Ген 20

Табачный дым, словно колючая проволока, протянулся через нос в голову. Остин резко поднялся, и почувствовал ноющую головную боль. Медный шар внутри перекатывался из стороны в сторону. Напротив в кресле находился Элиот — источник дыма. Рядом на полу с довольным лицом спал Роджер.

— В доме нельзя курить, — Остин прошёлся ладонью по правому глазу.

— Пить тоже нельзя, но мы всё равно были в стельку.

— Почему этот придурок спит на полу? — он цокнул языком. Остин и сам спал на полу в этой куче простыней.

— Вам стало жарко и вы решили, что на полу будет прохладнее, — Элиот затушил сигарету о фарфоровую тарелку, лежащую на столе.

— Мирай ведь не видела нас?

— Позорище, — Рэд тихо рассмеялся. — Четыре бутылки на семерых, а вы еле на ногах стояли.

— Сколько времени? — Остин опустил глаза. — И где моя верхняя одежда?

— Хватит бубнить, — Роджер ударил Остина подушкой по голове. — У меня очень чуткий слух.

— Давай поднимайся! — Остин встал на ноги и толкнул Роджера ногой в плечо. — Мирай нас всех положит, если мы опоздаем.

— Как меня это достало! — на лестнице появилась Дана. — Здесь нет горячей воды!

— Наверное, за эти дни ты её всю потратила, — Роджер, зевая, сел. — Это тебе не «Завтра», где ты безмерно тратишь горячую воду. Не удивлюсь, если Террис приходится принимать холодный душ.

— Оливия мне разрешила! Она привыкла к холодной воде.

— Эгоистка, она вчера тряслась после пары минут, проведённых под дождём.

— Не ухудшай и без того моё ужасное настроение!

— Роджер, отстань от неё, — Эхо бросил в него подушку. — Поднимайся уже.

— И ты встаёшь на её сторону после того, как проснулся со мной в одной постели?! — в лицо Роджера прилетела вторая подушка.

Вино пахло виноградом, и отчего-то чувствовался запах земли. Мэйну казалось, будто он погружается в глубину своих мыслей. Забытые чувства, воспоминания, хранившиеся на дне, охватывали его с головой. Чем сильнее он старался не думать об этом, тем дальше в прошлое уходило его сознание. Роджер сейчас сидит перед ним без единой царапины. Возможно ли, что его семья тоже внезапно объявится, когда он не будет этого ожидать? С родителями не было сложно или легко. Их отношения можно назвать нейтральными. Отец был немного строже, и на этом всё. Они были готовы выслушать или дать совет, но никогда не проявляли интерес первыми. Во время ужина все собирались за одним столом, разговаривали и обсуждали свои планы, а после расходились по комнатам. Каждый был занят своим делом, будто этой недавней семейной идиллии никогда не существовало.

— Извини, — Вея легонько толкнула его в плечо. Он обернулся: девушка потирала ладонью лоб.

— Ты что, ходить не умеешь? Вечно спотыкаешься, — Мэйн положил руки на её плечи со спины и направил в сторону лестницы. — Сама поднимешься?

— Конечно, — Вея с усмешкой махнула рукой и качнулась в сторону. Рука Мэйна схватилась за её локоть.

— Пошли уже.

В коридоре на втором этаже было темно. Глубокая ночь спрятала любые источники естественного света. Мэйн похлопал по стене, нащупывая выключатель. Скрипнула дверь, и раздался грохот из соседней комнаты. Он сразу же вошёл, выглянув из-за двери.

— Прости, — прошипела Вея, схватившись за колено. Усадив девушку на кровать, Мэйн выдохнул. Никто в отряде, кроме него, не станет помогать Вее. Она — работник исследовательского центра. А у Защитника с Альтом натянутые отношения, но вынужденное сотрудничество. — Мэйн, давай поговорим, — Вея схватилась за рукав парня и подняла к нему голову. Её глаза чистые, но словно пустые. Взгляд сонный, каким он часто и бывает. Губы разошлись друг от друга на несколько миллиметров, будто готовились что-то сказать. Смотря на них, Мэйн вдруг вспомнил, как Вея пыталась его поцеловать. Это было странно и неожиданно.

— Ты в состоянии говорить? — он сел рядом, улыбнувшись из-за странного чувства. Это было похоже на ощущение, когда выигрываешь в карты у своего главного соперника. Или единственный получаешь похвалу в группе людей.

