Ген 20

Тишину разбавляли шаги. Стук от обуви эхом разносится по коридору с высокими стенами. Остину знакомо это чувство, будто ждёшь встречи с хищником, который решит: выживешь ли ты сегодня. Это чувство охватывает тело холодом до дрожи в лёгких. Кровь становилась тяжелее и словно пропускала через себя электричество по венам. Дыхание замедляется и предательски вздрагивает. Тридцати восьми этажное здание. Для чего столько этажей? Чтобы показать своё величие монстрам, которые ничего не понимают? Это место напоминает Остину его дом своей безжизненностью.

Двое мужчин остановились у двери и разошлись в стороны. Двери медленно открылись, и Остин сглотнул заполняющую рот слюну. Множество шкафов с книгами вдоль стен, длинный стол посреди комнаты и завешанные шторами окна — встретили за дверью. Белый свет позволял разглядеть каждую трещинку на кафельном полу. Стук каблуков заставил Остина поднять глаза. На плечах женщины расположились белокурые кудри. Красные ногти на скрещенных руках сжимали ткань пиджака чуть выше локтя. Её лицо белое, светлое, с мягкой улыбкой. От этого на душе становилось ещё тяжелее.

— Присаживайтесь, — Мария указала на стол со стульями лёгким взмахом руки. До этого она вела активный диалог с кем-то. На некоторых стульях уже находились два человека: Ханна, которую Остин видел в исследовательском центре. В детстве он не встречался с ней. Видимо, из-за того, что она пробудилась намного раньше. Напротив неё сидел Натаниэль. Остин помнил его мальчишкой с выбритой головой, но сейчас макушка могла похвастаться густыми чёрными волосами. У него азиатский разрез глаз, кожа с слегка желтоватым оттенком и хмурое выражение лица. Рядом с ним Ханна кажется белым пятном, к тому же весьма маленьким.

— О чём Вы хотели поговорить? — Остин со скрипом отодвинул стул.

— Я в курсе, что все вы были рождены благодаря исследованиям «Ген-20», который курировала Рейчел Каликс, — Мария быстро перешла к делу. — Вас должно быть пятеро. Скорее всего, неизвестный человек является носителем доминантного гена и давно пробудился.

— Когда кто-то пробуждался, его отделяли от всех остальных, — заговорила Ханна. — Только что пробудившийся человек — опасен. Он не контролирует себя, хоть и может выглядеть иначе.

— Председатель ищет этого человека. Нам нужна любая зацепка, — голос Марии стал тише. — Хоть что-нибудь.

— Разве в исследовательском центре не хранятся данные о последних исследованиях? — Остину казалось, будто духота в этой комнате его душит, и он оттянул указательным пальцем серый воротник.

— Большую часть данных Рейчел уничтожила, но, в основном, это были данные о её сыне, — Женщина прервалась. — Это не так важно. Двое из вас находятся в исследовательском центре, а другая половина — в Завтра. Эта организация также хранит много информации. Председатель будет на стороне исследователей или членов организации «Завтра» зависит от вас.

— Мы можем идти? — Ханна встала со стула и тот с грохотом упал. — Любую информацию, какую мы сможем узнать, Вам сообщат.

— Хорошо, тогда вернёмся к недавно подошедшим, — Мария указала ладонью в сторону Роджера. — Данные, которые у меня есть, — о тебе, Роджер, — дверь захлопнулась, и дочь председателя снова прервалась.

— Рейчел лично их Вам передала? — парень откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди.

— Долгое время я хранила их в Ораторе...

— Вы выжили в день катастрофы, так? — набравшись наглости, Остин прервал её. — Выглядите знакомо...

— Остин, тебе тоже кажется, что ты где-то видел её? — Роджер снизил тон голоса.

— Об этих данных не знал даже мой муж, хоть и был заместителем председателя до нашего переезда в Оратор, — Мария прошлась пальцами по гладкой поверхности стола, будто её накрыло внезапное чувство тоски. — Он и мой сын — мертвы. Я сменила фамилию на отцовскую, словно отреклась от них. Фамилия Брик для меня стала такой обыденной и снова становиться Верис...

