Союз против судьбы

Я проснулась с ощущением лёгкого волнения — сегодня мой день рождения. Первое, что я сделала — посмотрела на тумбочку рядом с кроватью. Ничего. Ни поздравительной открытки, ни маленького подарка, который отец всегда оставлял мне с утра. Странно. Может, я проснулась слишком рано? Часы показывали 9:24. Нет, в это время он уже давно встал.

Я подошла к зеркалу, расчесала волосы, переоделась из пижамы в лёгкое платье и направилась в туалет. Ручка не поддавалась, будто кто-то держал её изнутри. Я потянула сильнее.

— Занято? — спросила я, но в ответ была тишина.

В этот момент услышала за спиной быстрые шаги — кто-то пробежал по коридору с невероятной скоростью. Я резко обернулась. Никого, пустой коридор.

Сделав ещё несколько шагов, я вдруг столкнулась с Джулианом. Он появился так неожиданно, что я вздрогнула.

— С днём рождения, — сказал он, но его взгляд был пристальным. — Что с тобой? Ты бледная.

— Ничего, — ответила я, хотя мы оба знали — это «ничего» означало, что я снова чувствовала тот неприятный, леденящий взгляд в спину, который преследовал меня последние дни.

Он протянул мне небольшую бархатную коробочку и букет полевых цветов, — он всегда помнил, что я люблю именно их, а не роскошные розы. Я открыла коробочку — и с криком отшвырнула её. Внутри, на чёрном бархате, извивались два толстых, мёртвых червя.

Джулиан резко нахмурился, поднял коробку.

— Что случилось?

— Там... черви! — мой голос дрожал.

Он открыл коробку снова, и его лицо выразило полное недоумение.

— Дженнифер, здесь серёжки.

Я подошла ближе. На бархате действительно лежали изящные серебряные серьги с крошечными изумрудами — те самые, на которые я месяц назад показывала в витрине магазина в Косом переулке.

— Но я видела... — я замолчала.

— Это нервы, — сказал он, но его голос прозвучал странно, будто он пытался убедить в этом не только меня, но и самого себя.

Он вернул мне коробочку.

— Торт ждёт внизу. Как умоешься — спускайся.

Я положила цветы и серьги на тумбочку и снова попыталась открыть дверь в туалет. Теперь она поддалась. Умываясь, я снова почувствовала это — ощущение, что кто-то стоит прямо за моей спиной и дышит мне в шею. Я резко открыла глаза и обернулась к пустой комнате.

— Хватит, — прошептала я себе, вытирая лицо.

На кухне собрались почти все. Миссис Уизли, стоя у плиты, обернулась и с привычной для неё вымученной улыбкой сказала:

— С днём рождения, дорогая.

Мистер Уизли кивнул мне из-за газеты. Но моё внимание привлекло другое: Гарри Поттер стоял у окна, одетый не в свою обычную потрёпанную одежду, а в аккуратную тёмно-зелёную рубашку и брюки. Выглядел он так, будто собирался на официальное мероприятие.

Когда взрослые на минуту отвлеклись, я подошла к нему.

— Куда это ты так нарядился? На свидание?

Он обернулся, и его лицо, обычно выражавшее либо усталость, либо раздражение, сейчас было напряжённым.

— Тебе какое дело, Блэк?

— Просто интересно. Не давала повода для такого тона.

Я отошла к Джулиану, который зажигал свечи на торте.

— Что с ним? — тихо спросила я.

Джулиан наклонился ко мне.

— Вчера использовал заклинание в присутствии своего магловского кузена. Сегодня слушание в Министерстве. Возможно, его исключат из Хогвартса.

Я посмотрела на Поттера. Он стоял, сжав кулаки, и смотрел в окно.

— Идиот, — пробормотала я, но без обычной злобы.

— Задувай, — сказал Джулиан.

Я задула свечи. И только тогда заметила: папы не было за столом.

— Где отец?

— Его вызвали по делам Ордена. Он вернётся к вечеру.

Я знала, что это ложь. У отца не было срочных дел на сегодня — он обещал провести со мной весь день. Но я не стала выяснять при всех.

Мы сели завтракать и я с трудом проглотила половину яичницы — всё ждала, когда же наконец попробую торт. Когда торт наконец разрезали, я взяла кусок своего любимого шоколадного и на секунду закрыла глаза от удовольствия. Хоть что-то сегодня было как обычно.

После завтрака Поттер и мистер Уизли уехали в Министерство. Гермиона и Рон сидели в гостиной, тихо переговариваясь, их лица были бледными от беспокойства.

В это время в окно постучала сова. Я подошла и сняла с её лапы письмо и небольшую плоскую коробку, обёрнутую в простую коричневую бумагу. На ней не было ни имени, ни адреса. Только моё имя, написанное ровным, незнакомым мне почерком.

Я быстро поднялась в свою комнату, закрыла дверь и развернула коробку. Внутри, на чёрном бархате, лежал серебряный кулон на тонкой цепочке. В его центре был маленький, но яркий зелёный камень, похожий на изумруд. Кулон открывался — внутри была аккуратно сложенная бумажка с выгравированными непонятными символами. И ещё — пожелтевший от времени листок, сложенный вдвое.

Я развернула его. Бумага была тонкой, почти прозрачной, чернила выцвели, но слова читались:

Пока на шее камень зелёный висит,
Никто из Тьмы тебя не схватит.
Он видит то, что скрыто от глаз,
Он отведёт незваный час.
Храни его, не говори ни слова,
Пока жива твоя кровь Блэков.

