глава 7. манипуляции
Соня не ожидала, что у аллеи окажется так много людей. но потом она вспомнила, что шли последние дни перед каким то очередным регилиозным праздником, время молитв и покаяний. секунду еще размышляла, не лучше ли ей отправиться в молитвенный дом с остальными, но она не знала, будет ли там Татьяна Николаевна.
недалеко от чащи Соня спустилась на пустую скамью. вдали мерцали свечи у алтаря. эта часть лагеря была освещена еле-еле, и она не боялась, что её увидят здесь.
отряды двигались у алтаря в облаке благовоний. сверкала парча. их окружали портреты служков в красных сутанах и белых накидках, с кадилами в руках.
слышались звуки органа (явное дело льющиеся из колонок), гремел хор, и вдруг Соне показалось, что она видит то же одурманеное лицо, что и ранее, те же глаза, пораженные сном наяву, исполненные безусловной верой, желанием покоя и безответственности.
Саша двигалась на противоположной дорожке вдоль цепей. шла, вероятно, в заброшенные корпуса, понятное дело, на встречу с Соней. она встала со скамейки и замахала руками, но не проронила и слова - ей нельзя было находиться здесь. попрыгала с одной ноги на вторую, но Саша и глазом не дрогнет. потому она вскочила, собрала все силы в кулак и на бешеной скорости полетела к ней по склону вниз.
Соня выбежала на дорожку и вскочила упираясь руками об плечи Саши. та взвизгнула:
- Господи, Соня!
руки её что то прятали в карманах джинс, Соня заметила это сразу. по очертаниям пальцы перебирали каких то три железных цилиндра.
- что это? - спросила она.
- то, что поможет нам послушать музыку, - ловко ответила Саша, вытаскивая ладонь из кармана.
- что?
старшая выставила перед собой кулак и медленно стала поднимать пальцы. в предвкушении Соня впилась взглядом в руку, помогая им расправляться. секунда, две, три - и, о, чудо! пальчиковые батарейки!
Соня мигом среагировала: выхватила их и стала разглядывать, буквально сияя от радости.
- не может быть! где ты их взяла? - воскликнула она.
- впервые вижу такую реакцию на обычные батарейки, - посмеялась Саша.
- ну, Саш! откуда они? прям идеальные, по размеру подходят!
- у нас в вожатском корпусе висит маятник. им давно никто не занимался, вот я и подумала, что никто и не заметит, если в один день он перестанет работать.
Соня кивнула.
- а тебе не достанется?
- забей. тебе то это важно.
Соня засмеялась. поистине это было утверждение с другого мира. важно или неважно - всегда это занимало только саму Соню, но никак не других людей.
- спасибо, - сказала Соня, улыбаясь. - сейчас как раз послушаем.
Саша улыбнулась.
они оставили аллею и вошли в сумрак чащи, что тянулась вдоль неё. здесь девушки принялись доставать магнитофон на улицу, разговаривая, и ожидая, чтобы истекли положенные полтора часа. чем дальше они заходили, тем сильнее чувствовался запах цветущих лип. вечерняя Луна обливала серебром крыши и башни. все было таким, будто лагерь старался убедить Соню, что она сама себя обманывала, что нет никакой опасности, что она может после долгих заблуждений утешенной вернуться в корпус и снова быть самой собою.
она внимала Сашиному вкрадчивому голосу и даже не пыталась ей возражать. вожатая указала ставить его у ступенек - там Соня и поставила. слишком часто до этого - с Софой, Оксаной и другими ребятами - не ощущалось такой же спокойной атмосферы, когда она подчинялась колдовскому влиянию радости и навеянному ею ощущения безопасности, счастья и забвения. вожатые всегда замечают пропажу, а Соня не превращается в святую благодаря лунному свету и аромату цветущих лип.
ребята по традиции сели на ступеньки и Соня достала из кармана кассету - та всегда была с ней.
- я, кстати, рассказать тебе забыла, - начала Соня.
- а, ну.