— Брик, Вы сказали? — внезапно Остин вскочил на ноги. — Как звали вашего сына?

— Остин, этого не может быть, — Роджер потянул его за рукав, заставляя сесть.

— Я чувствую себя ужасной матерью даже просто думая о своём сыне, — Мария налила в стакан воду из графина и дрожащими руками поднесла его к губам.

— Да, Вы действительно ужасная мать, — на лице Остина сверкнула улыбка. — Потому что Мэйн жив и здоров. До поры до времени, — стакан осколками разлетелся по кафелю, а рука женщины замерла навесу.

— Ты знаешь, где Мэйн? Он жив? — серые, до недавнего совершенно спокойные глаза, наполнились беспокойством или же чем-то более безумным.

— Вы действительно его мать? — Роджер медленно повернул к ней голову. — Как Вы могли бросить его?!

— Я не бросала его! — она перешла на крик. — Это вынужденная мера! Я должна была выполнить обещание, данное Рейчел!

— Всё из-за моей матери? — брови Роджера искривились в непонимании, а ресницы дрогнули. — Мэйну через столько пришлось пройти!

— Мне тоже, — Мария шмыгнула носом. — Я должна его увидеть... — она обхватала дрожащую ладонь второй рукой. — Мне нужно всё ему объяснить, — женщина резко обернулась к Остину. — Он в Завтра, да? Его вытащили из Оратора?

— Вас только сейчас это беспокоит? — в отличие от выражений лиц Марии и Роджера, Остин выглядел безэмоциональным. — Почему ты не поинтересовалась этим восемь лет назад?! — Остин вышел из-за стола. — Сами ищите своего пробудившегося. У нас своих проблем хватает, — Стук шагов подобрался к двери, и та с треском хлопнула.

— Госпожа Мария, для чего Вам Мэйн? — голова Роджера обернулась от двери к женщине. — Это ведь не семейное воссоединение, верно?

— Иди, Роджер, — Мария кивнула и после положила ладонь на лоб, будто на неё внезапно напала мигрень.

Остин приложился спиной к стене напротив двери. Кровь кипела и была готова просочиться сквозь кожу. Словно пар, исходящий от неё, заполнял каждый сосуд до предела. Роджер быстро показался в коридоре. Он встал напротив и ждал, что первым заговорит Остин. Это один из тех редких моментов, когда Роджеру нечего сказать.

— Ты должен был выйти следом за мной, — Остин открыл рот первым. — Теперь я выгляжу, как придурок.

— Что делать, Остин? — глаза Роджера опустились в пол. — Мы расскажем ему?

— Что за неуверенность в голосе? — парень оттолкнулся от стены. — С меня одного раза хватило, а в этот я молчать не стану, — он осмотрел коридор, пробежавшись взглядом. — Где Лей?

— Он с Элиотом.

— Уходим, — Остин кивнул головой в сторону лифта.

Обладательница мягкого голоса, неторопливых движений, уверенных серых глаз — Мария Брик. Мать Мэйна и дочь председателя — один человек. Мэйн не знал об этом? Эта женщина скрыла своё происхождение от него. Оба родителя скрыли. Роджер знал из рассказов Мэйна, что Мария была весьма отстранённой. Иногда Мария становилась заботливой матерью, но на следующий день снова с улыбкой уходила всё дальше. Роджер тоже скрыл от Мэйна то, что он жив. Более того, он жив благодаря монстрам, с которыми борется. Тяжело об этом говорить другим людям и тяжелее всего принять самому. Рейчел Каликс дала Роджеру жизнь, имя и фамилию. Плюсом к этому подарила родство с монстрами и умерла сама. От Лея он слышал, что Роджер слишком похож на мать. Он никогда не видел её. Он ничего не испытывал, смотря в зеркало. Рейчел для него словно миф. Роджер может лишь попытаться представить её образ, характер и голос. Каким он был? Таким же сладким, как у Марии или спокойным и пронзительным, как у Лея?

