Towards the Vampire [Чигуки]

Всё идёт своим чередом – жизнь, кажется, и правда налаживается.

Чимин после последней встречи не отвечал на звонки, игнорировал как только мог, ну, потому что стесняется. Стесняется в глаза смотреть, да и вообще как-то контактировать. Только позабыл, что Джейкей всегда находил его и всегда появлялся без спроса. Вампир сказал ему, что нет ничего постыдного в том, чтобы доставлять своему любимому удовольствие, а Чимин хоть и знает это, но всё равно ещё долгое время вспоминает и провалиться сквозь землю хочет.

Вообще, он нашёл себе занятие, его заинтересовали браслеты и цепочки. Увидев на просторе Интернета ручные работы украшений, Чимин захотел сделать то же самое. Для себя и своей пары.

Сурён же увлеклась ремонтом, и объясняет это тем, что нужно немного сменить обстановку.
Гостиную всю хочет переделать, и даже мыслями добирается до комнат детей, а Сокгён сразу поддерживает идею мамы, но Сокхун противится:

— Ну мам! Мне и так нравится всё, — злится и закатывает глаза. А потом вообще уходит в свою комнату, не выдержав напора.

Сурён хочет переделать всё в более приятные на глаз цвета: светло-бежевый может быть, пастельный розовый, и белый. Её дочь с радостью вызвалась помочь с задумкой, но остальные члены семьи просто тяжело вздохнули.
Дантхэ, конечно, не возмущается, ему не до этого, пусть любимая женщина творит как ей вздумается.
А Чимин хочет видеть в своём окружении побольше чёрного цвета. ОН кажется ему невероятно привлекательным и красивым.

Все начали улыбаться чаще. И даже Дантхэ, который после открывшейся правды ходил угрюмым и с осуждением смотрел на своих детей. Сейчас он пропадает на работе, трудится над постройкой крыши над полем в Центре истребителей. Давно пора было. Сокхун с ним же уходит, помогает рабочим в чертежах, в уборке территории, и с головой окунается в это. Дженни один раз пожаловалась, что её парень перестал обращать должного внимания на неё. А Чимин и Сокгён сказали, что это ненадолго.

Если говорить о Сокгён, то она один раз пришла с четыремя затянувшимися ранами на шее. От родителей скрывает, но перед братьями ей нечего таить.

— Это что?! — восклицает Чимин с ужасом смотря на её шею. Раны там не такие, как у него, те выглядят так, будто её кожу остервенело драли.

— Что? — закатывает глаза, — Ничего там нет.

Тэхен вообще сумасшедший, если позволяет себе такое. Чимину этот вампир до сих пор не нравится.

— Он же не заставлял? — с беспокойством глядит, хочет рассмотреть ближе.

— Да нет конечно. Всё, отстань, — и уходит в комнату, крича на последок, что сегодня она вечером пойдёт гулять с Шухуа.

Чимин переживает, что дружба с вампирами её до добра не доведёт. Хотя, он же доверяет друзьям Чонгука... Значит всё будет хорошо? Несомненно.

В одну ночь Джейкей бесцеремонно крадёт истребителя. Тащит прогуляться вдоль реки Хан. А ночью, потому что во-первых, ему больше нравится это время суток, а во-вторых, не хочется попадаться на глаза людям.

Телевидение и Интернет взрываются от новостей о том, что Джейкей – это тот самый уважаемый директор больницы. Без понятия, откуда поступила информация, но люди бы всё равно рано или поздно узнали.
Говорит, что ему всё равно, но всё же не совсем приятно – он вжился в роль в добропорядочного человека, и уходить из неё сложно. Джейкей ведь не такой, Джейкей для всех всегда будет монстром.

— Наверное, много кто уволился... — печально произносит Чимин, расстраивается вместо мужчины.

— Не много, — буднично отвечает и покрепче берет за руку, — Зарплата хорошая ведь.

Да и не только в ней дело. Чонгук как человек показал себя с хорошей стороны. На работе не срывался, не угрожал убить, уважительно относился ко всем медработникам. Но, конечно, отношение к нему теперь совсем другое. Его сторонятся, реже заходят в кабинет по вопросам, разговаривают со страхом.
Те, кто смели ему грубить, вспоминают это и на глаза вообще не попадаются. Просто боятся – в этом вся сущность людей перед вампирами.

— Я готовлю комнатку для тебя.

Чимин сразу в который представляет себе, как живёт вместе с Чонгуком. Ему нравятся свои мысли.

— Я думал, что в твоей буду, — хитро улыбается и не лжёт. Очень хочет заявить на права владения комнатой альфы.

— Моя комната – твоя, — спокойно соглашается, — Но я считаю, что у нас будут моменты, когда мы можем поругаться, и тебе захочется побыть одному.

— Не будут, — хмурится. Ссориться с Джейкеем значит вырыть себе могилу, — Я не буду тебя злить.

Вампир смеётся. И огорчается. Чимин не должен угождать ему и делать всё для того, чтобы он не гневался. Чимин должен быть смелым в их отношениях, говорить всё, что хочет. Да ему можно даже сказать что-то очень обидное, что сильно разозлит, но главное пусть просто не боится.

— Это я тебя злить не буду, цветочек.

Джейкей задумывается о том, что его человеку страшно от того, что он может ударить или применить силу.

И Чимину страшно, просто он не думает об этом, ведь повода нет.

— Хороший мой, сходим завтра на поле? Побьешь меня, — хочет показать омеге, что никогда не навредит в ответ, если он его ранит. Пусть научится чувствовать себя в безопасности, когда у них будут напряжённые моменты.

— Хорошо! — какой счастливый. Неужели так и хочет навалять своему альфе.

***

Ребятишки, фф подходит к концу, осталось примерно ещё 1-2 главы.