Кровь и шерсть

Плей-офф. Финал. Форкс против Ла-Пуш.

Шарлотта вывела команду на поле, и трибуны взревели. В последнее время она играла зло, жёстко, не щадя ни соперниц, ни себя. Тренер ругался, но ничего не мог изменить. Она была капитаном. Она вела команду за собой.

Даже если вела в пропасть.

Сет стоял на своей половине, разминаясь, делая вид, что не замечает её. Но Шарлотта видела, как он косится в её сторону. Как напрягаются его плечи. Как сжимаются кулаки.

После их разговора в лесу они стали реже видеться. Слишком редко. Слишком мало. Но сегодня был матч. Сегодня они были врагами.

Судья дал свисток.

Матч начался с бешеного темпа. Квилеты наступали, Форкс защищался. Шарлотта играла в центре поля, раздавая передачи, перекрывая зоны. На пятнадцатой минуте она перехватила мяч и пошла в атаку.

Она прошла одного, второго — и оказалась перед Сетом.

Они стояли друг напротив друга. Сет с мячом. Шарлотта в защите. На поле был хаос, игроки бегали, кричали, но для них двоих время будто остановилось.

— Пропусти, — тихо сказал он.

— Ни за что.

— Шарлотта...

— Я сказала: ни за что.

Он сделал финт корпусом, ушёл влево. Она переместилась следом. Он попробовал вправо — она снова перекрыла угол. Он пошёл на скорости, она бросилась в подкат.

Хруст.

Боль пронзила ногу, тело, всё сознание. Шарлотта услышала свой крик, но не поняла, что это она кричит. Земля уходила из-под ног. Темнота накрывала её.

— Шарлотта! — голос Сета был где-то далеко. — Шарлотта, прости! Я не хотел! Я не...

Дальше она не слышала.

***

Больница пахла дезинфекцией и страхом.

Шарлотта открыла глаза и увидела белый потолок. Нога была загипсована и подвешена. В палате горел тусклый свет. Рядом сидела Эсми.

— Ты очнулась, — Эсми взяла её за руку. — Слава богу.

— Что случилось? — голос Шарлотты был хриплым.

— Перелом. Операция прошла успешно, — Эсми погладила её по волосам. — Сет... это была случайность. Он не хотел.

— Где он?

— Его не пустили. Он ждёт снаружи. С Лией и Джейкобом.

Шарлотта закрыла глаза. Она помнила хруст. Помнила его лицо, искажённое ужасом. Помнила, как он кричал её имя.

— Шарлотта, нам нужно уйти, — голос Карлайла раздался от двери. — Виктория. Мы чувствуем её. Она близко. Мы не можем оставаться здесь.

— Оставьте меня? — Шарлотта попыталась сесть, но боль в ноге остановила её.

— Мы вернёмся, — Эсми поцеловала её в лоб. — Как только сможем. Обещаю.

Они ушли. Эммет, Розали, Элис, Джаспер, Карлайл, Эсми. Все. Оставили её одну в больничной палате с загипсованной ногой.

Тишина.

Шарлотта смотрела в потолок и слушала, как капает капельница. Где-то в коридоре разговаривали медсёстры. Где-то плакал ребёнок. Всё было так обыденно. Так нормально.

Дверь открылась.

— Медсестра? — спросила Шарлотта, не глядя.

— Нет, — голос был чужим. Низким. Холодным.

Она повернула голову и увидела его. Молодой парень, светлые волосы, бледная кожа. Глаза красные. Вампирские.

— Кто ты? — Шарлотта попыталась дотянуться до кнопки вызова медсестры, но он был быстрее.

— Меня зовут Райли, — он подошёл к кровати и наклонился. — Виктория передаёт привет. Она хотела убить Беллу Свон. Но Белла теперь под защитой. А ты — нет.

Он схватил подушку и накрыл ей лицо.

Шарлотта билась, царапалась, пыталась кричать, но его сила была нечеловеческой. Воздух уходил. Лёгкие горели. Сознание ускользало.

— Виктория хотела, чтобы Эдвард страдал, — голос Райли звучал как сквозь вату. — Она думала, что Белла — лучший способ. Но потом она поняла. Ты. Ты — его семья. Его сестра. И ты станешь чудовищем, которое убьёт его семью.

