Кондитерская «Танхулу»

— Чего ревешь?

— Черепашку жалко, — расстроенно протянул Лянь Жэнь.

— Это желе не из черепахи, а из водяных каштанов, — тут же пояснил господин Тянь Ши.

— Правда? — с надеждой спросил Лянь Жэнь, утирая выступившие слезы и ярко улыбаясь.

— Что, водяных каштанов тебе уже не жалко?

— Не очень. — честно признался Лянь Жэнь, — Я слышал о том, что желе из черепахи полезно для здоровья. Ещё слышал, что оно слегка горчит, поэтому в него добавляется много сахара. А также, что это очень популярное блюдо, поэтому сразу же подумал, что вы сегодня его будете готовить, — сказал Лянь Жэнь, глядя на полную миску коричневого крахмала.

— Ты прав, оно полезно. Но также оно очень дорогое, поэтому я не могу позволить себе продавать такое в больших количествах. К тому же, как ты и говоришь, черепашек жалко. Так что я бы не осмелился такое приготовить, — пояснил господин Тянь Ши и указал на миску с крахмалом, — это крахмал из водяного каштана, поэтому его цвет близок к порошку из панциря черепахи. Но скажу тебе честно, на вкус матигао намного, лучше нежели желе из черепахи.

— Вам удалось его отведать? — удивился Лянь Жэнь.

— Конечно, я пробовал его, и не раз, и даже самостоятельно готовил, но никогда не был от него в восторге. Блюдо, скажем так, на любителя.

— Кажется, раньше у вас была довольно насыщенная и интересная жизнь, — сказал Лянь Жэнь, не подумав, что сморозил.

— Лянь Жэнь! — процедил сквозь зубы господин Тянь Ши, — Иди работай!

— Хорошо, простите, — опустив голову, пробубнил тот, понимая, что вновь, как говорил господин Тянь Ши, переборщил.

***

По наставлению своего начальника Лянь Жэнь добавил в миску с крахмалом из водяных каштанов немного воды, после чего начал просеивать получившуюся смесь, чтобы избавиться от крупных комочков. В это время господин Тянь Ши очистил только что принесённые поставщиком свежие водяные каштаны, тщательно их промыл и нашинковал на маленькие кусочки.

После этого он поставил на огонь большой чан с водой и, когда та закипела, положил несколько брусков коричневого сахара, активно помешивая, чтобы те быстрее растаяли. А после в чан был добавлен крахмал и каштаны.

Для приготовления этого желе у господина Тянь Ши были специальные формы которые были похожи на маленькие противни, однако глубже — чтобы туда было удобно наливать ещё не остывшее желе. Оно, к слову, вовсе не было прозрачным, как ожидал Лянь Жэнь, а было похоже скорее на густую кашу из бурого риса. Когда смесь сахара и водяных каштанов была перелита в формы, господин Тянь Ши по очереди ставил их в пароварку, накрывая крышкой, и как всегда, отмеряя время палочками для благовоний.

Когда сгорала одна, господин Тянь Ши осторожно вытаскивал форму из пароварки и ставил на стол. После этого он очень осторожно переворачивал форму и, как по волшебству, желе выскальзывало оттуда на серебряный поднос.

Тут в игру вступал Лянь Жэнь, которому доверили разрезать желе, которое к его удивлению, оно теперь обрело полупрозрачный коричневый цвет, сквозь который были видны кусочки каштанов.

Получившиеся пластины не таяли под пальцами, поэтому их было очень удобно разложить на подносе и посыпать сверху кокосовой стружкой, и тогда лакомство было готово.

***

— Лянь Жэнь, что с тобой случилось? Ты уже в пятый раз поморщился, — спросил господин Тянь Ши, вглядываясь в лицо своего помощника.

Хоть он и пытался звучать серьёзно, на самом деле он выглядел слегка обеспокоенно, и Лянь Жэнь поспешил его успокоить:

— Ох, не волнуйтесь, господин. Понимаете, я просто-напросто пристрастился к бодрящему напитку. Обычно я покупаю его утром и пью немедля, как раз перед восходом солнца, чтобы на работу быть бодрячком. Вот только сегодня я слишком спешил и не успел его выпить.

— И что с того?

— Он вызывает некоторое привыкание, если его не пить, начинает болеть голова.

— Так что же мешает тебе пойти и сейчас его купить? — удивился господин Тянь Ши, а потом, будто опомнившись, добавил, — Я тебе разрешаю.

