Werewolf night

Чонгук подводит Юнги к широкому черному дивану в гостиной, но разговор начинать не спешит, давая немного времени отойти от происходящей неразберихи в его клане. Чон невероятно рад, что подобных проблем особо не испытывал, ведь после смерти Сону власть досталась бы только ему, и за свое состояние он переживал вовсе недолго. Несмотря на загруженность старшего, Чонгук невольно отвлекается и принюхивается, поворачивая голову к лестнице, и улавливает знакомые сладковатые ванильные нотки - спокойствие за твою полную неприкосновенность приятным теплом оседает на душе и позволяет вникнуть в суть обсуждаемой темы.

- Мне нужно уехать на время, чтобы Минсоку было немногим тяжелее достать меня, пока не решу, что делать, - Юнги отпивает принесенный прислугой по указанию Чона бренди, морщится и делает следующий глоток, с характерным звуком ставя бокал на стол.

- Полегче, - Чонгук глотает немного и усмехается такой несобранности и нервозности старшего, которые ему довелось увидеть впервые за несколько лет дружбы. - Могу предложить виллу в Сингапуре, и чем быстрее уедешь, тем лучше.

- Пока меня ничего не удерживает в Корее, то придется как-то выкарабкиваться из этого дерьма, потому что Минсок вообще безбашенный и лишний день до моей смерти ждать не станет, - он снова делает глоток и шумно выдыхает через нос, откидываясь на кожаную спинку дивана и задумываясь снова о том, как быстрее свергнуть брата и занять лидирующие позиции. Становится дурно и голова трещит. - А вообще, зачем тебе вилла в Сингапуре?

- Для таких вот ситуаций, хен, - ободряюще хлопает старшего по плечу и дает немного времени на раздумья, пока не ощущает насыщение своего любимого приторного запаха. - Давай немного отвлечемся, - улыбаясь широко. - Хочешь, познакомлю с Т/И?

- Каждую суку будешь со мной знакомить? - Мин смеется и опустошает стакан, все же откладывая сдавливающие голову в прочные тиски мысли о возможной гибели.

- Она первая, - Чонгук поправляет рубашку и поднимается с дивана, ставя наполовину полный бокал с бренди на стеклянный столик. - И последняя.

Юнги с последней слетевшей с чонгуковых губ фразы непроизвольно растягивает свои в улыбке и усмехается, все же не привлекая внимание младшего. Он почувствовал еще с самого начала, как вошел в особняк, что запах витает совершенно другой, более насыщенный и сладкий, который он вспоминает из последней стычки в университете и гулко сглатывает. Мин помнит тебя совсем смутно, и потому не терпится узнать, что за девушка смогла так резко затмить своим образом его разум, заполнить мысли. Помимо уже знакомого ему, Юнги чует легкие оттенки корицы, и оттого облизывается и кончик языка тут же прикусывает, держа вопросы при себе.

Чонгук видит уже знакомые черты лица, что из темноты коридора внезапно появляются и удивленным взглядом сапфировых глаз одаривают. Ты совершенно забываешь о вашем разговоре с Мэй, которая разбудила тебя и вытащила из комнаты брата, втайне ото всех желая показать прилежащие к особняку территории. Поредевший из-за ветряной сырой осени оказался сер, но благодаря обустроенному очень своеобразно и атмосферно благодаря вишневым деревьям и пока опустевшему напротив них фонтану.

- В следующий раз я покажу... - девушка стягивает с головы капюшон и вздрагивает, когда замечает две заинтересованные в вас паре глаз. - Чонгук-оппа, Мин Юнги-оппа, - она спешно кланяется и краем глаза следит за тем, как ты от шока оцепенела и стоишь, уставившись прямо на Чонгука. - Т/И, - она шипит сквозь зубы и толкает незаметно бедром.

- Простите, - тараторишь и цепляешься за края куртки пальцами, стараясь унять дрожь в руках.

- Т/И, подойди, - Чонгук улыбается, подзывая к себе жестом, и ты мелким шагами подходишь к нему и стоящему рядом парню, которого бегло оглядываешь и улавливаешь в приятном лице что-то знакомое, вспоминая, где могла до этого его видеть. - Это мой друг Юнги-хён, с которым ты отныне обязана быть знакома.

- Мы не сталкивались раньше? - неуверенно поднимаешь глаза на нового знакомого и внимательно его рассматриваешь, как и он тебя - с не меньшим интересом. - В университете, да?

- Да, - Юнги приветливо улыбается, но мельком за твою спину продолжает глядеть и высматривать старательнее девичий силуэт.

Изумрудные глазки с интересом и искренней радостью оглядывают стоящую рядом с Юнги пару, которая между собой уже о чем-то говорит, но он даже не слышит. Мин чувствует, что ранее уже встречался с этой миловидной мордашкой и яркими зелеными глазами, которые в один миг пересекаются взглядом с его. Мэй крупно вздрагивает и тут же опускает взгляд, бегая по полу. Он пытается выявить на кукольном лице хоть какие-то эмоции, реакцию, но она лишь краснеет с каждой секундой сильнее и перебирает пальцы.

