2.
Погода минувшего дня, словно под копирку отобразилась на нынешнем дне. Сильная метель разносила крупные хлопья снега по столице, покрывая ими все возможные поверхности, на которых можно было отследить снежный покров из нескольких сантиметров. Угрюмые деревья колыхало из стороны в сторону, и постепенно, понемногу с них спадали охапки прилипших друг к другу снежинок. Благо была ночь и сумасшедших пройтись под одним из таких деревьев не находилось. На дорогах только и слышался вой сирен экстренных служб, так как почти каждые двести, а то и сто метров случались как крупные, так и незначительные аварии. Лунный свет вновь был скрыт под плотным слоем тёмных облаков, поэтому столицу освещали тускло-горящие фонари.
Неподалёку от города, в километрах двадцати находилась машина Булаткина, в которой он разместился, находясь на одном из парковочных мест. Около двадцати с лишним минут он, прислонившись подбородком к рулю и обхватив его руками, высматривает нужный ему автомобиль. Ещё ночью, узнавая информацию о жертве, ему удалось разузнать, что именно сегодня его юная девочка приглашена с будущим мужем на закрытое мероприятие, кажется, это чей-то день рождения, но чей, ему так и не удалось рассекретить. Каждые несколько минут в ста метрах от входа останавливаются дорогие автомобили, из которых выходят люди в дорогих нарядах, и в сопровождение охраны направляются в одно из дорогих заведений столицы и области. Постоянно бегая глазами и высматривая жертву, ему наконец удаётся присмотреться к только что подъехавшему авто. Только машина останавливается напротив входа, как из неё выходит молодой человек, кажется, двадцати пяти лет, не больше. И поправив дорогое пальто, открывает заднюю дверь, протянув руку, по-видимому, своей спутнице. Аккуратная женская ручка обхватывает мужскую руку, и как истинная леди, она покидает автомобиль. У пары мгновенно оказывается охрана с зонтом, которым они укрывают молодых людей от нежелательной погоды. Булаткин резко хватает фотографию, и взглянув на бумажку, а после на идущую девушку, он понимает, что не ошибся. И его жертва вот-вот окажется в тёплом помещение. Но уже собираясь идти следом за парой, он видит, как молодой человек достаёт из внутреннего кармана две, красиво оформленные бумажечки, кажется, пригласительные и протянув человеку, стоящему у входа, получает одобрительный кивок. Большие двери распахиваются, и они скрываются с виду.
Нервный взгляд блондина забегал по салону собственного авто, а после он оценивающе осмотрел свой наряд: удобные чёрные джинсы, тёплая толстовка, под которой скрывается футболка, тёплая обувь и такая же тёплая куртка с капюшоном, и на соседнем сиденье красуется кепка. Во внутрь девушки заходили в роскошных платьях, а мужчины в дорогих костюмах. И даже, если он раздобудет приглашение, сравнимое с пропуском во внутрь, он однозначно не пройдёт дресс-код. Разрушая мертвую тишину внутри тяжелым вздохом, он случайно переводит взгляд за угол здания, где три мужчины в красивых нарядах о чём-то беседуют, параллельно докуривают никотиновые трубочки. Загадочная ухмылка появляется на лице голубоглазого, и проведя рукой по чуть взъерошенным волосам, он тянется к бардачку, от куда достаёт нож, с поблескивающим лезвием. Спрятав его как следует и накинув капюшон на голову, он направляется к поставленной цели.
— Прошу прощения, — взявшийся из неоткуда Булаткин, изображает кашель для привлечения внимания, и трое стоящих мужчин синхронно оборачиваются в его сторону.
— Да? — изгибает бровь один из них, пытаясь в полумраке изучить черты лица блондина, стоящего напротив.
— Посеял зажигалку, не могли бы помочь? — высунув из внутреннего кармана пуховика сигарету, интересуется тот, делая небольшой шажок вперёд.
— Конечно, — любезно отзывается сзади стоящий, и протиснувшись между двух собеседников, протягивает руку вперёд, держа в ней источник огня.
— Благодарю, — делая затяжку дыма, благодарит Егор, вырисовывая на своём лице незначительную улыбку. И уже собираясь уходить прочь, резко останавливается, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов, — извините, а мы с вами нигде не могли пересечься? — изогнув бровь, добавляет голубоглазый, внимательно смотря на мужчину, который любезно согласился поделиться с ним огнём.