- сегодня когда я шла к тебе меня перехватил Чижик...
- кто это? - перебила Саша.
- тихо, не перебивай, - сказала Соня. - он перекрыл мне путь и такой типа: «Соня, есть минутка» - или как то так, - она покрутила кистью в воздухе. - я говорю типа: «если это не так важно, то сомневаюсь», а он мне отвечает типа: «давай погуляем завтра вечером на аллее?», а я такая типа: «чё?»! а он мне начинает короче уточнять типа где у нас аллея, а я ж не тупая! говорю типа: «та я знаю, просто неожиданно», ну мы же с ним не общаемся почти. а он мне говорит, что типа вот эти подколы от девочек его принуждают начать со мной общаться.
Саша зачем то загибала пальцы.
- и он такой типа: «так пойдем?», а говорю короче типа: «та пойдем, пойдем», и ушла к тебе!
Саша загнула ещё два пальца и тяжко вздохнула.
- ужас, Соня, девять раз слово "типа".
- ой, не душни! - воскликнула младшая. - что думаешь по этому поводу вообще?
- я даже не знаю кто такой этот твой «Чижик».
- ой, да это пацан с моего отряда. бесячий очень! меня начали с ним сводить, когда мы оба стали не появляться на тихом часу, вообще в целом на каких то мероприятиях.
Саша вяло покачала головой и тыкнула пальцем в слой пыли на магнитофоне.
- так что думаешь? - снова спросила Соня.
- не знаю, - ответила Саша.
и Соня, явное дело, не поняла такого ответа, и точно не была им польщена. она ждала какой то яркой реакции, а её не было. и как будто это имело какой то смысл.
- ты думаешь, нравишься ему? - продолжила она.
- думаю, что да.
- а он тебе?
- не знаю, если честно, - ответила Соня, накручивая волосы на палец. - был один мальчик с прошлой смены, Денис его звали, я до сих пор к нему чувствую какую то привязанность.
меж ними стоял чудесный, ярко малиновый вечер. солнце уже скрылось за деревьями, но запах реки стал словно сильнее. из некоторых окон доносился запах сырости, смешанный с запахом ночи. зажглись фонари, растекаясь по земле косыми лучами. где-то прогромыхивала мелодия органа. на спокойной поверхности безымянной речки мелькали там и сям кувшинки, а внизу, без огней, лежала белая безмолвная лодка.
- общаетесь сейчас? - спросила Саша, ёрзая на досках.
- не-а. я пыталась найти его в сот сетях, но не получалось. а в прошлом году телефоны не выдавали так часто. это сейчас реформы, а тогда все было сложно.
- а чего номерами не обменялись?
- а у него телефона не было. 2014 год, чего ты хочешь? только компьютер, - ответила Соня.
- а почему он в этом году не приехал? - в очередной раз поинтересовалась Саша.
- взрослый слишком. его еле как в прошлом году приняли.
- а сколько ему?
- в этом году восемнадцать должно было быть, - сказала Соня.
Саша угрюмо что то пробубнила под нос, но Соня это проигнорировала, сделав вид, что не заметила.
- лето вообще в том году такое короткое было, - сказала младшая неожиданно помутнев.
- лето коротко, и жизнь тоже коротка.
- но что делает её такой короткой? ощущение, будто мы только вчера познакомились, а уже полторы недели прошло.
- то, что мы знаем, что она коротка, - ответила ей Саша, открывая отсек для батареек.
- ага, а бродячие кошки знают, что жизнь коротка? разве знает об этом птица? бабочка? - Соня достала из кармана маленькие цилиндры.
- они, наверное, считают её вечной. никто им этого не сказал.
- а зачем нам сказали об этом?
- на это есть много ответов.
- дай хоть один.
Соня подсунулась ближе к Саше, кладя магнитофон к себе на колени, а свою голову - ей на плечо.
- один из них - в том, что жизнь стала бы невыносимой, если бы она была вечной.
- ты думаешь она стала бы скучной? как жизнь богов? это неправда, давай следующий.