— Ох, не волнуйтесь, я просто выпью немного воды, и у меня всё пройдёт.

Но когда Лянь Жэнь подошёл к столику, на котором обыкновенно стояла его чашка, он с удивлением обнаружил, что на её месте была совершенно другая.

— Господин, что это такое?

— Тянь-Тянь разбил твою чашку, — быстро протараторил господин Тянь Ши, повернувшись к Лянь Жэню спиной, — и я решил купить тебе другую.

— Вы купили мне чашку! — растрогался Лянь Жэнь.

— Именно так! — тут же ответил господин Тянь Ши, делая вид, что крайне увлечен помешиванием будущего желе из водяных каштанов на огне.

— Спасибо, — протянул Лянь Жэнь, приближая своё лицо к кружке, чтобы получше её рассмотреть.

Она была необычной — сделана из красного фарфора, поверх которого умелой рукой мастера был выведен рисунок жёлтого дракона. У того были красные глаза, а в руках он держал синий мяч, в то время как его чешуя переливалась золотом. Сама чашка стояла на небольшой подставке из темно-коричневого гранита на трёх ножках. Подставка была простой, и только на ее ножках была еле заметная резьба, изображающая чешую, как бы дополняющая образ дракона.

В целом всё это выглядело настолько великолепно, что Лянь Жэню даже было боязно испить из этой чашки. Но делать было нечего, поэтому он очень осторожно схватил её двумя руками и, боясь лишний раз вдохнуть, понёс чашку на задний двор, к колодцу.

Лянь Жэнь жадно выпил две полные чашки и, вернувшись на кухню, осторожно вернул чашку на место, после чего как ни в чём не бывало продолжил работать.

Он бы, наверное, и позабыл бы об этом маленьком подарке, но вечером, когда он готовил господину Тянь Ши очередные овощные баоцзы, заметил в верхнем шкафу такую же чашку на такой же подставке. Господин Тянь Ши, заметив его долгий странный взгляд, поспешил объясниться:

— Не подумай ничего такого. Просто их не хотели продавать по одной, и мне пришлось купить обе. К слову, это довольно удобно — если Тянь-Тянь разобьёт и эту чашку, для неё сразу же найдётся замена.

— Благодарю, вы очень великодушны, — сказал тогда Лянь Жэнь, думая о том, что нужно придумать для господина Тянь Ши ответный подарок. Однако странности на этом не закончились.

Работу они закончили довольно рано — впрочем, так всегда случалось в первый день продажи новой сладости, поэтому Лянь Жэнь, вместо того чтобы отправиться домой, решил слегка прогуляться по торговому кварталу, высмотреть возможный подарок и заодно поужинать. Однако каково же было его удивление, когда на витрине лавки с фарфором он обнаружил те самые чашки с жёлтыми драконами!

Лянь Жэнь, конечно же, не удержался и зашёл в лавку спросить у владельца, сколько же именно стоят эти чашки. Он точно не знал зачем это сделал просто ему стало очень любопытно, но каково же было его удивление, когда он узнал истинную цену этих чашек.

Чашки были дорогими. Очень дорогими. Неприлично дорогими.

Настолько дорогими, что для того, чтобы их купить, Лянь Жэню пришлось бы отдать все деньги за два месяца работы в «Танхулу». И это с учётом того, что он не разбил бы ничего из посуды, и господин Тянь Ши не вычел бы из его жалования ни одной золотой монеты.

Зачем же господин Тянь Ши купил настолько дорогие чашки, Лянь Жэнь так и не понял. Он лишь осознал, что перестал дышать рядом с ними, узнав их цену. И конечно же поспешил как можно быстрее выйти из лавки с фарфором, дабы ненароком своей неуклюжестью что-нибудь не разбить. Не хватало ещё, чтобы он стал вечным рабом владельца лавки сфарфором.

Лянь Жэнь ощущал себя очень странно и продолжал буравить эти проклятые чашки красного цвета с жёлтым драконом даже сидя в харчевне напротив и кушая не самую лучшую в своей жизни острую лапшу.

Что же именно двигало господином Тянь Ши, когда он сделал столь дорогую покупку?

Он ведь не был из тех людей, что запросто разбрасывались деньгами, Лянь Жэнь это понял ещё в первую неделю своей работы по тому, как кондитерская выглядела изнутри. Всё, конечно же, было обставлено со вкусом и довольно уютно, но ремонт не проводился довольно давно, и господин Тянь Ши явно не собирался им заняться в ближайшем будущем. Это было странно, поскольку даже крошечные таверны в их округе старались хотя бы раз в год менять обстановку.