Рассвет — место, в которое Элиот думал уже не вернётся. В его планах было прожить лет до тридцати, если повезёт, и закончить своё существование самостоятельно. Единственный крючок, который удерживал его – Эрика. Без него она останется одна. Он оставил её с незрячей женщиной и вступил в Завтра. Получается, Элиот всё таки оставил Эрику одну? Машина вместе с Леем осталась позади. За этими металлическими воротами находится дом незрячей женщины. На поверхности ворот высечены рисунки львов, которые сражаются друг с другом. Со скрипом открылся проход во двор, и в лицо ударил порыв холодного воздуха. С крыльца спрыгнула девушка в яркой обуви с разноцветными шнурками. Одна прядь каштановых волос была окрашены в голубой. Элиот мгновенно ощутил тяжесть на своей шее. Эрика стала намного выше, чем он её помнил. Вчера, смотря на неё через экран ноутбука, он не обратил внимания на её внешний вид.

— Не обнимешь сестру в ответ? — Эрика опустилась с носочков на всю поверхность ступни и немного отстранилась. Руки Элиота обхватили её спину, сильнее прижав к груди. Его подбородок уткнулся в мягкую макушку. Стиснув зубы, он прищурился. Было ощущение, будто ему в глаза попал мелкий, каменистый песок. Тяжесть в груди становилась сильнее. Пять лет назад он оставил Эрику. Всё, что получала девочка от брата — это переводы на счёт. — Элиот, мне нечем дышать! — она ударила его в грудь, и тот прошипел, ослабив хватку.

— Ты точно моя сестра? — парень положил ладонь на голову Эрики, отстранившись. — Кажется, ты была намного ниже.

— Ещё бы лет десять подождал... — она надула щёки, отведя взгляд в сторону. — Эли, ты только из-за системы приехал?

— Это опасно, Эрика.

— Послушай, я понимаю всю серьёзность, но ты ведь осознаёшь, что сама я бы не смогла взломать систему? — Эрика оглянулась на входную дверь. — Давай зайдём.

Старые обои пропитались пылью. Где-то отходили уголки под потолком. Ковры чистые, но под ними скрипучие доски. Цветы на подоконниках были политы и пахли сырой землёй. Хоть дом и большой, но уже весьма старый. Ремонт бы здесь не помешал. Эрика прошла довольно много комнат, прежде чем остановиться у одной из дверей. Повозившись с замком, она дёрнула за ручку и махнула Элиоту. Внутри над потолком висели натянутые ткани. На столе зажглась лампа. Эрика опустилась под него, разбирая множество проводов. Вскоре монитор компьютера загорелся и началась загрузка. Белая точка циклично двигалась по краям круга.

— Садись, — Эрика толкнула кресло на колесиках, выбираясь из под стола. Элиот развернул его в сторону монитора и сел, не отводя глаз от экрана. — Видишь? У меня есть файл, который хранит пошаговый алгоритм создания системы. Нужен код доступа.

— Ты ведь уже вошла в систему.

— Это лишь малая часть. Система делится на три уровня, и так вышло, что Завтра и другие организации оказались на третьем уровне, — Эрика положила руку на плечо Элиота и щёлкала пальцем по кнопке мыши. — Это самый низкий уровень доступа, как ты понял. Мне помог один человек, который принимал участие в разработке.

— Не тяни резину, — глаза Элиота переместили взгляд на Эрику.

— Отец Эйлиты...

— Мамы?! — он едва не вскочил на ноги. — И почему ты зовёшь её по имени?

— Язык не поворачивается назвать её матерью.

— Но она хорошо к тебе относилась!

— А к тебе? — лицо сестры обратилось к Элиоту. Она выросла. Когда Эрика была ребёнком, то взрослела так медленно. Так почему же за эти года она стала другим человеком? — Для меня ты важнее, чем женщина, которая родила меня. Ты всегда молчал...Принимая её оскорбления или удары.

— Она бы не смогла сильно навредить мне.

— Если бы сильнее захотела, то навредила бы! — внезапно Эрика замолчала. Она помотала головой и посмотрела на компьютерную мышь, которую сжала пальцами до посинения кончиков. — Дедушка помог мне. Код доступа есть на флешке, а её он отдал Эйлите.

— Флешка была у мамы?

