31.
От лица Егора:
Около нескольких минут мне потребовалось для того, чтобы перед тем, как резко сорваться с места и начать скорые поиски Нади, я пытался четко переосмыслить произошедшую ситуацию, где именно мои излишние предпочтения и идеи по поводу того, как закалить наши неустойчивые отношения, оказались толчком к серьёзным последствиям. Столь бурный, неоправданный поток эмоций в ее лице был вызван именно моими, в какой-то степени, необдуманными действиями, где я напрочь позабыл о ее неустойчивой психике после тех дней, которые она провела вне воли. Я точно знал, и даже осознавал, что ей потребуются месяцы, чтобы прийти к прежней жизни, где ей не приходилось испытывать все те эмоции, которые она испытывает в данный момент. Оболочка, где она счастливая, кажущаяся истинной, таковой не является. Лишь хорошее воображение может дать понять, что ее жизнь наладилась и прежней не станет, и я точно уверен, что она придерживается именно этого мнения. Но стоит ей задеть прошлое, прикоснуться к воспоминаниям, как все забытое возвращается и отражается не только внешне, но и внутренне. Именно я являюсь тем, из-за кого она потерпела крушение своей счастливой жизни, и сейчас, когда ей сложно контролировать себя, я должен быть рядом, помогая ей справиться с этим. Ей ни в коем случае нельзя оставаться наедине с собой, ведь именно это оказывается ключевым толчком к депрессии, в результате которой она может замкнуться в себе. Я не учёл многих деталей, когда неразумно действовал с надеждой, что это каким-либо образом ей поможет. И именно мои необдуманные действия — худшее, что могло происходить в данной ситуации, после бездействия.
Я непременно начал следовать за ней, постоянно окликая ее в надежде, что она отзовётся и всё-таки остановится, позволяя мне помочь ей. Но пробираясь в глубь леса я четко осознавал, что наши пути с большой вероятностью могут разойтись и тогда, найти ее будет крайне сложно, ведь велик процент того, что мы оба можем заблудиться. Находясь не так далеко от дома, я понимал, что самым оптимальным и здравым решением будет то, если я вернусь домой, возьму необходимые, более тёплые вещи, дополнительное освещение и приступлю к ее скорым поискам. Эта идея казалась более удачной и сравнительно выигрышной, подающей надежды на то, что эта ночь не обернётся для нас плачевными событиями и уже утром мы проснемся теми, кем были несколько часов назад. Ведь видеть ее в таком отрицательном, угнетающем состояние крайне неприятно, и это, пожалуй, последнее, что я хочу видеть в ней каждый день.
Пробираясь сквозь ветви, я даже не заметил, как неожиданно в мое поле зрение попало нечто блестящее, а приглядевшись, я определил, что это спокойное море, отражающее в себе свет яркой луны. Без излишних раздумий я начал идти именно в эту сторону — прямо, и по истечению нескольких минут я покинул величественные ели, вдыхая свободу. Я с точностью помнил в какой из сторон находится наше временное жилье, и пройдя несколько метров, я не усомнился в своих предположениях, когда увидел темное очертание дома. Мне хотелось верить, что сегодняшняя ночь не обернётся трагическим путём для нас и в скором времени мне удасться найти ее невредимой.
Открыв входную дверь, которую мы не закрываем по причине того, что окружает нас только дикая природа, а воровать нечего, я непременно начал разуваться, как ненароком заметил знакомые кроссовки, совсем немного испачканные в грязи. Внутри проскользнула надежда, что я увижу ее перед собой, но мне не удавалось сопоставить события так, чтобы здраво представить, как в таком состоянии, ей удалось так скоро выбраться из леса. Но если мои предложения окажутся истинными, то я ничуть не расстроюсь, а напротив, обрадуюсь, ведь мне хотелось быть уваренным в ее полной безопасности, когда я рядом.
— Надя?! — громко выкрикнул я, медленно пробираясь в глубь дома. Мне хотелось верить, что уже сейчас она выйдет с широкой улыбкой на лице, а все то, что произошло ранее, окажется издержками ее настроения, которое меняется по щелчку пальцев. Это, пожалуй, оказалось бы одним из лучших исходов событий ситуации.
