Глава 40
Регина неторопливо вышла из уборной, в которой просидела около двадцати минут. Ей не особо хотелось находиться в компании Колика и неизвестной ей девушки. Как показалось Антиповой, она ходит с кем-то из старших Дома быта, поэтому, скромно сидела в уголке поглощая мороженое.
Устав бездельничать в темной комнатушке, девушка тихонько прошлась по коридору, стараясь не стучать каблуками сапог. Из основного зала она услышала странные звуки, что несомненно заставили ее прищуриться и подсмотреть за происходящим из-за угла. Довольно неприятная картина.
Этот Рома, закинув руку на плечо девчонки, старался погладить её по внутренней части бедра, и, все бы ничего, но девочка явно не хотела этого внимания. Да и выглядела она довольно маленькой. Лет пятнадцать. Внимательно посмотрев за его действиями, Регина внезапно вышла из своего убежища и смерила Колика презрительным взглядом, а после перевела взор на экран телевизора.
На нем была запущенна кассета, что и в доме старичка. В голове Антиповой с каждым вздохом и стоном доносящимся из экрана, стал складывается пазлик. Она опасливо глянула на ухмыляющегося Колика, а после на магнитофон в руках девочки, и… ей стало все предельно ясно.
Сделав непринужденное лицо, она уже практически осуществила задуманный план, существующий пока что только в ее голове.
— Что ты там так долго делала? — спрашивает Рома, поднимаясь со своего места и подходя чуть ближе к Шубке.
— Да, так. Женские дела, — на последнем слове его улыбка расползалась ещё шире, однако, похоже, парень вовсе не ожидал последующих действий от дочери Антипа, — я переключу там на один момент? Мне он больше нравится.
Пару секунд он пытался понять, что произошло, а после положительно кивает.
— Перематывай, родная! — Регину чуть ли не стошнило от подобных слов, однако выхода не было. Она миленько улыбнулась, после чего наклонилась прямо перед Романом, становясь в весьма неприличную позу и пытаясь переключить каналы.
Колик, обдумав свои дальнейшие действия, решил все же приблизиться к Антиповой и слегка шлёпнуть по ягодицам. Но он, видно, не на ту напал, поскольку сразу после этого ему прилетело куда-то в глотку каблуком сапожка. Как только он схватился за горло, Шубка выпрямилась и, достав из кармана джинсов электрошокер, ударила Колика пару раз.
— Он… умер? — тихонько поинтересовалась девочка, сидящая на стульчике.
— Лучше бы умер, — хихикнула Антипова, пару раз делая вдох, а затем, надев обратно сапог, подошла к девочке, — ты ведь с Универсамом, так?
— Да, а ты откуда знаешь? — удивляется школьница, прижимая видеомагнитофон поближе к себе.
— Я Регина, слышала о такой?
— Мне Марат про тебя рассказывал, — тихонько сообщила она и заметно расслабилась, понимая, что ее тут никто не обидит.
— Надеюсь, только хорошее, — хихикнула Шубка, посматривая на стол, где спал Турбо-младший. Ежика она решила держать возле себя, ведь, зная отца, с ним могло произойти все, что угодно.
— Ну, ты действительно хорошая, — без каких-либо сомнений вслух сообщила свои мысли универсамовская, а после кивнула на лежащего Колика, — спасибо. Мне было так неприятно, но поделать…
— Ничего не смогла? — на встревоженный вопрос Шубки, девчонка лишь кивнула, стыдливо уставляясь куда-то в пол, — эй, ты чего? Ты не виновата! Он ведь старше тебя и сильнее. Хорошо, что ничего серьезного не успело произойти.
— Да, — кивает девочка, а после обнимает Регину за шею. Бедная. Она была такая напуганная, — я Айгуль. А видак украли. Я в видеосалоне была, а потом…
— Тише-тише, — посмеивается Антипова и поглаживает шелковистые волосы девушки Марата, — не переживай. Давай так: я отвожу тебя домой, возвращаю парням магнитофон и заодно даю люлей, а Адидасика-младшего к тебе пригоню?
