Союз против судьбы

Прошло два месяца. За завтраком я читала «Ежедневный пророк» с кричащим заголовком: «Дамблдор — лгун, а Поттер — истерик!». Сириус сидел рядом, смотря через мое плечо.

— Никто в здравом уме не поверит, что Дамблдор врал всё это время, — проговорила я, откладывая газету.

— Ты права, — Сириус отодвинул газету. — Но людей, находящихся в здравом уме, сейчас не так много.

Он явно хотел сменить тему.
— Как твой брат? Говорил, что должен приехать к твоему дню рождения?

— Должен сегодня, — я не могла скрыть лёгкую улыбку. — Надеюсь, на этот раз не подведёт.

В этот момент зашёл отец. Он попытался со мной заговорить, но я, не глядя, встала и вышла из комнаты, пропустив его слова мимо ушей. Не хватало, чтобы он опять начал про манеры или уроки.

Весь день я провела в ожидании. Читала, рисовала, снова говорила с Сириусом о пустяках. Услышав звук открывающейся двери, я радостно бросилась в прихожую — и остановилась. Там стояла Грейнджер. Я обернулась, ища отца, но его не было. Опять? Почему я должна терпеть её присутствие?

Она тоже не выглядела обрадованной. К ней вышли Уизли и миссис Уизли. Я развернулась и пошла наверх, где столкнулась с отцом.

— Не забывай, сегодня урок фортепиано в три, — напомнил он.

— Я не пойду. Этот учитель бьёт меня по пальцам за каждую ошибку.

— Ты по-другому не учишься, Дженнфер. И мистер Бёрк — лучший педагог.

Я посмотрела на него с леденящим разочарованием и ушла, не сказав больше ни слова.

Час спустя я снова услышала дверь. Проклиная очередного посетителя Ордена, я нехотя выглянула — и сердце ёкнуло. В дверях стоял он.

— Джулиан!

Я бросилась к нему, и он обнял меня, слегка отшатнувшись от напора.

— Не изменилась ни капли, — усмехнулся он. — Всё тот же ураган.

Из гостиной вышли Рон, Гермиона и Джинни. Увидев Джулиана, они разочарованно ретировались — видимо, ждали кого-то другого. Мы разговаривали, когда появился отец. Они обменялись рукопожатием и мужским похлопыванием по плечу.

— Опять ругаетесь? — Джулиан кивнул в мою сторону.

Отец вздохнул.
— Ты бы послушал, что она вытворяла всё лето...

— Я имела причины! — начала я оправдываться.

— Вся в меня, — с ухмылкой заключил Джулиан, и отец не стал спорить.

Ровно в три раздался звонок. Мистер Бёрк. Я посмотрела на Джулиана умоляюще, но он лишь отрицательно покачал головой. Я показала ему средний палец и пошла в музыкальную комнату.

— Сыграйте то, что разучивали в прошлый раз, — холодно произнёс Бёрк.

Я начала. На первой же ошибке палочка для отбивания такта больно щёлкнула по моим пальцам.

— Мне больно!

— Пока не научитесь играть чисто, будет больно, — его тон не допускал возражений.

Я попробовала снова. Снова удар. Я не выдержала, со всей силы ударила ногой по клавишам, вызвав оглушительный диссонанс.

— Урок окончен. Вам следует научиться манерам у вашего брата. Он схватывал всё на лету, — фыркнул Бёрк и вышел.

Я смотрела на покрасневшие пальцы. Ярость кипела во мне. Я ударила кулаком по тумбочке и вышла в коридор, как раз вовремя, чтобы услышать, как отец извиняется перед уходящим учителем. Дверь закрылась и я метнулась обратно в комнату, но отец последовал за мной.

— Это недопустимо, Дженнифер! Ты...
Он не договорил. В дверях появился Джулиан.

— В чём дело? Зачем на неё кричать?

— Этот... учитель бьёт меня по рукам! Это ненормально!
Отец посмотрел на Джулиана.
— Скажи мне правду. Мистер Бёрк и тебя учил. Он применял такие методы?

Джулиан встретился со мной глазами, в них мелькнуло что-то... извиняющееся? Но он сказал твёрдо:
— Конечно нет. Он строгий педагог, но никогда не поднимал руку.

Он соврал. Нагло и бесстыдно соврал.

— Ещё одна такая выходка, — голос отца стал тихим и опасным, — и я запру тебя здесь до тех пор, пока ты не сыграешь безупречно.

Он ушёл. Я уставилась на Джулиана.
— Зачем? Зачем ты соврал? Ты хочешь, чтобы он продолжал меня мучить?!

