Глава восемнадцатая
Лишь по дороге в дом я поняла, насколько громко играла музыка на этой вечеринке. В ушах у меня звенело, грохочущие басы отдалялись всё дальше и дальше, пока не стихли полностью, и из всех окружающих звуков остался лишь стук шагов по блестящему гранитному полу.
Я обернулась.
— А куда делся Джаспер?
— Он смешивает какие-то коктейли, скоро будет. Нам сюда.
Мы добрались до конца коридора и повернули в зал с весело бурлившим фонтаном. Никого не было видно, но откуда-то доносились приглушённые голоса и тихие звуки фортепиано.
— Кинотеатр и фильмотека у нас на первом подземном этаже, — объяснил Артур, распахивая дверь.
Перед нами начиналась лестница, уходящая куда-то вниз, очень глубоко. Мои ноги сами собой остановились.
— Может, не такая уж это хорошая идея — спускаться в тёмный подвал с двумя незнакомцами, а, Лив? — Генри встал у меня на пути и серьёзно поглядел в глаза, при этом насмешливо подняв бровь. Как ни странно, я думала о том же самом, что и он (и ноги мои, кажется, тоже). Помнится, несколько часов назад мама очень переживала, что я, как мой папа, за всю свою жизнь не совершу ни одного легкомысленного поступка? Ха, как бы не так! Мистер Ву говорит: «Кто слишком долго раздумывает над каждым шагом, стоит всю жизнь на одной ноге».
Я зашагала дальше.
— Чего мне бояться? — рассуждала я, стараясь изобразить самую невинную улыбку (кстати, вот так поднимать бровь я тоже умею, причём довольно неплохо, но этот приём я решила сберечь на потом. С такими сложными мимическими фигурами следует обходиться бережно, иначе они просто теряют силу).
— Подвал вовсе не тёмный, а мы совсем не незнакомцы, — прозвучал обиженный голос Артура.
Когда мы спустились, я поняла, что подвалом это помещение назвать действительно сложно. На стенах и потолке размещались ряды ламп, благодаря которым вокруг было совершенно светло. Пол в коридоре, который немного напоминал тот самый коридор из моего сна, был покрыт роскошным дорогим ковром.
— Ну что ж, стены здесь действительно толстые. Если будешь кричать, никто всё равно не услышит.
Кажется, Генри доставляло особое удовольствие меня запугивать. Я равнодушно пожала плечами и процитировала ещё одно изречение мистера Ву, на этот раз вслух:
— Взлетая, воздушный змей поднимается против ветра. К тому же я владею кунг-фу.
Генри рассмеялся, а Артур в это время открыл массивную дверь в конце коридора.
— Прошу! — сказал он, махнув рукой, и пропустил меня вперёд. Я с восхищением оглядела поднимающиеся ряды кресел, обитых красной замшей, не менее десяти мест в каждом ряду. Пол был покрыт чёрным мягким звукопоглощающим ковром. Ну и ну! У этих людей в подвале действительно находится самый настоящий кинотеатр!
Артур повернул выключатель на стене и весь зал озарился светом сотен маленьких лучей. Круглые лампочки, словно звёзды, мерцали на фоне обтянутого чёрным полотном потолка.
По помещению прокатился истошный визг. Мой взгляд невольно соскользнул на усилители, как будто мы находились внутри комедии «Очень страшное кино», а визг мог исходить из динамиков. Но тут с последнего ряда вдруг вынырнули две головы. Одна мужская, благородная, седовласая, а другая женская, с дорогой, гламурной, но ужасно растрёпанной стрижкой.
— Ах, миссис Кэлли. И сэр Брекстон. Простите, что помешали, — вежливо сказал Артур, продолжая увеличивать яркость света, пока точки на искусственном небосводе не превратились в ярчайшие космические объекты, а помещение не наполнилось ослепительным светом. — Мы с друзьями всего через полчаса вас оставим. Примерно.
