Кровь и шерсть

Всё изменилось в одно утро.

Шарлотта проснулась от странного ощущения — в доме было тихо. Слишком тихо. Обычно Эсми гремела на кухне, Элис что-то напевала в своей комнате, Эммет и Розали переговаривались вполголоса. Сегодня же тишина стояла такая, что слышно было, как за окном падают капли дождя.

Она спустилась вниз и застала родителей в гостиной. Розали сидела на диване, обхватив себя руками, лицо её было бледнее обычного. Эммет стоял у окна, сжимая кулаки так, что костяшки побелели.

— Что случилось? — спросила Шарлотта, чувствуя, как внутри разрастается холодная тревога. — Где все?

Розали подняла на неё глаза — красные, будто она плакала. Но вампиры не плачут. Почти никогда.

— Эдвард ушёл, — тихо сказала она. — Они ушли. Все.

— Что значит «ушли»? — Шарлотта перевела взгляд с матери на отца. — Эммет?

Он повернулся к ней, и в его глазах она увидела ярость. Не на неё. На брата.

— Эдвард решил, что так будет лучше. Для Беллы. Чтобы её защитить. Он сказал ей... — он запнулся, и его голос стал жёстче. — Он сказал, что больше не любит её. Что им нужно расстаться.

— Что? — Шарлотта почувствовала, как земля уходит из-под ног. — Он не может... Он же любит её. Все видят, как он её любит.

— Именно поэтому он так и поступил, — голос Карлайла раздался с лестницы. Он спускался медленно, и даже его вечное спокойствие сегодня казалось натянутым, как струна. — Виктория, та вампирша, чьего спутника мы убили в Финиксе... она поклялась отомстить. Она охотится за Беллой. Эдвард считает, что пока Белла связана с нами, она в опасности. Что, если он уйдёт, Виктория потеряет к ней интерес.

— Это безумие! — выкрикнула Шарлотта. — Она любит его! Он не может просто взять и выбросить её из своей жизни, прикрываясь заботой!

— Он так решил, — тихо сказала Эсми, появляясь из кухни. Её лицо было печальным, но спокойным. — Мы пытались его отговорить. Но ты знаешь Эдварда. Когда он что-то вбил себе в голову...

— А как же Белла? — Шарлотта чувствовала, как гнев поднимается внутри. — Она осталась одна? Он просто бросил её? А если Виктория всё равно придёт?

— Мы уезжаем, — сказал Карлайл. — Все. Эдвард прав в одном: пока мы рядом, Виктория будет использовать Беллу, чтобы добраться до нас. Если мы исчезнем, она потеряет след.

— А я? — слова вырвались раньше, чем Шарлотта успела их обдумать.

Наступила тишина. Розали поднялась с дивана и подошла к ней, беря за руки.

— Ты остаёшься, радость моя.

— Что?

— Ты человек, Шарлотта, — голос Карлайла был мягким, но твёрдым. — Ты не можешь исчезнуть так же, как мы. У тебя есть школа, футбол, друзья. У тебя есть жизнь, которую мы не имеем права вырывать.

— Но вы... вы все уезжаете? — голос Шарлотты дрогнул. — И оставляете меня? А если Виктория... если она узнает про меня?

— Она не узнает, — твёрдо сказал Эммет. — Мы позаботимся об этом. Твоя связь с нами не так очевидна, как связь Беллы с Эдвардом. Виктория даже не знает о твоём существовании.

— Мы оставляем тебя с Чарли Своном, — сказала Розали, и в её глазах блеснули слёзы. — Мы всё устроили. Он согласился стать твоим временным опекуном. Скажешь в школе, что мы уехали по срочным семейным обстоятельствам. Чарли будет приглядывать за тобой.

— Но Белла... она же там живёт? — Шарлотта попыталась собрать мысли в кучу. — Я буду жить в их доме? Вместе с ней?

— Да, — кивнул Карлайл. — Чарли и Белла согласились. Они знают, что происходит. Белла знает о Виктории, знает, почему мы уезжаем. Она... приняла это решение. И приняла тебя.

Шарлотта почувствовала, как к горлу подступает комок. Белла, которая сама только что потеряла Эдварда, которая знает, что за ней охотится вампирша-мстительница, согласилась приютить её. Девушка с разбитым сердцем и мишенью на спине готова делить свою комнату с ней.

