Война Тишины и Стратегия Ожидания
Хогвартс. Гриффиндорская Гостиная. Воскресенье, Вечер.
Гермиона вернулась в башню Гриффиндора, но это было возвращение завоевателя, а не побежденного. Ее Щит Нормальности был установлен: она была холодна, собранна и казалась абсолютно безразличной. Но внутри, ее слитое ядро пульсировало болью от слов Драко: «Между нами больше ничего нет».
Рон и Гарри, обрадованные ее возвращением и победой на курсе PPM, сразу же набросились на нее.
— Миона! Ты справилась! Ты заставила Малфоя выглядеть дураком! — Рон обнял ее.
Гермиона позволила ему обнять себя, но ее реакция была сдержанной.
— Я просто выполнила свою часть работы, Рон. Ничего более, — ее голос был сухим, как пергамент.
— Но ты выглядела так, будто ты его ненавидишь! Даже больше, чем раньше! — Гарри посмотрел на нее с уважением. — Твоя речь о его «слепой агрессии» была гениальной.
— Это была правда, Гарри, — ответила Гермиона. — Мы закончили наше партнерство. И я никогда не была рада избавиться от кого-либо больше, чем от него.
Она врала своим друзьям, и это было легко. Она лгала миру, и это было просто. Но ее ядро знало, что она лжет себе.
Она села у камина, делая вид, что читает, но на самом деле, разрабатывала стратегию.
— Драко наложил Щит Нормальности, потому что боится, — прошептала она себе. — Он боится уязвимости. Он боится, что наша любовь (она впервые позволила себе это слово) сделает его слабым и уязвимым для его отца.
Логика подсказала ей: чтобы сломать его щит, ей нужна не конфронтация, а тишина.
Если он хочет разрыва, я дам ему полный разрыв. Я исчезну из его жизни. Я вернусь к своей нормальности с такой силой, что он начнет чувствовать пустоту.
Ее стратегия: Война Тишины.
1. Полное Игнорирование: Никаких контактов, никаких взглядов. Даже если они столкнутся в коридоре, она пройдет мимо, как будто он — пустое место.
2. Демонстрация Нормальности: Она будет проводить все время с Гарри и Роном, смеяться, учиться. Она покажет, что ее мир прекрасно функционирует без его Воли.
3. Использование Ядра: Она не будет блокировать их слитое ядро. Она будет направлять в него свои эмоции — спокойствие, радость, счастье, но без Драко. Она заставит его чувствовать свою потерю.
Эта стратегия требовала титанической Воли — и она использовала Логику, которую Драко ей дал, чтобы создать ее.
Запретная Секция. Воскресенье, Поздняя Ночь.
Драко не мог спать. Он сидел в Запретной Секции, где они провели столько ночей, и пытался работать над своими учебниками, но не мог сосредоточиться. Его ядро пульсировало, требуя ее Логики.
Он чувствовал пустоту. Физическую, магическую пустоту, которую не мог заполнить ни Пенсивом, ни Окклюменцией.
— Я сделал все правильно, — прошептал он в тишине. — Я спас нас.
Он заставил себя поверить в это, но его ядро кричало, что он лжет.
Он посмотрел на свое запястье, где должен был быть Блокатор Резонанса. Он не надел его. Он боялся тишины, которую он давал. Теперь ему нужно было слышать хоть какой-то шум, чтобы знать, что она жива и цела.
Он наложил на себя Чары Ментального Обнаружения (Detectio Mentis) — самые простые чары для поиска других разумов.
И он нашел ее. Она была в Гриффиндорской Башне. И она была спокойна. Слишком спокойна.
Его Воля была потрясена. Он ожидал боли, гнева, тоски. Но он почувствовал... равнодушие. И смех. Он почувствовал радость, исходящую от ее слитого ядра, и эта радость была абсолютно не связана с ним.
«Она вернулась к своей нормальности. Она забыла меня. Она выбросила Хаос как ненужный артефакт».
Это было хуже, чем ненависть. Это было забвение. Это ударило по его Гордости и Воле с такой силой, что он почувствовал тошноту.
Драко встал. Он должен был пойти и накричать на нее. Он должен был заставить ее признать его важность. Но его Щит Нормальности не позволял этого. Он сам установил правила.