— Думаю, что нет, — хмыкает тот, делая, скорей всего, последнюю затяжку, так как вот-вот дойдёт до фильтра сигареты.
— Странно, — произносит Егор, будто пытаясь вспомнить своего собеседника, — кажется, это был прошлый Новый год, разве нет?
— Вряд ли. В прошлый Новый год я улетел в Америку, — выкинув в урну потухший бычок, пожимает плечами мужчина, — к семье, — добавляет тот.
— Мы подождём тебя у входа, — неожиданно раздаётся синхронный голос двух других, один из которых слабо хлопнул по плечу друга.
— Наверное, я вас с кем-то спутал, — недовольно бурчит Булаткин, проведя рукой по лбу.
— Наверное. Вы извините, но я пойду, меня ждут, — не выдерживает тот, и делает несколько шагов в сторону, обходя Егора.
— Постойте! — прикрикивает Егор, крепко сжимая нож, находящийся в правом кармане пуховика.
— Да?
— Я действительно вас спутал со своим другом, — усмехается блондин, и резко вытащив руку из кармана, вонзает лезвие в живот мужчины, предварительно подмечая место удара, дабы задеть жизненно важные органы.
Глаза того округляются, и не успевает он закричать, как острие вновь пронзает кожу неизвестного. Рука Егора крепко держит того за плечо, и прижав его к стене, Егор наносит третий удар практически не дышащему человеку, легко усмехаясь.
— Приятно было познакомиться, — хмыкает тот, и протерев нож о тёмную материю, вновь прячет его в карман.
Взяв под руки мужчину, блондин облокотил того и покрывшуюся льдом кирпичную стену, и стянул практически всю одежду, за исключением белой рубашки, которая покрылась алыми пятнами и нижнего белья. Завершив с нарядом на сегодняшний вечер, Егор вынул из внутреннего кармана чужого пальто то самое приглашение, которое видел у жениха своей жертвы.
— Евгений. Значит я сегодня Евгений, — усмехнулся тот, и убрав в карман небольшой свёрток, подхватил труп под руки и поволок за засыпанные снегом кусты, за которыми виднелся небольшой сугроб снега.
Расчистив немного снега, голубоглазый аккуратно уложил обездвиженное и не дышащее тело в снег, прикрывая того тёплой материей пальто, а после начал понемногу засыпать снегом.
Убивая ни в чем неповинного молодого человека, Булаткин, как ни в чем не бывало в конце усмехнулся. Это вошло в его привычку: после каждого, совершенного убийства он усмехается, и делает это неподдельно. Он не привык ходить с маской на лице и именно поэтому, всегда, абсолютно всегда на его лице можно видеть искренние эмоции. Зачастую, это какая-то озлобленность, величие и эгоизм, отображающие внутреннее состояние парня.
Находясь в собственной машине, он стянул с себя все вещи, и натянув на тело чёрную водолазку, которая валялась в багажнике на случай, если его вещи замараются или ему прийдется бежать от полиции, тогда он ловко перевоплотится в совершенно иного человека, и сумеет скрыться. Поверх этой вещи он накинул пиджак, который ему пришёлся по размеру, также как и чуть зауженные чёрные брюки. Поправив разлохмаченные волосы, он ещё раз взглянул на своеобразный пропуск, и спрятав его в кармане, припарковал машину чуть ближе ко входу. У него, в отличие ото всех не было личного водителя, который доставил бы его практически ко входу, поэтому лишние несколько сотен метров он плёлся на своих двоих.
— Ваше приглашение, молодой человек, — протянул руку, стоящий у входа мужчина. С легкой ухмылкой, блондин протянул ту самую бумажку, и получив одобрительный кивок, пробрался во внутрь. Дорогие украшения и наряд нисколько не выделяли его из толпы, разве что странная ухмылка привлекала внимание, проходящих мимо него.
— Извините! — кто-то окликнул его сзади, и повернувшись, он увидел тех самых двух мужчин, с одним из которых он ранее начинал диалог, — вы не знаете, где Женя?