— Хорошо.
***
Турбо сидел, вразвалочку вдыхая родные благовония спортзала и надеясь на лучшее. Помимо пропажи Регины, их нагло обокрали, увезли девчонку Марата, а теперь ещё и Адидас с Зимой уже около часа неизвестно где на разборках. Ему пойти не дали: во-первых, из-за пылкого нрава, а во-вторых, из-за плохого самочувствия. Однако, в подвале был почти весь Универсам.
Молодежь лениво качала бицепсы, зачастую охватывая по челюсти на ринге. Кудрявый встал бы и разобрался с таким безобразием, но сегодня ему было, откровенно говоря, похуй на все, что его не касается.
Отпив теплой водички из пожелтевшей кружки, Валера услышал звук открывающейся двери, и переведя взгляд на нарушителя спокойствия, чуть ли не захлебнулся.
Это была Регина.
В шубке, с обыденно горящими глазами и видеомагнитофоном в руках.
Такая родная…
— Регина? — шепчет и, встав, направляется к девушке, которая передает Сутулому их магнитофон, а после, скромно улыбаясь, смотрит прямо ему в глаза. Зрачки Турбо инстинктивно расширяются.
— Но… ты ведь ещё с утра уехала… — протягивает, не понимая, но безумно радуясь встрече.
— Да, я подумала, может… ну его? — улыбается и, подобно кошке, направляется прямо к Валере. Её руки обволакивают шею кудрявого, который, не веря своему счастью, улыбается и подхватывает девушку на руки.
— Глупая ты женщина, — качает головой Туркин, наслаждаясь теплом родного тела. Все рядом стоящие наблюдали за этой картиной тихо, словно не хотели нарушать обстановку. — Потом мы обязательно поболтаем, не обольщайся. Сейчас я слишком добрый.
Смотрят друг на друга. Им обоим хорошо, но вопросы никуда не ушли. И, к сожалению, Регина понимает, что если отец не разрулит ситуацию, их исход будем весьма плачевным. Но кто любит думать о плохом? Все хотят верить в хорошее.
— А где скандал? — игриво фыркает Шубка, — я ждала битую посуду!
— Тогда идём ко мне! — в манеру ей улыбается Туркин.
— Посуду будем бить? — на провокационный вопрос ответа не последовало, потому что в подвал забежала тройка ушедших парней.
Адидас, Зима и Марат в расстройстве чувств уставились на парочку, что встала посреди прохода.
— Это ещё что такое? — недовольно выгибает бровь старший Суворов.
— Регина! — радостно верещит Зима и, приблизившись, отбивает подруге пять, любуясь тем, что с ней все в порядке.
— Я за Айгуль! — вопит Маратик, который перенервничал больше всех остальных.
— Дома твоя Айгуль. Отцу в руки отдала, — фыркает Регина, ожидая похвалу в свою сторону. Младший Суворов удивлённо на нее смотрит, будто ожидая подтверждения информации.
— Правда?
— Правда-правда. Только чтобы больше не водил её в места сборов, а то хрень такая повторится, — грозится Антипова, активно жестикулируя, сидя у Турбо на руках.
— Ой, Господи! — Марат от счастья хватает и целует тыльную сторону ладони Регины, на что Турбо по привычке закатывает глаза, — спасибо тебе! Пацаны, я погнал!
— Ишь, как след простыл, — пожимает плечами Адидас, а после поворачивается к ребятам, — чё-та не было Дома быта на разборках. Приехали, час стоим и нет никого. Интересно, получается.
— Ничего интересного не вижу. Они с моим отцом сейчас, а видик уже тут, так что можно не париться.
***
— Валер, — тихо шептала девушка посреди ночи, — Валера!
— Что? — издав нечеловеческое мычание, уточнил Туркин, прихватывая себе тушку Шубы и используя её вместо подушки.
— Я есть хочу.
— С утра поешь, — на подобное высказывание Турбо получает по лбу, а теплое тело выпутывается из его объятий и перекатывается на другую часть кровати. Спали ребята в квартире у Туркина, поскольку взрослые в её доме — весьма эксцентричные люди. — Есть нечего, можем на балконе покурить.