Сам же господин Тянь Ши на себя тратил явно меньше, чем на саму кондитерскую, потому что Лянь Жэнь ни разу не видел, чтобы он был в чём-то другом, нежели в своих обычных чёрных одеждах. Конечно же, была вероятность, что в выходной день господин Тянь Ши наряжался в лучшие шелка, да вот только лекарь И Шэн, да и вообще все его соседи говорили, что тот редко покидает кондитерскую, и для себя никогда ничего не покупает.

Чем больше об этом Лянь Жэнь думал, тем непонятнее становились порывы господина Тянь Ши.

***

— Это он так выражает свою благодарность, — подсказал сосед с востока.

— И, конечно же, заботу о тебе, — добавил сосед с запада.

Лянь Жэнь, который больше ничего не понимал в происходящем, конечно же, решил попросить совета у своих знакомых. И оба соседа согласились с тем, что господин Тянь Ши просто таким образом пытался выразить свою благодарность и заботу о Лянь Жэне.

— Ну сам подумай. Ты же так бережно к нему относишься, пытаясь накормить всякими вкусностями, — сказал сосед с востока.

— И ему неловко из-за этого, — добавил сосед с запада.

— Ему неловко, но в то же время ему нравится такая забота с твоей стороны. Такое не может не нравится. Ты ведь говорил, что он слегка нелюдимый и наверняка поэтому пытается проявить ответную заботу слегка неуклюжим способом.

— Верно-верно. Судя по тому, что ты рассказывал нам о своём господине Тянь Ши, он плохо выражает свои чувства, однако это не означает, что они у него отсутствуют.

— Точно! Ты должен думать об этом, как о его благодарности и, конечно же, почаще пользоваться этой чашкой, чтобы он видел, что ты ею доволен.

— Скорее всего, это так... — задумчиво протянул Лянь Жэнь.

— А что, вина не будет? — спросил сосед с Востока, который явно ожидал очередную пьянку.

— Именно так. Вина не будет, — тут же отрезал Лянь Жэнь, — идите по своим комнатам. Мне нужно об этом подумать.

— Какой-то он странный сегодня, — обиженно протянул сосед с востока.

— Точно-точно, думает только о своём господине Тянь Ши, — согласился с ним сосед с Запада, и они оба, невероятно обиженные, покинули комнату.

***

— Я приглашаю вас на ужин! — громко воскликнул Лянь Жэнь утром следующего дня.

— Лянь Жэнь, ты ударился головой или же опять не выпил свой бодрящий утренний напиток? — с подозрением на него глядя, спросил господин Тянь Ши.

— Нет, ничего такого, — ответил Лянь Жэнь.

— Так почему же ты несешь такой бред?

— Потому что я правда хочу пригласить вас на ужин. За свой счёт. Хочу угостить вас очень вкусным ужином в благодарность за... За... За чашку.

— Не нужно никаких благодарностей, — сухо отрезал господин Тянь Ши.

— Но я же...

— Возвращайся к своей работе и не говори больше о таких глупостях, — строго сказал ему господин Тянь Ши.

— Хорошо, — пробубнил Лянь Жэнь.

После этого на протяжении всего дня Лянь Жэнь ловил на себе взгляд господина Тянь Ши. Тот долго и пристально его рассматривал, а стоило Лянь Жэню посмотреть в ответ, тут же отворачивался.

Лянь Жэнь ничего не понимал, но продолжал работать как обычно, улыбаясь посетителям, относя им тяжеленные подносы со сладостями и спиной ощущая пронзительный взгляд господина Тянь Ши.

А ближе к вечеру, когда в кондитерской практически не осталось ни одного посетителя, Лянь Жэнь не выдержал и, подойдя к прилавку, сказал:

— Господин, вы продолжаете сегодня на меня смотреть так, будто я украл всю сегодняшнюю выручку. Но это не так, я...

— Лянь Жэнь твоё приглашение на ужин всё ещё в силе? — неожиданно спросил господин Тянь Ши.

— Всё ещё в силе, — ошарашенно ответил Лянь Жэнь.

— Я так понимаю, что ужин пройдёт в каком-нибудь заведении, но не в нашей кондитерской, не так ли, Лянь Жэнь? — слегка взволнованно спросил господин Тянь Ши.