— Вы не можете! — Шарлотта вырвала руки из ладоней матери и отступила на шаг. — Вы не можете просто... уехать! Бросить меня! Как Эдвард бросил Беллу!

— Шарлотта, — Эммет подошёл к ней и положил руки ей на плечи. В его глазах стояла такая боль, что у неё перехватило дыхание. — Если бы я мог остаться... Если бы мы могли остаться... Ты же знаешь.

— Знаю что? Что вы вампиры? Что за Беллой охотится какая-то сумасшедшая? — она чувствовала, как слёзы жгут глаза, но отказывалась плакать. — Это не моя проблема! Я не хочу терять свою семью!

— Ты не теряешь нас, — Эсми подошла и обняла её со спины, прижимая к себе. Её объятия были прохладными, но такими родными. — Мы всегда будем твоей семьёй. Но сейчас мы должны уйти. Чтобы защитить тебя. Чтобы защитить Беллу. Чтобы наконец разобраться с Викторией.

— А если я не хочу, чтобы меня защищали? — прошептала Шарлотта.

— Тогда ты точно наша дочь, — усмехнулся Эммет, но улыбка вышла кривой. — Упрямая, как Розали. И бесстрашная, как я.

— Это не смешно, — всхлипнула она.

— Знаю, — он притянул её к себе, и она уткнулась лицом в его грудь. — Знаю, малышка.

***

Дом Чарли Свона был маленьким, тёплым и пах рыбой и кофе. Шарлотта стояла на пороге с рюкзаком за плечами, чувствуя себя чужой в этом пространстве, которое должно было стать её домом на неопределённое время.

Дверь открыла Белла.

Она выглядела ужасно. Глаза опухшие, красные, лицо бледное, волосы нечёсаные. На ней была старая футболка и джинсы, и вся она казалась такой хрупкой, что Шарлотте захотелось её обнять.

— Привет, — голос Беллы был тихим, осипшим от слёз. — Проходи.

— Белла... — Шарлотта шагнула внутрь, не зная, что сказать. — Ты как?

— Отлично, — Белла криво усмехнулась. — Просто... замечательно. Монстр-вампирша хочет меня убить, парень бросил, сказав, что больше не любит, а теперь я ещё и принимаю беженцев.

— Я не...

— Шучу, — Белла вздохнула и, сделав шаг вперёд, обняла её. — Прости. Я просто... злая. Не на тебя. На него. На всех.

Шарлотта замерла на секунду, а потом обняла её в ответ. Белла пахла дождём и чем-то ещё — грустью, наверное.

— Я тоже злая, — призналась Шарлотта. — На них. На всех.

Они стояли так несколько секунд, две девушки, которых бросили. Одну — парень, сказав, что больше не любит, и оставив с вампиршей-убийцей на хвосте. Другую — вся семья, чтобы защитить.

— Идём, — Белла отстранилась первой, вытирая глаза. — Покажу нашу комнату.

– Нашу?

– Ага, – улыбнулась Свон.

Она повела Шарлотту наверх и открыла дверь в небольшую спальню с аккуратно застеленной кроватью, стопкой книг на тумбочке и видавшим виды креслом в углу.

— Это моя комната, — сказала Белла. — Отец подготовил.

— Белла, — перебила её Шарлотта. — Ты уверена, что я не буду тебе мешать? Я могу...

— Ты не будешь мешать, — Белла села на край кровати и похлопала рядом. — Присядь. Расскажи мне что-нибудь. Про что угодно. Про футбол. Про этого парня, который бесит тебя на поле. Про что угодно, только не про него.

Шарлотта села рядом, чувствуя, как пружины старой кровати скрипят под тяжестью.

— Откуда ты знаешь, что меня кто-то бесит на поле? — осторожно спросила она.

— Я видела матч, — Белла пожала плечами. — Ты смотрела на одного игрока из команды квилетов так, будто хотела его испепелить. А он на тебя — так, будто хотел... ну, не знаю. Привлечь внимание.

— Он меня бесит, — буркнула Шарлотта, чувствуя, как щёки начинают розоветь. — Просто... бесит. И всё.

— Конечно, — Белла улыбнулась, и в этой улыбке впервые за весь день не было горечи. — Я ничего не говорю. Просто констатирую факт.

— Белла!

