Полнолуние

«Кто угодно, только не Сэхун!» — качая головой, думала я, когда пикап летел по лесной дороге в Ла-Пуш.

По-прежнему уверенная, что поступаю правильно, я пошла на компромисс с собой.

Не стану потворствовать тому, что творит О и его друзья... эта свора! Теперь понятно, что вчера имел в виду Сэх, намекая, мол, мне не захочется его видеть. Нужно поговорить с ним наедине. Нужно сказать: я не стану смотреть на происходящее сквозь пальцы. Дружить с убийцей и позволять творить произвол... Такая позиция и меня монстром сделает!

Однако не предупредить его тоже нельзя: я должна сделать все возможное, чтобы защитить Сэха.

Сжав губы в тугую полоску, я остановилась у дома О. Мало того что лучший друг оказался оборотнем, неужели ему обязательно еще и монстром стать?

Все окна темные: свет не горел ни в одной из комнат. Ничего страшного, придется разбудить и Сэхуна, и его отца. Мой кулак гневно заколотил в дверь; казалось, даже стены трясутся.

Через минуту я услышала голос О-старшего, и в прихожей зажегся свет:

— Заходите!

Я повернула ручку, но дверь оказалась открытой. Из маленькой кухоньки выглядывал облаченный в махровый халат Мин. Похоже, он еще не в кресле... Увидев, кто пришел, он сначала удивленно вскинул брови, а потом поджал губы, превращаясь в эдакого индейца-стоика.

— Доброе утро, Белла! Что привело тебя к нам в такую рань?

— Привет, Билли! Хочу поговорить с Сэхуном. Где он?

— М-м-м, не в курсе, — сделав непроницаемое лицо, соврал мистер О.

— Знаете, куда сегодня с утра отправился Чарли? — смертельно устав от лжи и притворства, спросила я.

— А мне следует знать?

— Он и половина мужчин Нам-джу, до зубов вооруженные, пошли охотиться на гигантских волков.

На секунду смуглое лицо вытянулось, а потом снова превратилось в маску.

— Мне хотелось бы поговорить об этом с Сэхуном, если не возражаете.

Мин поджал пухлые губы.

— Думаю, сын еще спит, — наконец произнес он, кивнув в сторону коридора. — В последнее время парень поздно возвращается. Пусть отдыхает, — наверное, не стоит его будить.

— Нет уж, сейчас моя очередь, — пробормотала я, решительно пересекая прихожую. Мин только вздохнул.

В метровом коридоришке крошечная, похожая на шкаф-купе комната Сэхуна была единственной. Я даже стучать не стала, р-раз — и настежь распахнула дверь, с грохотом ударив ее о стену.

Сэхун — во вчерашних тренировочных брюках, черных, по колено обрезанных, — растянулся по диагонали на двуспальной кушетке, которая занимала почти всю комнату. Даже в таком положении ему не хватало места: ноги свисали с одного конца, голова — с другого. Парень крепко спал, грудь мерно поднималась в такт дыханию. Надо же, дверь так грохнула, а он и не пошевелился.

Во сне лицо такое невинное — от злобы и тревоги не осталось и следа. Зато под глазами темные круги, которые я раньше не замечала. Несмотря на огромный рост, Сэх выглядел очень юным и усталым. У меня даже сердце защемило от жалости.

Я аккуратно прикрыла за собой дверь и, вернувшись в прихожую, наткнулась на любопытный и одновременно настороженный взгляд Мина.

— Пожалуй, ему нужно выспаться.

О-старший кивнул, и целую минуту мы буравили друг друга взглядами. Так и подмывало расспросить его о происходящем. Что он думает о поступках сына? Впрочем, Мин с самого начала поддерживал Сухо, так что, по всей вероятности, убийства его не волнуют. Как и чем он их оправдывает, не представляю.

В темных глазах Мина тоже горело немало вопросов, но озвучить их он не решился.

— Мистер О, — прервала я гнетущую тишину, — когда Сэхун проснется, передайте: жду его на пляже, я прямо сейчас туда поеду.

— Да, да, конечно, — кивнул Мин.

Интересно, он действительно передаст? Даже если и нет, я ведь сделала все, что могла, правда?

