Нестабильный элемент

Торговый центр встретил меня гулом голосов, ярким светом витрин и запахом дорогих духов. Раньше я ходила сюда только во время распродаж, выискивая скидки на масс-маркет.
Сегодня в моем кармане лежала черная карта «Platinum» с именем Виктора Волкова.
Она жгла бедро даже через ткань джинсов.
Я зашла в магазин верхней одежды. Ценники здесь напоминали номера телефонов.
«Купи теплое», - звучал в голове его приказ.
Я выбрала пальто цвета верблюжьей шерсти - мягкое, кашемировое, безумно дорогое. Оно сидело идеально, окутывая меня уютным коконом.
Когда я подошла к кассе, руки предательски дрожали.
- Картой, - тихо сказала я, протягивая черный пластик.
Продавщица, ухоженная женщина лет сорока, бросила взгляд на имя на карте, потом на меня - студентку с синяками под глазами и в дешевых кедах. В её взгляде мелькнуло понятное, липкое презрение. «Содержанка», - читалось в её глазах.
Я вздернула подбородок.
«Да. Я его содержанка. И я его люблю».
Терминал пикнул. Оплата прошла.
Я вышла из магазина с огромным пакетом, чувствуя странную смесь стыда и возбуждения. Я была одета в его деньги. Я принадлежала ему.
Следующая остановка - белье.
Здесь было сложнее. Я бродила между вешалок с кружевом и шелком, вспоминая его хриплый шепот: «Чтобы легко снималось. Или рвалось».
Я выбрала комплект черного цвета. Бюстгальтер без косточек, из тончайшей сетки, и трусики, которые держались на честном слове и двух шелковых лентах.
Это было вульгарно? Нет. Это было предназначено для одного зрителя.
Я расплатилась той же картой, представляя, как вечером придет уведомление на его телефон. И как он ухмыльнется, увидев название магазина «Intimissimi».

Торговый центр остался позади. В пакете лежало то самое белье и новое пальто, купленные на карту Виктора. Я чувствовала себя странно - будто продала часть души за кашемир и шелк. Но выбора не было.
В университет я пришла ко второй паре. На шее - плотный шарф, скрывающий «метку». В душе - смятение.
Я надеялась проскользнуть в аудиторию незамеченной, но, конечно же, Артем ждал меня.
Он стоял у окна, нервно крутя в руках телефон. Увидев меня, он не бросился наперерез, как я боялась, а просто шагнул навстречу. В его глазах было столько тревоги и тепла, что у меня защемило сердце.
- Аня... - он осмотрел меня с ног до головы, задержав взгляд на новом пальто, но ничего не спросил. - Ты как? Я звонил утром.
Я остановилась. Мне так хотелось нагрубить ему, как велел Виктор, оттолкнуть, чтобы он убежал и никогда не оглядывался. Но я не могла. Артем был моим другом. И он был единственным «нормальным» пятном в моей жизни сейчас.
- Привет, Тем, - тихо сказала я, стараясь не смотреть ему в глаза. - Извини, что не брала трубку. И за вчерашнее... перед мамой неудобно вышло. И перед тобой.
- Да бог с ней, с мамой, - Артем махнул рукой, подходя ближе. Он понизил голос. - Ань, что происходит? Тот звонок... Ты так изменилась в лице. Ты убежала в ночь. Я волновался, честно. У тебя проблемы? Тебе кто-то угрожает?
Его искренняя забота резала без ножа. Он готов был меня защищать. От Виктора. Это было бы смешно, если бы не было так страшно.
- Артем, - я вздохнула и посмотрела ему прямо в глаза. - Послушай меня. Ты замечательный парень. Правда. Ты умный, добрый, ты староста, у тебя большое будущее. Любая девочка на потоке была бы счастлива с тобой пойти в кино.
- Но не ты? - он грустно усмехнулся.
- Но не я.
Я сделала шаг к нему, уменьшая дистанцию, чтобы нас никто не услышал.
- У меня сейчас... сложный период. В жизни всё очень запутано. Есть обстоятельства, о которых я не могу говорить. И проблемы, в которые я не хочу тебя втягивать.
- Я могу помочь, - упрямо сказал он.
- Не можешь, - я мягко, но твердо покачала головой. - Поверь мне, ты не хочешь в это лезть. Рядом со мной сейчас... опасно. И я не хочу, чтобы ты пострадал из-за меня.
- Опасно? - он нахмурился, его взгляд упал на мой шарф, который я поправляла дрожащей рукой. - Это из-за того парня, который звонил? Он тебя обижает?
Я горько улыбнулась.
- Нет, Артем. Никто меня не обижает. Я сама сделала этот выбор.
Я коснулась его руки - легкое, мимолетное прикосновение.
- Пожалуйста, просто будь мне другом. Или одногруппником. Не жди от меня большего. Я занята. И это... надолго. И очень серьезно.
Артем смотрел на меня несколько секунд, пытаясь найти в моих глазах ложь или призыв о помощи. Но увидел только глухую, болезненную решимость.
Он выдохнул, плечи его опустились.
- Я понял, - тихо сказал он. - Ты влюбилась. В какого-то... плохого парня, да?
- Вроде того, - прошептала я.
- Ладно, - он криво улыбнулся, пытаясь сохранить лицо. - Насильно мил не будешь. Но если тебе понадобится помощь... или просто сбежать с лекции... ты знаешь, где меня искать.
- Спасибо, Тем. Ты лучший.
Он кивнул и отошел, давая мне дорогу.
Я почувствовала огромное облегчение. Я не растоптала его. Я оттолкнула его мягко, сохранив его достоинство.
- Трогательная сцена.
Голос прозвучал за моей спиной, когда Артем уже скрылся за поворотом.
Я вздрогнула и обернулась.
Виктор Андреевич стоял у двери своей кафедры. Он видел всё.
Он медленно подошел ко мне. Его лицо было непроницаемым, но в глазах плясали опасные искорки.
- Ты была слишком мягкой, Соколова, - тихо произнес он, наклоняясь к моему уху, делая вид, что поправляет воротник моего нового пальто. - «Ты замечательный парень», «ты лучший»... Я просил тебя заставить его забыть твое имя, а не давать ему надежду на дружбу.
- Я сделала так, как посчитала нужным, - прошептала я, глядя на узел его галстука. - Он больше не подойдет как парень. Он всё понял. Зачем быть жестокой?
Виктор хмыкнул. Его пальцы скользнули под мой шарф, касаясь горячей кожи там, где был его укус. Я замерла, боясь вздохнуть.
- Потому что жалость - это слабость, Анна. Но... - он вдруг усмехнулся, - пальто тебе идет. И то, что ты его отшила, пусть и по-своему, меня устраивает. Пока.
Он отстранился, снова превращаясь в холодного преподавателя.
- Марш в аудиторию. И сними шарф. Здесь жарко.
Он развернулся и ушел.
А я прислонилась к стене, чувствуя, как дрожат колени.
Я прошла по тонкому льду. Сохранила Артема и не разозлила Виктора.
Но надолго ли меня хватит?