Кто украл моё убийство?

Драко оторвался от своих записей лишь тогда, когда его любимый золотой галеон в кармане брюк нагрелся до предела. Он ожидал чего угодно, но точно не того, что увидел.

Она здесь? Почему? Разве у неё сейчас не праздник? Третья годовщина свадьбы, которую Уизли решили праздновать прямо в саду «Норы»...

В последние несколько недель Драко ловил себя на мысли, что его отношение к Гермионе изменилось. Прежний азарт соперничества сменился чем-то глубоким и тягучим. Он влюблялся.

Драко трансгрессировал к воротам поместья мгновенно. Гермиона стояла у кованой ограды. Длинные прямые волосы, яркий, вызывающий макияж, экстремально короткое платье и туфли на тонком каблуке. Она выглядела чертовски притягательно. Придя в себя, он поспешил впустить её на территорию.

— Почему ты здесь? — игриво начал Драко, пытаясь скрыть за иронией панику. — Тебе пришла какая-то невероятная идея, и ты не могла потерпеть до завтра?

— Могу я остаться у тебя на ночь? — прямо спросила она, глядя ему в глаза.

— Что-то случилось? — он вмиг посерьезнел.

— Да, случилось. Мы можем поговорить в доме?

В кабинете Гермиона опустилась на тот самый диван, на котором совсем недавно рыдала, когда Драко принес ей известия о неверности мужа. Но сейчас она не плакала. Она вывалила ему всё. Гермиона говорила быстро, едко, выплескивая на него всё унижение этого вечера. Рон, измена, публичный позор.

Драко слушал её молча. С каждым её словом его взгляд становился всё мрачнее. Его кулаки сжимались — новорожденное чувство к ней требовало немедленной расправы над тем, кто посмел её ранить.

— Не могу поверить, что он сделал это при всех, — наконец процедил он. — Он тебя унизил. При всех. Я его уничтожу.

— Не стоит, — Гермиона гордо вскинула голову, сдерживая подступающие слезы. — Я планирую переехать к родителям и начать новую жизнь. Там всё это будет неважно.

— Переехать? — сердце Драко сжалось. — Ты не можешь так поступить. Мы что-нибудь придумаем.

— Я не могу остаться, Драко. В Министерстве все знают, в семье все знают. Знаешь, что он сказал? Что эта сучка его опоила Амортенцией.

— Меньшего я от него и не ждал, — Драко сел рядом и осторожно взял её за руку. — Тебе надо поспать, утром поговорим, хорошо?

— Я не хочу спать. Я хочу хотя бы на время забыть обо всем. Хочу сыграть в одну игру.

— Это в какую, Грейнджер? Для «бутылочки» нас маловато.

— Я предлагаю вылить по капле Сыворотки правды на язык и задавать друг другу любые вопросы, — лукаво сказала она.

Малфой отпрянул, словно от проклятия.

— Категорическое «нет». Это безумие. И откуда ты вообще знаешь, что она у меня есть?

— Не знала, но надеялась, — она впервые за вечер рассмеялась, и этот звук заставил его сердце пропустить удар. — Ну же, Драко! Завтра я уеду, и мы, возможно, больше не увидимся. Неужели тебе нечего мне сказать?

— Давай хотя бы разбавим её водой, — сдался он, не в силах сопротивляться её упрямому взгляду. — Половина дозы. Чтобы оставить себе шанс на спасение.

Когда стаканы опустели, воздух в комнате стал вязким.

— Драко, ты что-нибудь чувствуешь? Подействовало?

— Не знаю. Спроси у меня что-то.

— Кто был лучшим ловцом в Хогвартсе?

— Поттер, — Драко мгновенно зажал рот ладонью и испуганно вытаращился на Гермиону. Та звонко расхохоталась.

— Мне не нравится эта игра, Грейнджер.

— Почему ты не можешь определиться: Грейнджер я или Гермиона? — спросила она, подаваясь ближе.

— Потому что каждый раз, называя тебя по имени, я стираю грань между нами.

Гермиона улыбнулась. Всё шло именно так, как она хотела.

— Фантазировала обо мне в школьные годы? — спросил Драко.

— Нет.

— А после школы, Гермиона?

— Да. После того как мы начали работать вместе, — спокойно ответила она. — И мне не стыдно.

— Ты... Ты хочешь меня поцеловать?

— Хочу.

Драко сорвался. Но он не спешил — он дразнил её, ловя её дыхание своими губами, почти невесомо, пока она сама не притянула его за затылок. Он обрушился на её губы с жаркими поцелуями; они не могли оторваться друг от друга, не делая перерывов на то, чтобы отдышаться.

Драко потянул за тонкую молнию, и платье скользнуло к её ногам, оставив её только в одном кружеве. Он замер. Чёрное бельё на бледной коже выглядело настолько вызывающе, что внизу живота всё скрутило тугой, болезненной петлей. Он понял — она не просто пришла. Она пришла уничтожить остатки его самообладания.