Но к моему огромному сожалению никто не отозвался на мои крики, только отдаленный звук всхлипом и шмыганья носом донёсся до моих ушей, когда я оказался около лестницы на второй этаж. Без излишних раздумий я ворвался в ванную комнату, которая к моему огромному удивлению оказалась не заперта. А оказавшись внутри помещения я увидел ее: девочку, сидящую в верхней одежде и находящуюся в углу комнаты с поджатыми к телу ногами. Упав на колени рядом с ней, я попытался взять ее холодные ручки в свои, но вместо удачной попытки завершить действия я увидел, как боязно она прячет их за спиной, лбом прижимаясь к своим грязным коленям. По всей видимости, она споткнулась, когда бежала, ведь была видна грязь и кажется, несколько небольших капель крови.
— Все хорошо ... слышишь меня? Все хорошо, правда, — размеренно проговорил я, не упуская попыток коснуться ее дрожащего тела. В этой ситуации только я мог быть виновником, когда необдуманно произнося собственные слова и действуя, развязал в ней это состояние. — Пойдём я сделаю тебе тёплый чай, как ты любишь: с мятой и лимоном. А если захочешь, то можем поговорить, хочешь? — почему-то мне казалось, что именно открытая беседа, где ей удасться поделиться своими тревогами и переживаниями, действительно может поспособствовать скорой нормализации ее состояния.
— Да. — неожиданно проговорила она, продолжая держать свою голову, прижатую к коленям. Голос был немного сорван, но я уверен, совсем чуть-чуть тепла и все нормализуется.
Бережно коснувшись ее ледяных ладоней, я помог ей оказаться на ногах, а после, придерживая за плечи, начал помогать идти. Но, прежде, чем покинуть ванную комнату, я подвёл ее к раковине и уже там наконец избавил ее тело от лишней верхней одежды. Слегка наклоняя ее тело вперёд, прохладными каплями воды я смочил свою ладонь, после чего прикоснулся к ее личику. Это могло помочь ей совсем немного прийти в себя и на небольшой промежуток времени отвлечься.
— Давай мы ранку обработаем или хотя бы промоем, — предложил я, ведь туда могло попасть, пусть не большое, но явное количество грязи. А зная ее боязнь к медицинским препаратам, я даже не пытался наставить на чём-то большем, чем обычная вода, которой можно промыть ее небольшую ранку.
Она едва заметно кивнула и я непременно помог ей присесть на край ванной, где тут же начал помогать ей избавиться от штанов. Как я и предполагал, на ее коленке оказалась совсем небольшая кровоточащая ссадина, вокруг покрытая грязью. Я не стал заострять на этом особое внимание, поэтому смочив полотенце прохладной водой, аккуратно прикоснутся к коже, замечая, как резко и неожиданно она дергает ножкой. Но приложив свою руку около ее ранки, я остановил ее действия и без слов уверил, что больно не будет. Поэтому последующие несколько минут она просидела спокойно, молча наблюдая за тем, как бережно я протираю ее кожу.
— Все. — я слегка улыбнулся и помог ей встать, в сторону отбрасывая немного испачкавшееся полотенце.
— Оставь меня, пожалуйста, на несколько минут, — протирая свои покрасневшие глазки пальчиками, неуверенно проговорила Надя, на что я только кивнул, и беспрекословно покинул помещение, оставляя ее одну.
Уже собираясь упасть на диван и приступить к ожиданию Нади, я неожиданно вспомнил о наличие нескольких бутылок вина в этом доме, которые я купил в тот момент, когда Надя крепко спала в машине. Я не видел необходимости ставить ее в известность, поэтому спрятал алкоголь «в дальний угол» для того дня, когда в этом появится необходимость. Подобный день настал крайне быстро и неожиданно, и сегодня без сомнений я мог позволить открыть бутылочку красного полусладкого для полного раскрепощения наших тел. Ни в коем случае я не надеялся на нечто большее, мне хотелось только того, чтобы от необходимого для неё разговора, ей действительно стало легче на душе.
— Что это? — неуверенно поинтересовалась Надя, когда оказалась в метре от меня. Своим взглядом я указал ей на диван, немым жестом прося присесть, что она поспешила поскорей выполнить. Когда я, в свою очередь, разливал вино по стаканам, так как в этом доме не нашлось никаких бокалов.
— Думаю, тебе будет достаточно этого, — протянув ей стакан с жидкостью, уверенно предположил я, когда бутылка оказалась на столике рядом, а мой стаканчик крепко был сжат одной из моих рук.