Подъехав к пляжу, я поставила пикап на пустую стоянку. Было еще темно — мрачный предрассветный час пасмурного дня, — и, отключив фары, я поняла, что видимость почти нулевая. Тропинку, что вела сквозь высокую траву, пришлось искать чуть ли не на ощупь. У океана намного холоднее, от темной воды дул сильный ветер, и я засунула руки поглубже в карманы зимней куртки. Ну, хотя бы дождь кончился!

Я прошла по пляжу к северному волнолому. Сент-Джеймс и другие острова не видны, лишь бесконечный простор океана. Приходилось смотреть под ноги, чтобы не споткнуться о прибитые к берегу бревна.

То, что нужно, я нашла даже раньше, чем фактически начала искать. Из предрассветного сумрака выплыло длинное, белое, как кость, выброшенное далеко на скалы дерево. Корни сотней сухих щупалец тянулись к морю. Трудно сказать, было ли это то же самое бревно, сидя на котором мы с Сэхуном разговаривали год назад — после чего моя жизнь изменилась до неузнаваемости, — но место очень похоже. Устроившись поудобнее, я стала смотреть на почти невидимые волны.

При воспоминании о сладко спящем и таком невинном Сэхуне злость испарилась, да и решимости поубавилось. Я не желала вслед за Билли закрывать глаза на происходящее, но и отвернуться от парня не могла. Разве это по-дружески? С близкими людьми невозможно мыслить логически. Сэхун мне дорог вне зависимости от того, убивает он людей или нет... Как вести себя в такой ситуации?

Представив О мирно спящим на кушетке, я почувствовала огромное желание его защитить. Где же тут логика?

Ответа я не знала и вспоминала юное, истерзанное усталостью лицо, лихорадочно думая, как спасти приятеля.

— Привет, Мэй!

Голос Сэхуна, донесшийся из полумрака, не на шутку меня испугал. Вообще-то он был тихим, почти смущенным, просто на каменистом пляже я ожидала услышать шаги, поэтому и вздрогнула от страха. Силуэт, вырисовывавшийся на фоне встающего солнца, казался огромным.

— Сэх?

Он стоял неподалеку, нерешительно переминаясь с ноги на ногу.

— Мин сказал, ты заезжала. Я знал, что ты догадаешься! Как быстро все получилось!

— Да, теперь я вспомнила нужную легенду, — прошептала я.

Повисла долгая пауза, и, несмотря на полумрак, я почувствовала испытующий взгляд, даже кожу покалывало. Похоже, недостаток света не помешал Сэхуну как следует меня рассмотреть, потому что, когда он заговорил, голос неожиданно стал язвительным.

— Могла просто позвонить!

— Знаю, — кивнула я.

Сэх принялся расхаживать взад-вперед. Прислушавшись, я уловила шорох гальки, чуть заметный на фоне плеска волн.

— Зачем пришла? — ни на секунду не останавливаясь, спросил он.

— Решила поговорить. Сэх, я хочу предупредить...

— О егерях и охотниках? Не беспокойся, уже знаем.

— Как это не беспокоиться? — не поверила я своим ушам. — У них ружья! Они ставят ловушки, объявляют вознаграждения и...

— Мы сами о себе позаботимся! — меряя пляж шагами, прорычал Сэх. — Они никого не поймают, а по сути, себе же хуже делают: число пропавших будет только увеличиваться.

— Сэхун! — прошипела я.

— А что? Это всем известно!

Мой голос задрожал от отвращения.

— Как ты можешь... такое говорить? Ты что, местных не знаешь? Чарли тоже среди них! — От этой мысли заныло сердце.

Встающее солнце сделало облака серебристо-розовыми, и я смогла разглядеть смуглое лицо, в котором отражались злость и горечь разочарования.

— Неужели... ну... неужели нельзя как-нибудь... не быть оборотнем? — шепотом спросила я.

— Будто у меня есть выбор! — Сэхун в отчаянии сжал руки. — Да и чем это поможет, если ты так беспокоишься об исчезающих туристах?

— Не понимаю...

Темные глаза прищурились, изо рта вырвалось звериное рычание.

— Знаешь, что меня больше всего бесит?

В его взгляде горела такая враждебность, что я невольно отпрянула. Сэхун ждал ответ, так что пришлось покачать головой.

