12.
боль в плече пульсировала, как живое существо. Феликс махнул катаной, срубив последнего нападавшего — тот рухнул с хрипом. лес затих, только тяжёлое дыхание и запах крови висели в воздухе. Хёнджин стоял рядом, его грудь вздымалась — редкость для вампира. кровь врагов мазнула его губы, но глаза были полны не голода, а страха.
— ты ранен, — прошептал он, подхватывая Феликса за талию. холодные пальцы коснулись раны, осторожно выдернули болт. Феликс зашипел, мир потемнел на миг.
внутренние терзания нахлынули волной. «я знал риск... но без него — пустота. а если умру? кто защитит империю? и... его?» кровь текла, теплая на холодной коже Хёнджина. вампир разорвал свой рукав, перевязал рану быстро, умело — веками опыта.
— почему ты не убежал? — голос Хёнджина дрогнул. — я мог справиться один.
Феликс посмотрел в его глаза — алые, но теперь с золотыми искрами, как у него самого в детстве.
— потому что... мы вместе. или нет?
Хёнджин отвернулся, боль мелькнула на лице.
— яд в болте. медленный. тебе нужно во дворец, к врачам. а я... я приманка. они охотятся за мной, чтобы добраться до тебя.
Феликс схватил его руку.
— не уходи. пожалуйста.
но Хёнджин покачал головой.
— должен. залечу свои раны в тенях. вернусь, когда будет безопасно. иначе... потеряем обоих.
он наклонился, губы коснулись лба Феликса — холодный поцелуй, полный невысказанного. потом исчез в тумане, оставив Феликса одного с болью и пустотой. «вернись», — подумал император, хромая к дворцу. но подозрения закрались:: а если он не вернётся? если это прощание?