7.
Феликс стоял на холме, ветер нёс запах дыма. граница пылала — варвары прорвали укрепления, деревни горели. как император, он вёл армию сам, в доспехах, с катаной на боку. жестокость Хёнджина пригодилась:: он отдавал приказы без колебаний, подавляя атаки. солдаты шептали:: «он изменился. стал железным».
но по ночам, в палатке, эмоции накрывали. он вспоминал Хёнджина — его холодные руки, редкие улыбки. «почему он оттолкнул? боялся? или я ошибся в чувствах?» недопонимание жгло, как рана. письма из дворца приходили:: всё спокойно, но Феликс знал — тени заговора ещё живы.
одна ночь была особенно страшной. варвары напали внезапно, стрелы свистели. Феликс дрался, кровь стекала по руке. в хаосе он увидел тень — знакомую, быструю. Хёнджин? нет, мираж. битва закончилась победой, но Феликс рухнул от усталости, сердце сжималось от одиночества.
«он ушёл, потому что я слаб», — думал он. но внутри доброта не угасла:: он раздавал еду выжившим, исцелял раненых. народ любил его — отзывчивого, но могущественного.
вернувшись во дворец через месяц, он нашёл записку под подушкой:: «тени ждут. Х.» дух перехватило — Хёнджин следил? радость смешалась со страхом. он рванулся в бор, но вампир не пришёл. ссора висела в воздухе, разлука тянулась.
Феликс правил мудро:: вернул старые традиции, праздники сплотили народ. империя крепла. но без Хёнджина мир казался пустым. «вернись», — шептал он ветру.