20.
Егор был вне себя, когда она всё-таки ослушалась его, и он увидел ее около своего рабочего места, где хранится слишком большое количество той информации, которую никому, кроме него не позволительно читать. Она с огромным интересом вчитывалась в каждую строчку, а также, не смея сдерживать собственных эмоций, жадно глотала слёзы. Он даже не понял, как в одно мгновение оказался около неё, и едва не сорвался, если бы не неожиданный стук в дверь. В этот момент блондин и предположить не мог, кто в столь ранний час мог навестить его, ведь он действительно никого не ждал. Поэтому столь ранний визит в его квартиру озадачивал, и заставлял нервно оглядываться по сторонам. Сейчас, наверное, Булаткин переживал не столько за себя, сколько за Надю, которую в любой момент могли увидеть. И переведя свой взгляд на неё, в ее переливающихся глазах он увидел надежду на нечто лучшее. Сейчас ему совсем не хотелось огорчать и обнадёживать девушку, поэтому посчитал нужным промолчать.
— Будь хорошей девочкой и сиди тихо, — строго, но угрожающе произносит Егор, и делает это как можно тише, склонившись к ее ушку. Он чувствует, как вздрагивает ее тело, поэтому сильнее прежнего сжимает ее хрупкую талию своими ладонями, — Минуточку! — громко восклицает голубоглазый когда вновь слышит повторный стук в входную дверь.
В этот момент Надя начинает упираться, и всячески пытается вырваться из его крепких объятий, чего он всячески не позволяет ей сделать, и тогда его рука, которой он ее держал, заметно напрягается, а вторая ладонь перемещается на ее ротик. Резко дёрнувшись, своей головой она задевает его подбородок, и от неожиданности блондин прикусывает губу, почти бесшумно шипя от неприятных ощущений, и от того, как кровь проникает в ротовую полость. Ему тут же хочется возразить, но он вовремя приходит в себя, когда незваный гость вновь стучит в дверь.
— И только попробуй пикнуть! — предупреждающе произносит Егор, коленкой подталкивая дверь в комнату, где совсем недавно ночевала Надя. Тогда даже он не мог предположить, что однажды ей вновь прийдется провести здесь неопределённое количество времени. Сейчас ему, как никогда в жизни хотелось, чтобы все завершилось, даже не начавшись. — Все поняла? — интересуется блондин, получая на свой вопрос ее немой ответ, но даже здесь он почему-то видит недосказанность в ее взгляде и с точностью понимает, что все не так просто, как ему может казаться.
Провернув ключ в замочной скважине несколько раз, Булаткин для перестраховки дергает ручку двери, и убедившись в том, что дверь заперта, он выдохнув, направляется в сторону прихожей, откуда не перестают доноситься стуки. С волнением Егор подходит к двери, и провернув замок несколько раз против часовой стрелки, наконец опускает свою ладонь на ручку и отворяет массивную дверь, видя перед собой неизвестного ему человека, на вид которому не более тридцати лет. С неким опасением незнакомец пытается заглянуть в квартиру, будто что-то выискивая, но всё-таки переводит свой взгляд на Егора. Такие неуверенные действия с его стороны заставляют блондина заметно напрячься и запастись не малым количеством опасений.
— Простите, что тревожу вас в такую рань ... но не подскажите ли, есть ли у вас свет в квартире? — интересуется мужчина, продолжая стоять напротив Егора. Блондин в это же мгновение переводит свою взгляд на потолок, где видит ярко освещающую помещение лампу, спрятанную за люстрой.
— Как видите, — кивнув на люстру, он возвращает свою голову в прежнее положение, с некой опаской смотря на мужчину, в взгляде которого почему-то видит нечто знакомое. Все это время ему кажется, что где-то он его видел, но он не может быть уверенным в своих словах только потому, что напрочь не помнит, где бы они могли пересечься.
— Ох, простите, наверное, это какие-то проблемы в моей квартире, — глупо усмехается, по всей видимости, сосед блондина, когда он в свою очередь также усмехается, но делает это наиграно. — Простите ... а давно вы здесь живёте? — уже собираясь закрыть входную дверь, и наконец проводить неприятного знакомого прочь, как тот вновь задаёт неудобный для голубоглазого вопрос.
— Нет. Мы, точнее я, скоро перееду. Я здесь на несколько дней. — как можно быстрей тараторит парень, продолжая напряжённо ладонью сжимать дверную ручку. От волнения он начал запинаться в словах, и построить обычное предложение оказалось не такой уж простой задачей для него, как это бывает обычно.
— Уж простите, что наведался в такую рань и ещё смею загружать вас, — звонко смеётся высокий брюнет, на что блондин вновь криво улыбается, видя в каждом его слове огромное количество фальши. Егор сразу понял, что его неожиданное появление не является таким уж и случайным, как кажется на первый взгляд, поэтому надвигаясь на огромный риск, Булаткин решает всё-таки пригласить гостя домой.
— Тогда, может, выпьем кофе? Как раз и познакомимся получше, — прищурив оба своих глаза, неуверенно предлагает он мужчине, и отворяя входную дверь ещё шире — приглашает гостя. Тот, будто и ожидая подобных действий от него, резко проскальзывает в квартиру.