— Я могу говорить, — Вея кивнула несколько раз. Кажется, она не поняла, что это была попытка над ней посмеяться. — Когда мы вернёмся в Завтра, у меня не будет времени обсуждать всякие глупости.

— Глупости...Ты о той попытке меня поцеловать?

— Попытке?! — она шёпотом возмутилась. — Я совершено точно коснулась твоих губ своими! — Ещё немного и девушка бы повысила тон голоса.

— Думаешь, это поцелуй? — Мэйн едва сдерживал усмешку.

— А что я должна была делать? — она нахмурилась. — Будто бы сам много в этом понимаешь... — Вея отвернулась, пробурчав себе под нос.

— Понимаю...И могу тебе помочь, — парень наклонился к уху Веи, и она закрыла его ладонью, обернувшись.

— Ты шутишь надо мной?

— Нет, — его лицо выглядело серьёзным. Вернее, расслабленным, но глаза, будто острые лезвия, вонзались в грудь. Все сомнения вмиг стёрлись в пыль, испепелённые этим взглядом. Он наклонился ближе. На её нижнюю губу опустилось тепло. Дыхание Мэйна коснулось щеки. Зубы девушки сжались, и она зажмурила глаза. — Расслабься, — Мэйн говорил не отстранившись. — Вея, расслабься.

Брови вернулись в прежнее положение, а лицо расслабилось. Она открыла глаза: лицо Мэйна было слишком близко. Вея слышит его сердцебиение, дыхание, но не понимает, о чём он думает. Стук в её собственной груди стал громче и учащённее. Ладонь сжала пальцами простынь до пульсации под кожей. Мэйн отстранялся буквально на долю секунды и снова возвращался к губам Веи. Волнение заполнило лёгкие и дышать становилось труднее с каждой секундой. Вея упёрлась ладонью в грудь Мэйна и отстранилась. Его глаза смотрели на неё, но сам он молчал.

— Это ведь всё? — Вее казалось, что её щёки заполнились раскалённым, тяжёлым металлом.

— Это только начало, — уголок рта Мэйна пополз вверх. — Дать тебе время перевести дух? — он подсел ближе.

— Мне нужно знать, что ты будешь делать, — она подумала о том, чтобы пересесть подальше, но не сделала этого. Мэйн не позволил ей больше сказать и слова, перекрыв рот поцелуем. Теперь он стал настойчивее.

— Вея, открой рот, — произнёс он на выдохе. Девушка неосознанно послушалась его, и в этот момент чужой мягкий язык проник между её губ. Вея вздрогнула, и Мэйн притянул её ближе, обхватив за талию. Мысли перемешались. Ей хотелось оттолкнуть его или чтобы он продолжал? Тело будто было готово подчиниться ему. Вея решила повторять за Мэйном, пытаясь ухватиться языком за его. Она сжала рукой за затылке рыжие волосы, немного оттянув назад. Парень промычал ей в рот, а его рука сильнее прижимала Вею к телу. Возможно, ей не стоило ступать на эту вязкую почву. Словно болото, она может утянуть вниз. Голова шла кругом, а тело охватил жар. Это всё точно из-за вина. Тело становилось мягким, слабым, как если бы под кожу напихали вату. Мэйн замер, когда голова Веи уткнулась в его грудь. Грудная клетка быстро поднималась и опускалась. Вдохи девушки так же были отлично слышны. Ладонь Мэйна легла на её голову, на мягкие белокурые волосы. Сам он пытался успокоить дыхание, думая о том, что произошло. Вея находилась в его руках ещё пару минут. Она начинала засыпать, а вот сердце Мэйна никак не хотело успокаиваться. Он решил оставить её в покое. Эта ночь будет для Мэйна долгой, возможно, бессонной.

Тонкие пальцы крутили шариковую ручку, словно длинную сигарету. Красные ногти переливались на солнечном свету. Белая шея заканчивалась ровной спиной. От плеч тянулись спрятанные под кожей ключицы. Эта женщина внешне казалась идеальной, но что таится внутри её мыслей — неизвестно. Её характер, как густой тёмный лес, через который пробираться у Роджера желания не было. Мария знала Рейчел при жизни. Что-то их объединяет и красной нитью окутывает Роджера. Судьба порой переплетается между разными, никак не связанными ранее друг с другом людьми.

— Ты смог вернуться в «Завтра»? — Мария подняла глаза со стола на Роджера и отложила ручку в сторону.

— Что я должен сделать взамен? — почему-то Роджеру было некомфортно встречаться взглядом с этой женщиной.