— Я знаю, где она находится. В нашем доме, — раздался смешок. — Вот только бабушка, вернее, её помощница, отслеживает мои действия. Мне нельзя выходить без разрешения.

— Намекаешь, чтобы я вернулся домой и нашёл флешку? Как ты вообще узнала, где она?

— Эйлита...Мама сама показала мне, — Эрика отодвинула мышь в сторону. — Элиот, если доступ в систему будет у меня, тогда ты будешь хотя бы немного защищён.

— От чего? — встав, Элиот толкнул кресло назад. — Что ты знаешь?

— Дедушка, перед тем, как умереть год назад, рассказывал о Рассвете. Правительство использует организации в Защитнике, не жалея вас.

— Это нормально. Мы ведь преступники и добровольцы.

— Раз ты доброволец, то уходи оттуда!

— Я преступник, Эрика, — Элиот соврал, но ни одна мышца на его лице не дрогнула.

— Что? — Эрика медленно повернула к нему голову.

— Я искалечил человека. Вероятно, он умер.

— Элиот, я сама слышала, как бабушка заставила тебя вступить в Завтра! — Эрика схватилась за куртку брата на плечах. — Из-за меня! Из-за этой чёртовой анемии!

— Для тебя это так и выглядит, — пальцы Элиота обхватили запястья Эрики. — Но наш разговор с бабушкой был немного другим.

— Она знает? — девушка уткнулась лбом в грудь Элиота. — Знает, что ты убил человека?

— Да, — он ответил, не колеблясь, и положил ладонь на голову Эрики. Кажется, где-то во внезапно наступившей тишине тикали часы.

Лей хоть и выглядел строгим, отстранённым и осторожным, на деле был весьма простым и даже безразличным. Он умеет рисковать, как и Сэм, но не своими близкими. Даже Роджер не знает, что чувствовал его дядя, когда первый «умер». Или когда племянник стал полумонстром и напал на него. Что чувствовал Лей после смерти Рейчел? Никто не знает, кроме Сэма и Мирай. Если речь заходила о нём, то Сэм становился серьёзным и говорил, что не стоит лезть не в своё дело. У Мирай спрашивать хоть что-нибудь о Лее — идея глупая. Она просто томно молчала, пока её взгляд прожигал тело насквозь. Это взгляд также можно было понять как: «Не твоё собачье дело».

За воротами машины Лея уже не было. Он ни перед кем не отчитывается за свои действия. Молча уходит и также незаметно возвращается. Элиот решил, что это его шанс. К его району шёл автобус, а дорога занимала около получаса. Он быстро заберёт флешку и вернётся. Никто ничего не узнает. Времени на моральную подготовку не было. Элиот вернётся в родные места, из которых так стремился сбежать. Ему даже в голову не приходила мысль вернуться туда однажды. Добежав до дороги, Элиот замер. Нужный автобус показался впереди. Сердце колотилось то ли от страха, то ли из-за бега. Пульсирующая кровь ударила в голову, а затем разошлась по телу жаром. Колеса транспорта скрипнули. Элиот не успел ничего понять, как ноги занесли его внутрь автобуса. Было пустовато. Всего лишь пара человек сидели в креслах. Свободных мест было много, но Элиот остался стоять. Различные мысли крутились в его голове, но он никак не мог ухватиться хотя бы за одну из них. Пальцы взялись за поручень, и парень качнулся вперёд. Автобус резко затормозил, приведя Элиота в чувства.

Дорога сужалась и стала более каменистой. Дома превращались в более мрачные. Элиоту казалось, будто воздух начал пропитываться холодом. Облака закрывали собой солнце, отбрасывая тень, но через несколько секунд его лучи снова отражались от окон автобуса. Бледно-жёлтое с сероватым оттенком небо вызывало странные чувства, смешанные с тревогой, ожиданием и грустью. Тяжесть медленно тянула за собой лёгкие книзу, но сердце успокоилось.

За одним из многоэтажных домов автобус остановился. В тени стало ещё холоднее, и Элиот вздрогнул, выйдя из транспорта. Мелких денег у него на проезд не было, поэтому он оставил больше, чем положено. Всё равно после очередной миссии он сможет заработать гораздо больше таких же купюр. Большую часть, вернее, почти всё, он отправлял Эрике, но также откладывал небольшие суммы для себя. Небольшие по масштабам «Завтра». Для обычных людей, трудящихся каждый день — это больше заработка за месяц.