— Ладно-ладно, — Белла подняла руки в примирительном жесте. — Не буду тебя смущать. Но если этот парень будет слишком настойчив, ты мне скажешь. Чарли — шеф полиции. У него есть наручники.

Шарлотта не удержалась и рассмеялась. По-настоящему, от души, забыв на секунду, что её семья уехала, а Белла потеряла любовь и скрывается от вампирши-убийцы.

— Обещаю, — сказала она.

— Тогда идём вниз, — Белла встала и потянула её за руку. — Я сделаю чай. И, Шарлотта?

— Да?

— Спасибо, что приехала. Мне было... одиноко. И страшно, если честно. Виктория... она где-то там, и я не знаю, когда она появится. А теперь я буду не одна.

Шарлотта посмотрела на неё и почувствовала, как что-то сжимается в груди.

— Мы справимся, — сказала она твёрдо. — С этой Викторией. С чем угодно. Вместе.

Белла кивнула, и в её глазах блеснули слёзы, но она улыбнулась.

***

Они пили чай на кухне, и Белла рассказывала про школу, про книги, которые она любит, про то, как Чарли пытается готовить и почему это всегда заканчивается пожаром. Шарлотта слушала, смеялась в нужных местах, но краем глаза поглядывала на телефон.

Сет не писал. И это было странно. Обычно он находил повод для колкости каждый вечер.

— Ты ждёшь сообщение? — спросила Белла, заметив её взгляд.

— Нет, — слишком быстро ответила Шарлотта. — Просто... привыкла, что телефон всегда откликается на сообщения. А сегодня тихо.

— Может, он не знает, что написать, — предположила Белла. — Или боится показаться навязчивым.

— Кто? — Шарлотта покраснела. — Никто ничего не боится. И вообще, это просто соперник. Мы обмениваемся колкостями, и всё.

— Конечно, — Белла отпила чай. — Тогда почему ты проверяешь телефон каждые пять минут?

— Я не...

В этот момент телефон завибрировал.

Шарлотта схватила его так быстро, что Белла не удержалась от смеха.

На экране высветилось сообщение от Сета.

«Каллен, слышал, что в Форксе творится какая-то драма. Твоя семейка сбежала? Или ты тоже исчезла в неизвестном направлении? Просто интересно, будет ли у меня вообще соперник в плей-офф или мне искать кого-то посложнее».

Шарлотта невольно улыбнулась.

— Он пишет? — спросила Белла, наклоняясь, чтобы заглянуть в экран.

— Белла!

— Ладно-ладно, — Белла отодвинулась, но её глаза блестели от любопытства. — Что он написал?

— Спрашивает, не исчезла ли я, — Шарлотта набрала ответ, чувствуя, как уголки губ ползут вверх. — Говорит, что если я не вернусь, ему будет некого побеждать в плей-офф.

«Не дождешься, Клируотер. Я всё ещё здесь. И в плей-офф я лично прослежу, чтобы ты ушёл с поля с самым жалким видом в твоей жизни».

Ответ пришёл через минуту.

«Ого, кто-то сегодня злой. Ладно, Каллен, не буду лезть. Но если тебе нужно... ну, не знаю, выплеснуть агрессию на ком-то, кто не обидится, я могу приехать. Погоняем мяч. Бесплатно. Как дружеская услуга. Шучу, конечно. Или нет?»

Шарлотта закусила губу. Белла смотрела на неё с выражением, которое трудно было описать иначе как «сестринское злорадство».

— Он предлагает встретиться? — спросила Белла.

— Он предлагает погонять мяч, — поправила Шарлотта. — Это другое.

— Конечно, — Белла допила чай. — Прямо сейчас, в десять вечера, на пустом поле? Это звучит как свидание.

— Это не свидание! — возмутилась Шарлотта, но уже набирала ответ.

«Ты идиот, Клируотер».

«Согласен. Так что насчёт мяча?»

Она посмотрела на Беллу. Та пожала плечами.

— Иди. Только будь осторожна. Виктория... она где-то там.

— Я буду на школьном поле, — Шарлотта встала, натягивая куртку. — Там светло, там фонари. Я в безопасности.

— А если этот парень окажется маньяком?

— Белла, — Шарлотта усмехнулась. — Он мой соперник по футболу. Самый большой маньяк, которого я от него жду — это что он попытается выучить мои слабые места перед плей-офф.