— В пол третьего ночи мне ещё курить не предлагали, — удивилась Антипова, поправляя бинт на раненной руке. На ней была длинная кофта, взятая у Валеры под предлогом холода. Однако, причины на то были совершенно иными.
— Все бывает в первый раз, — сонно отвечает Турбо и вновь затихает на минуты три. Спустя это время, по рёбрам не сильно ударяют пяткой. — А ну иди сюда, мелочь!
Её руки хватают и закидывают за голову, а на грудь ложится тяжёлый груз. Попытка выбраться не увенчалась успехом. Валера нагло закрыл лицо девочки собой, чтобы немного помучить.
— Гад! — слышалось что-то приглушённое в районе груди.
— Не слышу, — провоцировал Туркин, однако привстал с Антиповой, и на попытку возмущения накрыл её губы своими.
Она моментально прекратила рыпаться, на секунду вспоминая каково это, целовать его. Он осторожно сминал её губы, начиная покусывать и залезать языком поглубже. Руки Валеры блуждают по девичьему телу, останавливаясь где-то в районе бедер, однако, только лишь ему стоило коснуться внутренней части бедра, как Регина вырывается и со смехом бежит на кухню.
— Куда погнала? — пытается догнать ее Валера, однако в ответ тишина, а в тёмной комнате вряд ли можно что-то разглядеть. Посмотрев по сторонам, на него резко из-за угла выпрыгивает что-то чёрное.
— Бу! — произнесено было так громко, что вероятно все жители дома услышали.
— Блять! — от неожиданности Турбо падает на пол, а черный силуэт прямо на него. Девушка начинает смеяться, хоть и больно ударяется локтем об пол. — Регина, что за ночные припадки?
Его возмущению не было предела, поэтому парень, игнорируя Шубку, отправляется к холодильнику, а Антипова в свою очередь послушно садится за стол.
— Картошку будешь? — спрашивает Турбо, недолго шерудя в холодильнике, а после на полках.
— Буду.
— Есть только сырая, — провокация не удалась:
— Ничего, почистишь.
— Кошмар, я в своём доме или как?
— Ну, это уже весьма спорный вопрос.
***
В конечном счёте Регина уже двадцать минут жарила картошку, которую почистил Турбо, а парень в свою очередь приоткрыл окно и покуривал никотиновую трубочку, внимательно наблюдая за девушкой. Она вызывала в нем некое эстетическое наслаждение такой степени, что каждый её жест не оставался без внимания. Аромат готовящейся еды разносился по кухне, а она такая домашняя, стояла в его одежде и готовила что-то наподобие ужина. Шубка, естественно, сказала, что готовить не особо умеет, но Валере было абсолютно плевать.
— Ты такая… — легко шепчет Турбо, выдыхая дым, — красивая.
Антипова смотрит на него удивлённо, но после ее лицо посещает счастливая улыбка. Это так приятно… Приятно, что человек смотрит на тебя так же восторженно, как и ты на него.
— Все потому, что я влюблена, — пожимает плечами и на секунду отворачивается, чтобы не смотреть в глаза Турбо. А он… он тушит сигарету об пепельницу и подходит к даме своего сердца со спины, аккуратно сжимая женские плечи. Она мимолётно дёргается, словно он ее до этого не касался, и оборачивается на такие откровенные слова из его уст:
— Я сильнее в тебя влюблен, — сказано уверенно, будто так и надо, но девушка не успевает сказать колкость, как на телефон, стоящий в прихожей, поступает звонок. — Вовремя, — комментирует универсамовский, поглядывая на часы.
— И часто у вас так?
— Не-а, — пожав плечами, парень идёт в коридор и снимает трубку, говоря первым:
— Алло.
— Добрый день, это городская больница. Вы Валерий Туркин?
— Да.
— У нас в крайне тяжёлом состоянии находится Сергей Скрябин. В квартиру его племянницы дозвониться не смогли, поэтому нам передали телефоны знакомых. Приезжайте поскорее.
— Выезжаем.