Тело двигалось само, а мысли были очень далеко. Элиот мог добраться до дома с закрытыми глазами. Привычные улицы, переулки и аллеи напоминали ему, что он дома. Эти места даже во снах ему не снились. Ему никогда не снилась его квартира или Эйлита. У него не было ничего, что напоминало бы о прошлом. Знакомый скрип и резкий хлопок привлёк внимание Элиота. Это была дверь, ведущая в дом, в котором он жил пять лет назад. Внутри было также холодно, но перестала капать труба у лестницы. Либо её починили, либо воды в доме нет. Элиот поднял голову осматривая спиралью закрученную лестницу. Проглотив застрявший в горле ком, он продолжил путь.

Та же самая деревянная, прочная дверь. Ничего не изменилось. Рука неосознанно, так естественно, дёрнула ручку, что Элиот удивился, когда она не открылась. Вероятно, в квартире кто-то живёт. Парень постучал в дверь, но никто не ответил. Времени ждать хозяина квартиры нет, поэтому Элиот решил тихо проникнуть внутрь. У этой двери был один секрет: если опустить ручку до упора и потянуть на себя, а затем пнуть ногой, то она откроется. Хлопок, и дверь щёлкнула. Элиот одним глазом заглянул внутрь. Свет был выключен, ни голосов, ни шагов не слышалось. Мебель стояла не та, какую запомнил Элиот. Эти вещи не принадлежат его семье. Хотя вряд ли кто-то захотел спать на кровати, где умерла незнакомая женщина. Эйлиту ведь похоронили? Где может быть её могила? Элиот быстрыми шагами направился в её комнату. Розовые плотные шторы закрывали собой окно. Сладкий цветочный запах был весьма резко ощутим.

Элиот опустился на пол около прикроватной тумбочки и отодвинул её в сторону. Подняв с некоторыми затруднениями одну из досок, он заметил бархатный мешочек, приятный на ощупь. Прозвучал щелчок. Волна электрического тока пробежала по телу с ног до макушки. На глаза попался шкаф, который стоял напротив кровати. Женский голос приближался, звонко смеясь и активно что-то рассказывая. Она пришла не одна. Второй голос принадлежал мужчине, который, судя по всему, находился в соседней комнате. Сквозь щель между дверцами шкафа Элиот мог видеть вошедшую девушку. Если она заметит за тумбочкой доску, то догадается, что в доме кто-то был. Или есть до сих пор. Незнакомка начала рыться в сундуке рядом с зеркалом. Она перебирала одежду, а значит, и до шкафа недалеко. Была ни была. Элиот быстро открыл двери шкафа, и девушка вздрогнула, уставившись на него. Элиот побежал к выходу из квартиры, и одновременно с криком девушки дверь захлопнулась. Перепрыгивая ступени, парень спускался вниз. Прозвучал выстрел, однако Элиот уже был у выхода из дома. Снова раздался выстрел. Стрелял тот мужчина? Как глупо тратить патроны на такого, как Элиот. Он же обычный человек! Хотя эти люди монстров даже в глаза не видели.

Оказавшись достаточно далеко от дома, Элиот открыл мешочек. Внутри действительно была флешка. Его мать хранила эту вещь столько лет. Для чего дедушка передал ей её? Эйлита неспособна пойти против власти, но ей хватило смелости держать такие вещи в доме. Или эта женщина не так проста, как казалась? Теперь Элиот ещё сильнее убедился, что совершенно не знал свою мать. А теперь не знает и Эрику. Может быть, он её никогда и не знал. Всегда ли его сестра была такой? Едва ли. Эти изменения произошли за время их разлуки, и Элиот никак бы не смог их заметить раньше.

Молодая девушка разливала горячий чай по чашкам. Напротив сидела незрячая женщина в довольно пожилом возрасте. Роджер чувствовал себя странно, ведь в этих глазах не видно ни одной эмоции. Он глянул на Остина, который сидел рядом, уставившись в чашку. Этот парень и вовсе избегал взгляда женщины. А вот Лей выглядел расслабленным, делая медленные глотки чая. Это место гнетущее. Свет от золотистой люстры такой же давящий, как и общество хозяйки.