— Именно так! — громко воскликнул тот, из-за чего несколько посетителей, странно на него глядя, обернулись.

— Хорошо, я согласен. Но прежде всего нужно, чтобы все посетители покинули нашу кондитерскую, поэтому иди спроси, нужно ли им ещё что-нибудь. Если нет, выпроводи их побыстрее, — сказав это, господин Тянь Ши спрыгнул с высокого стула, поудобнее схватил Тянь-Тяня и отнёс его на его место на кухню.

В то время как Лянь Жэнь, так и остался стоять как истукан возле прилавка.

— Чудеса, да и только... — пробубнил он себе под нос, закрыв дверь кондитерской за последним посетителем и наконец поняв, что сегодня творилось с господином Тянь Ши.

***

Когда все сладости в «Танхулу» были успешно распроданы, вся посуда была перемыта, а фартук постиранным развевался на верёвке, Лянь Жэнь вместе с господином Тянь Ши подошли к входной двери, собираясь покинуть кондитерскую.

— Знаешь, может быть, мы отложим ужин, у меня внезапно появились дела, — сказал господин Тянь Ши, слегка беспокойно теребя ключ в руке.

Он развернулся, чтобы уйти обратно на кухню, но Лянь Жэнь осторожно схватил его за талию двумя руками и развернул к выходу.

— Простите, что приходится обращаться вами так грубо, — извинился Лянь Жэнь, — но я не позволю вам передумать. Ваши неуклюжие отмазки сегодня не сработают, господин, поэтому закрывайте кондитерскую и пойдёмте скорее.

Лянь Жэнь самолично открыл входную дверь и, легко придерживая за талию господина Тянь Ши, вытолкнул того на улицу, вынуждая запереть кондитерскую. Тот слегка помедлил, после чего, тяжело вздохнув, решительно развернулся к своему помощнику.

— Ты прав, — сказал господин Тянь Ши, — я не могу вечно от этого прятаться, нужно перебороть свой страх и идти вперёд, несмотря ни на что.

По мнению Лянь Жэня это звучало скорее как призыв атаковать врагов, нежели попросту отправиться в таверну через три улицы отсюда чтобы отведать миску горячего риса, но, если господину Тянь Ши было необходимо это сказать, чтобы почувствовать себя лучше, Лянь Жэнь не имел ничего против.

— Вы правы, давайте сразимся с этой харчевней, она не может быть сильнее, чем мы! — воскликнул Лянь Жэнь, пытаясь подражать господину Тянь Ши, но поймал его неоднозначный взгляд и тут же стушевался.

— Перебарщиваешь, как обычно. — сказал ему господин Тянь Ши, становясь напротив Лянь Жэня и смотря на него с вызовом снизу вверх, — Ну так куда мы направляемся? Неужели ты решил угостить меня ужином в «Зелёном императоре»?

— Как бы я мог?! — тут же воскликнул Лянь Жэнь, — Во-первых туда, записываются в очередь за полгода, а во-вторых — я ведь прекрасно видел, как вы себя чувствовали в прошлый раз, оказавшись рядом с ним.

Господин Тянь Ши ничего не ответил, лишь перевёл свой взгляд, пытаясь смотреть куда угодно, лишь бы не на Лянь Жэня, ведь одно упоминание об этом месте приносило ему боль.

— Это произошло там? — осторожно спросил Лянь Жэнь.

— Именно так.

— Я сразу понял, по тому, как вы отреагировали на одну лишь вывеску в тот раз, — тихо проговорил Лянь Жэнь, — поэтому решил отвести вас в совершенно незнакомое для вас место.

— Несколько лет тому назад, когда я всё ещё мог посещать подобные места, я побывал во всех тавернах и харчевнях города. Однажды даже забрёл в «Поросячий визг», — признался господин Тянь Ши, медленно шагая рядом с Лянь Жэнем.

— Ух ты! — восторженно протянул Лянь Жэнь, — Но в этом месте вы точно не бывали. Оно открылось всего лишь год назад. Я вам рассказывал про это место однажды — я там завтракаю и ужинаю, поскольку это единственная таверна в городе, которая работает круглосуточно. Правда, дела у них идут довольно плохо, но мне там очень нравится.

— Почему тебе там нравится?

— Это место чем-то похоже на «Танхулу», тамошний хозяин тоже довольно принципиальный, и, если ему кто-то не нравится, он отказывается готовить ему, выпроваживая из таверны. Вы с ним случайно не родственники? — весело спросил Лянь Жэнь,пытаясь развеселить господина Тянь Ши.