Булаткин рукой указывает в сторону кухни, а сам настороженно наблюдает за дверью, за которой сейчас находится Надя. Она прекрасно слышит, что происходит в нескольких метрах от неё, и на его удивление, сидит крайне тихо. Это кажется странным, ведь Егор, по правде, ожидал ее бурной реакции и уже приготовился успокаивать девушку. Он был благодарен ей, что сейчас не находится рядом с ней и не успокаивает ее, а направляется на кухню, где его уже заждался сосед.
— Чай или кофе? — интересуется голубоглазый, тем самым вырывая любопытного гостя из мыслей. Он так увлечённо рассматривал владения Егора, что не сразу заметил его неожиданное появление.
— Кофе. Извините, засмотрелся, — глупо усмехается он, а после присаживается на один из стульев, отодвигая пустую тарелку на край обеденного стола.
— Думаю, можно перейти на «ты», — предлагает Егор, ведь чувствует себя крайне некомфортно, когда общается с человеком, старше его на несколько лет в официальной форме. — Егор. — представляется тот, протянув руку, когда тарелки уже стояли в раковине.
— Согласен. Юрий. — почти сразу он соглашается с блондином, и также взаимно протягивает ладонь для знакомства. — Простите, а вы не один живете? — оглянувшись по сторонам, интересуется новый знакомый Булаткина, когда на столе гость замечает ещё одну чашку с уже остывшим чаем.
— Нет ... я ... с сестрой живу. Она в комнате, — отвернувшись, как можно чётче и правдоподобней произносит Егор, делая вид, что увлечён приготовлением кофе. Сейчас ему совсем не хотелось вызывать какие-либо подозрения, ведь он более чем уверен, что полиция в любой момент может выйти на него. Хоть он с Надей и не задержится здесь, в этой квартире, более, чем на пять дней, он все равно пытался быть крайне осторожным. Но несмотря на это, подсознательно понимал, что сделать это со стопроцентной гарантией невозможно.
— А у меня жена решила, что жить за пределами Москвы неудобно, так как дети, а это школа и детский сад. Поэтому и приняли решение перебраться поближе. — после его слов Егор неожиданно задумался, ведь не помнил, чтобы кто-то из соседней на лестничной площадке где-то размещал объявления о сдаче или продаже квартиры. Но его слова блондин решил не воспринимать буквально, поэтому просто продолжил разливать кипяток в каждую из чашек. — А вы почему переехали? — голубоглазому показалось, что у большенство населения отсутсвует чувство такта. Не думал он, что воспитанный человек будет вот так нагло интернироваться личной жизнью построенного человека.
— Обстоятельства вынудили. — коротко ответил Егор на его вопрос, когда обе чашки с уже готовым кофе стояли на столе. Ему не хотелось рассказывать этому, малознакомому, человеку обо всем хотя бы потому, что были они знакомы не более получаса. Но главной причиной была безопасность, и даже не его, а полная безопасность для Дорофеевой.
Булаткин присел на соседний стул, и Юрий тут же без умолку начал рассказывать о себе и своей семье. Для блондина оставалось загадкой по какой причине этот человек так открыт с ним. Возможно, этому человеку просто не хватает общения, но голубоглазый был уверен, что причина кроется в чем-то ином. Его образ до сих пор казался ему крайне знакомым, и с каждой минутой он был более, чем уверен, что однажды, они где-то пересекались. Сейчас парню совсем не хотелось быть именно здесь, с этим человеком, его по непонятной причине тянуло к Наде. Тревога внутри присутствовала, и как оказалось, всё-таки не зря. Буквально через тридцать минут скучной беседы, когда они оба значительно утомились, вдруг послышался крик о помощи.
— Что это? — Юрий почти сразу подскочил на ноги, и начал настороженно оглядываться по сторонам, когда Егор проклинал себя, что не позаботился о Наде ранее. Ведь если бы он, был немного внимательнее, то учёл возможную попытку дать знать о себе со стороны зеленоглазой.
— Это ... это моя сестра, — резко выдал блондин, придумывая какие-либо внушающие оправдания. — Она болеет ... надо помочь ей. Подождите меня здесь, — быстро протараторил он, и не дожидаясь ответа со стороны нового знакомого, со всех ног побежал в комнату, где сейчас находилась Надя, и всеми силами пыталась найти выход.
Сейчас ему было плевать на то, что после этого может произойти с ним, ведь он прекрасно понимал, что будет с ней, если ее всё-таки увидят. У неё не будет шансов на спокойную жизнь, и все его ранние действия были во благо того, чтобы в будущем она жила спокойной жизнью. Пусть он кажется моральным уродом, хотя таковым и является, но делает он это только потому, что хочет обеспечить ей безопасность настоящего и будущего.
С полки он схватил упаковку с таблетками санаторного, которыми предпочитает часто пользоваться, когда его неожиданно настигает бессонница. В последнее время его сон стал чересчур тревожен и порой, ему не удаётся поспать и нескольких часов. Это, как оказалось, действительно действенный препарат, и уже через пять минут после его применения, обычно, Булаткин засыпает безмятежным сном. Никогда он не думал, что воспользуется этими чудодейственными таблетками для иных намерений.