— Проклятье, — пробормотал мужчина, приводя в порядок свою одежду. Через пару секунд он стремительно рванул вниз по лестнице, несколько пуговиц на его рубашке остались расстёгнутыми. Я отпрянула в сторону, и очень вовремя. Словно скоростной поезд, мужчина промчался по лестнице, на полном ходу задев моё плечо. Если бы Генри не подхватил меня, я бы ни за что не удержалась на ногах.
— Хам, — сказала я. Мне, конечно, понятно, почему он так спешит, но не обязательно же при этом со всего маху врезаться в людей.
— Это ты мне? — Генри тихо рассмеялся и смахнул с лица прядь волос, а потом уже отпустил меня. Я изо всех сил старалась дышать спокойно. Он ни в коем случае не должен догадаться, насколько меня волнует и смущает его близость.
Бедной женщине понадобилось несколько больше времени, чтобы привести себя в порядок. Но вот наконец и она показалась на лестнице, щёки её пылали, а взгляд был прикован к полу.
— Как я рад снова видеть вас, миссис Кэлли, — Артур слегка поклонился ей. Женщина проскочила мимо нас и рывком олимпийской чемпионки уже приближалась к выходу, даже высокие каблуки не мешали ей набирать скорость. — Прошу, передайте от меня привет супругу, если он сопровождает вас на сегодняшнем вечере.
Миссис Кэлли не сбавила темпа и не обернулась, будто не услышав его слов.
— Это было подло, — сказал Генри.
— Сэр Брекстон вполне мог бы её подождать, — сочувственно заметила я.
— Ну что ж... — Артур закрыл дверь в коридор и снова покрутил выключатель, приглушив свет. — Как говорит моя бабушка, настоящие джентльмены — это вымирающий вид. Так на чём мы остановились? Ах да, — он улыбнулся мне. — Ну, что думаешь о нашем кинотеатре?
Я тут же снова сконцентрировалась.
— Он прекрасен, — осторожно сказала я, проведя рукой по мягкому, обтянутому замшей подлокотнику. Интересно, зачем мы всё-таки сюда пришли?
— Я могу принести какой-нибудь ужастик пятидесятых годов, — предложил Артур. Он всё ещё стоял у дверей, засунув руки в карманы. — Они совсем не страшные, но, если верить моему отцу, очень ценные с исторической точки зрения. Какие фильмы ты больше любишь, Лив? О зомби, привидениях или вампирах?
— Или, может, о демонах? — добавил Генри.
Это подсказка? Кажется, я подобралась к тайнам уже вплотную! Я снова невинно улыбнулась.
— Мы не можем просто так взять и усесться сейчас смотреть фильм, у вас же там наверху пятьдесят гостей.
— Думаю, все семьдесят, — Артур пожал плечами. — Но они и без меня прекрасно справятся. Гораздо важнее нам сейчас быть здесь.
В коридоре послышался какой-то грохот.
— А, наши напитки прибыли.
Когда Артур открыл дверь, в зал ввалился Джаспер, нагруженный стаканами, бутылками, ведёрком льда и двумя апельсинами, которые он, наклонив голову, положил на плечо и удерживал щекой. Его лицо было наполовину скрыто пучком мяты, торчавшим изо рта. Как только Джаспер заговорил, пучок, естественно, выпал. Генри успел подхватить его прежде, чем тот оказался на полу.
— Поднос я не нашёл, поэтому решил, что всё это можно смешать и тут, — пояснил Джаспер, пытаясь осторожно разместить все ингредиенты на сиденье кресла. — Ну как, спросили?
— Нет, — отозвался Артур. — Мы хотели, вообще-то, подойти к этому медленно и осторожно.
— Спросили о чём? — я подобрала апельсины, которые укатились в разные стороны по чёрному ковру.
— Ну, заменишь ли ты Анабель в нашей... игре, — ответил Джаспер. — Это получится, конечно, только если ты до сих пор девственница. Поэтому нам надо прежде всего выяснить этот момент — девственница ты или нет?