— Ты лицемерка, Мэй: сидишь, рассуждаешь, а сама до смерти меня боишься! Как так можно?

— Лицемерка? Разве страх перед монстром — признак лицемерия?

— А-а! — простонал он, сжал виски и зажмурился. — Ты только послушай себя!

— Что?

Он шагнул ко мне и, дрожа от злобы, заглянул в глаза:

— Понимаю, Мэй, тебе нравятся другие монстры! Я ведь кровопийце и в подметки не гожусь, верно?

— Дело совсем не в этом, идиот! — вскочив на ноги, заорала я. — А в тебе и твоих поступках!

— И что это означает? — сверкая глазами, зарычал он.

Бархатный голос Чанёля застал меня врасплох.

«Не доводи его, Мэй! — предупредил он. — Пусть успокоится!»

Сегодня даже серебряный баритон не произвел впечатления, но я все-таки послушалась. Ради этого голоса на все готова!

— Сэхун! — как можно мягче и спокойнее заговорила я. — Разве обязательно убивать людей? Неужели нет других способов? Если даже вампиры придумали, как обойтись без убийств, почему бы и тебе не попытаться?

Сэхун выпрямился так резко, будто от моих слов било током. Глаза стали круглыми, темные брови изогнулись.

— Без убийств?

— Конечно, мы же об этом говорим!

Сэхун перестал дрожать и взглянул на меня с робкой надеждой:

— Я думал, дело в том, что ты ненавидишь оборотней!

— Нет, Сэх, нет, это совсем не важно! — заверила я, уверенная, что говорю правду. Пусть даже в ипостаси огромного волка, О Сэхун останется моим другом. — Если удастся обойтись без человеческих жертв, будет совсем хорошо. Такие, как Чарли, ни в чем не виноваты, и я просто не могу не замечать...

— Правда? — неуверенно улыбнулся парень. — Боишься, что я убийца? Только и всего...

— А этого мало?

Сэхун захохотал.

— О Сэхун, здесь нет ничего смешного!

— Да, да, конечно! — давясь смехом, согласился он.

Широченный шаг — и меня сжали в медвежьих объятиях.

— Нет! — прохрипела я. — Сэх, дышать нечем!

Он отпустил, но тут же взял меня за руки:

— Мэй, я не убийца!

Я пытливо заглянула в глаза: он говорил правду. Из груди вырвался вздох облегчения.

— Честно?

— Честно! — торжественно проговорил он.

Прижав его к сердцу, я вспомнила первую поездку на мотоциклах — парень крупный, здоровый, но больше, чем когда-либо, похож на маленького ребенка.

Как и в прошлый раз, он потрепал меня по голове:

— Прости, что назвал тебя лицемеркой.

— Прости, что назвала тебя убийцей.

Сэх рассмеялся.

Неожиданно вернулась тревожная мысль, и я отстранилась, чтобы увидеть его лицо.

— А Сухо? И все остальные?

Сэхун покачал головой и улыбнулся, будто стряхнув тяжелое бремя:

— Конечно, нет! Помнишь, как мы себя называем?

Память не подвела, еще бы, я совсем недавно об этом думала.

— Защитники?

— Вот именно!

— Тогда не понимаю, что творится в лесу. Исчезающие туристы, кровь...

Лицо Сэхуна стало серьезным и встревоженным.

— Мэй, мы просто делаем свою работу. Пытаемся защитить людей, хотя всегда чуть-чуть опаздываем.

— От кого защитить? В лесу правда водится огромный медведь?

— Милая, враг у нас один, от него и защищаем. Даже существуем только потому, что есть они.

Целую минуту я в недоумении смотрела на старого приятеля и только потом поняла. На лице не осталось ни кровинки, а с губ сорвался беззвучный стон.

Сэхун кивнул:

— Я знал: из всех обывателей именно ты поймешь, чем мы на самом деле занимаемся.

— Намджун! — прошептала я. — Он все еще здесь.

О захлопал глазами и наклонил голову:

— Кто такой Намджун?

Чтобы ответить, пришлось навести порядок в своих мыслях.

— Ну, ты его видел на лугу... Ты там был... — Я постепенно постигала непостижимую информацию. — Ты там был и не дал меня убить.