— Тогда передай ему, что если он сделает что-то не так, Чарли — шеф полиции, — Белла встала и взяла её за руку. — И я не постесняюсь ему позвонить.

— Обещаю, — Шарлотта чмокнула её в щёку, чем вызвала у Беллы удивлённый смех. — Я скоро.

— Не спеши, — Белла улыбнулась. — И... передай ему, что я за ним слежу.

— Белла!

— Шучу. Иди уже.

***

Футбольное поле Форкса было пустым и тёмным. Дождь только что закончился, и газон блестел в свете фонарей, отражая лужи. Шарлотта стояла у кромки поля, чувствуя, как холодный ветер треплет её волосы.

Она оглянулась на лес, темнеющий за школой. Где-то там, возможно, бродила Виктория. Вампирша, которая поклялась убить Беллу в отместку за смерть своего спутника. Шарлотта передёрнула плечами. Она не боялась вампиров — она выросла среди них. Но она боялась за Беллу.

— Долго будешь стоять? — голос Сета раздался из темноты.

Он появился через десять минут, вынырнув из темноты с мячом под мышкой. Сет Клируотер был в старой растянутой футболке и джинсах, и выглядел так, будто только что соскочил с велосипеда.

— Ты пришла, — сказал он, остановившись в паре метров. В его голосе не было насмешки. Только удивление.

— Я сказала, что приду, — ответила Шарлотта, скрещивая руки на груди. — Или ты думал, я струшу?

— Я думал, ты решишь, что это глупая идея, — он бросил мяч на газон, и тот мягко подпрыгнул. — Потому что это глупая идея.

— Самая глупая, — согласилась она.

Они смотрели друг на друга через мяч. Свет фонарей падал на его лицо, высвечивая тени под глазами, и Шарлотта вдруг подумала, что он выглядит уставшим. Не так, как она — опустошённой и потерянной. А просто уставшим. Как будто его тоже что-то грызло изнутри.

— Давай, Каллен, — он отбил мяч ей. — Покажи, на что способна без своей идеальной команды.

Она приняла мяч, чувствуя, как привычная тяжесть успокаивает. Футбол был понятным. В футболе были правила, цели, победы и поражения. В футболе не было слов «больше не люблю», «мы должны уехать» и «за Беллой охотится вампирша-убийца».

Она двинулась вперёд, ведя мяч, и Сет пошёл в отбор.

Они играли молча. Без судьи, без зрителей, без правил. Просто мяч и двое. Сет не щадил её, и она не щадила его. Жёсткие стыки, скользкий газон, сбитое дыхание — всё это было лучше, чем сидеть в пустой комнате и думать о том, что её семья уехала навсегда, а Белла осталась одна с монстром на хвосте.

— Ты сегодня злая, — сказал Сет, когда она в очередной раз прошла его, ударив по воротам. Мяч пролетел мимо, но близко.

— Я всегда злая, — ответила она, тяжело дыша.

— Нет, — он подобрал мяч и встал напротив. — Обычно ты холодная. А сегодня — злая. Разница есть.

— Какая тебе разница?

— Никакой, — он пожал плечами. — Просто интересно, что случилось. Твоя семья уехала. Я слышал. И Белла Свон... её парень тоже. Ваша семейка просто исчезла. Говорят, какая-то опасность. Что-то связанное с тем пожаром в Финиксе в прошлом году.

Шарлотта напряглась. Слухи доходят даже до резервации.

— Моя семейка, — сказала она, стараясь говорить ровно, — уехала по делам. А Белла... это её личное.

— Ладно, — он кивнул, не настаивая. — Тогда давай продолжим. Но предупреждаю: если ты меня сегодня покалечишь, Лия убьёт тебя раньше, чем я успею восстановиться.

— Твоя сестра меня не пугает, — фыркнула Шарлотта.

— А я не говорил, что пугает. Я говорю, что она убьёт тебя. Это факт, а не угроза.

Шарлотта не удержалась и усмехнулась. Наверное, впервые за этот день.

Они играли ещё полчаса. Сет пару раз прошёл её, она — его. Счёт не вели, но Шарлотта мысленно отмечала каждую ошибку, каждый неудачный финт. Это отвлекало. Помогало не думать.

Когда они наконец остановились, оба тяжело дышали, сидя на мокрой траве.