— Напомни, почему мы сидим здесь? — Роджер наклонился к уху Остина.

— Мы вернулись за Элиотом, но его здесь нет, — прошипел тот в ответ.

— Так, вы встречались с председателем? — на лице женщины появилась улыбка.

— Верно, мы из «Завтра», — Лей поставил чашку на стол. — Мисс Гринлейк?

— Да, фамилия Элиота, — она кивнула. — Не думала, что мой внук сможет стать важным человеком в Завтра, но я верила, что он очень способный, — женщина щёлкнула пальцами. — Лесси, сколько у нас гостей?

— Трое, мисс.

— Мой племянник и его друг, — после слов Лея Остин фыркнул. — С детства не отлипают друг от друга, — он прищурил глаза с лёгкой улыбкой.

— Говорите, ваш отряд самый лучший?

— Верно. Много миссий завершились удачно, благодаря им и Элиоту.

— Этот мальчик куда-то ушёл... — мисс задумалась, сложив руки в замок на столе. — Видимо, поддался чувству ностальгии, попав в родной город.

В этой комнате только Остин знал, какая миссис Гринлейк на самом деле. С какими словами она отправила Элиота в Защитник и какие условия предъявила. Она улыбается, но не ясно кому именно. Её голос размеренно растягивает слова. В пустых глазах невозможно разглядеть хоть что-то. Черты лица совершенно не схожи с Элиотом. Нет ничего, что выдавало бы их родство. Размышления Остина прервались громким ударом. Все, кроме хозяйки дома, обернулись.

— Бабушка, ты не говорила, что пригласила их в дом! — девчачий голос разбавил атмосферу.

— У этой девушки нет никаких манер, — мисс Грин тихо выдохнула. — Эрика, я всё ещё не закончила разговор с господином Каликсом.

— Пусть юная леди пообщается с друзьями Элиота, — Лей махнул глазами в сторону двери, смотря на Роджера. — С ровесниками ей явно будет интереснее.

Стоило двери позади закрыться, и Роджер с Остином одновременно выдохнули. Эрика едва не подпрыгнула на месте.

— В жизни вы выглядите ещё лучше! — она держала ладони у рта, рассматривая гостей. — Я Эрика, а вас как зовут? А сколько вам лет? Давно знаете Элиота?

— Вы точно родственники? — голова Роджера наклонилась набок, и на лице появилась непринуждённая улыбка.

— А я вижу сходство, — Остин толкнул Роджера локтем. — Это Роджер, — Он медленно указал на себя пальцем. — Я Остин.

— Элиот описывал тебя, как маленькую девчонку, но ты вполне взрослая, — Роджер поднял глаза к потолку, осмотрев коридор. Вид старого помещения придавал особняку эстетичности и даже своеобразного обаяния.

— Последний раз он видел меня, когда мне было двенадцать лет, — Эрика обиженно, резко выдохнула. — Видимо, он решил, что больше я расти не буду, — внезапно она приободрилась, а её глаза расширились. Словно она вспомнила что-то важное. — Элиот скоро вернётся, — девушка махнула рукой, зазывая за собой. — Подождём его в моей комнате.

В комнате Эрики совершенно не было порядка. На входе Остин наткнулся на зелёную подушку, брошенную на пол. Он пнул её в сторону, осматривая потолок. Как же включить здесь свет? Только экран компьютера хоть немного освещал помещение. Сам Остин часто устраивал в комнате полумрак, чтобы выспаться, но здесь окна завешены явно не для этого. Жить в этом доме, словно маленькая принцесса, и от кого-то скрываться — как-то глупо. От своих же мыслей Остин ощутил дрожь по телу. Нет, он знает, как это бывает, когда в собственном доме невозможно найти укромный уголок. Будто само здание наблюдает за тобой.

— Вы с Элиотом совсем не похожи, — Роджер едва не наступил на что-то брошенное на пол, но успел переставить ногу в сторону.