- Ты вся красная, - Мин слышит голос друга из-за спины и в ответ неразборчивый недовольный шепот. Он поворачивается и видит Чонгука, что за ворот куртки тебя аккуратно притягивает и заправляет локон за ухо. - И губы у тебя холодные. Согреть?

- Чонгук, - краснеешь уже от нарастающего с каждым вздохом смущения перед новым знакомым и Мэй, заинтересованные друг в друге взгляды которых ты тут же замечаешь и краем губ улыбаешься. - Обойдусь.

- Слышал, что в следующем месяце недавняя энергетическая компания организует благотворительный вечер, - Юнги наконец обращает все свое внимание на младшего, одновременно наблюдая за тобой, отошедшей к сестре Чонгука. - Главы кланов и наследники приглашены, идешь?

- Отец всегда посещал такие мероприятия, так что придется, - он оценивающим взглядом провожает твою фигуру и кусает губу, когда замечает, как ты искоса кротким взглядом его окидываешь, уже оказываясь вовлеченной в диалог с Мэй.

- А она? - кивком головы указывает и точно также за вашими перешептываниями наблюдая со стороны.

- Т/И я возьму с собой, наверное, - он поджимает губы и взвешивает свое решение грамотно, все же понимая, что после всего произошедшего действительно стоит вывести тебя в свет и представить каждому.

Чонгуку приятно наблюдать за тем, как ты адаптируешься в такой непростой среде, и за такой небольшой срок смогла познакомиться хоть с кем-то, кроме назойливого Квана. Чон после произошедшего не так давно отныне готов всю стаю против брата направить за то, что посмел к его сокровенному приблизиться и притронуться. Сейчас он просто откровенно рад тому, что ты не рвешься невольничьей птицей отсюда, и даже согласилась выйти прогуляться и осмотреться. Чонгук готов не только этот особняк предоставить тебе в распоряжение, а просто все, что имеет материальное нет.

"Волчица достойна только лучшего"

После недолгого диалога о временном переезде Юнги в Сингапур, старший уходит и напоследок одаривает трепещущую Мэй заинтересованным глубоким взглядом ореховых глаз, который не меньшее впечатления оставят на девичьей душе. Он хочет задержаться лишь для того, чтобы этого дикого неприрученного звереныша в человеческом обличии рассмотреть поближе, узнать еще хоть немного из ее соображений и мечтаний - Юнги просто хочет. Сейчас никого к себе приближать не желает точно, и потому даже от Тэхена и Чонгука держится поодаль, стараясь впутывать в дела собственного клана минимально и только в крайних случаях, таких как этот. Парни не должны быть втянуты в его личную войну - своей достаточно.

Мэй предлагает еще немного погулять по обширным территориям особняка и получше обо всем узнать, и ты ни за что бы от такого не отказалась, если бы не настойчивость Чонгука. Девушка очень интересно и с придыханием рассказывала обо всех традициях и устоях клановой жизни, все в точных подробностях знает благодаря тому, что с самого младенчества воспитывалась именно в таких условиях и с такими укладами жизни. На женскую долю вервольфов выпадает трудностей слишком много, начиная с невероятной кроткости нрава, заканчивая тем, что в итоге тебя отдают замуж за человека, к которому ты совершенно никаких чувств не питаешь и вероятно даже не знаешь.

От осознания участи многих девушек, тебя передергивает, и понимаешь, что в таких адских условиях воспитания с высшей степенью наказания не выжила бы ни за что, и благодарна всем силам свыше за то, что однажды родители тебя просто потеряли или сдали в приют по неизвестным причинам, которых еще с малого детства тебе знать не хотелось совершенно. Из младенчества ты не запомнила ничего вообще, и лишь к возрасту начальной школы продолжали недолго сниться кошмары с криками людей и огромном пожаре, после которых ты в холодном поту и слезах просыпалась, но дальше - ничего. Беспокоящее пламя и боль совсем скоро оставили и позволили нормальной жизнью жить, пока в нее не ворвался через дверь аудитории разъяренный Чонгук.

Сейчас он буквально отрывает тебя от Мэй и торопится в свою обитель, по приходу в которую ты видишь идеальную чистоту и багровым шелком застеленную кровать. В этой комнате совсем недавно ты распрощалась не только с невинностью, но и со своими нравственными принципами и всяческими устоями жизни, которые выстраивала прочной стеной в себе уже давно, но одна ночь - все рухнуло. Гулко сглатываешь и скорым шагом проходишь вглубь комнаты, садясь на кожаное кресло и косо глядя на такой же диван, где еще вчера ты на мужских бедрах сидела и позволяла Чонгуку вытворять неистовое с собственным телом.

- Ты побледнела, - он с наигранным беспокойством заглядывает в глаза и усаживается в кресло напротив.

