Свободный слуга

Выйдя из кухни, они молча направились к своему столику, у которого уже стояли стулья для парней. Когда они поставили блюда на стол и сели, Чжин наклонился к своей хозяйке и прошептал ей что-то.

– Минерва, ты опять переворачиваешь весь наш мир верх дном! – восторженно воскликнула Корделия.

– Я знала, что тебе понравится, – улыбнулась она.

– Хозяйка, а что в бокалах? Это явно не алкоголь, – сказал Чонгук, разглядывая золотистый напиток.

– Ты прав, – Минерва сделала глоток. – Это напиток «Поднебесная» из яблочного и апельсинового соков с персиковым сиропом.

– Я думал, это шампанское, – сказал Юнги разочарованно.

– Поверь, это тебе понравится больше. Алкоголь невкусный и смертельно опасный. Если переберешь, то мозг отключится. Это состояние всех прельщает, но на деле оно смертоносно. Ты делаешь то, за что стыдно. В этом состоянии совершается большинство преступлений, происходят аварии. Все бы ничего, но даже от маленькой дозы отмирают клетки мозга, портятся органы. В алкоголе нет ничего привлекательного, кроме картинки. Через сериалы, фильмы, книги, выдуманные традиции нам диктуют, что алкоголь – это хорошо, если в меру. Но можно ли травиться в меру? Закинуться мышьяком, ртутью или цианидом калия в меру? Нам показывают, как он делает человека красивым, привлекательным, крутым. Да и в конце концов все пьют алкоголь, почему бы и нам не присоединиться? Потому что алкоголь – это один из ядов, который придумали для того, чтобы отсеивать ценные кадры от общей массы бездумного народа.

– Откуда вы это знаете?

– Я работаю в сфере продвижения алкоголя, сигарет, разврата, бессмысленной жизни в массы – в шоу-бизнесе.

– А мой отец работает в сфере продвижения идеальных образов, делая их целью жизни многих людей, – с насмешливой, довольной, но пустой улыбкой сказала Корделия, запихивая в рот еще один кусочек шоколада.

– Почему вы это делаете? – спросил Чимин недовольным голосом.

– Деньги, – кратко отвела ему Минерва.

– Но как же можно заведомо портить жизнь людей? – хозяйка упала в его глазах.

– Либо ты, либо тебя. Таков закон этого мира. Да и к тому же, ты не можешь осуждать нас, ведь вы делали то же самое.

– Каким образом? – Чимин был готов взорваться от злости.

– Вспомни своё легендарное движение в хореографии. Ты показываешь свой пресс, ну и тому подобное.

– Это изюминка нашей хореографии, – возразил Чимин.

– Это приватный танец, а то есть разврат. Вспомни ваши основные образы на фотосессиях. Милые мальчики с идеальной внешностью. Пропаганда смены ролей мужчины и женщины, а также идеального образа, который недосягаем. Как тебе такое?

– Я не знал, что... – Чимин был ранен в самое сердце такими обличительными словами Минервы, сказанными строгим, холодным тоном.

– Незнание не освобождает от ответственности.

– Да что мы все о работе? – неожиданно весело сказала Корделия. – Лучше я вам расскажу про мой новый проект «Мода для всех».

Девушку было уже не остановить. Из неё слова лились как из рога изобилия. Минерва налила себе напиток по края бокала и стала поедать то, что принесли с кухни парни. Остальные, отвлекшись от грустных дум, слушали Корделию в качестве заднего фона, переговариваясь между собой периодически, и присоединились к поеданию. Чимин медленно жевал, никого не слушая, погрузившись в свои мысли.

– Хозяйка, позвольте отойти, – сказал Чимин посреди предложения Корделии.

– Иди, конечно, – ответила ему Минерва.

– Эй, для кого я вообще рассказываю?! – Корделия ударила вилкой по тарелке, отчего всех передернуло.

– Мы тебя слушаем, рассказывай! – сказала Минерва, сделав большой глоток.