— Ты так и не рассказала, что случилось, — сказал Сет, глядя на небо, где сквозь тучи пробивались звёзды.

— А ты и не спрашивал.

— Я спросил. Ты не ответила.

Шарлотта помолчала. Вода от газона пропитала джинсы, холод пробирался под куртку, но ей было всё равно.

— Эдвард, мой брат... ну, парень Беллы, — поправилась она. — Он уехал. Сказал, что больше не любит её. Что им нужно расстаться.

— Жестоко, — заметил Сет.

— Он считает, что так будет лучше. Для неё. Чтобы защитить.

— Защитить от чего?

Шарлотта замолчала. Она не могла рассказать ему правду. Не могла сказать, что Эдвард — вампир, что за Беллой охотится Виктория, что вся её семья — бессмертные существа, которые уехали, чтобы спасти человеческую девушку от себя.

— От всего, — сказала она наконец. — Он считает, что без него ей будет безопаснее.

— Идиот, — выдохнул Сет.

Шарлотта удивлённо посмотрела на него.

— Если ты любишь кого-то, ты не уходишь, — продолжил он, глядя в небо. — Ты остаёшься. Даже если это опасно. Даже если это больно. Ты остаёшься и дерёшься. А не сбегаешь, прикрываясь благородством.

— Откуда ты знаешь? — тихо спросила она.

— Потому что моя мама так и сделала, — он усмехнулся, но в усмешке не было веселья. — Когда у нас были тяжёлые времена, она могла уйти. Могла сказать, что с неё хватит. Но она осталась. Потому что мы — семья. И семью не бросают.

— Твоя мама... она хороший человек, — сказала Шарлотта.

— Она лучшая, — согласился Сет. Он повернул голову и посмотрел на неё. В темноте его глаза казались почти чёрными. — А твоя семья... они вернутся?

— Не знаю, — честно ответила Шарлотта. — Надеюсь.

— Тогда будем надеяться вместе, — он поднялся на ноги и протянул ей руку. — Идём, Каллен. Холодно. Ещё простудишься перед плей-офф, и мне будет неинтересно побеждать.

Она взяла его руку, и он помог ей встать. Его ладонь была тёплой даже сквозь холод.

— Ты всё ещё думаешь, что победишь? — спросила она, поднимая с земли мяч.

— Уверен, — он забрал у неё мяч. — Но если ты будешь играть так же зло, как сегодня, у меня будут проблемы.

— Хорошо, — сказала Шарлотта, и в её голосе впервые за день появилась твёрдость. — Значит, я буду играть зло.

Сет усмехнулся и покачал головой.

— Ты ненормальная, Каллен.

— Я знаю.

Они стояли на пустом поле, мокрые, уставшие, и смотрели друг на друга. Шарлотта чувствовала, как внутри постепенно отпускает. Не до конца — боль от расставания с семьёй никуда не делась, страх за Беллу всё ещё сидел в груди. Но рядом с этим парнем, который должен был быть её врагом, она чувствовала себя... не одной.

— Спокойной ночи, Клируотер, — сказала она.

— Спокойной ночи, Каллен, — ответил он. — И... если тебе станет тяжело, ты знаешь, где меня найти. В резервации. Или на поле. Я всегда готов погонять мяч с тем, кто может дать мне хороший отпор.

— Считаешь, что я могу дать тебе отпор?

— Я считаю, что ты единственный человек, который меня бесит достаточно, чтобы я выкладывался на полную, — он улыбнулся, и в этой улыбке было что-то тёплое, несмотря на язвительность. — А это дорогого стоит.

Она не нашлась, что ответить. Просто кивнула и, развернувшись, пошла к выходу с поля.

Она не оборачивалась. Но чувствовала его взгляд на своей спине до тех пор, пока не скрылась за поворотом.

***

Когда Шарлотта вернулась в дом Чарли, она была мокрой, грязной и вымотанной до предела. Она сняла куртку, бросила её на вешалку и поднялась наверх.

Белла сидела на кровати в своей комнате, обложившись подушками, и держала в руках кружку с уже остывшим чаем. При виде Шарлотты она подняла бровь.

— Ты выглядишь так, будто участвовала в грязевом чемпионате.

— Мы просто... играли в футбол, — Шарлотта скинула кроссовки и стянула мокрую футболку, оставшись в спортивном топе. — На мокром поле.