— У нас разные отцы. Элиоту ничего не досталось от матери, видимо, он копия своего отца, — девушка плюхнулась в кресло и подъехала на нём ближе к столу. — У меня же с ней есть схожие черты. — Она указала пальцем на своё лицо.

— Почему у вас разные отцы?

— Не твоё дело, Роджер, — Остин толкнул его локтем.

— Тебя забыл спросить, — парень потёр пострадавший левый бок. — Сиди в углу и не отсвечивай, — он прищурился, улыбнувшись. — Как ты умеешь.

— Вы что, родственники? Или встречаетесь? — Эрика, хихикнув, щёлкнула по компьютерной мыши.

— Мы не родственники!

— Мы не встречаемся... — прозвучал снисходительный вздох. Они ответили одновременно, так что голоса перемешались. Лишь ещё один смешок Эрики разнёсся по комнате.

— Ваши часы, — она обернулась к Роджеру. — Они ведь не только время отслеживают?

— Через них можно наблюдать наши жизненные показатели. Давление, температура, даже глюкоза в крови — всё это видно, — вместо Роджера ответил Остин.

— Местоположение? — Эрика подняла бровь.

— По сути, да, — Остин кивнул, а Эрика вытянула руку.

— Я отслежу Элиота. Такие же часы я заметила на его запястье.

— Только система может отслеживать наши показатели и местоположение, — Остин нахмурился. — Попытаешься вмешаться в работу часов — только испортишь их.

— Я уже часть этой системы, — руку опускать она не собиралась. Быстро выдохнув носом, Остин снял часы. Прокрутив в ладони небольшое приспособление, Эрика задумчиво хмыкнула и повернулась к экрану компьютера.

— Без уровня доступа выше «B-1» у вас всё равно ничего не выйдет, — Роджер упал на кровать с мешковатым одеялом.

— У тебя самого какой уровень?

— «В-1».

— Здорово, только это не сильно нам поможет.

— Я могу просматривать скрытые данные профилей, — Роджер указал на себя большим пальцем. — В этом я разбираюсь.

— Так же, как в музыке? — Остин встал напротив, скрестив руки. — Ты включил ту попсовую песню на радиобашне в Ораторе. Это отстой, Роджер.

— Попсовую? — его голова приподнялась.

— Типичная женская группа с бессмысленной песней, набором слов и мотивом, который застревает в голове, — он приставил указательный палец к виску.

— Красивые девушки поют красивыми голосами, — оперевшись на руки, Роджер сел. — Ты бы меня понял, если бы тебя интересовал женский пол, Остин, — его раздражающая, тёплая, с ноткой издёвки улыбка расползлась по лицу.

— Ну, ты у нас точно эксперт в том, что нравится мужскому полу, — уголок губ Остина дрогнул, поднявшись.

— Я нашла его! — резвый голос прервал Остина, который только успел открыть рот. — Он на кладбище? — девушка наклонила голову набок, подняв бровь.

— Как глупо занимать земли кладбищем, — Роджер всё ещё лежат на кровати.

— Если ты о кремации, то это доступно не для всех, — Остин вглядывался в экран.

— Там наша мама, — тон голоса Эрики стал тише и спокойнее. Сама она откинулась на спинку кресла. — Я не понимаю... — Эрика сжала пальцами край стола. — Зачем ему идти к ней? Эйлита ужасно с ним обращалась, но он всё равно... — её губы дрогнули и плотно прижались друг к другу. — Он зовёт её матерью так естественно, будто ничего не было.

Ни Остин, ни Роджер не знали, что на это ответить. Душа другого человека — это извилистая, каменистая тропа, которую даже сам владелец иногда не в состоянии пройти. Если мать Остина умерла ещё при его рождении, то Рейчел оставила Роджера, когда ему было всего пару лет отроду. По сути, их ситуации похожи. А что насчет Элиота? Он жил с человеком, который открыто проявлял к нему свою ненависть. Эта женщина поднимала на него руку и не подбирала слов, но Элиот всё терпел. Остин не знал причины, по которой он делал это. Да и сам Элиот не мог ответить на этот вопрос. Видимо, их странности помогли им встретиться в одном месте. Им всем.