— Точно нет, — сухо ответил тот не оценив шутку.

***

Место, куда они прибыли было в довольно бедном жилом квартале, между двумя домами, которые чуть не обсыпались, и даже не имела названия. Любой мог пройти мимо, даже не подозревая, что тут подают еду. Видимо, именно поэтому дела тут шли столь плохо.

Когда они зашли, первым, что заметил господин Тянь Ши, было плохое освещение, скрипучий пол и старые столы, за которыми сидели несколько усталых работяг.

— Вы не смотрите, что это заведение выглядит слегка мрачновато, — тут же поспешил его успокоить Лянь Жэнь, — на самом деле тут очень вкусно готовят, в особенности то блюдо, которым я хочу вас угостить.

— Я никогда не сужу книгу по обложке, — строго сказал господин Тянь Ши, садясь за самый крайний столик.

— Всё верно! Вы даже в таком отношении отличаетесь от остальных людей — сказав это Лянь Жэнь подозвал к себе человека, который за небольшим прилавком перекинутом белоснежным полотенцем на плече и который принял у него заказ

— Тебе как обычно, Лянь Жэнь? — весело спросил мужчина.

— Нет, в этот раз я хочу заказать одну порцию риса с черникой, которой вы меня угощали в прошлый раз.

— Только одну порцию? — удивился мужчина, — Вас же двое! Или твой друг закажет что-то другое?

— Нет, мы разделим одну порцию, — уверенно ответил ему Лянь Жэнь.

— Это страна катится в пропасть! — громко воскликнул мужчина, — Это же где видно, чтобы двое мужчин делили одну порцию риса...

Сказав это, мужчина ушёл передать заказ повару, в то время как Лянь Жэнь слегка неловко улыбнулся.

Господин Тянь Ши был задумчив, хмурился и было видно, что ему было неуютно находиться в таверне, но всё же держался.

Блюдо им подали горячим в большой миске с крышкой, чтобы тепло сохранилось. Когда Лянь Жэнь поднял крышку, то удивился ведь риса явно было больше, чем он ожидал. Мужчина, что принёс им еду и приборы, весело подмигнул, и Лянь Жэнь тут же понял, что это была двойная порция, которая досталась ему из-за того, что он часто сюда захаживал.

— Это белый рис, который отваривают вместе с черникой, из-за чего приобретает насыщенный черный цвет. Рис получается слегка сладковатым на вкус и очень ароматным. Это блюдо я впервые попробовал здесь и подумал, что вы, как большой ценитель сладостей, его оцените, — сказал Лянь Жэнь, поймав слегка неоднозначный взгляд господина Тянь Ши, который буравил взглядом миску напротив себя.

— Я пробовал это блюдо ранее. Его обычно готовят на юге страны, варят побольше, чтобы угостить соседей и даже незнакомцев...

— Неужели я? — с ужасом воскликнул Лянь Жэнь, — Неужели вы ели это блюдо в тот самый вечер?

— Нет, кое-что другое – задумчиво сказал господин Тянь Ши.

— Вы помните, что это было?

— Я помню всё так, будто это было вчера... Острые свиные ребрышки, тушёные кишки под коричневым соусом, рисовая лапша с улитками, мапо тофу, овощные закуски и кувшин персикового вина, — сказал господин Тянь Ши, закрыв глаза.

Перед собой он увидел не поцарапанный стол из убогой таверны, а дорогой, из красного дерева, заставленный перечисленными блюдами. Он сделал над собой усилие и открыл глаза. Первым, что он увидел, было излучающее радость лицо Лянь Жэня.

— Ого, даже не верится, что когда-то вы ели так много.

— Да, мне нравилась еда, её вкус, аромат, ощущения на языке.

— Вы знаете, кто это был? — придвигаясь чуть ближе, спросил Лянь Жэнь, понизив голос.

— Конечно знаю, — было ему ответом.

— Так почему же вы бездействуете?! — воскликнул Лянь Жэнь, ударив кулаком об стол.

— А что мне делать? Мстить, как обычно делают в дешёвых новеллах, что продаются в книжных лавках? — изогнув бровь и с усмешкой на него глядя, спросил господин Тянь Ши.

— Ну хотя бы что-то... — пробубнил Лянь Жэнь, понимая, что мстить было бы не лучшей идеей.

