Сон

— Господин, что же вы не сказали, что так плохо переносите алкоголь? — Алис посмотрел на Ируму, который сейчас сидел на лавочке и мерно покачивался из стороны в сторону, бормоча себе что-то под нос.

— Ирумаська, как ты себя чувствуешь? — Клара положила руку на лоб друга. Тот был красным, однако не понятно — от смущения или алкоголя.

-... Плохо, — Судзуки что-то пробурчал себе под нос, однако трио смогло услышать и разобрать только «Плохо».

— Мы отведем вас в уборную, Ирума-сама, — подхватив голубоволосого под подмышки, Асмодей и Сабло повели его в нужную комнату. Валак же шагала впереди друзей, напевая под нос себе какую-то песенку про травку, цветочки и бабочек.

— Зато теперь можешь считать себя настоящим мужиком, — блондин похлопал соперника за трон по спине. Тот промычал что-то одобрительное, а потом снова вырвал.

— Выпейте, — дворецкий подал Ируме стакан шипучей воды*. Приняв стакан, Судзуки почти мгновенно осушил его и снова склонился над «белым другом».

— В следующий раз надо будет самолично проверить меню, — поджал губы розововолосый.

— И добавить сок, — кивнула зеленоволосая.

Проблевавшись, голубоглазый прислонился затылком к стене и, кажется, вырубился. Трио демонов заметило это только спустя пару минут разговора.

— Алис, отнеси Ируму в комнату, а мы предупредим директора и Оперу-сана, что он, скорее всего, останется тут, — сказал Сабнок и, пока малиновоглазый не понял его задумки, утащил Валак в большой зал. Дворецкий уже ушел, так что Алис совсем неаристократично выругался, сглатывая. Подняв человека, вокруг которого мысли аристократа вращаются не один день, на руки, Асмодей понес его в сторону комнат, однако остановился в середине коридора.

— Нам не готовили гостевые комнаты, — прикусил губу демон. — Блять! — Снова выругался розововолосый и пошел в совершенно другую сторону. Улыбнувшись во сне, Ирума сжал в руке рубашку друга. Приулыбнувшись, Алис вошел в свою комнату и положил «господина» на кровать, с грустью убирая руки голубоглазого со своей рубашки. — Просыпайтесь скорее, Ирума-сама, — сказал Асмодей, почти невесомо целуя «друга» в губы. Что-то промычав, Ирума перевернулся набок, подтягивая к себе колени. Улыбнувшись, розововолосый вышел из комнаты, собираясь в буквальном смысле открутить голову «умным» друзьям.

— А ты, оказывается, в таком смысле популярен не только у девушек, — стоило двери закрыться, как кольцо засветилось и появился Али-сама*. Однако Судзуки его не слышал, ведь и правда спал...

— Вы что тут решили устроить, сволочи? — Прошипел Асмодей, найдя Сабнока и Клару. Нежный и восхищающийся взгляд, которым Алис смотрел только на Ируму, сменился на гневный и желающий убивать.

— Помогаем Ази-Ази стать с Ирумуськой еще ближе! — Выкрикнула Валак, лазая по Сабло. Хорошо еще, что в зале играла музыка, а наше трио стояло в отдалении от остальных демонов, и никто этого не услышал.

— Я вас точно убью когда-нибудь, — вздохнул малиновоглазый, и его гнев вроде как сошел на нет, однако было видно, что от одного неосторожного слова или действия Алис начнет все крушить. — Вы поговорили с директором и Оперой-саном?

— Они говорили с твоей матерью, и мы решили не рисковать, — ответил блондин.

— И правильно сделали, — кивнул Асмодей и осмотрелся. — Пойду сам с ними поговорю, — заметив мать, директора и Оперу-сана у одного из столиков, демон направился к ним.

— Асмодей, в школу пришло письмо для этого сопляка. Где он ходит? — На середине пути Кальего остановил лучшего ученика на курсе.

— Ирума-сама сейчас спит. Мама сказала, чтобы в каждый напиток был добавлен алкоголь в небольшом количестве, и оказалось, что господин очень плохо переносит его. Я могу сам потом отдать Ируме-сама письмо, — ответил Алис.

— Лично в руки, — Наберий отдал ученику письмо и куда-то пошел. Посмотрев ему вслед пару секунд, малиновоглазый подошел к нужным демонам.

— Алис! — Амариллис почти мгновенно повисла на сыне. Тот недовольно скривился, однако ничего не сказал. — Сынок, ты что-то хотел попросить у любимой мамочки?

— Я бы хотел попросить, чтобы в следующий раз были напитки без алкоголя, — фыркнул он. — Директор, Опера-сан, я хотел сказать, что Ирума-сама себя не очень хорошо чувствует. Сейчас он спит в моей комнате.

— Ируме-куну плохо? — Вскрикнул Салливан, начиная причитать. — Бедный мой внучек! Скорее позовите доктора!

— Госпожа Асмодей, мы были бы вам очень благодарны, если бы вы позволили Ируме-куну переночевать сегодня у вас, — поклонился лис, оттащив хозяина от Алиса.

— Конечно же пусть остается! — Воскликнула Повелительница Похоти, все также не отлипая от сына. — Мы этому будем только рады, верно ведь, Алис? — Демонесса потыкала сына в щеку.

— Ага, — малиновоглазый сглотнул и, высвободившись из объятий матери, вернулся к друзьям.

— Что сказал Директор? — Спросил блондин.

— «Ируме-куну плохо? Бедный мой внучек! Скорее зовите доктора!» — Процитировал Асмодей, на что Клара и Сабнок засмеялись. — Но Опера-сан попросил разрешения у моей матери, чтобы господин остался тут. Она согласился.

— Вот и хорошо, — всплеснула руками Валак. — Ази-Ази, Саб-кун*, давайте играть! — И, схватив парней за руки, зеленоволосая потащила их на улицу, не обращая внимания на их нежелание и возмущение.