Он схватил её за запястье и вонзил зубы.

Боль. Острая, жгучая, невыносимая. Шарлотта чувствовала, как яд растекается по венам, как тело горит изнутри, как сердце бьётся всё быстрее, быстрее, быстрее.

А потом — темнота.

***

Она проснулась от жажды.

Не просто жажды — голода. Животного, нечеловеческого, всепоглощающего. Она открыла глаза и увидела мир по-новому. Каждая тень, каждый блик света, каждый звук — всё было острым, ярким, настоящим.

Она чувствовала запахи. Дезинфекция, лекарства, страх. За дверью — сердцебиение. Кровь. Горячая, живая, сладкая.

Дверь открылась.

Медсестра. Женщина средних лет, с добрым лицом, с полными руками.

— Очнулась, милая? — спросила она, подходя ближе. — Как ты...

Шарлотта не дала ей договорить. Она сорвала капельницу, бросилась вперёд — и мир исчез.

Кровь. Горячая, солёная, сладкая. Жизнь, которая утекала сквозь пальцы. Шарлотта пила и не могла остановиться. Она чувствовала, как тело наполняется силой, как мышцы становятся стальными, как мир становится прозрачным и хрупким.

Когда она подняла голову, медсестра была мертва.

Шарлотта смотрела на свои руки. Кровь. Везде кровь. Она убила человека. Она убила и выпила её кровь.

— Нет, — прошептала она. — Нет, нет, нет...

Она отшатнулась, упала на кровать, вскочила. Нога — сломанная нога — больше не болела. Тело было лёгким, быстрым, нечеловеческим.

Она вампир. Она стала тем, кого всегда боялась.

В окне отражалось её лицо. Бледное, красивое, с горящими красными глазами. Родинка под левым глазом — всё та же. Но всё остальное изменилось.

Она услышала шаги в коридоре. Ещё люди. Ещё кровь. Она должна уйти. Должна скрыться. Должна...

Она почувствовала это. Способность. Новую, странную, пульсирующую где-то в глубине сознания. Превращение. Она может менять облик. Становиться кем угодно. Чем угодно.

Она выпрыгнула в окно.

***

Лес встретил её тишиной и запахами. Она бежала, не разбирая дороги, чувствуя, как ветер обжигает лицо. Она чувствовала всё — каждое дерево, каждого зверя, каждую каплю крови.

Жажда вернулась.

Она услышала его раньше, чем увидела. Мужчина. Один. В лесу. Далеко от города. Никто не услышит его крики.

Она не хотела. Она боролась. Но голод был сильнее.

Превращение пришло само. Тело сжалось, покрылось шерстью, изогнулось. Она бежала на четырёх лапах, огромная, серая, страшная. Волк.

Она догнала его за секунду.

Кровь. Снова кровь. Горячая, живая, сладкая. Она пила и не могла остановиться. А когда подняла голову — он был мёртв.

Она смотрела на тело, на свои окровавленные лапы, на лес, который качался и плыл перед глазами.

Превращение обратно пришло само. Она стояла на коленях, голая, в крови, и смотрела на свои руки.

— Что я сделала, — прошептала она. — Что я сделала...

Крик. Дикий, нечеловеческий, полный боли и отчаяния, разорвал тишину леса. Шарлотта кричала и не могла остановиться. Она убивала. Она убивала людей. Она стала чудовищем.

— Шарлотта!

Голос был чужим. Она подняла голову и увидела женщину. Молодая, с тёмными волосами, с лицом, изуродованным шрамами. В руках — плед.

— Меня зовут Эмили, — женщина подошла и накинула плед на её плечи. — Ты в безопасности.

— Я убила, — прошептала Шарлотта. — Я убила людей.

— Я знаю, — Эмили обняла её. — Но теперь ты в безопасности. Идём.

***

Дом Сэма Адли стоял на краю резервации. Шарлотту завели внутрь, усадили на диван, укутали в пледы. Она не чувствовала холода. Она не чувствовала ничего, кроме голода и стыда.

В комнате были они. Стая.

Сэм Адли — вожак, высокий, молчаливый, с глазами, которые видели всё. Лия Клируотер — злая, напряжённая, готовая к бою. Джейкоб Блэк — сжав кулаки. Пол и Джаред — те, кто говорил с ней в лесу. И Сет.

