Кровь и шерсть

За два дня до битвы Форкс замер в ожидании. Город не знал, что надвигается, но животные чувствовали — они уходили из леса, птицы замолкали, воздух стал тяжёлым. Виктория собирала армию. И время уходило.

Шарлотта сидела на крыльце дома Адли, смотрела на лес и слушала тишину. Жажда внутри неё не утихала. Она пила кровь животных — оленей, койотов, даже медведя. Но голод не проходил. Он сидел под кожей, пульсировал в такт сердцу, шептал: «Мало. Нужно больше. Нужна настоящая кровь».

— Ты как? — спросил Сет, выходя следом.

— Нормально, — соврала она.

— Врёшь.

— Не твоё дело.

— Моё, — он сел рядом. — Ты дрожишь.

— Я не чувствую холода.

— Тогда почему ты дрожишь?

Она молчала. Потому что не знала. Или знала, но не хотела говорить. Голод. Это был голод.

— Шарлотта, — Сет взял её за руку. — Если тебе нужна помощь...

— Ничего мне не нужно, — она выдернула руку. — Оставь меня.

Он хотел возразить, но она встала и ушла в лес.

***

Она бежала. Ветки хлестали по лицу, но она не чувствовала боли. Она чувствовала запахи. Олени, белки, совы. Животная кровь. Она пила её, но голод не проходил. Ей нужно было больше. Нужно было горячее. Живое. Настоящее.

Она выбежала на тропу и остановилась.

Люди. Четверо. Туристы с рюкзаками, с палатками, с громкими голосами. Они смеялись, фотографировали лес, не чувствуя опасности.

Голод взорвался.

Шарлотта не помнила, как напала. Не помнила криков. Не помнила крови. Она помнила только вкус — горячий, сладкий, живой. Она пила и не могла остановиться. Она убивала и не могла остановиться.

Когда сознание вернулось, она сидела на земле, в луже крови, и смотрела на тела. Четверо. Мужчины, женщины. Один ещё дышал. Девушка. Лет двадцать. Глаза открыты, губы шевелятся.

— Почему? — прошептала девушка.

Шарлотта не ответила. Она не знала почему. Она просто... хотела. Не могла остановиться. Не хотела останавливаться.

— Прости, — прошептала Шарлотта. — Прости, прости, прости...

Девушка перестала дышать.

Шарлотта сидела среди тел и смотрела на свои руки. Красные. Горячие. Чужие.

Она убила. Снова. Не из мести. Не из защиты. Просто потому, что захотела. Потому что не смогла сдержать голод.

Она чудовище. Она всегда была чудовищем. Просто не знала.

***

В доме Калленов было шумно. Элис носилась с украшениями, Эсми готовила ужин, Эммет и Джаспер спорили о тактике. Шарлотты не было.

— Ты видел её? — спросил Сет, входя в гостиную.

— Нет, — Эммет покачал головой. — Она ушла в лес несколько часов назад. Мы думали, она с тобой.

Сет похолодел.

— Она ушла одна.

— Сет? — Эсми подошла к нему. — Что случилось?

— Она... она не контролирует голод, — он сжал кулаки. — Я чувствую это. Она боится.

— Мы найдём её, — Эсми положила руку ему на плечо. — Она не могла уйти далеко.

Но она ушла. Далеко. В лес, где пахло кровью.

***

Эдвард нашёл её первый. Он чувствовал запах за километры — кровь, страх, боль. Он бежал быстрее ветра и остановился на поляне, где лежали тела.

— Шарлотта, — позвал он.

Она сидела у дерева, обхватив колени, и смотрела в одну точку.

— Я убила их, — сказала она. — Я хотела остановиться. Не могла.

— Я знаю, — он сел рядом. — Это не твоя вина.

— Моя, — она подняла на него красные глаза. — Я выбрала напасть. Я выбрала убить. Я не смогла остановиться.

— Ты новообращённая, — мягко сказал он. — Твой голод сильнее тебя. Это пройдёт.

— А если нет? — она посмотрела на него. — Если я снова убью? Если я убью кого-то из вас?

— Не убьёшь, — твёрдо сказал он. — Мы не дадим.

Она хотела ответить, но в лесу зашумели. Оборотни. Сет, Джейкоб, Лия, Сэм. Они выбежали на поляну и замерли.

— Что здесь произошло? — спросил Сэм, глядя на тела.

— Я, — Шарлотта поднялась. — Я убила их. Я не смогла остановиться.