— Какого черта ты орешь, дура? — ворвавшись в комнату, где у стены стояла Надя, глотая слёзы, как можно тише произнёс он, хватая ее за руки. Но даже сейчас, когда говорил он шепотом, речь была не менее пугающей, чем ранее. Оскал на его лице предвещал серьезные последствия. А почерневшие синие глаза выражали весь его гнев.
Одним движением он притянул ее тело к своему, и одной рукой зажал обе ее руки, когда она наконец перестала кричать, догадываясь о последствиях. О которых, она по всей видимости, думает в самый последний момент. На протяжение всего времени он замечает за ней эту странную особенность. Но сейчас перед ним стояла цель успокоить ее всеми возможными способами, во избежании плаченных не только для неё, но уже и для него, серьезных последствий.
Не прекращая плакать, она не переставала упираться, чтобы вырваться из его хватки. С применением силы Егор дернул обеими руками, от чего она не смогла устоять на ногах, и упала на колени, заставляя его тело пошатнуться. Голубоглазый присел на край заправленной кровати, и с лёгкостью притянул ее тело к себе, кладя голову на свои колени. Большим пальцем он выдавил несколько таблеток, не догадываясь, что это может быть чревато серьёзным последствиям, а после резко надавил ей на скулы, заставив приоткрыть рот. Этого оказалось достаточно, чтобы он с лёгкостью поместил туда несколько не самых приятных на вкус таблеток, и ладонью прикрыл ее рот, ожидая, когда она всё-таки их проглотит.
— Горькие, проглоти сразу, — посоветовал он, когда увидел, как кривит она лицо, а значит, препарат начал растворяться в ее ротовой полости. Но неожиданно он почувствовал, как своими ногтями она пытается поцарапать его и причинить ему боль. Этого было недостаточно даже для того, чтобы он просто дернулся, не говоря о том, чтобы отпустил. Поэтому блондин ещё сильнее сжал ее ладони. — Я ведь просил тебя сидеть тихо. — почти бесшумно проговорил Булаткин, переведя свой взгляд на часы, чтобы определить, сколько ещё потребуется времени и когда он наконец сможет вернуться к ожидающему его гостю.
По истечении семи минут Егор начал замечать, как понемногу ослабляется ее, пусть и не сильная, но хватка, голос утих, а слёзы бесшумно скатывались по розовым щекам. Редкое моргание ее глаз свидетельствовало только о том, что таблетки давно растворились и начали действовать на ее организм. Он наконец разжал свою ладонь, и ее руки упали на пол; голова, которая находилась на его коленях теперь была повёрнута в бок. Егор аккуратно встал на ноги, и также осторожно подхватил ее на руки, перекладывая на кровать, где почти сразу она закрыла оба своих глаза, не пошевельнувшись.
— Прошу прощения ... моя сестра ... она просто болеет, и ее совсем нельзя оставлять одну, — за все время, когда блондин обманывал людей, он ещё никогда не чувствовал такой неуверенности. Он понимал, что абсолютно все, что сейчас говорит не звучит правдоподобно, как хотелось бы.
— Ничего страшного, — положив свою руку на его плечо, произнёс новоиспеченный знакомый. Убийца хоть и видел эту недосказанность в его глазах, но всё-таки верил в его искренность. — А давно ... болеет? — как-то неуверенно поинтересовался тот, заставляя голубоглазого задуматься, ведь он даже не представлял, чем она может болеть.
— С рождения, — всё-таки он верил, что его выдуманная болезнь существует, и надеялся, что этот человек не окажется медиком. — Родителей не стало слишком рано, поэтому ответственность перешла на наших родственников, а как только мне стукнуло восемнадцать, то я забрал ее. — во избежании лишних вопрос он тут же, не дожидаясь его ответа, поведал ему выдуманную историю семьи, ловя на себе его сочувствующий взгляд.
Ещё около сорока минут они беседовали, стараясь не затрагивать тему выдуманной Егором истории. Сейчас они говорили обо всем, но под конец Юрий неожиданно предложил помощь, когда Егор случайно упомянул, что ищет небольшой дом за пределами столицы. Как оказалось, мужчине было, что предложить Егору, поэтому он серьезно задумался о его предложение. Уже сейчас было ясно, что в Москве Егор не задержится так долго, и в ближайшие недели ему с Надей следует покинуть и область. Был риск того, что их найдут, и именно поэтому его предложение оказалось действительно стоящим и нужным.
— Алло, — подойдя к окну после того, как новый знакомый покинул квартиру Булаткина, а сделал он это к десяти утра, он наконец мог расслабиться. И не теряя ни минуты блондин набрал своего друга, ведь это единственный человек, который осведомлён о его деятельности, и это тот, кому он мог доверять, как себе. — мне срочно нужна твоя помощь, — коротко произнёс парень, слыша положительный ответ на свою просьбу. Егор знал, что тот не откажет ему, ведь с такими просьбами парень почти никогда ему не звонил. Сегодня был второй раз, когда он заявил о действительно серьёзной проблеме.