— Я обезопасил себя, выучил урок и теперь живу, стараясь не вспоминать про это. Старался до тех пор, пока ты не начал говорить об этом.

— Простите, — тихо сказал Лянь Жэнь, опустив голову.

Тот подтолкнул к господину Тянь Ши приборы для еды, но тот так и не смог к ним прикоснуться. Дома он, конечно же, выпил противоядие, прекрасно зная, куда они идут, и надеялся, что в этот раз, когда рядом с ним будет Лянь Жэнь, ему удастся избавиться от этого страха. Однако теперь он понимал, что не может себя пересилить.

Не в этот раз.

Господину Тянь Ши вмиг начало казаться, что стены таверны начали на него давить со всех сторон, а все посетители смотрят на него с осуждением. Ему казалось, что из-за угла внезапно появится ядовитая змея, напрыгнет на него и, схватив за горло, в мгновение задушит.

— Прости... Но я не смогу, — сипло проговорил господин Тянь Ши, — я не смогу это съесть.

Лянь Жэнь понимающе кивнул. Он специально заказал одну порцию для того, чтобы разделить её вместе с господином Тянь Ши. Думая, что тот по обычаю съест хоть что-нибудь если увидит, что оттуда ел Лянь Жэнь и с ним было все в порядке. Но кажется все было не так легко, как думал Лянь Жэнь.

— Я не могу... — дрожащим голосом ещё раз произнес господин Тянь Ши

— Ничего страшного. — поспешил его успокоить Лянь Жэнь, — Вы уже пришли в эту таверну, так что можно сказать, что вы на правильном пути. Я ведь верно предполагаю, что с тех пор, как это с вами случилось, вы ни разу даже не побывали в таких местах?

— Всё верно, с тех пор я боялся даже близко подойти к подобным заведениям. Мне казалось, что везде меня хотят отравить или причинить вред, поэтому я, по сути, закрылся в своей кондитерской и никуда не выходил.

— Получается, что благодаря мне вы смогли себя пересилить? — с надеждой спросил Лянь Жэнь

— Если просто сидеть в таверне считается, получается так, — тихо ответил ему господин Тянь Ши, который старался не смотреть по сторонам, ибо ему казалось, что все взгляды сейчас обращены именно в его сторону.

— Тогда я надеюсь, что в следующий раз, когда я приглашу вас на ужин, вам удастся хотя бы взять в руки палочки для еды, ещё через раз вы сможете отведать вкусного чаю что тут готовят. Конечно же, предварительно приняв противоядие. А через ещё несколько раз вы, может быть, отважитесь отведать вместе со мной этот прекрасный рис с черникой. Я понимаю, что такое даётся не сразу, но надеюсь, что мало-помалу мне удастся сделать так, чтобы вы хоть немного меньше испытывали тревоги на этот счёт. Я очень на это надеюсь, ведь я желаю для вас самого лучшего, господин Тянь Ши.

Тот ничего не ответил. Он задумчиво стоял и смотрел на то, как, Лянь Жэнь мало-помалу доедает чёрный рис с черникой и думал о его словах. Думал о том, почему же этому парню так важно, чтобы он поел, и чтобы ему было хорошо. Это было странно и трогательно одновременно.

И, наверное, он желал для Лянь Жэня того же.

Ведь без его помощи ему никогда бы не удалось на такое отважиться.

— Знаешь, Лянь Жэнь, мне нравятся смотреть на то, как люди кушают. — признался господин Тянь Ши, — Мне нравится, как люди наслаждаются пищей вне зависимости от того, приготовил ли её я или же кто-то другой. Понимаешь, бывают люди, которые настолько вкусно едят, что складывается ощущение, будто ты ешь вместе с ними. Наблюдая за такими людьми, в конце концов приходит насыщение.

— Я знаю. — сказал Лянь Жэнь, — Я часто видел, как в конце рабочего дня вы пристально наблюдали за некоторыми посетителями за столиками. Неважно, кем они были, вы просто, оперев голову на одну руку, смотрели на них во все глаза. Тогда я понял, что вам нравится наблюдать за людьми, пока они едят. Я, честно признаться, рассказал об этом своим домашним учёным, и они согласились с тем, что вы наверняка таким образом утоляете свой голод.

— Какие проницательные эти твои домашние учёные, — лишь слегка улыбаясь, сказал господин Тянь Ши.

