Жажда..

Я выхожу из комнаты, рассчитывая поймать Джейдена в коридоре. Но там никого нет. Впрочем, он не мог уйти далеко, и я спешу к главной лестнице. Ведь мне известно, где расположены его комнаты, даже если там все еще находится бригада уборщиков.

В конце концов я нахожу его на лестнице, по которой он поднимается, перешагивая через три ступеньки. Однако он тут не один - рядом с ним поднимаются Энтони и Джош, и все они, похоже, очень спешат.

Вероятно, мне следовало бы им не мешать, но это он приходил в мою комнату, а не наоборот. А значит, он хотел меня видеть.

Эта мысль и побуждает меня позвать его.

Он останавливается как вкопанный. Останавливаются они все и смотрят на меня одинаковыми пустыми глазами. Секунду я любуюсь всей этой мужской красотой, пока Джейден опять не начинает торопливо подниматься по ступенькам.

Энтони и Джош еще секунду глядят на меня с этим их бесстрастным видом, который я терпеть не могу, затем едва заметно машут мне руками - притом Джош еще и поднимает большой палец - и, повернувшись, бегут вниз.

- Что ты тут делаешь? - резко спрашивает Джейден и внезапно оказывается прямо передо мной. Из них троих только его лицо не бесстрастно - на нем написаны огорчение и отвращение к самому себе, и от пылающего взгляда его темных глаз меня пробирает дрожь.

- Авани сказала, что ты искал меня.

- Я не искал тебя. Я приходил, чтобы удостовериться, что ты в порядке.

Я развожу руками и самоуничижительно пожимаю плечами:

- Что ж, как видишь, со мной все хорошо.

Он фыркает:

- Это как посмотреть.

- Что ты имеешь в виду?

- А то, что вид у тебя такой, словно ты вот-вот упадешь. Не понимаю, что ты себе надумала, отправившись бродить по коридорам после того, как едва не истекла кровью. Возвращайся в кровать.

- Я не хочу возвращаться в кровать. Я хочу поговорить с тобой о том, что произошло.

Теперь его лицо не выражает ничего, абсолютно ничего. Тот Джейден, с которым я наблюдала метеоритный дождь, исчез без следа. Как и тот, который целовал меня так, что у меня подгибались колени, а сердце едва не разорвалось.

Сейчас он кажется мне чужаком. Холодным бесчувственным чужаком, который намерен игнорировать меня. Но он все же отвечает:

- Ты пострадала - вот что произошло.

- Произошло не только это. - Я протягиваю руку, желая коснуться его, но он отступает в сторону прежде, чем мои пальцы успевают дотронуться до его рубашки.

- Из всего, что происходило, только это и имеет значение.

У меня падает сердце. Выходит, для него не имеет значения и наш поцелуй.

Я молчу, не зная, что сказать. Затем задаю тот единственный вопрос, который не переставал жечь меня изнутри с тех самых пор, как я пришла в себя:

- Ты в порядке?

- Беспокоиться надо отнюдь не обо мне.

- Но я беспокоюсь о тебе. - Это еще то признание, тем более сейчас, когда он так пытается положить конец всему, что было между нами, но ведь это чистая правда. - Ты выглядишь...

Его взгляд встречается с моим.

- Как?

- Не знаю. - Я пожимаю плечами. - Так, будто у тебя не все хорошо.

Он отводит глаза:

- У меня все нормально.

- Понятно. - Очевидно, что сейчас ему не хочется со мной говорить, и я делаю шаг назад. - Думаю, я...

- Прости меня. - Эти слова звучат так, будто их вырвали у него клещами.

- За что? - Его извинение ошеломляет меня.

- Я не уберег тебя.

- От землетрясения?

На миг его глаза снова встречаются с моими, и в них что-то мелькает. Что-то мощное, ужасное и всепоглощающее. Но, что бы это ни было, оно тут же исчезает, и его взгляд вновь перестает что-либо выражать.

- Много от чего.

- Насколько я понимаю, ты спас мне жизнь.

Он фыркает:

- То-то и оно,ты мало что понимаешь. А потому тебе надо вернуться в свою комнату и забыть обо всем, что было.

