Глава 18.
В замке было тихо. Слишком тихо. Даже воздух будто затаился, чувствуя, что что-то надвигается. Охотники отступили после ночного столкновения, но это не было победой - лишь отсрочкой. Рудольф сидел у окна, плечи опущены, глаза пустые. Он был вымотан. Грегори пострадал, отец ранен, мать тревожна, а Анна всё ещё вздрагивала при каждом шорохе. Тони стоял за его спиной, не зная, как начать разговор.
- Всё это... - начал Рудольф, не оборачиваясь. - Я не должен был тебя впутывать.
- Ты не впутал. Я сам шагнул в это. Сам. - Тони подошёл ближе и сел рядом. - И знаешь, что странно? Я не жалею.
- Даже теперь? После того, как видел кровь? Как отец кричал? Как... я хотел убить того охотника?
- Даже теперь, - твёрдо ответил Тони.
Рудольф молча смотрел на него. Глаза чуть блестели.
-Тони...
- Я не прошу, чтобы ты был кем-то другим. Я просто хочу, чтобы ты знал - рядом с тобой можно быть настоящим. Даже если ты - чудовище. Даже если я - человек, которому страшно, но всё равно хочется остаться.
И в этом взгляде, в паузе, нависшей между словами, было всё: боль, признание, испуг, желание и невозможность. Рудольф дрогнул. Его пальцы нашли ладонь Тони и сжали её - жадно, как будто в этом касании он искал спасение. А потом - так медленно, будто боялся, что всё исчезнет, - он наклонился. Их лбы соприкоснулись, дыхание смешалось, и спустя мгновение его губы коснулись губ Тони. Поцелуй был мягким, неловким, как первое утро после долгой ночи. Ничего сверхъестественного - кроме ощущения, что этот миг был самым настоящим из всех возможных. Они отстранились. Не сказав ни слова. Но в молчании было понимание: теперь они принадлежат друг другу не только из чувства, но и из выбора. Осознанного, тяжёлого, опасного. В коридоре послышались шаги. Грегори звал Рудольфа.
- Иди, - прошептал Тони. - Я здесь. Всегда.
Рудольф кивнул и, прежде чем выйти, коснулся пальцами губ - как будто хотел сохранить вкус этого момента.
А снаружи уже сгущалась новая ночь.
Конец главы 18.