Чимин проехался стулом по мраморному полу и, встав, ушел в темную часть, где никого не было. Зачем нужна эта темнота посреди бального зала? Чимин не особо хотел думать об этом. Его мысли занимали рассуждения о том, кто же его хозяйка в его жизни: главный герой или антагонист. Он бесцельно смотрел перед собой, не заметив, как какая-то дамочка подошла к нему и прижалась рукой, а затем кинулась обнимать его и жаться к нему.

– Госпожа, что вы делаете? – Чимин оторвал девушку от себя.

– Сладкий, что такое? Я тебе не нравлюсь? – девушка пыталась флиртовать с ним.

– Вы ошиблись. Мы с вами не знакомы.

– А ты случаем не слуга? – девушка стала разглядывать его.

– Да, я слуга.

– Ну так послужи мне, малыш! – она снова кинулась к нему на шею, обнимала его, рассматривая костюм. – Дорого тебя хозяин одел. Чей ты?

– Госпожи Минервы Острожской.

Девушка тут же резко отлипла от парня, посмотрела на него, как на чудовище, перекрестилась и убежала. Ничего не понимая, Чимин пытался увидеть, куда ушла странная дама, но решил, что это темное место не безопасно для него, и вернулся к своему столику.

Сев на свое место рядом с Минервой, Чимин залпом выпил напиток, который был у него в стакане и поперхнулся. Быстро постучав по груди, он с облегчением выдохнул.

– С тобой все хорошо? – спросила Минерва, наклонившись к нему. – Почему у тебя взъерошенный затылок? Почему пахнет другими духами?

Медленно выпрямившись, Чимин улыбнулся неловко и широко, отчего он перестал видеть. А вот взгляд Минервы отличался особой строгостью, от которой всем за столом стало не по себе. Ее лицо вытянулось, а брови стремительно поднялись, напоминая взгляд орла на свою жертву.

– Что случилось, Чимин? – холод ее голоса пустил по коже парня мурашки.

– Давайте отойдем. Я не хочу при всех.

– К тебе приставали? – парень молчал, но его уши стали краснеть. – Я тебя спрашиваю, Чимин. Кто тебя облапал?

– С чего вы это решили? – Чимин начал покрываться красными пятнами стыда. Он не хотел позориться на глазах у всех.

– Я уже сказала, что у тебя взъерошенный затылок и чужой запах. Покажи мне того, кто это сделал.

– Хозяйка, услышав ваше имя, эта госпожа тут же отстала от меня. Ваш авторитет не стоит на кону.

– На кону стоит все. Если я не накажу этого человека, то к вам будут приставать и в будущем. Я не могу этого допустить. Знаешь, почему я сказала вам вести себя по правилам слуг, но накричала на ту девушку за то, что она хотела, чтобы вы исполнили свои задачи? Потому что я хочу, чтобы вся прислуга знала, кто вы, и хорошо это запомнила. Они донесут это до своих хозяев, и вас не посмеют трогать. Я никому не позволю указывать вам, что делать.

– А я ничего не хочу слышать об этом. Ничего не было. Вам показалось, – Чимин поправил волосы на затылке.

Тяжело выдохнув, Минерва посмотрела на Чжина, все это время вытянувшегося вперед и сосредоточенного на чем-то. Когда тот перевел взгляд на Минерву, она легонько кивнула ему с выражением вопроса, а он кинул взгляд на телефон, на экране которого светилось сообщение с информацией о человеке, который приставал к Чимину. Хозяйка смахнула сообщение вправо и незаметно положила свою руку на сжатые кулаки парня. От нежного прикосновения Чимин вздрогнул и резко посмотрел на Минерву испуганным взглядом, как жертва смотрит на хищника.

– Чимин, никто здесь не оценит твою доброту по достоинству. Ты так сделаешь себе только хуже. Поэтому, когда мы выходим в свет, прислушивайся к тому, что я говорю, – сказала она, постепенно меняя свой голос с холодного на теплый, глядя в глаза парню, готовому провалиться под землю или убежать с того места.

– Хорошо, хозяйка, – ответил он и тут же опустил голову.

Немного подумав, Чимин разжал кулаки и убрал с себя руку Минервы.