Сет стоял у стены, бледный, с красными глазами. Он смотрел на неё, и в его взгляде была боль. И любовь. И что-то ещё, чего она не могла прочитать.

— С ней надо что-то делать, — произнёс Сэм сурово, глядя на девушку. — Мы её не контролируем.

— И она себя, — голос Карлайла раздался от двери.

Шарлотта подняла голову. В дверях стояли Каллены. Все. Карлайл, Эсми, Эммет, Розали, Элис, Джаспер, Эдвард, Белла.

— Вы вернулись, — прошептала Шарлотта.

— Мы никогда не уходили, — Эсми бросилась к ней, обняла, прижала к себе. — Прости, что оставили. Прости, что не успели.

— Я убила, — Шарлотта смотрела на неё красными глазами. — Я убила медсестру. И мужчину в лесу. Я стала чудовищем.

— Нет, — Эсми покачала головой. — Ты стала вампиром. Это не одно и то же.

— Она права, — Карлайл подошёл и сел напротив. — Ты не выбирала это. Виктория сделала тебя оружием. Но ты не обязана им быть.

— А если я не смогу контролировать себя? — Шарлотта смотрела на него. — Если я снова убью?

— Мы поможем, — Карлайл взял её за руку. — Мы научим. Мы не оставим тебя.

— Она может остаться здесь, — сказал Сэм. — Пока не научится контролировать себя. Мы знаем, что такое быть чудовищем. Мы знаем, что такое бояться себя.

— Спасибо, — Карлайл кивнул.

— Но если она навредит кому-то из наших... — начал Сэм.

— Не навредит, — голос Сета разорвал тишину. Он оторвался от стены и подошёл к дивану. — Я буду рядом. Я не дам ей навредить.

— Сет... — начала Лия.

— Она моя наречённая, — он посмотрел на сестру. — Я не оставлю её.

Лия хотела возразить, но Сэм остановил её взглядом.

— Хорошо, — сказал вожак. — Она остаётся.

***

Когда Каллены ушли договариваться с Сэмом о деталях, Шарлотта осталась сидеть на диване, укутанная в пледы. Она смотрела на свои руки — белые, бледные, без единой царапины. Руки убийцы.

Сет сел рядом. Она не подняла головы.

— Шарлотта, — тихо сказал он.

— Не смотри на меня, — прошептала она. — Я чудовище.

— Ты не чудовище.

— Я убила людей. Я убила медсестру, которая ничего мне не сделала. Я убила мужчину, который просто гулял в лесу. Я пила их кровь.

— Ты не хотела.

— Это не оправдание, — она подняла на него красные глаза. — Я стала тем, кого мы ненавидели. Тем, кого вы убиваете.

— Ты стала вампиром, — он взял её руки в свои. — Но ты не изменилась. Ты всё та же Шарлотта, которая злилась на меня, когда я не отвечал на сообщения. Которая играла в футбол, как одержимая. Которая боялась принять запечатление, потому что хотела свободы.

— Та Шарлотта умерла, — она покачала головой.

— Нет, — он поднял руку и осторожно провёл пальцем по её щеке, стирая засохшую кровь. — Она здесь. Я вижу её.

Он стирал кровь с её лица медленно, бережно, как будто она была из стекла. Шарлотта смотрела на него и чувствовала, как внутри что-то тает.

— Ты не боишься меня? — спросила она.

— Боюсь, — честно сказал он. — Но не тебя. За тебя.

— Я не хочу быть чудовищем.

— Ты и не будешь, — он убрал руку. — Мы поможем. Все. Моя стая, твоя семья. Ты не одна.

Шарлотта смотрела на него долгим взглядом. Потом медленно опустила голову ему на плечо.

— Я устала, — прошептала она.

— Отдыхай, — он обнял её. — Я рядом.

Она закрыла глаза. Жажда всё ещё была где-то внутри, но здесь, в этом доме, среди этих людей, она чувствовала себя... в безопасности.

Она убивала. Она стала вампиром. Она изменилась навсегда.

Но она была не одна.

И, возможно, это было всё, что ей сейчас нужно.