночи, блять, заебала. Отключив телефон, парень отправил его в свободный полёт по комнате и лёг спать, легко погрузившись в сон. На утро мафиози ждал приятный сюрприз в виде трещин на экране телефона. Упс. Не рассчитал силу, когда кидал. Ну ладно, эта паутинка разбитого стекла ему не особо помешает. Он нажал кнопку включение и экран тут же загорелся. Пока телефон загружался, рыжий выпил воды и ушёл в ванную, поставив чайник и оставив смартфон на столе. После того, как он вернулся, с полотенцем на плечах, он увидел множество непрочитанных уведомлений. И одно из них от Осаму из соц.сети. Накахара вздохнул и одним лёгким движением пальца удалил уведомления и стал собираться на работу. Рутина. Бумаги. Уставшая голова. Ух, словно раскалывается. Кажется, ещё чуть-чуть и она лопнет к хуям, если не отдохнуть. Невольно вспоминаются их будни. После ухода Осаму из Мафии, стало скучно и от этого можно было умереть. Она хоть разбавляла эту однообразную обстановку. Дома, уже поев переодевшись, Накахара вспомнил про то сообщение от бывшей напарницы. Рыжий лениво увалился на кровать и открыл переписку. Голосовое сообщение на несколько минут. Ого, интересно. Она там что записывала вообще? Ладно, делать всё равно нечего, так что мафиози тут же нашёл наушники, подключил и включил голосовое сообщение. Сначала молчание. Слышится, как дует ветер.
— Ты скинул вызов? Как мило... — Её мягкий голос дрожит. Холодно, наверное. Голос у неё очень изменился, после того, как она отказалась от той пагубной привычки. Он так и остался низок, но не настолько, как был прежде — стал мягче, нежнее. — Наверняка выключил телефон и швырнул его об стенку. Я уверена. Ты такой предсказуемый. — Снова молчание на несколько секунд. — Но... Я не хотела тебе названивать, поэтому записываю это голосовое. Не волнуйся, больше я тебя никогда не потревожу. Никогда. Поверь мне. Не думаю, что ты вообще прослушаешь это сообщение, но я всё-таки проведу тут свой монолог. — Она снова молчит. Такие слова настораживают. — Сейчас вспоминаю прошлое. — Она ностальгически усмехнулась. — Да, я пьяна. Помнишь, как мы маленькие справляли Рождество? Это было так круто, я хочу вернуться в детство. В последние несколько лет у меня не было того праздничного настроения. Особенно, когда я ушла из Мафии. Знаешь, было бы глупо сейчас вернуться. Очень глупо. Словно я пробовала, где лучше, выбирая... — Снова молчит. — О, а помнишь, я постоянно говорила, что твоя шляпа уродская? Как же ты бесился, да и, наверное, ты бы и сейчас рассердился на меня, если бы я её сорвала с твоей головы. Знаешь, на самом деле я любила твои огненные волосы. Они просто такие... Необычные. И твои еле заметные веснушки. Хе, я знала о них, но никогда не говорила. Подумать только... Рыжий якудза с глазами цвета васильков, ростом метр шестьдесят и с веснушками. — Девушка, чувствуется, грустно усмехается. — Эх... Тут так красиво, ты бы видел только... А вообще, прости меня. За всё. Пожалуйста. Я не умею выражать свои эмоции и... Я чувствовала к тебе нечто большее, чем просто к напарнику или другу. Я думаю, ты знаешь, о каком паршивом чувстве я говорю... Мне просто отвратительно произносить это слово. Сначала чувствуется какая-то эйфория и лёгкость, но, понимая, что ничего не будет, это чувство убивает, сжирая всё изнутри. Медленно, несколько лет. Думаю, ты помнишь Сакуноске. Так вот, он был мне исключительно другом, хотя я долго убивалась, когда он умер и вытащил из этого состояния именно ты. Ты нашёл меня после той ночи, когда я сбежала... Знаешь, если бы ты умер прямо на моих руках, я тут же бы отправилась за тобой. Мы бы увиделись в Аду. — Вновь вздохнула и молчит. — Я помню, вечно приставала к тебе и постоянно совершала безумные поступки для того, чтобы ты обратил на меня внимание. И ты обращал. Помню, как мы впервые поцеловались. О, это было феерично. Лучше чувства я не ощущала. Правда, это было на каком-то корпоративе, когда мы оба были в хлам пьяные. Ты, может, и не помнишь, но это хорошо впечаталось в мою память. — Голос её дрожит ещё больше на последних словах. Слышатся всхлипы. Накахара не отводит взгляд от экрана телефона, следя за полоской голосового сообщения, которая показывает, сколько было сказано и сколько осталось. Он ни разу не видел, как Осаму плачет. Рыжий не представляет, как её глаза слезятся, краснеют, как размазывается макияж по лицу, закрывая его руками. Тогда, с Одасаку, она не плакала. Осаму просто была погружена в состояние полной апатии. — Я ненавижу тебя, тварь. Ненавижу, слышишь?! — Девушка срывается в крик, что-то разбивается — видимо, бутылка — и она срывается в рыдания. Так продолжается пару минут. Безостановочные рыдания. Мафиози до сих пор не представляет её заплаканое лицо. Осаму успокаивается. — И всё-таки... Я рада, что встретила тебя. Господи, сообщение такое длинное... Ты, наверное, не прослушаешь его... Я всегда злилась на себя из-за того, что ты не обращал внимания как на девушку... Что-то я делала не так... Хотя, я знаю, что я сделала не так. Я появилась на этот свет. Мне вообще, говорят, повезло, что я выжила. Был риск того, что умру, но умерла моя мать. Лучше бы тогда умерла я. И я бы никогда не помешала тебе жить. Прости за всё и прощай.
Сообщение обрывается.
I can't see straight I hope I don't wake again My throat is burning I hope I can't breathe again.
Чуя лежал в каком-то оцепенении, не веря в то, что он услышал. Он тут же набрал её номер. Гудки. Никто не берёт. Мафиози испугался. Она шутит. Она не могла умереть. Нет! Он подрывается с кровати, одевается и выбегает.
***
Даже небо в этот день пасмурное. Недолго тучные облака плыли — начался дождь. На похороны, организованные Накахарой, пришли не только коллеги из агенства, но и из Мафии. Даже Коё пришла, хоть она люто ненавидела Дазай. Никто не плачет. Все стоят с лицами скорби. Да, пусть Осаму и была немного того и всех бесила, но... Её жаль. Все стали потихоньку расходиться. Первыми ушли из люди из агенства, после бывшие подчинённые Осаму, Чёрные ящерицы, Коё. Потом Мори, за ним Рюноске. И только Чуя остался в скором времени один. — Надеюсь, ты довольна. — Сказал Накахара. Её заветная мечта исполнилась. Спрыгнула с крыши. Голова была разбита, умерла сразу. На руках и на ногах были раны, которые, видимо, она нанесла себе сама осколками разбитой бутылки. В руках она сжимала свой телефон. Тогда в последний раз Чуя увидел эти пышные волосы, вьющиеся кольцами....