Глава 11: Библиотека теней
Лила нашла библиотеку на третьем этаже.
Это была огромная комната, заставленная стеллажами от пола до потолка. Тысячи книг — на латыни, греческом, древнеславянском, арабском. Я собирал их веками, тащил в это убежище из разных стран, разных эпох.
Лила ахнула, когда вошла.
— Боже мой... здесь же целая история!
Она бродила между стеллажами, касалась корешков, читала названия. Потом остановилась у одного шкафа, за стеклом которого лежали особенно старые фолианты.
— Что это?
Я не мог ответить — я спал внизу, в камере без окон. Но Кай, который тоже искал убежища от солнца, нашел её раньше.
— Древние манускрипты, — сказал он, появляясь в дверях. — Дэймон коллекционирует редкости.
Лила вздрогнула, но не испугалась.
— Ты не спишь?
— Не могу, — Кай пожал плечами. — Солнце высоко, здесь темно, но я всё равно чувствую его. В старых замках окна маленькие, света мало. Я могу бодрствовать.
— Расскажи мне о книгах.
Кай подошел, встал рядом. От него пахло землей и древностью.
— Здесь есть всё, — сказал он. — История вампиров, история людей, магические трактаты. Вон там, — он указал на верхнюю полку, — лежит книга, написанная самим Владиславом. Дэймон выкрал её лет двести назад.
— Что в ней?
— Не знаю. Я не читал. Но говорят, там описан ритуал обретения истинного бессмертия.
Лила посмотрела на книгу. Старый переплет из кожи, металлические застежки, покрытые патиной.
— Достань, — попросила она.
Кай усмехнулся.
— Смелая. А если там проклятие?
— Если Владислав хочет меня убить, ему не нужна книга. Он просто сделает это.
Кай пожал плечами, легко достал фолиант с верхней полки. Положил на старый дубовый стол.
— Открывай.
Лила осторожно отстегнула застежки. Книга открылась со вздохом — пахнуло древностью, пылью и чем-то сладковатым.
Страницы были исписаны от руки — красивым, витиеватым почерком. Иллюстрации, схемы, символы.
— Это на каком языке? — спросила Лила.
— Древнецерковнославянский с примесью латыни, — ответил Кай. — Я понимаю немного. Вот здесь, — он ткнул пальцем, — говорится о "крови избранных". И о "вратах вечности".
— Где ключ?
— Не написано. Только что ключ — живой. Человек с особой кровью.
Лила перевернула страницу и замерла.
Там был портрет. Женщина с длинными темными волосами, большими глазами, тонкими чертами лица. Она смотрела с пожелтевшей страницы, и в её взгляде было что-то... знакомое.
— Это я? — прошептала Лила.
— Похожа, — согласился Кай. — Но это написано лет пятьсот назад. Наверное, твоя прародительница.
Под портретом была надпись: "Анастасия Влаткович, последняя из чистых. Её кровь откроет путь. Её смерть даст жизнь. Ищи ту, что явится в час великой нужды, когда луна окрасится кровью".
— Час великой нужды, — повторила Лила. — Полнолуние. Когда напал Владислав, была полная луна.
— Да, — кивнул Кай. — Он ждал этого часа.
Они смотрели на портрет, и в комнате сгущалась тишина.
— Кай, — спросила Лила вдруг. — А если я соглашусь дать тебе крови? Не много, каплю. Что ты почувствуешь?
Он посмотрел на неё долгим взглядом.
— Не знаю. Никто из нас не пробовал крови Влатковичей со времен средневековья. Говорят, это похоже на возвращение домой.
— Ты хочешь этого?
— Хочу, — честно ответил Кай. — Но не возьму без твоего согласия. Я не Владислав.
Лила кивнула.
— Вечером. Когда Дэймон проснется. Я хочу, чтобы он был рядом.
— Боишься меня?
— Доверяю ему больше.
Кай усмехнулся — без злости, с уважением.
— Умная девочка. Правильно делаешь.
Вечером, когда солнце село, я поднялся в библиотеку. Увидел их — сидящих за столом, над открытой книгой. Лил и Кая. Рядом. Слишком близко.
Ревность кольнула, но я подавил её.
— Нашли что-то?
Лила повернулась. В её глазах горел тот огонь, который я уже видел — огонь исследователя, воина, наследницы древнего рода.
— Да, — сказала она. — И я приняла решение.
— Какое?
— Я дам Каю попробовать мою кровь. Сегодня. Здесь. При тебе.
Я замер.
— Ты уверена?
— Да. Если мы хотим победить Владислава, нам нужно знать, на что способна моя кровь. И Кай должен стать сильнее. Или... человечнее.
Я посмотрел на Кая. Он сидел спокойно, без обычной насмешки.
— Клянусь, — сказал он тихо. — Я не сделаю ей больно. И не возьму больше, чем она даст.
Я кивнул. Выбора всё равно не было.
Лила села удобнее, откинула волосы, открывая шею.
— Давай, — сказала она Каю. — Только аккуратно.
Кай подошел медленно, как к святыне. Опустился на колени перед её креслом. Посмотрел на меня — я стоял рядом, готовый вмешаться в любую секунду.
— Спасибо, — прошептал он. И приник к её шее.
Лила вздрогнула, но не закричала. Я видел, как напряглись её плечи, как побелели костяшки пальцев, вцепившихся в подлокотники. И видел, как меняется лицо Кая.
Сначала — блаженство. Чистое, детское, почти невинное. Потом — удивление. Потом — боль. Он оторвался от её шеи, отшатнулся.
— Что... — выдохнул он.
— Что ты чувствуешь? — спросила Лила.
Кай смотрел на неё. В его глазах стояли слезы. Слезы — у вампира, который не плакал пятьсот лет.
— Я чувствую, — прошептал он. — Всё. Твою боль, твою радость, твои страхи. Я чувствую, как бьется твое сердце. Как кровь бежит по жилам. Я... я живой.
Он упал на колени и разрыдался.
Я смотрел на это и не верил своим глазам. Кай — самоуверенный, циничный, жестокий Кай — плакал, как ребенок, уткнувшись лицом в ладони.
Лила встала, подошла к нему. Обняла за плечи.
— Тише, — сказала она. — Всё хорошо.
— Я забыл, — бормотал он. — Забыл, каково это — чувствовать. Пятьсот лет пустоты. И вдруг... ты.
Он поднял на неё глаза — красные, мокрые, живые.
— Я не отдам тебя Владиславу, — сказал он твердо. — Даже если придется умереть.
Я стоял и смотрел. И понимал, что теперь у нас действительно есть союзник. Самый неожиданный, самый опасный, самый преданный.
Кай полюбил её. Так же, как я.
И это меняло всё.