Интересно, его это каким образом касается?
— Заткнись, Джаспер, — сказал Генри, а невинная улыбка тем временем медленно сползала с моего лица.
— Это ещё почему? — Джаспер удивлённо наморщил лоб. — Чего мы добьёмся, если вы вот так будете биться над тем, чтобы ей всё объяснить, часами, а потом выяснится, что она вообще нам не подходит? Кстати, я тут накануне как раз прочитал, что в среднем у девочек это случается впервые в пятнадцать лет, а ей как раз пятнадцать, и она очень даже ничего, особенно когда снимает свои странные очки, поэтому мой вопрос вполне справедлив. Так что, Лив, девственница ты или нет, ну-ка отвечай!
Я глядела на него в полном недоумении.
— Вы играете в какую-то игру, участвовать в которой могут лишь девственницы?
— О, отличная работа, Джаспер, теперь она думает, что мы сошли с ума, — сказал Генри.
— Я не хотел, — Джаспер в смущении поморщился. — Я просто не люблю терять время... А с чего бы начали вы?
Генри прислонился спиной к стене и скрестил руки на груди.
— Пожалуй, мы бы сначала представили преимущества этой игры, а уж потом перешли бы к сумасшедшей части.
— Медленно и осторожно, — Артур явно волновался куда больше, чем Генри.
— Так что это за игра такая? — быстро спросила я.
Артур уже открыл рот, чтобы мне ответить, но Джаспер его опередил.
— Ну уж не настольное лото. И о выигрыше тут речь не идёт. Скорее, это что-то вроде ролевой игры. Вообще-то, это вовсе никакая не игра. Если ты уже совсем запуталась, то знай, мне ничуть не легче. Я сам мало что понимаю. Совсем мало. Настолько мало, что лучше приготовлю-ка я нам всем какой-нибудь коктейль, — он расставил стаканы на подлокотнике кресла и открутил крышку одной из бутылок.
Артур выглядел так, будто больше всего на свете ему сейчас хотелось схватить Джаспера и заткнуть ему рот, но, переглянувшись с Генри, он решил ограничиться гневным взглядом.
Джаспер, казалось, не замечал тех отчаянных, но молчаливых знаков, которые подавали ему друзья, и продолжал болтать:
— Честно признаться, я и сам не до конца всё понял. Особенно эта штука со снами, заумно очень. Но с какой-то попытки и у меня всё получилось, правда, пришлось потренироваться — и вау, насчёт этого исполнения желаний, такая крутая тема, я вообще в шоке, короче, всё супер, то есть было супер, пока... Вот ведь, забыл мерный стакан.
— Пока — что? — спросила я с гораздо большим нетерпением, чем мне бы хотелось.
— Пока мы не стали играть против правил. Вообще-то, это только Анабель нарушила правила, но ему, кажется, всё равно, — Джаспер решил не горевать по поводу отсутствия мерного стакана и начал великодушно поливать кубики льда сиропом. — Дело в том, что в одном из игроков должна течь девственная кровь, потому что только так можно снять печать. В прошлом году на Хэллоуин, когда мы начали играть, я думал, что эта девственная кровь есть в каждом, кроме меня и Анабель... Прости, Артур.
— Да ладно, порядок, — Артур опустился в кресло и обхватил голову руками. Кажется, он решил бросить все попытки заставить Джаспера замолчать. Я незаметно потёрла руки, которые начали покрываться гусиной кожей. До меня внезапно дошло, что все слова Джаспера очень точно совпали с историей, которую мне поведала Анабель прошлой ночью во сне. С историей об игре, начавшейся на Хэллоуин и вышедшей из-под контроля... и виновата во всём была она.