Он приспустил край кружева, и, когда его губы коснулись её груди, Драко почувствовал себя тонущим. Это было что-то первобытное, зашитое в подкорку — нестерпимое желание присвоить её себе, чувствовать её вкус, слышать, как её дыхание сбивается в рваные всхлипы. Он не просто целовал её шею — он клеймил её, оставляя едва заметные отметины, от которых Гермиона выгибалась в его руках, ловя ртом воздух. Он уложил её на диван, прокладывая путь поцелуями, спускался ниже, пока не коснулся языком клитора. Драко действовал жадно, почти яростно. Гермиона выгнулась, пальцы запутались в его волосах, и через несколько мгновений она содрогнулась в оргазме. Он вновь поцеловал её и прижался к ней всем телом, неосознанно имитируя движения полового акта, но Гермиона не собиралась уступать — он должен был проявить инициативу. Её белье уже насквозь промокло.

Драко очень быстро сдался.

— Можно? — хрипло спросил он, глядя ей в глаза.

— Нет, Драко, я просто так здесь лежу, — съязвила она.

— Принято, — он мгновенно избавился от своей одежды.

Драко вошел в неё одним толчком, но блаженство оборвалось слишком быстро. Он резко вышел из неё.

— В чем дело? — Гермиона в замешательстве подняла голову.

— Я... я клянусь, со мной такое впервые, — Драко выглядел так, будто готов был провалиться сквозь землю.

— Какое — такое?

— Я кончил, — выдохнул он, глядя на неё с дикой смесью стыда и желания.

— Очень смешно, Драко.

— Посмотри, — он указал на низ её живота, где расплылась небольшая лужица его семени.

Гермиона боролась с приступом смеха, но проиграла. Хохот заполнил кабинет.

— Дай мне три минуты, и ты будешь молить о пощаде! — рыкнул Драко.

— Да ладно тебе, с кем не бывает, — всё еще хихикая, ответила она.

— Ну всё, ты доигралась.

Он закинул её себе на плечо и понес в душевую.

— Раздевайся, — бросил он, включая воду.

— Да, сэр, — продолжала подначивать его Гермиона, сбрасывая одежду и обувь.

Он прижал её лицом к холодному кафелю. Контраст температур заставил её вздрогнуть, и в этот момент Драко вошел в неё резко, жестко, не оставляя пространства. Гермиона вскрикнула от неожиданности.

— Заткнись, — выдохнул он ей в шею.

Она не знала, как долго он её терзал, но его рука между её ног подарила ей ещё три мучительных оргазма.

— Нравится, Гермиона?

— Нравится... но я больше... не могу... — стонала она.

— Тогда моли о пощаде, иначе я не оставлю тебя в покое.

— Драко, умоляю, остановись! Меня уже ноги не держат, я больше не могу! — сорвалось с её губ.

— Хорошая девочка.

Спустя несколько мощных толчков он кончил на её поясницу.

— Сейчас я тебя искупаю, и мы ляжем спать, поняла?

— Поняла, — выдохнула обессилевшая Гермиона.

Он искупал её, вымыл волосы, бережно умыл, смывая размазавшуюся тушь, и обернул полотенцем. В спальне он дал ей свою белую футболку, которая доходила ей до ягодиц, и высушил волосы палочкой.

— Прости, милая, но женских трусиков у меня нет. Надеюсь, ты не против поспать без них?

— Мне плевать, я очень хочу спать.

— Будет исполнено.

Он уложил её в постель, лег сам и крепко прижался к ней сзади.

— Кажется, я тебя совратил, Грейнджер. Это делает меня плохим человеком?

— Я не знаю, — ответила она. Гермиона предпочла умолчать о том, что девушка, надевающая красивый комплект белья, заранее знает, чем закончится вечер.

— Выходит, действие сыворотки прекратилось. Спокойной ночи, Гермиона.

— Сладких снов, Драко.

Они мгновенно уснули.

Гермиона проснулась с ощущением чего-то твердого, что упиралось ей в ягодицы. Несколько мгновений ушло на осознание. Она это сделала. Изменила. Сравняла счет.

— Наконец-то ты проснулась, — услышала она сонный голос, а затем почувствовала мятный привкус во рту.

— Ты что, только что применил к моему рту очищающее заклинание? — изумилась Гермиона.

— Да. Потому что я собираюсь тебя поцеловать, а после — трахнуть.

— Драко Люциус Малфой, ты не станешь меня...

Он прервал её речь поцелуем. Несколько оргазмов спустя они всё же выбрались из постели и отправились завтракать.

Солнечный свет заливал столовую, но уютная тишина казалась обманчивой. Сидя за столом и внимательно наблюдая за каждым движением девушки, Драко осторожно произнёс:

— Гермиона, нам нужно обсудить наше будущее.

Его голос прозвучал непривычно серьезно. Гермиона замерла, так и не донеся вилку с беконом до рта. В её глазах промелькнула растерянность, смешанная с затаённым страхом.

— Наше? — переспросила она едва слышно, словно это слово было ей не знакомо.

Драко подался вперёд, его взгляд стал решительным.

— Именно наше. Я не собираюсь тебя никуда отпускать, — он на мгновение замолчал, подбирая слова, и добавил тише, но твёрже: — Не после того, что между нами произошло этой ночью. Я не позволю тебе сделать вид, будто ничего не изменилось.