Война Тишины началась. И Гермиона вела ее безупречно.
Война Тишины. Понедельник — Среда.
Следующие три дня стали пыткой для Драко.
Он видел Гермиону в Большом Зале. Она сидела за Гриффиндорским столом, смеялась. Рон постоянно касался ее плеча, а Гарри шутил. Она выглядела счастливой.
Когда они столкнулись в коридоре, Драко приготовился к ее презрению или, по крайней мере, к взгляду, полному боли. Вместо этого, Гермиона прошла мимо. Она не посмотрела на него. Она даже не увидела его. Ее взгляд был сфокусирован на учебнике, и ее лицо было непроницаемым.
«Она не играет. Она действительно вернулась к своей жизни».
Драко чувствовал, как его ядро слабеет. Его Воля, которая была подпитана ее Логикой, начала давать сбой. Он не мог сосредоточиться. Он начал совершать мелкие ошибки в Защитных Чарах, что было для него немыслимо.
Вечером среды, он не выдержал. Он наложил на себя Чары Невидимости и пошел к Гриффиндорской Башне. Он стоял в тени, ожидая, чтобы увидеть ее.
Он увидел ее у камина. Она работала над эссе. Она была одна. И она была абсолютно спокойна.
Драко проник в ее разум через слитое ядро.
«Спокойствие. Ровная мысль. Счастье от завершенного курса. Счастье, что не нужно больше контактировать с Малфоем».
Это была ложь. Гермиона специально направляла эти мысли, зная, что он будет проверять. Она использовала их связь против него. Она использовала его Зависимость от ее Логики как свою месть.
Драко отступил. Он чувствовал, как его Воля превращается в панику.
— Ты не можешь меня забыть! — прошептал он. — Мы едины!
Но Гермиона не ответила. Тишина была оглушающей.
Кризис Ядра. Четверг, Утро.
Наступил кризис. В четверг утром, во время Защиты от Темных Искусств, Драко должен был наложить сложнейшее Чары Дестабилизации, но он совершил элементарную ошибку в движении палочки.
Чары взорвались в воздухе, а Драко упал на пол, чувствуя, как его Воля мгновенно рассеивается. Он не мог собраться. Его ядро было неполным.
Профессор Флитвик, несмотря на удивление, быстро восстановил порядок.
— Мистер Малфой, что это было?
— Я... я совершил ошибку, профессор, — Драко с трудом встал. Его лицо было бледным. Он посмотрел через весь класс на Гермиону.
Гермиона смотрела на него. В ее глазах была не насмешка, а тревога.
«Он падает. Моя стратегия работает. Но он слишком падает».
Она не должна была вмешиваться. Но ее инстинкт к спасению оказался сильнее ее стратегии.
Гермиона внезапно встала.
— Профессор! У Мистера Малфоя, вероятно, остаточный эффект от Чаров Передачи Сущности! Его ядро слишком долго было слито с моим! Ему нужно быстрое магическое восстановление.
— И что вы предлагаете, Мисс Грейнджер? — Флитвик был заинтригован.
— Кратковременная синхронизация! Нам нужно наложить Чары Общей Энергии (Energia Communis). Но для этого нам нужен контакт!
Гермиона без колебаний подошла к Драко, который смотрел на нее в полном шоке.
— Ты нарушаешь правила! — прошипел Драко.
— Ты совершаешь ошибки! — ответила Гермиона. — Моя Логика важнее твоего Щита!
Она взяла его руку. Ее пальцы сжали его запястье.
— Энéргия Комму́нис !
Они произнесли Чары. Из их рук вырвался короткий, яркий всплеск платинового света. Это было болезненно приятно. Внезапно, Воля Драко вернулась, а Логика Гермионы стабилизировалась. Они снова были цельными.
— Невероятно! — прошептал Флитвик.
Драко смотрел на Гермиону. Она вмешалась. Она спасла его публично. И она нарушила его Щит Нормальности.
— Ты заплатишь за это, Грейнджер, — прошептал Драко.
— Я жду, Малфой, — ответила Гермиона, и в ее глазах горел вызов.
Ее Война Тишины закончилась. Война Контакта началась. Драко был разозлен, но он был жив, и он был снова с ней связан.