— А-а, тот смуглый, похожий на червяка? — недобро ухмыльнулся О. — Как, говоришь, его зовут?

По спине побежали мурашки.

— О чем ты только думал?! — прошептала я. — Он мог тебя убить! Неужели ты не понимаешь, насколько опасен...

Меня перебил взрыв хохота.

— Мэй, вампир-одиночка — легкая добыча для такой большой стаи, как наша! Все прошло почти моментально, даже неинтересно...

— Что прошло быстро?

— Убийство вампира, который собирался убить тебя. Ну, я это убийством не считаю, — поспешно добавил он. — Вампиры же не люди!

— Вы... одолели... Намджуна? — ошарашенно спросила я.

Индеец кивнул:

— Общими усилиями.

— Так Намджун мертв?

Сэхун изменился в лице.

— Ты что, расстроена? Он же хотел с тобой расправиться — мы знали, что у него на уме, еще до того, как вышли на ту поляну. Ты понимаешь?

— Да, да, понимаю и вовсе не расстроена. Просто... — Захотелось присесть; я шагнула назад и, когда наткнулась на дерево, бессильно опустилась на белесый ствол. — Намджун мертв... Он за мной не придет.

— Ты не злишься? Червяк ведь не был твоим другом?

— Другом? — переспросила я, вне себя от неожиданного облегчения, а потом слова понеслись бешеным потоком вместе со слезами: — Нет, Сэх! Надо же, какое... счастье! Я каждую ночь его ждала, надеялась, он остановится на мне и не тронет Чарли. Так боялась... Но как? Намджун же вампир! Как вы его убили? Он ведь такой сильный, кожа, словно броня...

Сэх присел рядом и огромной ручищей обнял меня за плечи, стараясь успокоить.

— Мэй, для этого и нужны защитники! У нас тоже силы хватает... Жаль, ты мне сразу не рассказала об этих страхах. Я бы утешил...

— Тебя не было рядом, — думая о своем, буркнула я.

— Да, верно.

— Слушай, Сэх, вчера вечером ты сказал: в моей комнате небезопасно. Я думала, ты знал, что может нагрянуть вампир... Но ты ведь другое имел в виду?

Сильно смущенный, парень опустил голову:

— Да, другое.

— Так почему ты не сказал, что никакой опасности нет?

О поднял пристыженные глаза:

— Я не говорил, что опасность грозит мне... Речь шла о тебе!

— Обо мне?

Ссутулившись, он пнул ни в чем не повинную скалу.

— Причин, по которым мне лучше с тобой не общаться, несколько. Во-первых, я не должен был раскрывать наш секрет, а во-вторых... во-вторых, это небезопасно для тебя. Если я разозлюсь или расстроюсь... ты можешь пострадать.

Я тщательно обдумала услышанное.

— Днем, когда ты сердился или когда я орала... тебя начинало колотить и?..

— Да, — парень ссутулился еще сильнее, — я вел себя глупо, следовало держать себя в руках. Клянусь, что бы ты ни сказала, я бы не сорвался. Просто трудно смириться с тем, что ты не принимаешь меня таким, как есть...

— А что бы случилось, если бы ты... сорвался? — шепотом спросила я.

— Превратился бы в волка, — также шепотом ответил Сэх.

— И полнолуние не нужно?

Сэх усмехнулся:

— Голливудская версия немного... привирает. — Тяжело вздохнув, он вновь стал серьезным. — Не стоит волноваться, Мэй, мы обо всем позаботимся. За Чарли и остальными будем следить в оба и не позволим, чтобы с ними что-то случилось, можешь мне поверить.

Нечто совершенно очевидное, о чем следовало догадаться раньше, — но я думала лишь, как Сэхун и его друзья расправились с Намджуном, — осенило меня только сейчас, когда О использовал будущее время.

«Мы обо всем позаботимся».

Значит, это еще не конец.

— Намджун умер, — прошептала я, чувствуя, как по телу растекается леденящий ужас.

— Мэй! — коснувшись моей бледной щеки, позвал Сэхун.

— Если Намджун умер неделю назад... значит, сейчас людей убивает кто-то другой.