Сет шагнул к ней, но Лия схватила его за руку.

— Не подходи, — сказала она. — Она опасна.

— Отпусти, — Сет вырвал руку. — Она не нападёт на меня.

— Ты не знаешь.

— Знаю, — он подошёл к Шарлотте. — Ты как?

— Я убила четырёх человек, — она смотрела на него. — Я чудовище.

— Ты новообращённая, — он взял её за руку. — Ты не контролировала себя.

— Это не оправдание.

— Я знаю, — он сжал её пальцы. — Но ты не одна. Мы поможем.

— Она должна уйти, — сказал Сэм. — Пока не научится контролировать себя. Она опасна для всех.

— Она останется, — голос Карлайла раздался из леса. Каллены вышли на поляну. — Мы научим её. Мы не оставим её.

— Если она нападёт на кого-то из наших... — начал Сэм.

— Не нападёт, — сказал Сет. — Я буду с ней.

— Сет...

— Она моя наречённая, — он посмотрел на вожака. — Я не оставлю её.

Сэм молчал долго. Потом кивнул.

— Хорошо. Но она будет под присмотром. Всегда.

***

В доме Калленов было тихо. Эсми накрыла стол, Элис развесила украшения, но праздничного настроения не было.

— Зачем вы это делаете? — спросила Шарлотта, сидя в углу.

— Потому что жизнь продолжается, — Эсми улыбнулась. — Даже сейчас.

— Я убила четырёх человек.

— Мы знаем, — Эсми села рядом. — И мы скорбим о них. Но мы не перестанем жить.

— Как вы можете? — Шарлотта посмотрела на неё. — Как вы можете есть, шутить, устраивать ужины, когда я...

— Потому что если мы остановимся, Виктория победит, — твёрдо сказала Эсми. — Она хочет уничтожить нас. Она хочет, чтобы мы страдали. Мы не дадим ей этого.

Шарлотта замолчала.

В гостиную вошли Эдвард и Белла. Белла была бледнее обычного, но глаза её горели.

— У нас новость, — сказал Эдвард.

Все повернулись к ним.

— Я сделал предложение Белле, — он взял её за руку. — Она согласилась.

Тишина. Потом Элис взвизгнула и бросилась обнимать Беллу.

— Я знала! Я знала! — кричала она.

— Поздравляю, — Эммет хлопнул Эдварда по плечу. — Наконец-то.

— Я так рада, — Эсми обняла Беллу. — Так рада.

Шарлотта смотрела на них. На Беллу, которая улыбалась. На Эдварда, который не сводил с неё глаз. На семью, которая праздновала жизнь, пока она сидела в крови.

— Ты как? — спросил Сет, садясь рядом.

— Ненавижу себя, — честно сказала она. — Ненавижу то, что я сделала. Ненавижу, что не могу остановиться.

— Ты остановишься, — он взял её за руку. — Я помогу.

— Почему ты не боишься меня?

— Боюсь, — он усмехнулся. — Но я больше боюсь потерять тебя.

Она посмотрела на него. На его растрёпанные волосы, на тёмные глаза, на спокойную уверенность.

— Ты ненормальный, — прошептала она.

— Наверное, — он сжал её руку. — Но ты тоже ненормальная. Мы подходим друг другу.

Она не ответила. Просто сжала его руку.

***

Позже, когда все разошлись, Шарлотта стояла у окна и смотрела на лес.

— Ты не виновата, — сказала Белла, подходя.

— Виновата, — Шарлотта не обернулась. — Я убила их.

— Ты новообращённая. Виктория сделала тебя такой. Ты не выбирала.

— Я выбрала напасть. Я выбрала убить.

— Ты хотела пить. Ты не могла остановиться, — Белла встала рядом. — Это не выбор. Это голод.

— Ты не понимаешь, — Шарлотта покачала головой. — Ты не знаешь, каково это — чувствовать, как внутри умирает всё человеческое.

— Знаю, — тихо сказала Белла. — Я тоже боюсь. Боюсь, что стану чудовищем. Боюсь, что наврежу тем, кого люблю. Но я не перестану бороться.

— А если ты проиграешь?

— Тогда буду бороться снова, — Белла посмотрела на неё. — Пока не победю.

Шарлотта молчала. Потом кивнула.

— Ты станешь хорошим вампиром, — сказала она.

— И ты станешь, — Белла обняла её. — Я верю.

Они стояли у окна, две девушки, которые боялись стать чудовищами. И надеялись, что смогут остаться собой.