Я исподтишка взглянула на Генри, который продолжал стоять, не двигаясь, у стены. Как и Артур, он больше не пытался остановить Джаспера. Наверное, потому что я до сих пор не убежала от них в слезах, а может, просто потому что остановить Джаспера совершенно невозможно. Он отставил сироп и теперь наливал в стаканы минеральную воду, тоже не экономя на порциях.
— Но потом вдруг выяснилась, что у Грейсона уже было что-то с Мэйзи, а Генри вообще себе на уме, никому ничего не рассказывает. Артур лишился девственности в пятнадцать лет с молодой симпатичной училкой по французскому, но вот только с лучшим другом этой новостью поделиться забыл...
Джаспер укоризненно глянул на Артура.
— Ну и... кто бы мог подумать? Единственной невинной из всех нас, когда мы начинали игру, была Анабель. И вообще, этого вполне бы хватило. Но потом она закрутила с... кое-кем и нарушила правила, очень сложная и трагическая история, всё пошло вкривь и вкось, и теперь нам нужна новая Анабель, да к тому же обязательно девственница, и чтобы она оставалась таковой до конца игры. Ну так что, Лив, девственница ты или нет?
Последние несколько предложений он выпалил на одном дыхании, поэтому теперь Джасперу потребовалось некоторое время, чтобы отдышаться. Артур глухо застонал.
— Ну что ж, Лив, теперь ты в курсе, — насмешливо сказал Генри. — И как тебе? Очень страшно?
К сожалению, нет. Скорее, наоборот. Меня так и подмывало задать им ещё парочку прямых вопросов, но, с другой стороны, не хотелось бы выдавать тот факт, что я знаю уже немного больше, чем они думают. Тем более что моими главными источниками информации были подозрительные сновидения.
— Я бы с удовольствием послушала о преимуществах игры, — сказала я.
— О, их немало! Вот например... — Джаспер задумчиво наморщил лоб. — Если ты начнёшь играть с нами, у тебя тут же появятся четыре возможных кавалера на Осеннем балу. Каждая девчонка нашей школы будет тебе завидовать лютой завистью.
Генри коротко рассмеялся.
— Неужели ты хочешь заманить её этим балом?
— Почему бы и нет? Другие девчонки жизнь отдать готовы... Может, мне надо было упомянуть это вначале?
— Ах, Джаспер, ты неисправим, — Артур протянул к нему руку. — Дай мне стакан.
— Я не закончил, — Джаспер хлопнул его по пальцам. — Тут не хватает мяты и кусочка апельсина. И ещё кое-чего. Мы же напиваемся как истинные аристократы, ты забыл?
В этот момент дверь распахнулась. Зал заполнил яркий свет из коридора.
— Привет, Грейсон.
Артур нащупал на сиденье рядом Джаспером какую-то бутылку и потянул её к себе.
— Привет, Грейсон? — рассерженно повторил парень. — У вас совсем крыша поехала? Вот так исчезнуть с Лив, когда я на минуту отвлёкся...
— Это явно длилось гораздо дольше одной минуты, — пробормотал Генри.
— Напитки скоро будут готовы, — сказал Джаспер.
— Ну вы и подонки!
Артур глубоко вздохнул.
— Давай, дружище, заходи и закрывай за собой дверь.
Но Грейсон отрицательно помотал головой.
— Уже слишком поздно. Мне надо проводить Лив до... Что это с тобой, Артур, неужели ты пьёшь прямо из бутылки?
— Иди уже сюда, Грейсон, с Лив всё в порядке, — сказал Генри.
— Да, точно, — Артур перебросил ноги на соседнее сиденье и протянул Грейсону бутылку. — Сделай пару глотков и не смотри на меня так, будто мы только что ограбили банк. Мы просто попробовали посвятить Лив в нашу тайну.
— Ах, вот как? Надеюсь, вы не забыли упомянуть, например, историю с собакой Анабель и кошмарами, и с... Проклятье! — у Грейсона был такой вид, будто он вот-вот лопнет от злости. — Собирайся, Лив, мы уходим, — процедил он сквозь зубы.
