Пачка сигарет в моём кармане
Накахара шёл по пустынной улице, освещаемой редкими фонарями. Парень открывает новую пачку сигарет, и делает затяжку, что не раз отвлекала его от дурных мыслей. Осталось только пройти два квартала, подняться на второй этаж и лечь спать. Как будет хорошо опустить голову на мягкую подушку. Как будет хорошо накрыться тёплым одеялом. Как будет дерьмово проснуться в три часа ночи в холодном поту и пойти осушать бутылки с вином. Как будет дерьмово вспоминать объятья и поцелуи Дазая, которые во сне были как наяву. Столько времени прошло, но Чуя так и не может понять, что он сделал не так. Почему Осаму оставил его? Почему молча ушёл, даже записки не оставил?
Просто б р о с и л.
Чуя не ложится на мягкую постель и не кладет голову на подушку. Не хочет смотреть сны, которые сознание каждую ночь проецирует ему в голову. Его же мозг издевается над ним. Воссоздает пьяные ночи на крыше какой-то высотки с видом на море. Напоминает про ласковый ветер, горячие руки, вечно замотанные в бинты, неловкие клятвы, произнесенные под влиянием алкоголя. Накахара боится засыпать. Просто от безысходности запивает снотворное красным вином. Чуя мечтает снова оказаться в теплых объятиях. Поцеловать Дазая. Шептать ему какую-то ерунду на ухо. Слушать его дыхание.
Это замкнутый круг. Что причиняет Б-о-л-ь
Но Накахара не вырывается из этих теплых объятий, что сковывают его сердце тяжелыми чугунными цепями. Такими же тяжелыми, как и его веки сейчас. Противиться силе лекарства он не может, поэтому просто закрывает глаза и опускает голову на кухонный стол. Сначала всё вроде бы тихо. Просто темнота. И Накахара уже спокойно спит, но вдруг слышит, как его зовет по имени самый ненавистный и самый дорогой голос. - Чуя-Чуя, что же ты с собой делаешь? - ласково шепчет Дазай, перебирая рыжие пряди. Чуя хочет открыть рот и сказать: «Всё, что я делаю с собой, - делаешь ты» Но голос, видимо, во сне не работает, поэтому он просто подставляется под руку, словно кот, и слушает, что говорит ему голос дальше. - Зачем ты так страдаешь, скажи мне? - тихо проговаривает Осаму. У Накахары отчаянно отказывают связки, но, может быть, в этом сне возможно читать мысли? И он снова мысленно отвечает Дазаю: «Я так сильно люблю тебя, я не знаю, что мне делать без тебя» Осаму нежно прижимает его к себе и так же шепчет: - Отпусти меня, Чуя, отпусти. Прости меня, я не хотел, чтобы ты страдал, - целуя шею Чуи, шепчет Дазай. А Накахара снова думает: «Я никогда не смогу тебя отпустить. Я очень, очень люблю тебя» - Прости меня, Чуя. Прости, что так получилось. Когда Чуя просыпается, он понимает, что кричит. Кричит громко, не может остановить себя. Чувствует, как льют слезы из глаз, как сильно бьется сердце. А в голове только один вопрос. - Дазай, почему ты умер?