Сквозь тишину...

Мои глаза забегали. Моя тайна всплыла наружу. И самое страшное — её увидел тот, из-за кого всё и началось.

Он сжимал мои запястья, а его расширенные от ужаса глаза бегали по шрамам. В них была такая боль... будто это он сделал мне больно. Будто поранили то, что он бережёт сильнее всего.

— Это... то, о чём я думаю?.. — он не смотрел на меня.

Я молчала.

— Пожалуйста, скажи, что мне кажется... — он поднял на меня глаза. Я не смогла в них смотреть. Не потому, что чувствовала вину. А потому, что эти глаза были слишком... знакомыми. До боли.

— Ты сама это сделала?..

Я кивнула.

— Да как ты можешь?! — его голос дрогнул, в глазах засверкали слёзы.
— Ты понимаешь, что это останется на всю жизнь? Это же... больно! — он кричал, будто отчитывал ребёнка, но в голосе не было злости. Только тревога.

— Не так больно, как внутри! — выкрикнула я.

Он будто остолбенел.

— Это не твоё дело! Не лезь в мою жизнь, Том!

Глаза предательски увлажнились.

— Мне не нужна твоя опека. Я уже не маленькая, ясно?!

— Может, и не нужна, — ответил он, — но ты не одна, поняла? Я рядом. Всегда. Даже если кажется, что меня нет.

— Заметно, — бросила я с горечью.

Он посмотрел мне в глаза. Его лицо будто залили холодной водой. Он отпустил мои запястья. На коже остались красные следы от его пальцев. И почему-то стало холодно... слишком холодно.

Он взял два ведра и молча вышел.

А я... я стояла и смотрела ему вслед, уронив на холодный кафель холодные слёзы.

Я не выдержала. Разрыдалась прямо там. Опустившись вдоль стены на пол, прижала колени к груди. И в ту минуту я поняла — нить между мной и Томом... окончательно порвалась.