— Мы закончили наш разговор ещё десять минут назад. Он сразу же направился, кажется, к вам, — как ни в чем не бывало проговорил Егор.
— Извините за беспокойство, — кашлянул тот, и отвернувшись к другу, продолжил разговор.
Улыбавшийся во все тридцать два зуба Егор продвигался вперёд, пытаясь рассмотреть нужное ему девичье личико. Предложенный бокал, наполненный шампанским практически опустошился, но нужной девушки он так и не нашёл. Огромное количество людей не давали ему сконцентрироваться, также как и играющая Музыка. Пусть негромко играющая, и к тому же живая.
— Простите, пожалуйста, — резко по его плечу пришёлся ненарочный удар, а после в его уши въелся нежный женский голосок. Обернувшись, он вблизи увидел лицо жертвы, и кажется, по чуть потёкшему макияжу она плакала. Та нелепо оттолкнула блондина и ринулась к дамской комнате, которая находилась за углом.
Не став бежать за ней, он просто внимательно следил за ее действиями. Она старалась не бежать, но похоже, это у неё получалось мало. А рука, прикрывавшая лицо, была видна даже из-за спины. Ее наряд пришёлся по душе Егору: аккуратно собранные волосы, длинное платье, на спине которого был большой вырез. Прическа была подобрана идеально, так как она позволяла вдоволь насладиться ее аккуратной спинкой и чуть выпирающим позвоночником. Спереди он так и не рассмотрел ее, разве что заплаканное лицо.
— Здравствуй, Надя, — прошептал он, и направился к банкетному столу, попутно оставляя пустой бокал на краю одного из них. Его глаза пристально следили за деревянной дверью, выполненной из тёмного дерева, которая то открывалась, то поспешно закрывалась. Девушки в красивых нарядах постоянно выходили и заходи во внутрь, но его Нади так и не было.
Казалось, что вечер тянулся вечно, каждый с кем-то беседовал, и делал это как никогда увлечённо. Егор же стоял все там же, не отводя глаз от нужной ему двери. Кажется, от туда вышли уже все, за исключением нужной девушки. А может, она вышла и он не заметил? Хотя мимо Егор практически невозможно проскользнуть и быть незамеченным.
Тяжело вздохнув, он залпом выпил стакан, наполненный дорогим алкоголем, и прикрывая глаза от наслаждения, даже не заметил, как к двери подошёл тот самый молодой человек, который явился на мероприятие с этой прекрасной леди. Уже открыв глаза, он заприметил лишь то, как чья-то голова скользнула за закрывающийся дверью. Практически сразу он понял кто это был, ведь более некому было зайти туда.
— Ещё одна такая выходка, и я придушу тебя в этом же туалете! — раздался мужской, озлобленный голос, спустя каких-то полторы минуты, если не меньше. Кажется, что на столь громкий монотонный голос должны отреагировать все, но сделал это только Егор, который тут же приблизился на несколько метров к паре. Девушка плакала, а тот самый крепко сжимал ее бледную кожу, на которой скорей всего уже завтра появятся несколько синяков.
Булаткина передернуло, и он вновь потянулся за стаканом, наполненным алкоголем. Его голубые бездны внимательно следили за каждым действием молодого человека. Тот старался сдерживать себя и не повышать и без того звонкий голос, дабы избежать лишнего внимания. Он только и делал, что сжимал бледные запястья до посинения, от чего девушка иногда взвизгивала от боли. Впервые голубоглазого накатило желание вмешаться и прервать этот никчемный, по его мнению, монолог. Ведь все эти, кажется, пять минут тот беспрерывно разговаривал, а девушка лишь жадно глотала собственные слёзы.
— Что у вас происходит? — раздался более строгий, но ровный голос позади. Делая два шага мимо Булаткина, мужчина в возрасте приблизился к паре, и нежно взяв Надю под локоть, отвёл в сторону, — Надя, что с твоим лицом? Ты хочешь, чтобы о вас вновь распустили слухи?
— Извините, — жалко прошептала девушка, шмыгая носом.
— Иди и приведи себя в порядок, — строго приказал тот самый мужчина и дождавшись, когда дама скроется за знакомой дверью, резко повернулся к парню, — Вова, свои отношения вы должны выяснять дома, а не здесь, где на каждом углу стоят журналисты, — размеренно проговорил тот, и не дождавшись ответа, развернулся и отошёл в конец зала.