— Просто потерпи немного, — он положил руку мне на плечо. — Я что-нибудь придумаю.

Он ушёл, оставив меня в одиночестве. Я поняла, что помощи ждать неоткуда. И тут снова почувствовала этот взгляд — чей-то пристальный, недобрый взгляд в спину. Я резко обернулась, коридор был пуст. Я почти побежала в общую гостиную, где было много людей.

К вечеру некоторые члены Ордена куда-то исчезли, а затем вернулись вместе с Поттером. Зачем приходить и уходить по сто раз? Он вошёл, и я невольно отметила перемены. Он стал шире в плечах, подрос, хотя не настолько, чтобы это бросалось в глаза. Выглядел старше, серьёзнее.

От лица Гарри:

Я вошёл за Тонкс и сразу увидел Дженнифер. Гены Розье дали о себе знать — она изменилась за лето. Стала выше, как-то... изящнее. Волосы отросли. Только этот высокомерный взгляд остался прежним.

Послышались голоса из кухни — собрание Ордена. Я подошёл ближе к приоткрытой двери. Услышал голоса Сириуса и... Снейпа? Что он здесь делает?

— Гарри, дорогой, — миссис Уизли мягко отвела меня от двери. — С ужином придётся подождать. Пока пройди наверх, на второй этаж, в зелёную комнату. Там тебя ждут Рон и Гермиона.

Я поблагодарил и пошёл. В коридоре метался Кричер, бормоча проклятия под нос. Мерзкий тип.

От лица Дженнифер:

Мне стало скучно. Решив напомнить «золотому трио», в чьём они доме, я резко распахнула дверь зелёной гостиной и вошла.

— Тебя не учили стучаться? — фыркнул Рон.
— Это мой дом, хожу где хочу, — парировала я. — А вы просто гости.

Они переглянулись. В этот момент в дверях материализовались близнецы. Я невольно отшатнулась.

— Не хотите послушать кое-что поинтереснее? — с хитрой улыбкой спросил Фред.

И вот мы, притаившись, слушали собрание Ордена через «Длинноух» — волшебное ухо на верёвочке, которое близнецы сунули в замочную скважину под дверь. Слышно было отрывками.

К нам присоединилась Джинни. Она, улыбаясь, поздоровалась с Поттером и намеренно встала рядом с ним. Она не видит что я тут стою?!

Мы наконец начали разбирать слова, когда кот Грейнджер, Живоглот, заметил свисающее ухо и принялся с ним играть.

— Живоглот, отдай! — зашипела Гермиона.
— Ненавижу твоего кота, — процедила я, когда ухо было потеряно.

После собрания все разошлись. Я видела, как Сириус крепко обнял Гарри. «Со мной он так не обнимается», — пронеслось в голове. Я села рядом с Нимфадорой и Джулианом. Мы с Джинни смеялись над тем, как Тонкс меняла формы своего носа.

— Покажите ему газету. Он всё равно увидит, — раздался голос Грюма.

Кто-то протянул Гарри «Пророк». Он пробежал глазами по заголовку и громко фыркнул:

— Чепуха какая! Никто в здравом уме не поверит, что Дамблдор...
— Ты абсолютно прав, — перебил Люпин. — Но, к сожалению, есть и другие люди.

Сириус посмотрел на меня с ухмылкой. Мы с Поттером произнесли сегодня почти одну и ту же фразу.

— Мне кажется, — тихо сказал Сириус Гарри, — Тот, кого нельзя называть, хочет заполучить то, что не смог взять в прошлый раз.
— Что это? — тут же спросил Гарри.

Но Сириус только открыл рот, как вмешалась миссис Уизли:

— Хватит! Он всего лишь мальчик! Вы его сейчас прямо в члены Ордена примете!
— Отлично! Я хочу вступить! — горячо выпалил Гарри. — Чтобы драться с армией Волнадеморта!

Сириус, с лёгкой улыбкой глядя на миссис Уизли, подмигнул Гарри. Разговор не окончен.

За ужином я сидела с Джулианом. Мы говорили о пустяках, но тягостное чувство не покидало меня. Наконец я решилась:

— Джу... всё лето у меня такое чувство, будто за мной кто-то следит. И сегодня опять... в коридоре.

Его лицо сразу стало серьёзным, все шутки исчезли.

— Слушай меня внимательно, Дженни. Не ходи никуда одна. Ни на прогулки, ни в магазин. Никуда. Это не шутки. Пообещай мне.

Он говорил так, будто знал что-то, чего не говорил. Я ненавидела эти загадки! Но пришлось пообещать.

Я пошла спать. Чувство тяжёлого, недоброго взгляда, будто из самой тьмы, не покидало меня всю ночь.