Сэхун кивнул, а потом, крепко стиснув зубы, процедил:

— Их было двое. Мы думали, его подружка даст нам бой — по легендам, кровопийцы тяжело переживают потерю партнера, — но она сбегает, а потом возвращается. Вот бы узнать, что ей нужно! А то бродит по границам наших земель, будто на бдительность проверяет, путь прокладывает. Вот только куда? По мнению Сухо, она решила разделить нас, чтобы легче было...

Голос О звучал все тише, и наконец стало казаться, что он доносится откуда-то из туннеля. Я слышала только гул и не разбирала слов. По лбу градом катился пот, живот крутило, как при кишечном гриппе.

Да, совсем как при гриппе...

Быстро отвернувшись от Сэхуна, я прильнула к сухому стволу. Тело билось в бессмысленных конвульсиях, а пустой желудок судорожно сжимался.

Ария здесь... Ищет меня, убивает туристов в лесу. В том самом лесу, где сейчас бродит Чарли...

Голова закружилась, в глазах потемнело.

Поддержав, Сэха не дал мне сползти на камни. По щеке полыхнуло его горячее дыхание.

— Мэй, что с тобой?

— Ария! — кое-как справившись с рвотными спазмами, прохрипела я.

Померещилось или я правда услышала возмущенное рычание Чанёля?

Сэхуна поднял меня на руки и неуклюже посадил на колени, моя безвольно болтающаяся голова оказалась у него на плече. Бедный парень не знал, как взять меня поудобнее, чтобы на землю не скатилась, и свободной рукой убрал с потного лица волосы.

— Кто? — переспросил он. — Мэй, ты меня слышишь? Мэй!

— Ария не была подружкой Намджуна. Они просто давно друг друга знали...

— Хочешь воды? Может, в больницу поедем? Что делать, скажи!

— Мне не плохо, а страшно, — выдохнула я, хотя слово «страшно» совсем не выражало охвативший меня ужас.

— Арию боишься? — Сэхун потрепал меня по щеке.

Вздрогнув, как от выстрела, я кивнула.

— Это та рыжая?

Я снова вздрогнула и плаксивым голосом ответила:

— Да.

— Откуда ты знаешь, что она не подружка червяка?

— Намджун сказал, что она подружка Чимина, — пояснила я, машинально согнув руку со шрамом.

Коснувшись моего лица, О осторожно повернул его к себе и пытливо заглянул в глаза:

— Что еще он сказал? Мэй, это важно! Ты знаешь, что нужно этой рыжей?

— Конечно... Ей нужна я.

Темные глаза стали огромными, а потом сжались в узенькие щелки.

— Зачем?

— Чанёль убил Чимина, — пояснила я. Сэхун обнимал меня так крепко, что можно было не сжимать рану в груди: он не даст рассыпаться. — И она, разъярившись, решила: справедливее убить меня, чем Чанёля; подругу за друга. Очевидно, она до сих пор не знает, что... что... — я нервно сглотнула, — что ситуация изменилась, по крайней мере, для Чанёля.

На лице Сэхуна промелькнул целый калейдоскоп чувств: он растерялся.

— Так вот что произошло! Поэтому Паки уехали?

— В конце концов, я самая обычная девушка, — пожав плечами, добавила я.

Из груди О, что была прямо под моим ухом, вырвалось что-то похожее на звериный рык, в человеческом, естественно, эквиваленте.

— Если никчемный кровопийца оказался таким идиотом...

— Пожалуйста, — простонала я, — не надо.

Секундное колебание — и парень кивнул с таким видом, будто наступил на горло собственной песне.

— Твой рассказ очень важен, — по-деловому сухо проговорил он. — Именно это нам и нужно было знать. Я должен немедленно передать остальным.

Он вскочил и осторожно поднял меня, поддерживая за талию до тех пор, пока не убедился, что я самостоятельно стою на ногах.

— Мне уже лучше, — соврала я.

— Тогда пошли! — Сэхун взял меня за руку и повел к пикапу.

— Куда мы?

— Еще не знаю. Хочу созвать собрание. Слушай, подожди здесь минутку, ладно? — Прислонив меня к кабине, он выпустил руку.

— Ты куда?

— Сейчас вернусь, — пообещал О и через пустую стоянку побежал в начинающийся за дорогой лес. Между деревьями он пробирался легко и непринужденно, будто молодой олень.