Около двадцати минут Владимир стоял у входа в уборную, дожидаясь спутницу, которая, по всей видимости, не спешила выходить. Тогда он несколько раз аккуратно постучал по двери согнутым указательным пальцем, что-то пробурчав себе под нос. Видимо, Надя все это слышала, ведь через мгновение вышла изнутри, крепко сжимая в руках небольшую сумочку.
— Ты словно ребёнок, привлекаешь к себе внимание, — чётко выговорил тот, и взяв девушку под руку, на этот раз аккуратно, повёл вглубь зала.
Около четырёх часов блондин беспрерывно наблюдал за девушкой, которая покорно стояла около жениха, боясь лишний раз пошевелится. За все время она ни разу не улыбнулась, и даже не попыталась этого сделать, что начинало настораживать Егора, который ни на секунду не расслаблялся. Только уже тогда, когда все были достаточно пьяны, в том числе и ее жених, она наконец решилась отойти, и по все видимости, она направилась к чёрному входу.
— Решила сбежать? — усмехнулся Егор, пробираясь сквозь, образовавшуюся толпу людей. Он двигался быстро и постоянно кидал на неё взгляд, оставаясь незамеченным.
Дверь, ведущая на улицу захлопнулась перед ним, он лишь поспешно успел отскочить назад. Простояв в помещение не больше минуты, он наконец вышел на улицу. Холод мгновенно пробрался через одежду, обжигая кожу морозом. Взглянув влево, на небольшой, усыпанной снегом лавочке сидела, съёжившаяся от холода девушка. Это была она. Впервые он оказался так близко с ней, не считая того случая внутри, когда она ненарочно задела его. Здесь она сидела в одном лишь платье, и обхватив себя руками, видимо, пыталась согреться.
— Эй, ты с ума сошла? — воскликнул тот, стягивая с себя пиджак. Она резко перевела на того взгляд, и видимо, даже не узнала его, — а если заболеешь? — накидывая на хрупкие плечи вещь, он хотел присесть рядом, но оставил эту затею.
— Вылечат, — спокойно ответила девушка, кусая посиневшие от холода губы, — это вы? — неожиданно, она вновь посмотрела на него, а он лишь вскинул бровь, ничего не понимая, — извините, что задела вас сегодня вечером. Я случайно, — словно провинившаяся, она опустила голову, утыкаясь носом в воротник предложенной вещи, кажется, она просто узнала уже знакомый аромат парфюма. А после сжала коленки от холода, которые начинали краснеть.
— Пустяки, — усмехнулся блондин, и достав пачку сигарет из кармана, вынул одну, — мы можем перейти на «ты». Егор, — представился тот, протягивая свободную от лишних предметов руку.
— Надя, — усмехнулась девушка, любезно пожимая руку нового знакомого. Только сейчас он ощутил, насколько сильно за несколько минут она продрогла.
— Почему ты одна, Надя? — поинтересовался Егор, поднося сигарету ко рту, и делая затяжку, — я видел тебя сегодня с молодым человеком.
— Это мой будущий муж, — опуская голову, она усмехнулась, — к сожалению, — ее голос дрогнул, и казалось, что она вот-вот заплачет.
— Почему? — он присел рядом, предварительно расчистив место от лишнего снега.
— Долгая история, — девушка слабо улыбнулась, и поднялась на ноги, ощущая, как снег касается ее оголенных ножек, обжигая, — спасибо за пиджак, Егор. Хорошего вечера, — протягивая вещь знакомому, она направилась ко входу, по расчищенной от снега тропе. Ей хотелось не только уйти от ответа, но и скрыться самой, но стоило ей подойти к двери, как та распахнулась практически перед ее лицом.
— Какого черта ты ушла? — тут же начал кричать тот самый, ее будущий муж — Владимир. От страха, она попятилась назад, и было уже упала в сугроб, как рука Владимира схватила ее за запястье, резко дёрнув на себя. Она взвизгнула, видимо, он дотронулся до больного места.