Я не сдвинулась с места. Он немного растерялся, но не могла же я уйти прямо сейчас, когда разгадка этой тайны была так близко.
— Всего без пятнадцати десять, Грейсон, расслабься, — напомнил Артур, поглядев на свои наручные часы. — Пожалуйста, — добавил он почти умоляюще.
Грейсон закрыл дверь.
— Сколько можно повторять, что нам надо искать другое решение. Но вы просто игнорируете мои слова. Почему бы вам хоть раз не послушать... Да что там! Лив, забудь всё, что они только что тебе тут наговорили.
— Прежде я бы хотела разобраться, — сказала я.
— В этом вся загвоздка, — вздохнул Артур. — Не так-то просто разобраться, если сам этого не пережил.
— Но я же отлично всё объяснил, — обиделся Джаспер. — Особенно если учесть, что я сам не врубаюсь.
Грейсон хотел что-то возразить, но я его опередила.
— В прошлом году на Хэллоуин вы играли в какую-то игру, которая вообще-то никакая не игра и в которой как минимум один участник должен быть девственником, — выпалила я. — Правильно?
— Правильно! — Джаспер окинул друзей взглядом победителя. — Вот видите, она прекрасно всё поняла.
Остальные никак не отреагировали. Грейсон вытер пот со лба, Артур сделал ещё один глоток из бутылки, а Генри по одному отрывал листья мяты и растирал их между пальцами.
— И почему?
— Почему — что? — встрепенулся Генри. — Почему мы играем в эту игру или почему правила гласят, что один из игроков обязательно должен быть девственником?
— И то, и другое, — ответила я.
Повисло тягостное молчание. Даже Джаспер не решился мне ответить. Вместо этого он достал из джинсов карманный нож и попытался нарезать апельсины тонкими колечками, но получалось у него очень неловко.
— Что ж, скажем так, — нарушил наконец тишину Артур. Его голос казался металлическим и пустым. — Мы праздновали Хэллоуин. В северной части Лондона разразилась страшная гроза, поэтому вечеринка быстро закончилась. Мы были на взводе, влюблены и готовы на любые авантюры.
— Это ты был влюблён, — поправил его Генри. — Остальные просто пьяны.
— Точно, — Грейсон в изнеможении прислонился спиной к стене.
— В любом случае, настроение у всех было просто отличное, — продолжал Артур. — Наступила полночь, мы находились в доме у Анабель, без взрослых...
— Вдобавок на улице стояла по-настоящему мрачная погода, как раз подходящая для Хэллоуина — плотный туман, — Джаспер снова влез в разговор, не прекращая неистово рубить апельсины. — Анабель зажгла свечи, а потом, когда она принесла эту страшную книгу и предложила попробовать на сей раз что-то совсем другое, казалось... что так и должно быть. То есть я хочу сказать, вызвать демона в ночь на Хэллоуин — самое правильное занятие, не так ли? Сначала было действительно интересно, мы думали, никакого вреда это принести не может, всё равно что, например, гадание на кофейной гуще. Никто ведь не ждёт, что кофе оживёт и начнёт приходить к тебе в кошмарных снах. Или примется убивать собак....
Ну наконец-то.
— Значит, это и есть ваша игра? Вы вызвали демона?
И при чём тут какая-то собака?
Джаспер кивнул.
— Я знаю, всё это выглядит полным идиотизмом.
— Это и есть полный идиотизм, — подтвердил Грейсон.
— Но мы просто хотели развлечься, никто по-настоящему не верил, что заклинание сработает, — Джаспер вздохнул. — Мы повторили за Анабель слова, капнули по капле крови в бокалы с вином, нарисовали на полу смешную пепагамму и загадали желание...
— Сколько можно тебе повторять, Джас, это называется пентаграмма, — разозлился Генри.
— Ну, пусть так, — Джаспер раздражённо хмыкнул. — Кто же мог знать, что эта штука окажется такой... настоящей.