- в жизни больше несчастья, чем счастья. то, что она не длится вечно - просто милосердие.
Соня промолчала.
- опять вранье, - сказала она наконец. - и мы говорим это только потому, что знаем, что мы не вечны и ничего не можем удержать. и в этом нет никакого милосердия. мы его изобретаем сами. изобретаем, что бы надеяться.
- есть доля правды. но разве мы все-таки не верим в это?
- я не верю.
- и в надежду?
- ни во что. к этому приходит каждый, - девушка порывисто вставила батарейки в отсек и закрыла его крышкой. - даже Анна Владимировна, пусть ей однажды и удалось бежать.
- бежать? к чему? от чего?
- она бывшая коммунистка СССР.
- поняла, - одобрительно кивнула Саша. - но если это все, на что ей остаётся надеяться? только на это. сама посуди, она немолода.
- чужую жизнь не обсуждаю. особенно таких гнилых людей, как она.
Соня перевернула магнитофон к себе лицом и поставила кассету. но позднее опомнилась, стукнула себе по лбу и достала её наружу.
- есть ручка? - спросила она.
Саша порылась в карманах мешковатой кофты и вытащила оттуда скрученную в трубочку тетрадь. на обложке висела ручка.
- а зачем тебе? - спросила вожатая.
- прокрутить валик.
- что, что?
- ой, дай сюда! - неожиданно горячо ответила Соня, выхватывая из рук Саши тетрадку вместе с ручкой.
Кульгавая сняла с неё колпачок и просунула стержень в дырку кассеты. набрала темп и стала прокручивать, как юлу.
- это вроде не так называется, - сказала Саша.
- какая разница, смысл все тот же.
ночь густела. за деревьями была видна лужайка, она постепенно стала синей, потом серебристой от росы. спустя пару секунд она вытащила ручку и закрыла её, а кассету оглядела и вновь положила в магнитофон.
- но, кстати, то, во что верит Анна Владимировна - это все, что мы можем сделать. так же как и мир перед войной. надеются, что она еще разок будет отложена. но задержать её никто не может, - сказала Соня.
- войну, вообще-то, можно, - возразила Саша. - а вот смерть - нет.
- ой все! давай, слушай.
она тыкнула на кнопочку посередине и из магнитофона полились мычания и хриплая мелодия. поверх обрывками пробежали помехи. Соня нахмурилась, неужели все зря? но сдаваться не собиралась ни в коем случае.
ей показалось, что пустая мрачная одержимость - это знамение ихнего времени. люди в истерии и страхе следуют любым призывам, независимо от того, кто и с какой стороны начинает их выкрикивать, лишь бы только при этом крикун обещал человеческой массе обещал принять на себя тяжёлое бремя времени. но можно поручиться, не избежать ни того, ни другого.
однако, Соня посчитала, что повторяется. и она была права. будучи тем куском гнили с прошлого года, она бы никогда не боролась до конца, а сейчас проснулось желание. и наверное это потому, что Саша сказала, что ей это интересно. и наверное потому, что она старается ради другого человека, хотя раньше этого делать не приходилось.
Соня взялась за антенны и прокрутила их на запад. звук совсем пропал. она поняла, что вертит не туда. а так как её двоюродный брат раньше ей показывал, как находить точку связи, она решила, что не простит себе его потерянные старания. прокрутила наоборот - на восток. музыка все еще шипилявила. медленно вниз - хуже. медленно вверх - ещё немного, ещё немного!
- о-оп! слышишь? - вскрикнула Соня.
с динамиков тихонько звучала песня "новый герой". Соня добавила звук и стала медленно покачиваться под такт музыке. а Саша этому умилялась.
Соня даже не поверила. спустя столько лет магнитофон все еще работал! конечно, не так хорошо, как тогда, но тоже ничего. лагерь, по сравнению с музыкой, был огромной звуковой волной, но, словно видя радость Сони, уступала медленному потоку музыки. он затихал. в побоях смутно угадывались слова, но она знала их наизусть. она думала о песне и о том, что делала музыка с ней в прошлом, но разглядеть прошлое Соня не могла, оно маячило перед ней - смутное и большое, как высокие затемнённые окна в боковом фасаде собора. и она уже даже не замечала, когда менялась песня. просто надеялась услышать любимую.