Она неуверенно поднесла к губам прозрачный стакан и с опаской сделала совсем небольшой глоток, после которого последовал больший и более уверенный. Ее лицо, едва заметно сморщилось, ведь мне было известно, что она не из тех дам, которые регулярно балуют себя алкоголем. К подобному вину отлично подходят сладости в виде молочного, но ни в коем случае не чёрного шоколада или фруктов, например, сладкой груши или же апельсина. Но ничего, за исключением нескольких плиток шоколада, найти в доме было невозможно. Поэтому непременно я подошёл к шкафчику, где нашёл нетронутую плитку шоколада. И открыв упаковку, я разломил ее на небольшие кусочки и оставив в этикетке, наконец развернулся, неожиданно приходя в шок. Ведь, как оказалось, такого небольшого количества оказалось достаточно для неё, чтобы смелость и необдуманные поступки ее поглотили.
— Не-е-т, тебе достаточно, — выхватив из ее рук, кажется, второй, до верху наполненный стакан, резко произнёс я, заставляя ее съесть хотя бы один небольшой кусочек сладкого. — Ложись-ка ко мне на коленки, — похлопав рукой по коленки, мне показалось, что она откажется от моего предложения. Но она, будто, напротив, только и ожидала этого предложения в моем лице, ведь непременно опустила свою голову мне на ноги, поджимая свои ножки под своё тело, которое я прикрыл рядом лежащим пледом.
— Спасибо, — тихим голосом проговорила зеленоглазая, когда я утерял все надежды на удачный исходит вновь придуманной мною идеи. Я отчаялся, и уже собирался всеми силами пытаться уложить ее спать, как неожиданно она сама начала разговор. Наверное, мне как и ей было сложно подобрать правильные слова, поэтому я так неуверенно был настроен на нашу предстоящую беседу.
— Что случилось? Рассажаешь? — приложив руку к ее мягким, слегка взлохмаченным волосам, произнёс я, неожиданно начиная водить по ним своей правой рукой. От этих действий она начала прикрывать глаза, но не в коем случае не пыталась уснуть.
— Когда ты предложил мне эту идею, то я ... я вспомнила тот день, когда ты мне помог расслабиться. Стало страшно ... наверное, потому, что я испугалась вновь оказаться преданной. Я попыталась забыть об этом ... и почти отпустила эти воспоминания, но взяв в руки нож ... — ей не удалось договорить, ведь я видел, слышал, и даже, кажется, чувствовал, как сложно даётся ей этот разговор. Всеми силами она пыталась держать все в себе, но сейчас, когда эмоции и действия плохо поддаются контролю, об этом приходилось говорить, — ... я вспомнила все то, что со мной было. — неожиданно она всхлипнула и с силой сжала мою левую руку, которую все это время обхватывала своими ручками. — Мне стало страшно, что ты можешь оказаться таким, каким был тогда ... когда бил меня ... а ещё насиловал. Мне было очень больно ... я просила остановиться, но ты ... ты будто зверь, не видел и не слышал ничего. Я боюсь увидеть тебя таким вновь. — каждое слово крайне сложно давалось для неё, но я видел, как перебарывая себя она старается говорить. Но в тоже время я чувствовал, как гадко поступил с ней. — Ты нравишься мне таким, какой ты сейчас, Егор. — честно созналась она, продолжая водить своими пальчиками по моей руке — вверх и вниз.
— Я не сделаю тебе больно. Веришь? — тихо произнёс я, оставляя свой влажный след на ее виске. Мне не удавалось даже предположить, каков может быть ее ответ на мой вопрос.
— Нет. — она прикрыла свои глазки и начала отрицательно махать головой в разные стороны. В одно мгновение мне стало не по себе, ведь все прошедшее время она врала мне. И сейчас я мог быть в этом точно уверен, ведь в данный момент ее разум не поддаётся обоснованию и контролю с ее стороны, а значит, ничто иное, кроме правды, ей не удасться мне рассказать.
Мне бы хотелось продолжить разговор, ведь мне было, что рассказать ей. Эту информацию мне удалось узнать относительно недавно, и все это время, что я знаю эти неутешительные предположения, я никак не могу решиться на то, чтобы их поведать ей. Ведь смело решаюсь предполагать, что реакция будет буйной, возможно, даже той, что понесёт за собой последствия. Но сейчас был именно тот момент, когда находясь в расслабленном состоянии она могла не точно воспринимать информацию. Но в тоже время на сегодняшний день ей удалось узнать и так чересчур большое количество всего, и все это было не красочным. Мысли предательских разлетались в разные стороны, и мне совсем не удавалось хорошо сосредоточиться. Но я точно знал, что в ближайшее время я обязан открыть ещё одну карту игры.