— Сэхун! — хрипло крикнула я вслед, но меня не услышали.

В таком состоянии быть одной совершенно невыносимо. Едва О скрылся из вида, у меня началась одышка. Кое-как забравшись в кабину, я тут же заблокировала дверцы. Особого облегчения не наступило.

Ария начала охоту и до меня еще не добралась лишь благодаря случайности и пяти подросткам-оборотням. Что бы ни говорил Сэхун, при мысли об их возможной встрече с подругой Чимина становилось не по себе. Подумаешь, в волка от злости превращаются! Перед глазами стояло дикое лицо, рыжие, словно пламя, волосы... Беспощадная, неуязвимая Ария.

Однако, по словам Сэхуна, Намджун убит. Неужели правда? Чанёль — я машинально схватилась за грудь — рассказывал, как трудно убить вампира. Такое якобы по силам только другому вампиру. А О утверждает, что именно для этого существуют оборотни...

О пообещал приглядывать за Чарли: мол, мне следует доверить папину жизнь его стае. Но разве я могу? В опасности мы все, а Сэхун особенно, раз пытается встать между Арией и Чарли... Между Арией и мной.

Похоже, меня сейчас стошнит.

От легкого стука в окно кабины я истерически взвизгнула, но это уже вернулся Сэхун. Дрожащими от страха и облегчения пальцами я разблокировала замки.

— Что, так сильно напугана? — забравшись в кабину, спросил он.

Я кивнула.

— Не бойся! Мы позаботимся о вас с Чарли, обещаю!

— Почему-то такая перспектива пугает сильнее, чем наша с ней возможная встреча, — прошептала я.

— Тебе стоит чуть больше нам доверять! — захохотал парень. — А то смотри, обидимся!

Прекрасно зная, на что способны вампиры, я только головой покачала.

— Куда ты сейчас ходил?

О молча поджал губы.

— Секрет?

— Ну, не совсем... Просто... не хочу пугать.

— Слушай, кажется, страх превратился в мою вторую натуру!

— Да, похоже, — ухмыльнулся Сэх. — Ну, ладно... Видишь ли, мы, волки, способны слышать друг друга. И не только звуки; мы слышим мысли себе подобных, на каком бы расстоянии ни находились. На охоте очень помогает, а так — сплошные проблемы. Представь, не иметь никаких секретов! Ужас, правда?

— Вчера ночью ты это имел в виду, когда заявил, что расскажешь о нашей встрече, хоть и не хочется?

— А ты сообразительная!

— Спасибо!

— А еще здорово воспринимаешь самые невероятные новости. Я боялся, что на дыбы встанешь.

— Из моих знакомых ты не единственный, кто умеет так удивить, поэтому я и отнеслась спокойно.

— Неужели?.. Стой, ты кровопийц своих имеешь в виду?

— Пожалуйста, не называй их кровопийцами!

— Как хочешь, — осклабился Сэхун. — Так речь о Паках?

— Только... об Чанёле. — Я как можно незаметнее прижала к груди руку.

Сэхун был явно удивлен, неприятно удивлен.

— Я думал, это сказки... Конечно, я слышал байки о вампирах с... особыми способностями, но почему-то не верил.

— Разве хоть что-то сейчас можно назвать «байкой»? — безрадостно поинтересовалась я.

— Пожалуй, — нахмурился О. — Ладно, сейчас встретимся с Сухо и остальными там, где катались на мотоциклах.

Повернув ключ зажигания, я выехала на дорогу.

— Значит, чтобы пообщаться с Луханом, ты превратился в волка?

Сэхун смущенно кивнул:

— Я в подробности не вдавался и о тебе не думал, чтобы они поменьше узнали. Вдруг Сухо велел бы прийти одному?

— Меня бы это не остановило. — Почему-то я продолжала считать Лухана плохим и каждый раз, слыша его имя, ощущала прилив отвращения.

— Зато остановило бы меня, — помрачнел Сэх. — Помнишь, вчера я фразу не мог закончить? Не сумел все объяснить до конца?

— Угу, мне показалось, что ты чем-то подавился.

— Почти, — мрачно рассмеялся О. — Сухо запретил мне рассказывать. Видишь ли, он — вожак стаи, лидер, самый главный. Если велит что-то делать или не делать, взять и отмахнуться нельзя.

