Часть 14: Раскол Стеклянного Мира
Хогвартс. Подземелья. Суббота, 06:00.
Холод подземелий начал просачиваться в их убежище, напоминая, что время — самый беспощадный враг. Драко проснулся первым. В тусклом предрассветном сумраке он смотрел на спящую Гермиону. Её лицо было спокойным, лишенным той вечной складки тревоги, которую она носила как часть школьной формы.
На его плече остался след от её зубов, а в голове всё еще эхом звучало его собственное признание. «Je t'aime... depuis toujours». Сказав это, он сжег все мосты. Теперь у него не было пути назад к отцу, к Слизерину, к той жизни, которую для него нарисовали.
— Пора, — прошептал он, касаясь её губ коротким, горьким поцелуем.
Гермиона открыла глаза. Логика вернулась к ней мгновенно, и вместе с ней — страх.
— Мы должны выйти по отдельности. Пять минут разницы.
Они одевались в молчании, которое больше не было уютным. Это было молчание солдат перед выходом на минное поле. Драко застегнул пуговицы своей рубашки, нацепил значок старосты и снова превратился в холодную статую.
— Если нас увидят вместе сейчас, всё, что мы делали восемь месяцев, пойдет прахом, — сказал он, проверяя коридор через щель в гобелене. — Ступай. Я прикрою тебя.
Гермиона накинула мантию-невидимку. Она хотела сказать что-то на французском, что-то нежное, но слова застряли в горле. Реальность Хогвартса 1996 года не прощала нежности. Она просто коснулась его руки и исчезла в темноте.
Большой зал. Завтрак. 09:00.
Драко сидел за своим столом, чувствуя себя так, словно его выставили на всеобщее обозрение голым. Ему казалось, что каждый — от Дамблдора до последнего первокурсника — видит на его лице следы ночи.
— Ты сегодня какой-то бледный, Драко, — Пэнси Паркинсон прищурилась, изучая его лицо. — И где ты был ночью? Крэбб сказал, что тебя не было в спальне после полуночи.
Драко не дрогнул. Его Воля выстроила ледяной барьер.
— Я патрулировал пятый этаж. Нашел пару придурков из Хаффлпаффа, которые пытались варить настойку. Пришлось потратить время на оформление взыскания. Крэббу стоит больше спать, а не следить за мной, если он не хочет потерять свое место в дружине.
На другом конце зала за Гриффиндорским столом назревала буря. Гарри Поттер не сводил глаз с Гермионы, которая отчаянно пыталась сосредоточиться на овсянке.
— Гермиона, ты была под мантией? — тихо, но твердо спросил Гарри. — Я проверял карту Мародеров перед сном. Твоя точка исчезла на третьем этаже, а потом появилась в подземельях. И точка Малфоя была рядом.
Рон подавился чаем.
— Малфой? Рядом с Гермионой в подземельях? Гарри, ты, должно быть, заснул над картой.
— Я не спал, Рон, — Гарри продолжал смотреть на Гермиону. — Что происходит? Он угрожал тебе? Он заставил тебя помогать ему с какими-то слизеринскими делами?
Гермиона почувствовала, как Логика начинает подводить её. Она не могла лгать Гарри — он видел слишком много.
— Я... я собирала ингредиенты для зелий, Гарри. В подземельях есть ниши с редким мхом. Малфой просто патрулировал. Мы столкнулись, он вычел очки и заставил меня ждать, пока он проверит коридор.
— Пять часов подряд? — прищурился Гарри. — Карта не лжет, Гермиона. Ты была там всю ночь. И он тоже.
Коридор второго этажа. Полдень.
Развязка наступила быстрее, чем они ожидали. Амбридж, подпитываемая слухами от своих шпионов, решила устроить показательную проверку «чистоты рядов».
Драко шел по коридору, возглавляя отряд дружины, когда Гарри Поттер преградил ему путь.
— Малфой! — крикнул Гарри. Вокруг мгновенно собралась толпа учеников. — Что ты делал ночью в подземельях с Гермионой?
Мир вокруг Драко замер. Пэнси ахнула, Крэбб и Гойл переглянулись. Это был крах.
— Поттер, твои фантазии становятся всё более извращенными, — Драко заставил себя усмехнуться, но голос предательски дрогнул. — Неужели ты думаешь, что я прикоснусь к этой заучке даже под страхом смерти?
— Тогда почему карта показывала вас вместе в заброшенной кладовой? — Гарри достал палочку. — Говори правду! Что ты с ней сделал?
В этот момент в коридоре появилась Амбридж в сопровождении Филча. Её розовое лицо сияло предвкушением.
— О, Мистер Поттер, какие интересные обвинения, — пропела она. — Мистер Малфой, это правда? Вы находились в неположенном месте с... грязнокровкой?
Драко понял: если он сейчас не совершит нечто ужасное, Амбридж уничтожит их обоих. С позором вышлет её из школы, а его отдаст на растерзание отцу. Его Воля закричала от боли, но Логика подсказала единственный выход.
— Это правда, Профессор, — громко произнес Драко. — Я поймал Грейнджер за кражей ингредиентов из личных запасов Снейпа. Я держал её в кладовой, пока проводил допрос, чтобы узнать, для кого она готовит Оборотное зелье. Я не хотел будить вас среди ночи из-за такой мелкой сошки.
Гермиона, стоявшая в толпе, побелела. Она смотрела на него и видела, как он снова надевает маску подонка.
— Допрос? — Амбридж подошла к Гермионе. — И каков результат, Мистер Малфой?
— Она ничего не сказала, — Драко посмотрел Гермионе прямо в глаза. В этом взгляде была мольба: «Прости меня». — Она упряма, как и все её сородичи. Я предлагаю назначить ей самое суровое взыскание. Отработка у меня. Лично. Под моим надзором, чтобы я мог выбить из неё правду.
— Нет! — крикнул Гарри. — Она никуда с ним не пойдет!
— Тишина! — взвизгнула Амбридж. — Мистер Малфой проявил инициативу. Мисс Грейнджер, вы признаете факт нахождения в подземельях?
Гермиона посмотрела на Драко. Она видела, как дрожат его руки, спрятанные в складках мантии. Она поняла его игру. Он берет её «под арест», чтобы спасти от Амбридж.
— Да, — тихо ответила Гермиона. — Я была там.
— Великолепно, — Амбридж улыбнулась своей жабьей улыбкой. — Мистер Малфой, забирайте её. И не стесняйтесь в методах. Министерство одобряет строгость.
Драко грубо схватил Гермиону за локоть и потащил через толпу. Гриффиндорцы кричали ему вслед проклятия, слизеринцы довольно ухмылялись. Но как только они завернули за угол и оказались в пустом коридоре, Драко прижал её к стене. Его лицо было искажено гримасой ужаса.
— Они знают, — прошептал он на французском, его голос прерывался. — Ils savent tout. Поттер видел нас на карте. Нам конец, Гермиона.
— Нет, — Гермиона взяла его за лицо. — Ты спас меня. Ты взял меня «на допрос». Теперь у нас есть вечер. Последний вечер перед тем, как всё взорвется.
— Ты не понимаешь, — Драко опустил голову. — Пэнси написала моему отцу. Она подозревает, что «допрос» был слишком долгим. Сегодня вечером в Хогвартс прибудет Люциус.
Мир окончательно раскололся. Последняя часть их истории должна была стать либо их спасением, либо их общей гибелью.
— Тогда нам нужно бежать, — сказала Гермиона. — Нам больше нечего скрывать.