Внизу была подпись, но чернила расплылись, словно письмо намокло. Можно было разобрать только первую букву — «П».

Я надела кулон. И сразу — странное, почти физическое ощущение безопасности, как будто невидимый щит. Я глубоко вздохнула.

— Самовнушение, — сказала я вслух, пытаясь убедить себя.

В этот момент снизу позвал Джулиан. Я спрятала коробку под матрас и спустилась.

Внизу сова принесла ещё две посылки. Одна — от Драко Малфоя. Я вскрыла конверт: внутри была открытка с формальным поздравлением в три строчки и подарочный сертификат в магазин дорогих мантий. Щедро. Слишком щедро для него.

Вторая — от Роузи. Толстый конверт, полный смешных рисунков и длинного, тёплого письма, в котором она подробно расспрашивала о моём дне. А в коробке — огромный набор сладостей из «Сладкого королевства» и флакон новейшего зелья для выпрямления волос, которое только что появилось в продаже. Я улыбнулась. Это был лучший подарок.

Через час дверь открылась, и вошёл Сириус с огромным плюшевым медведем почти в мой рост, ещё одним букетом и коробкой пирожных.

— С днём рождения, кузина! — он обнял меня так сильно, что захрустели рёбра.

Он всегда умел создавать праздник из ничего. Мы пили чай, и он рассказывал невероятные истории о своих похождениях, пока я не забыла обо всех странностях утра.

Меня поздравляли многие. Даже Малфой, но папы всё не было. Где он? Несмотря на подарки, смех Сириуса, заботу Джулиана, внутри росла пустая, холодная тяжесть. Что бы делала сегодня мама? Какой подарок она бы выбрала?

Я заметила одну деталь: с тех пор как надела кулон, чувство незримого наблюдения исчезло. Я могла спокойно повернуться спиной к пустому пространству. Но кто прислал его? И откуда этот человек знал, что я в этом нуждаюсь?

Под вечер, наконец, раздался звук прибывающего пылесоса. В гостиную вошли Поттер (выглядевший измотанным, но явно не исключённым), Тонкс с розовыми от ветра волосами и мой отец. На его лице была тень усталости, но он улыбнулся, увидев меня.

— Прости, что задержался, — он обнял меня и протянул маленькую шкатулку из тёмного дерева. — Это твоё по праву.

Внутри, на чёрном бархате, лежало фамильное кольцо Блэков — массивное, серебряное, с крупным зелёным камнем, очень похожим на тот, что был в моём кулоне.

Я посмотрела на отца, но он уже отворачивался, чтобы поприветствовать Сириуса.

Тонкс вручила мне коробку с косметическим набором, о котором я месяц назад обмолвилась в письме. Она подмигнула:

— Всё, как ты хотела.

Вечер прошёл шумно и тепло. Даже миссис Уизли казалась менее напряжённой. Поттер сидел в углу, изредка перебрасываясь словами с Роном и Гермионой, но большую часть времени он молчал, глядя в огонь камина.

Поздно ночью, когда взрослые ушли на своё очередное собрание Ордена, я осталась в гостиной, укутавшись в плед. Сюда же, через несколько минут, пришёл Поттер. Он сел в кресло напротив, не глядя на меня.

— Что ты здесь делаешь? — спросила я, не открывая глаз.
— Поздравляю с днём рождения, — прозвучало неожиданно тихо.

Я раскрыла глаза и посмотрела на него. Он сидел, уставившись на свои руки, и, кажется, сам удивился сказанному.

— Спасибо, — осторожно произнесла я.
— То есть... я просто... — он запнулся. — Забей.
— Всё в порядке, — я встала. — Спокойной ночи.

Поднявшись в комнату, я умылась. И поняла: пока я была внизу, я ни разу не почувствовала того леденящего присутствия за спиной. Ни разу. Это прекратилось!

Но когда перед сном я сняла кулон, чтобы положить на тумбочку, холодный страх вернулся мгновенно.

Я лёгла в постель, перебирая в голове события дня: странный подарок анонима, стих, папино кольцо с таким же камнем, его отсутствие с утра, его усталое лицо. Слишком много совпадений.

Я всегда перед сном придумывала себе истории — это помогало заснуть. Но сегодня мысли путались, цепляясь за зелёный камень на моей шее. Но я всё же уснула.

И проснулась от кошмара. Я бежала по длинному тёмному коридору, а за мной гналась чья-то тень. Я не видела лица, но силуэт был до боли знакомым — высокая, прямая фигура, развевающиеся волосы... Я проснулась с криком, вся в холодном поту, и сразу же полезла под подушку, где спрятала кулон. Надев его, я почувствовала, как спазм страха отпускает.

Что со мной происходит? Я сидела на кровати, прижимая холодный металл к груди, и слушала, как бьётся сердце. Завтра я всё выясню. Узнаю, откуда этот кулон, и почему папа подарил мне кольцо с таким же камнем. Но сегодня... сегодня этот маленький зелёный камень был единственной твёрдой точкой в мире, который вдруг стал зыбким и небезопасным. И я, засыпая во второй раз, уже не сомневалась, что это не самовнушение. Это защита. Кто-то, кто знал о надвигающейся опасности, прислал её мне. И теперь нужно было понять — кто. И от чего именно он меня защищал.