— Я тоже проницательный, ведь я подсказал им ему эту идею. Вам, может быть, неприятно из-за того, что я наблюдал за вами, но я честно делал это из лучших побуждений.

— Ты такой же, Лянь Жэнь, — загадочно сказал господин Тянь Ши без всякого намёка на злобу, — когда ты кушаешь, это выглядит очень аппетитно, даже если ты ешь простые маньтоу. Или же тот кусочек матигао, который упал на пол, и который ты, даже не промыв водой закинул в рот пока думал, что я тебя не вижу.

Последние слова ужаснули Лянь Жэня — неужели его шалость не прошла незаметно?

— Тот кусочек больше никому не принадлежал! — встревоженно воскликнул Лянь Жэнь.

— Не волнуйся по этому поводу, я тебя не осуждаю, лишь восхищаюсь твоей смелостью.

Лянь Жэнь на эти слова лишь смущённо улыбнулся и неловко почесал свой затылок, решив, что для того, чтобы в дальнейшем избежать таких неловких ситуаций, вернее всего будет заткнуться и есть свой рис, который, к тому же, начал остывать.

Господин Тянь Ши еще раз тяжело вздохнул.

— В следующий раз я возьму с собой меч и, возможно, всё-таки отважусь выпить тут чаю, — тихо пробубнил себе под нос господин Тянь Ши, на что Лянь Жэнь громко рассмеялся.

— Если вам так будет спокойнее, непременно нужно так сделать, — сказал Лянь Жэнь, доедая порцию риса.

— Не жалеешь, что зря сюда меня привёл? — спросил господин Тянь Ши после того, как Лянь Жэнь расплатился за щедрый ужин, и они вышли на улицу.

— О чём же мне жалеть, господин Тянь Ши? Я не могу об этом жалеть, ведь оказался очень везучим и мне в одиночку пришлось доедать всю порцию. Я так наелся, что, кажется, сейчас лопну. Я не жалею, ведь я очень упрямый и когда-нибудь добьюсь того, чтобы вы его попробовали.

Господин Тянь Ши на это ничего не ответил, Лянь Жэнь услышал лишь тихий смешок, означающий, что несмотря на всё, господин Тянь Ши пребывал в довольно хорошем расположении духа.

— Побудешь этим вечером моей тростью? — неожиданно спросил тот, глядя на то, как угасали последние лучи солнца.

Лянь Жэнь открыл рот, чтобы что-то ответить, но так и не успел, ведь господин Тянь Ши, как всегда, сделал слишком поспешные выводы.

— Если тебе трудно, забудь о том, что я тебе говорил, — тут же сказал тот, придерживая одной рукой своё бедро и направляясь обратно в кондитерскую.

Лянь Жэнь, быстро преодолев расстояние между ними, догнал господина Тянь Ши и, не спрашивая разрешения, заставил того схватить себя за руку чуть повыше локтя.

— Ваша удобная трость по имени Лянь Жэнь к вашим услугам, — сказал он, широко улыбаясь.

— Благодарю, Лянь Жэнь. Извини за то, что приношу тебе столько неудобств.

— Вы прекрасно знаете, что я очень сильный, поэтому никаких неудобств вы мне не доставляете, — весело ответил Лянь Жэнь, а потом, чтобы разбавить царившее между ними напряжение, решил спросить давно волнующий его вопрос — Господин, когда же вы собираетесь воспользоваться тем синим красителем, что вы купили на рынке?

Этот вопрос и правда очень волновал Лянь Жэня. Ведь он видел, с каким восторгом тогда смотрел господин Тянь Ши на коробочку с красителем. Но с тех пор, как он его купил, прошло уже довольно много времени, а господин Тянь Ши всё не спешил им воспользоваться.

Лянь Жэнь видел, как господин Тянь Ши разводил этот самый краситель в воде, наливал его в несколько маленьких мисок и ставил вдоль забора для того, чтобы рыжие кошки, которые гуляли по заднему двору кондитерской, попробовали подкрашенную красителем воду. Поначалу Лянь Жэнь, думал, что кошки будут умнее и не притронутся к воде с разбавленным красителем, но, к его удивлению, их это не смутило. Когда обеспокоенный этим Лянь Жэнь спросил, чего же именно пытается добиться господин Тянь Ши и не боится ли тот, что Тянь-Тянь также оттуда выпьет воды, он получил очень простой ответ на свой вопрос.