— Странно... — пробормотала я.

— Очень, — согласился О, — но так уж заведено у волков.

— Ха! — только и смогла выдохнуть я.

— И таких правил немало. Я с ними только знакомлюсь и не представляю, как Сухо справился со всем этим в одиночку. Сложности возникают, даже когда тебя поддерживает целая стая.

— Лухан справлялся в одиночку?

— Да, — глухо проговорил Сэх. — Когда я... изменился, было просто ужасно, ничего страшнее я в жизни не испытывал, ничего отвратительнее и представить не мог! Однако меня не бросили одного: в подсознании постоянно слышались голоса, объясняющие, что произошло и как поступать дальше. Пожалуй, лишь благодаря им я не сошел с ума! А вот Сухо... — парень покачал головой, — Сухо никто не помогал.

После объяснений Сэхуна было просто невозможно не сочувствовать Лухану. Придется напоминать себе, что объективных причин ненавидеть его больше нет.

— Им не понравится, что я с тобой?

— Пожалуй, — поморщился парень.

— Так, может, не стоит?

— Нет, все в порядке, — заверил О. — Тебе столько полезного известно! Не думай, тебя воспринимают не как невежественную девицу, скорее как... ну, не знаю, шпионку, что ли? Ты ведь на вражеской стороне была!

Я нахмурилась. Так вот что от меня нужно Сэхуну! Компромат, который поможет им одолеть врага? Я ведь не шпионка и намеренно информацию не собирала. И все же после слов Сэхуна я почувствовала себя предательницей.

Но мне хочется, чтобы он остановил Арию, верно?

Нет.

Мне хотелось, чтобы Арию остановили до того, как она до смерти замучает меня, встретится с Чарли или очередным невинным туристом. Только пусть этим займется не Сэх, ему лучше даже не пытаться! Пусть за сотни километров от нее держится!

— Например, то, что кровопийцы умеют читать мысли, — не подозревая о моих опасениях, продолжал Сэхун. — Здорово, что мы это выяснили! Жаль, конечно, что сказки оказались правдой, — задача намного усложняется. Как считаешь, у рыжей есть необычные способности?

— Вряд ли, — ответила я, а потом замялась. — Он бы об этом сказал.

— Он? В смысле Чанёль? Ой, прости, забыл: ты ведь не любишь произносить его имя и от других слышать не хочешь.

Я сжала ребра, пытаясь не обращать внимания на то, как пульсирует рана.

— Верно, не люблю.

— Прости!

— Сэхун, откуда ты так хорошо меня знаешь? Порой будто мысли читаешь!

— Не-а, всего лишь держу ушки на макушке.

Мы выехали на грунтовую дорогу, где О учил меня водить мотоцикл.

— Сюда?

— Да, да, правильно!

Остановившись у обочины, я заглушила двигатель.

— Ты до сих пор несчастна? — пробормотал он.

Я кивнула, незрячими глазами глядя на темный лес.

— А о том... ну, что так даже лучше, не думала?

Сделав глубокий вдох, я медленно выпустила изо рта воздух.

— Нет.

— Он далеко не самый...

— Сэх, пожалуйста, не надо! — умоляюще зашептала я. — Не будем о нем говорить, это просто невыносимо!

— Ладно, — пробормотал Сэхун, — зря я это затеял!

— Не расстраивайся! Будь все иначе, я с удовольствием бы душу излила!

— Точно, — кивнул парень. — Я-то с трудом две недели от одной тебя таился, а когда не можешь рассказать никому, наверное, сущий ад!

— Сущий ад, — согласилась я.

— Вот и они. Пошли!

— Не передумал? — спросила я, когда он распахнул дверцу. — Может, мне не стоит туда идти?

— Они справятся, — пообещал О, а потом усмехнулся: — Милая, ты что, серого волка боишься?

— Ха-ха, — притворно засмеялась я, но, проворно выбравшись из пикапа, встала рядом с приятелем: уж слишком хорошо запомнились гигантские чудища лесной поляны! Руки дрожали, как совсем недавно у Сэхуна, только не от гнева, а от страха.

О ободряюще сжал мою ладонь:

— Идем!