и внезапно, она. как тогда, на тихом часу. родная. Соня громко запела, не обращая внимания на остальных. это было такое наслаждение, что она физически, телом ощущала, как по нему разливается новая волна адреналина и свободы.
пробегая взглядом, Соня увидела, как Саша смерила её приветливым, ласковым взглядом; остановившиеся глаза на секунду задержались на двигающихся губах, словно она хотела что то сказать, но не сумела нарушать Сонин покой. рот её задвигался, но она ничего не сказала.
она держалась так, будто это все ничего не значит. однако, Соня не представляла, что она скажет Саше, когда песня закончится. младшая решила, что задаст абсолютно ожидаемый вопрос.
- ты, кстати, на вечер поэзий пойдешь? - но ожидаемым он не был.
- та куда мне, за малышней кто следит будет? - ответила Саша, откидываясь назад.
- а ты вообще стихи пишешь какие то, поэзии?
- ну, иногда бывает.
- в тетрадку? - бумага все еще лежала у неё на коленях. Соня без спроса распахнула её и это стало мостиком к ошибке.
- да, там, но читать не разрешаю.
внезапно Саша выхватила из рук Сони тетрадь и захлопнула её. Соня решительно подкатила рукава - это стало второй ошибкой.
- эй! ты забыла? друзья должны быть открыты перед друг другом полностью!
- с этим это не работает.
- работает! - вскрикнула Соня. - ну да-ай! я же спела тебе, хотя не люблю петь.
она протянула обе руки, в ожидании, что Саша в них положит тетрадь. она секунду помедлила, а потом жалостливо вздохнула, но все таки отдала её.
- манипулятор, блин... только без вопросов, - промычала Саша.
- та ладно, ладно!
она открыла на знакомой третьей странице, как и в прошлый раз. Соня решила, что этот момент станет чудесным предлогом, чтобы наконец узнать значение слова «дебоширка».
младшая прошлась глазами по знакомым строкам и хмыкнула, прочитав в голос. по Саше было видно, что ей неловко, она прям залилась краской и сжалась от смущения.
- ты что, девушек любишь? - опешила Соня, будто не знала об этом. - ты типа лесбиянка?
- та нет, нет! - поспешила оправдаться Саша. - это по мотивам книги!
- какой?
- "ночь в Лиссабоне".
- а что такое «дебоширка»? - нахмурилась Соня.
- ну, дебошир - это человек, который кратко говоря буянит, идет против правил. а там была девушка такая, Елена её звали.
- как интересно, - пробубнила Соня, поскрябывая щеку.
она перелистнула ещё страницу.
- ты так листаешь, будто знаешь где и на какой странице что размещено, - сказала Саша. - погоди, это что у тебя? синяк?
Саша взяла Соню за руку и оглядела тыльную сторону ладони. она сначала не обратила внимания, но потом, тело будто кипятком окатило. вот чёрт! она же переписывала это слово на тыльную сторону ладони, чтоб не забыть! за неделю чернила так и не смылись! какой позор..
она быстро отдёрнулась, но за это время Саша успела прочитать и распознать слово. это было понятно, по её встревоженному выражению лица. она тихо спросила:
- ты что, брала мою тетрадь без разрешения? - но не смотря на ситуацию, голос её был совершенно спокойным.
- нет, - соврала Соня. - с чего ты взяла?
- у тебя там написано «дебоширка»!
Соня замялась, но слова слетали с языка как прокаженные.
- там «дережёвка»!
- не ври мне, там «дебоширка»!
- та на, посмотри! у меня просто "ш" и "ж" похожи, - она протянула ей руку, указывая на буквы.
- а почему там окончания разные?
- хвостик у "в" стёрся! мы же на реку ходили, и вот!