Неразрывный контур
Утро ворвалось в спальню мягким золотистым светом, но Джисону казалось, что он всё еще зажат в тисках — теплых, пахнущих хвоей и кожей. Прошло всего несколько часов с того момента, как они уснули, но Минхо, кажется, даже во сне контролировал каждое микродвижение своего ведьмака.
— Ли... ну серьезно, — пробормотал Джисон, пытаясь высвободить руку. — Я затек. Отпусти хоть на миллиметр.
В ответ послышалось лишь низкое, недовольное рычание. Минхо приоткрыл один глаз — мутный, сонный, но всё еще транслирующий одну-единственную мысль: «Ты мой». Его руки на талии Джисона не просто лежали, они словно вросли в него.
— Куда ты собрался? — прохрипел вампир, сильнее притягивая Джисона спиной к своей груди. — Солнце еще слишком высоко. Спи.
— Я голодный, Минхо! И мне нужно умыться, — Джисон честно попытался разжать пальцы альфы, но с тем же успехом мог бы пытаться сдвинуть бетонную плиту. — Ты меня так задушишь.
— Не задушу, — отрезал Минхо.
Он нехотя сел на кровати, но руки с талии Хана так и не убрал. В итоге Джисону пришлось сесть вместе с ним, оказавшись в плотном кольце чужих рук. Минхо уткнулся подбородком в его плечо, закрыв глаза и просто впитывая кожей магический фон Джисона, который после ночи наконец-то стал ровным и спокойным.
— Ты теперь всегда так будешь? — Джисон вздохнул, накрывая ладони вампира своими. — Как приклеенный?
— Пока не буду уверен, что ты не исчезнешь, стоит мне моргнуть, — честно признался Минхо. Его голос вибрировал прямо в позвоночник Джисона. — Я чуть с ума не сошел за ту неделю, Хан. Больше никакой дистанции. Никогда.
Джисон почувствовал, как к горлу снова подкатывает комок нежности. Вся та злость, все обиды окончательно растворились в этом утреннем тепле. Он повернул голову, целуя Минхо в кончик носа.
— Ладно, собственник. Пошли на кухню. Но предупреждаю: если ты будешь так же держать меня за талию, пока я режу хлеб, мы останемся без завтрака и, возможно, без моих пальцев.
Минхо лишь хмыкнул, но хватку не ослабил. Когда они встали, он пошел следом, буквально наступая Джисону на пятки, сохраняя этот живой замок на его талии. Это выглядело нелепо и чертовски мило одновременно: сильный, опасный вампир-альфа, который ведет себя как преданный пес, боящийся потерять своего хозяина из виду.
На кухне Минхо так и остался стоять за спиной Джисона, пока тот пытался одной рукой налить воду в чайник.
— Знаешь, — прошептал Джисон, откидывая голову на плечо Минхо. — Я, кажется, тоже по тебе скучал. Даже по этому твоему невыносимому характеру.
— Я знаю, — самодовольно отозвался вампир, целуя его в макушку. — Поэтому ты никуда и не уйдешь.