— Мы? — Белла отложила кружку. — Значит, всё-таки к нему?

— Белла...

— Ладно-ладно, — Белла пододвинулась, освобождая место на кровати. — Иди в душ, переоденься и давай спать. Завтра рано вставать.

— Ты не будешь меня допрашивать? — удивилась Шарлотта.

— Буду, — Белла улыбнулась. — Завтра. Сейчас я слишком устала, чтобы даже думать. Иди уже.

Шарлотта послушно кивнула и направилась в ванную. Когда она вернулась, чистая и в запасной пижаме Беллы (которая оказалась немного великовата), свет уже был выключен, и Белла лежала на своей половине кровати, глядя в потолок.

— Ложись, — сказала она тихо. — Чай остыл, но я оставила печенье. На тумбочке.

Шарлотта забралась под одеяло. Кровать была тёплой, пахло лавандой и чем-то ещё — Беллой, наверное. Это было странно — спать в чужой постели, в чужом доме, без своей семьи, зная, что где-то в лесу бродит вампирша, жаждущая крови девушки, которая лежит рядом.

— Белла? — прошептала она в темноту.

— Мм?

— Тебе не кажется, что они поступили неправильно? Эдвард... мои родители... Они уехали, потому что думали, что так будет лучше. Но мне не лучше. И тебе, наверное, тоже. А Виктория... она всё ещё там.

Белла молчала долго. Шарлотта уже думала, что она уснула, когда её голос раздался снова — тихий, почти неслышный.

— Я злюсь на него. Очень злюсь. Но я понимаю, почему он это сделал. Он думает, что защищает меня. Может, он прав. Может, без него Виктория действительно потеряет интерес.

— А если нет? — спросила Шарлотта. — Если она всё равно придёт?

— Тогда я буду готова, — Белла повернулась на бок, и в лунном свете Шарлотта увидела её лицо. Оно было серьёзным, почти спокойным. — Я не собираюсь сдаваться. Я буду ждать Эдварда. И буду защищать себя. И тебя.

— Меня?

— Ты теперь моя семья, Шарлотта, — Белла улыбнулась. — А свою семью я защищаю. Даже если для этого придётся научиться обращаться с пистолетом. Чарли обещал научить.

Шарлотта посмотрела на неё и почувствовала, как к горлу подступает комок. Эта девушка, которую бросил любимый, за которой охотится вампирша, нашла в себе силы улыбаться и обещать защиту.

— Ты невероятная, Белла, — сказала она.

— Нет, — Белла покачала головой. — Я просто упрямая. Как и ты. А теперь спи. Завтра будет новый день.

Шарлотта кивнула и закрыла глаза.

Телефон на тумбочке тихо пиликнул.

Сет: «Ты добралась?»

Она нашарила телефон в темноте и набрала: «Да. Спи, Клируотер. Завтра рано вставать».

«Я всегда рано встаю. А ты отдыхай. Завтра у тебя тренировка, если не ошибаюсь. Не смей опаздывать».

«Я никогда не опаздываю».

«Знаю. Поэтому ты меня и бесишь. Спокойной ночи, Каллен».

«Спокойной ночи, Клируотер. И... спасибо. За игру».

Она отправила сообщение и положила телефон на тумбочку.

— Это он? — тихо спросила Белла, не открывая глаз.

— Да, — Шарлотта улыбнулась в темноту. — Просто... проверяет, добралась ли я.

— Мило, — Белла зевнула. — Он тебе нравится.

— Белла!

— Спи, Шарлотта, — Белла потянулась и накрыла её одеялом. — Завтра расскажешь всё в деталях.

Шарлотта хотела возразить, но Белла уже тихо посапывала рядом. Она усмехнулась, закрыла глаза и, чувствуя тепло чужого плеча рядом, провалилась в сон.

За окном шёл дождь. В доме было тихо. Рядом спала девушка, которая потеряла любовь, но нашла в себе силы приютить её. А в телефоне остались сообщения от парня, который должен был быть её врагом, но почему-то оказался рядом, когда она больше всего нуждалась в поддержке.

Ничья на табло осталась в прошлом. Игра продолжалась. И Шарлотта, которая привыкла всё контролировать, начинала понимать, что иногда самые важные матчи происходят не там, где есть судьи и зрители.

А там, где есть только двое. И мяч.