— Мне стало душно, — словно нашкодивший ребёнок, она опустила голову и смотрела вниз. И даже на расстояние нескольких метрах было видно, как ее тело дрожит. И совсем непонятно, причиной тому является страх или холод.
— Почему ты не предупредила меня? Ты забылась? — с каждой секундой его голос становился громче, а тело девочки съёживалось.
— Извини, — кажется, ей было противно от самой себя. Противно за свои унижения перед ним, ничего добившегося в жизни человека.
— Какого черта я должен бегать и искать тебя? — вновь он выкрикивает, и его рука поднимается ввысь, пальцы чуть растопыриваются. Она это замечает, и уже предвещая удар, пытается увернуть голову и намертво зажмуривает глаза.
— А ты в курсе, что бить девушек — это низкий поступок любого мужчины? — в ее уши вонзается знакомый голос, и подняв голову, она видит, как рука жениха застыла в воздухе в хватке нового знакомого — Егора.
— Заткнись! — выкрикивает Владимир, и дёрнув рукой, высвобождает руку, разворачиваясь лицом к лицу к блондину, — там весь вечер глазел на нас, а здесь решил влезть в чужие отношения? Ну да, там же охраны полно, а здесь только ты и я, ну и эта, — хмыкнул тот, бросив косой взгляд на девушку, которая молилась, чтобы разборки обошлись без драки.
— Во-первых, она девушка, а не «эта», а во-вторых, здесь только ты «это», — ухмыляется Егор, и как ни в чем не бывало первым наносит удар.
— Егор! — вскрикивает девушка, как только видит валяющегося в снегу жениха. И не успев среагировать, он уже твёрдо стоит на ногах, нанося удар Булаткину, который в отличие от него, сумел устоять на ногах, лишь слабо пошатнулся в сторону, — Вова! — вновь кричит та, боясь сделать шаг в их сторону. Кажется, во всей этой передряге она вовсе забыла о том, что на улицу минус пятнадцать, и ещё несколько минут назад она и слова не могла сказать из-за холода.
— Покажи свою смелость! — смеётся Владимир и наносит уже третий удар. Блондин нарочно пытается показаться более слабым, ведь именно этим он пытается вызвать жалость в лице девушки. Омерзительный поступок, на который он идёт во благо предстоящего удовольствия.
— Вова... Вовочка! — визжит Надя, пытаясь схватить того за плечо, дабы хотя бы на секундочку отвлечь, а может и остановить Владимира, пока тот наносит нескончаемые удары. Из ее глаз давно уже льются слезы, попутно застывающие на ее щеках.
— Замолчи! — вырывается из его уст, и тот отталкивает невесту в сторону. От, казалось бы, слабого толчка она валится в сугроб. Леденящие хрусталики льда пронзают ее тело холодом, проникая под одежду, от чего в глазах появляется ещё больше слез.
— Пожалуйста, — шепчет та, пытаясь подняться, ледяными руками смахивая застывшие слезы, — прекратите... там охрана, — осипшим голос произносит она, кинув взгляд за угол.
— Тебе повезло. Егор. — наконец Владимир останавливается и отойдя в сторону, набирает из сугроба в руки немного снега, чтобы избавиться от лишней крови на них, — мы поговорим дома, — угрожающе выкидывает тот, презрительно смотря на девушку и скрывается за уже знакомой дверью.
Не медля Надя подбегает к лежащему на снегу Егору, помогая подняться на ноги, а после аккуратно усаживает на скамью. Она кряхтит от тяжести, но не взирая ни на что — помогает.
— Ты вся замёрзла. Заболеешь, — откашливаясь, шепчет Егор, касаясь раны, образовавшиеся у брови, — у меня в машине есть плед. Пойдём, тебе надо согреться, — добавляет блондин, аккуратно поднимаясь на ноги, — ты боишься? — оборачиваясь, он смотрит на девушку, которая не сдвинулась с места. Молчит. Значит боится. — Я похож на маньяка или наемного убийцу?
— Нет, — шепчет Надя, отводя взгляд.
— Тогда пойдём, — протянув руку, он не теряет надежд, что девушка согласится. И она соглашается.