— Тянь-Тянь — умный кот, не то, что эти рыжие нахалки. К тому же, по словам того продавца, краситель безвреден, и я обязан проверить, так ли это на самом деле. Сначала проверю его на кошках, а потом, если буду уверен, что он безвреден, может быть, опробую его на тебе.

С тех пор прошло некоторое время. С кошками ничего не произошло, а сам Лянь Жэнь не получил разрешения даже притронуться к синему красителю.

— Так, когда же это свершится? — нетерпеливо спросил повторно Лянь Жэнь, — Понимаете, сегодня один мальчик говорил, что коричневый цвет желе из каштана выглядит слегка пугающе, вот я и подумал, что завтра можно попробовать сделать порцию синего желе?

— Завтра точно нет! — сухо отрезал господин Тянь Ши, — Может быть, на следующей неделе, — туманно добавил тот, вселяя в Лянь Жэня надежду.

— Тогда могу я задать другой вопрос, господин? — весело спросил Лянь Жэнь.

— Глупый вопрос, Лянь Жэнь? — с подозрением спросил тот.

— Самый глупый вопрос на свете, — смеясь, ответил Лянь Жэнь.

— Ладно, задавай, — тяжело вздохнул господин Тянь Ши.

— Почему кондитерская называется «Танхулу», в то время как сами танхулу в ней никогда не продают?

— Откуда ты знаешь? Может, на следующей недели мы начнём их готовить.

— Нет, ведь тот толстяк в первый день сказал, что в вашей кондитерской никогда не продают танхулу.

— Как думаешь, почему? — поинтересовался господин Тянь Ши.

— Хм. Думаю, за этим стоит очень красивая, но очень грустная история ... Возможно, когда-то давно вы любили одну прекрасную девушку, что также любила вас в ответ. Этой девушке очень сильно нравились танхулу, поэтому вы часто их ей покупали. Но когда вы вернулись с войны, будучи раненым эта девушка разбила вам сердце, сказав, что не может быть вместе с таким человеком, как вы. Вы ушли, оставив её проживать жизнь вдали от вас. И, в память о ваших светлых чувствах вы назвали свою кондитерскую именем тех сладостей, что она больше всего любила.

Лянь Жэнь с опаской посмотрел на господина Тянь Ши, боясь увидеть его недовольное выражение лица, но вместо этого он услышал тихий смех. Кажется, тот откровенно смеялся над тем бредом, что нёс Лянь Жэнь.

Став серьёзным, господин Тянь Ши под пристальным взглядом Лянь Жэня всё-таки решил рассказать, в чём же именно было дело.

— Танхулу невыгодно продавать, — пояснил он.

— Почему? — удивленно и слегка возмущенно спросил Лянь Жэнь.

— Во-первых, как ты уже заметил, я не готовлю в соответствии с праздниками, поэтому вне зависимости от времени года в моей кондитерской можно обнаружить разные сладости, которые не требуют специальных ингредиентов, что можно найти только в одном сезоне. Свежий боярышник или клубнику сложно найти осенью или весной, и даже если сможешь, они довольно дорогие. Их нужно использовать по пять или семь на каждую штуку, и это слишком дорого. К тому же, мне бы пришлось изменить правила трёх сладостей ведь три танхулу — это очень много. Если бы каждый схватил по три штуки, я бы не успевал их готовить. Ты сам наверняка это понял, когда твои танхулу в тот день кончились в мгновение ока.

— Ладно, тут я с вами соглашусь, это и правда было бы очень затратно, — кивнул Лянь Жэнь, — но как насчёт названия? Почему именно «Танхулу»?

— Тут всё очень просто, — сказал господин Тянь Ши, — мастер, который изготавливал мою вывеску, не знал других более сложных иероглифов. На самом деле первоначально я хотел назвать своё заведение «матигао», но тот человек что расписывал вывеску, не знал, как это пишется, и, даже когда я написал ему нужные иероглифы на бумаге, наотрез отказался перенести их на дерево.

— И что же вы сделали?

— Долго с ним спорил, а потом выяснил что он знает, как пишется слово «танхулу» и подумал, что это тоже звучит неплохо.

— Удивительно — сказал Лянь Жэнь остановившись и поражённо посмотрев на господина Тянь Ши.

— Вот видишь, твоя глупая история не имеет ничего общего с тем, что на самом деле произошло, — сказал тот, еле заметно улыбаясь.

— Моя глупая история выполнила свою основную задачу, — ответил Лянь Жэнь.

— Какую же?

— Она заставила вас улыбаться!