Кажется, им не девственница нужна, а профессиональный изгонятель демонов.
— Значит, это заклинание действительно сработало? — Я так старалась убрать из своего голоса любую нотку сомнения или издёвки, что казалась себе похожей на психотерапевта из какой-нибудь плохонькой мелодрамы. Психотерапевта, по интонациям которого сразу понятно, насколько сумасшедшими он считает своих пациентов. — Как мне это представить?
Никто мне не ответил. Генри задумчиво выпустил из рук скомканный листик мяты, Артур, наморщив лоб, уставился на стаканы Джаспера, в которых таяли льдинки, Грейсон покусывал нижнюю губу, а Джаспер снова принялся за разделку апельсинов.
Я вдруг почувствовала, что дико устала по крупицам вытаскивать из них информацию, ведь каждый ответ тут же наталкивал на десяток новых вопросов.
— Значит, в прошлом году на Хэллоуин вы ради интереса вызвали демона, — ещё раз подытожила я. — Правила игры вы нашли в какой-то книге, где было сказано, что один из игроков должен быть девственником. А так как ваша девственница девственность потеряла, вам теперь нужен новый игрок. И на эту роль вы по какой-то причине выбрали меня.
Ну, причина была мне ясна — потому что в ночь на понедельник я в этом сне плюхнулась прямо к их ногам.
— Но только при условии, что ты ещё девственница, — подтвердил Джаспер.
— Да, это я уже поняла. Вот чего я не понимаю, кроме того, как именно происходит игра, так это почему вы просто не прекратите её?
— О, поверь, это не так-то просто, — Джаспер наклонился ко мне и продолжал, понизив голос: — Мы пробовали, но с демонами так нельзя — сначала заключить сделку, а потом соскочить.
— Ах, вот как. Конечно нет, — сказала я тоном психотерапевта и испытующе поглядела на Генри.
В какой-то момент мне показалось, будто мы снова вернулись на Хайгейтское кладбище. Генри знал, что они не просто видели меня во сне, они видели сон вместе со мной, в этом я была почти уверена. Но, кажется, с друзьями он своими подозрениями не поделился. Разве что с Грейсоном, который до сих пор требовал отдать ему свитер.
Свой следующий вопрос я постаралась сформулировать таким образом, чтобы они волей-неволей вынуждены были выдать мне больше информации.
— Но что он вам сделал, этот демон? В которого вы все, кажется, верите?
В ответ я снова удостоилась лишь молчания. Колоссальная ошибка, второй вопрос можно было и попридержать. Я вздохнула. Так я не продвинусь ни на миллиметр.
— Ладно, — сказала я, чтобы положить этому конец.
— Ладно? — не только Джаспер, но и все остальные глядели на меня удивлённо. Я глубоко вздохнула и оглядела всех присутствующих.
— Я это сделаю. Я заменю Анабель в вашей игре. Но только если вы ответите на все мои вопросы. Можете мне поверить, их накопилось немало.
Как только я договорила, настроение в зале резко изменилось. По крайней мере, все вдруг одновременно заговорили.
— Значит, ты ещё девственница? — выкрикнул Джаспер. — Так я и знал! Хоть какая-то польза должна быть от этих уродливых очков!
Артур отставил бутылку, встал и торжественно произнёс:
— Лив Зильбер, ты спасаешь нам жизнь! И я обещаю ответить на каждый твой вопрос так подробно, как только смогу, — он рассмеялся. — Ох, как бы мне хотелось сейчас тебя обнять. Но если я это сделаю, Грейсон мне точно врежет.
Грейсон выглядел так, будто действительно собирался сейчас же броситься в драку с Артуром.
— Ты сама не знаешь, что творишь! — сказал он и добавил что-то ещё, чего я уже не услышала из-за шумного веселья его друзей.
Только Генри молчал. Он лишь поглядел на меня и едва заметно покачал головой. А затем улыбнулся.