- Зачем ты привел меня сюда? У меня есть своя комната, вообще-то, - в недовольстве вытягиваешь непроизвольно губы и выгибаешь одну бровь, стараясь каждым действем подбить Чона своей уверенностью перед пытливым взглядом.

- Теперь нет.

- Что? - удивленно вскидываешь брови и чуть не подрываешься с кресла от удивления и категорического несогласия. - У меня должно быть свое личное пространство, и вообще...

- И вообще, это не обсуждается, - Чонгук прикрывает глаза и медленно разминает шею, совершенно отказываясь слушать какие-либо возражения на этот счет.

Ты возмущение накапливаешь в себе огромным комом, часто дышишь через нос и на Чона смотришь с набранным за все время раздражением, хочешь одной мощной ударной волной собственной досады и разочарования выплеснуть бушующие чувства и облегчить свои терзания, но Чонгук так пристально и внимательно смотрит за твоим поведением, и ты на его невозмутимом лице замечаешь мелькнувшую тень ухмылки. Чонгук сейчас на маленького ребенка похож, который на прочность в очередной раз испытывает свою игрушку - краем губ улыбаешься в ответ и сверкаешь глазами.

- Как скажете, Господин Чон - поднимаешься на ноги и натянуто улыбаешься, делая реверанс, и тут же отходишь скорым шагом к панорамному окну, складывая руки на груди.

Чонгук усмехается и закатывает глаза от подобной наглости и невероятной для тебя смелости, потому что был уверен наверняка - в первую очередь Мэй рассказала о поведении суки в клане, но ты усваивать отказалась наотрез, ведь пообещала сама себе и ему жить как полноценный нормальный человек, а не рабыней в чьем-то подчинении. Он одновременно и рад тому, что ты начала закреплять за собой довольно решительный и стойкий нрав, но иногда не хватает и излишней покорности, к которой он привык еще с младенчества. Чону подчинялись и подчиняются все, но ты уже в который раз выражаешь протест и открыто игнорируешь всяческие действия до того момента, пока он сам не подойдет.

Чонгук просто принимает это за игру, поддаваться в которой не желает совсем, но если однажды сделает это - схитрит и выиграет дважды.

- Т/И, - он тихими шагами приближается со спины, но прикасаться не смеет. Ты от разрывающей на мелкие частицы все нутро злости вся горишь и обрастаешь колкими иголками, не позволяя и шагу ближе сделать. Чону откровенно смешно, пока ты на полном серьезе готова ему противостоять.

- Что на этот раз скажешь? - отрываешь взгляд от окна и хмуро смотришь на него. - Что я неправильно себя веду? Что ты меня убьешь? Что я сука и должна молчать? - все внутри плавится и крошится в ошметки от нарастающего в геометрической прогрессии раздражения, и ты оттого пытаешься успокоиться, шумно выдыхая и прикрывая глаза на пару секунд. - Ничего нового я не услышу.

- Прекрати вести себя как дите.

- Это я веду себя как дите? - от возмущения распахиваешь широко глаза и осмеливаешься повысить тон, но тут же затихаешь, заметив блеснувшее в темноте глаз напротив предупреждение об опасности. - Мы две ночи провели в одной постели, но ты продолжаешь меня ограждать ото всех, даже в университет запретил ходить. Я не собираюсь быть необразованной идиоткой, к твоему сведению.

- Тебе нужно быть красивой и вежливой, - Чонгук непроизвольно осматривает тебя во весь рост и задерживается на уровне глаз. - Все остальное ни к чему

Продолжаешь недовольным взглядом сверлить Чона и молчать, сжав губы в тонкую линию. В глазах небесного цвета зарождается темнота, которая туманной дымкой обволакивает взор и заставляет на все смотреть неясно. Ты во взгляде напротив внезапно теряешься, бесцельно во тьме блуждаешь и наконец находишь желаемое, когда Чонгук оказывается рядом.

- Ты получишь все со временем, поэтому перестань возмущаться и цепляться за каждое мое слово, - хриплый голос почти над ухом раздается, и ты пытаешься больше кислорода в легкие набрать, но вместо него - бергамотная сладостная свежесть, которая в каждую клеточку впитывается и ход мыслей меняет.

- Ненавижу, когда ты так делаешь, - недовольно бурчишь и поднимаешь взгляд с пола на него, невольно скользишь по губам и гулко сглатываешь. Он видит это и лишь ухмыляется, касаясь кончиками пальцев щеки.

- Я хочу, чтобы ты сопровождала меня через месяц на благотворительном вечере одной компании, - Чонгук неожиданно отстраняется и позволяет тебе свободно вдохнуть такой нужный кислород и полноценно обдумать ответ.

- В качестве кого? - совершенно никчемный и ненужный сейчас вопрос слетает с губ, и ты тут же до боли прокусываешь нижнюю за излишнюю несдержанность и любопытство.

- Услышишь, когда представлю всем.