Обойдя практически все здание вокруг, голубоглазый ведёт даму к парковке, где стоит его машина. Он держит ее за плечи, и чуть пошатываясь ведёт к машине. Его пиджак давно ее не согревает, поэтому он прекрасно слышит, как бьются друг о друга ее зубы. Оба идут молча, по-видимому, каждый боится начать диалог. И только у машины на это решается Егор:
— На заднем сиденье моя куртка, накинь ее, а я из багажника достану тебе плед, — открыв переднюю дверь, он слабо кивает, помогая залезть в салон.
— Захвати аптечку, пожалуйста, — просит та, содрогаясь от пробравшего ее кожу холода.
— Зачем?
— Я обработаю тебе раны, — чуть отводя взгляд, отвечает Надя, вновь прижимая друг к другу коленки.
Дверь захлопывается, и по совету голубоглазого она тянется к заднему сиденью, от куда достаёт тёплый пуховик Булаткина. Укутавшись в вещь, тело обдаёт холодком, она вновь чувствует запах парфюма, только он уже совершенно иной, не такой, как запах пиджака. Не придав этому никакого значения, она ещё сильнее укутывается, но уже через минуту вещь нагревается, как и бледная кожица девушки.
— Держи плед, — наконец в салоне появляется Егор, который поспешно заводит машину, тем самым создавая внутри дополнительное тепло, — и аптечка, — которую он кладёт чуть выше бардачка.
— Спасибо, — шипит Надя, поверх куртки накинув плед, — а ты? Тебе не холодно? — она кидает взгляд на Егора, который всем своим видом пытается показать, что ему не холодно.
— Я закалён, — врет тот, слабо улыбаясь, и заглянув в бардачок, достаёт от туда небольшого размера фляжку, — сделай несколько глотков. Это и согреет, и заболеть не даст, — протянув содержимое с алкоголем, советует тот, на что девушка слабо кривится.
— Я не пью.
— Я не заставляю тебя пить. Я заставляю тебя согреться. И к тому же, я не хочу, чтобы по моей вине ты заболела чем-то серьезным. Поверь мне, от двух глотков конька ещё никто не умирал, — выдыхает тот, и открыв фляжку, вновь протягивает ее своей знакомой, которая неуверенно берет предмет в руки, — два глотка, — напоминает тот.
Нерешительно поднеся к губам холодный предмет, она вдыхает не совсем приятный ей аромат, от чего заложенный нос мгновенно пробивается. Глаза, цвет которых Егор так и не понял, округляются, и посмотрев на Егора она видит слабый, одобрительный кивок. Наконец она делает глоток, и в этот раз глаза округляются ещё больше.
— Глотай, — строго говорит Егор, наблюдая за тем, как девушка нехотя проглатывает обжигающую ее глотку жидкость. — Ещё раз, — напоминает блондин.
Вновь она проделывает те же манипуляции, только в этот раз жидкости во рту оказывает куда больше, и с теми же эмоциями она ее проглатывает, чуть морщась от неприятного послевкусия.
— Вот и молодец, — усмехается Егор, и также делает несколько глотков алкоголя.
— Позволь мне обработать тебе раны, — чуть смущаясь шепчет девушка, перебирая пальцы в своеобразном замке.
— Только дуй, — в шутку смеётся Егор, и пододвинувшись ближе, прикрывает глаза.
Надя аккуратно берет ватку, смоченную перекисью, и прикладывает к самой большой и глубокой, по её мнению, ране. Парень чуть дергается, и она вспоминает о его просьбе, которую поспешно начинает выполнять. Каждое движение она выполняет бережно и аккуратно, будто боясь навредить и сделать больно. Такие действия девушки кажутся ему приятными, от чего на его лице появляется чертовски заразная улыбка, которой и заражается его новая знакомая. Неужели, в его чёрствую душу кому-то впервые удалось залезть и вывести на неподдельные эмоции?
— Спасибо, — благодарит тот, аккуратно касаясь руками ранки, заклеенной пластырем. — В качестве благодарности позволь отвезти тебя домой, — просит, не предлагает, а просит Егор.
— Мне немного неловко. Я доставила тебе массу неудобств, а ты меня ещё домой повезёшь, — отводит взгляд девушка, смотря в окно.
— Называй адрес, — усмехается блондин, и получив ответ на свою просьбу, наконец сдвигается с места, направляясь к нужному адресу.