- Забыть о землетрясении? - спрашиваю я. - Или о том, как ты меня поцеловал?

Не знаю, как мне хватило смелости заговорить об этом... наверное, правда состоит в том, что мною руководит сейчас не смелость, а отчаяние. Мне необходимо узнать, что он думает и почему.

- Забудь вообще обо всем, - отвечает он.

- Ты же знаешь, что этого не будет. - Я снова протягиваю к нему руку, и на сей раз он не отшатывается. А просто смотрит, как я кладу ладонь ему на плечо, надеясь, что этот жест напомнит Джейдену, каково это - прикасаться ко мне. Надеясь, что это сломает барьеры, которые он воздвиг между мною и собой.

- Ты должна забыть. Ты понятия не имеешь, что мы только что сделали.

- Мы поцеловались, Джейден. Больше мы не делали ничего. - Это было незабываемо, так мне кажется и теперь, но, по большому счету, это и в самом деле был всего лишь поцелуй.

- Я же тебе говорил, что здесь все обстоит по-другому. - Он сокрушенно ерошит пальцами свои волосы. - Неужели тебе непонятно? С самого своего приезда сюда ты была всего лишь пешкой, которую двигают по по шахматной доске, чтобы получить желаемый результат. Но теперь... теперь мы повысили ставки. И это уже не игра.

- Значит, для тебя это было игрой?

- Ты меня не слушаешь. - Его глаза горят как угли от желания сдержать чувства, природа которых мне совершенно не ясна; как бы я ни пыталась, я ничего не могу понять. - С того момента, как я тебя поцеловал, с того момента, как ты пострадала, все изменилось. Тебе и раньше грозила опасность, но теперь...

Он замолкает, зубы его стиснуты, горло напряжено.

- Теперь я, можно сказать, намалевал на твоей спине мишень и пригласил всех желающих попытаться попасть в нее.

- Я не понимаю. Ты ничего не делал.

- Я все испортил. - Он делает шаг, быстрый, как одна из тех падающих звезд, и его лицо оказывается рядом с моим. - Послушай: тебе надо держаться подальше от меня, а мне от тебя.

От его слов меня пробирает холод, во рту пересыхает, а на ладонях выступает пот.

Но я все равно не в силах уйти.

- Джейден, пожалуйста. Ты несешь какую-то чушь.

- Это потому, что ты не хочешь понять. - Он отходит назад. - Мне нужно идти.

Эти слова повисают между нами - темные, мрачные, - но он так и не уходит. А просто стоит на месте и смотрит на меня глазами, полными муки.

И тогда я делаю шаг вперёд, так что наши тела соприкасаются, пусть и едва-едва.

Это не бог весть что, но и этого достаточно, чтобы меня снова пронизал жар, чтобы я снова ощутила удар током.

- Джейден, - шепчу я, потому что мои голосовые связки отказываются работать. Он не отвечает, но и не отодвигается.

Одну секунду, две он просто стоит, неотрывно глядя мне в глаза, и его тело касается моего.

Я снова шепчу его имя и вижу, что он начинает колебаться, чувствую, как его тело приникает к моему.

Но затем он вдруг отшатывается, и грубый голос режет меня, словно разбитое стекло:

- Держись подальше от меня, Ханна. - Он отворачивается, бежит, разом перескакивая через три ступеньки, и не останавливается, пока не добегает до лестничной площадки, находящейся футах в десяти внизу. - Только так ты сможешь выйти из этой школы живой.

- Это что, угроза? - потрясенно спрашиваю я.

- Угрожать - это не мое. - Эти его слова звучат как «мне просто нет нужды угрожать».

Прежде чем я успеваю что-то ответить, он кладет руки на чугунные перила и перемахивает через них. Я сдавленно вскрикиваю, бросаюсь к краю лестницы и смотрю вниз, боясь увидеть там его разбившееся тело. Но он не только не лежит бездыханный тремя этажами ниже - нет, его не видно вообще. Он исчез, растаял, как дым.

___________________________________________

🖤🖤🖤