— Я ищу кое-кого, — она поднялась со стула, оттолкнувшись руками от стола. — Вернее, мой отец ищет пробудившегося. Того, кто пробудился с самого своего рождения. И именно он считается удавшимся результатом эксперимента, — Её плавные шаги приближались к Роджеру.

— Я не помню других детей из исследовательского центра. Даже не знаю, сколько нас было в итоге.

— Рей говорила о пятерых, — Мария взяла со стола папку и, достав из неё бумаги, бросила на стол. — Роджер Каликс и... — она принялась читать написанное в документе. — Остин Дейтлин. Вы оба находитесь в Завтра.

— Остин не пробудится, — сердце Роджера сжалось в одну точку, а на лице появилась непроизвольная улыбка. — В нём нет этого злосчастного гена.

— Как знать...Приведи его ко мне, — Мария вчитывалась в документ, но уже бормоча себе под нос. — Я соберу вас всех, кроме последнего. Его имя, возраст и даже пол — скрыты. Не знаю, сделала ли это Рейчел, но данных об объекте двадцать четыре нет.

— Логично, что это и есть тот пробудившийся.

— Сначала нужно собрать тех, кто известен.

— Госпожа Мария, — выдавил из себя Роджер. — Кто-то перекрывает связь в Завтра, так ведь?

— Немая война между Альтом и Защитником всё ещё продолжается? — Мария задумчиво промычала. — Указания Альту даёт Рассвет, то есть председатель. Я решу этот момент, — она помахала указательным пальцем и схватилась за ручку. На обратной стороне документа она начала что-то записывать. — Но сначала — встреча с Дейтлином.

Почему-то после возвращения в Завтра у Мэйна кружилась голова. Те дни, проведённые в Ране, теперь казались лишь сном. Но ноющие суставы после погрузки мешков кричали, что это реальность. Что манит его в медпункт? Снова эти знакомые коридоры мозолят глаза. Однако кое-что ещё напоминало ему, что Рана — не сон. В какой момент он потерял контроль? Вея казалось хрупкой, будто могла рассыпаться в его руках, если бы он сжал её сильнее. Он ведь собирался лишь подшутить над ней, но всё пошло не так. Хотя, если Вея и вправду шпион из Альта, то сближение с ней сыграет ему на руку. Он замер на входе в медпункт. Вея спала, положив голову на стол. Её рыжие ресницы не шелохнулись, когда Мэйн оказался рядом. Металлический стол казался холодным. Рука сама потянулась к светлой пряди, которая упала на лицо. Вея открыла глаза, и Мэйн отбросил руку в сторону.

— Что-то болит? — девушка выпрямилась. Белая шелковая ткань открыла плечо.

— Сердце чуть не остановилось, — Мэйн медленно опустил руку.

— Сердце? — она моргнула два раза. — Это плохо...

— Это твоя рабочая одежда? Зачем плечи оголять? — Мэйн упёрся рукой в стол и наклонился ближе.

— Во первых: одно плечо, — Вея резко поднялась со стула. — Во вторых: я работаю в халате, — она обернулась, встав к нему спиной. Сняв с крючка халат, Вея сжала его пальцами от испуга: Мэйн положил руки на её плечи. — Не приставай ко мне снова.

— Снова? Это ты начала, — лицо Мэйна Вея могла хорошо представить, но не его выражение сейчас. Он серьёзен? Или подшучивает над ней? — Кстати, мы так и не поговорили.

— Да? А мне кажется мы нашли общий язык.

— Ты хорошо всё помнишь?

— Мэйн, мне нужно работать, — Вея вздрогнула, ощутив горячее дыхание на своей шее. Его губы прижались к коже. Девушка попыталась отстраниться, но пальцы Мэйна сильнее сжались, находясь чуть выше локтей. Он не дал ей сдвинуться с места. — Что ты делаешь?!

— След остался, — Мэйн отшагнул назад. Вея дотронулась ладонью до кожи плеча. — Если снимешь халат, его все увидят, — шлепок пульсирующей болью разошёлся по лицу. По левой щеке будто прошлась волна электричества.

— Я медицинский работник, Мэйн! — Вея опустила голову. — Будь добр, держи себя в руках! Это медпункт. Кому тут есть дело до моего плеча...

— Извини, не знаю, что на меня нашло, — кажется, у Мэйна действительно проблемы с сердцем. Или почему оно стучит с тупой болью? Стягивает кожу на груди в левую сторону, от чего она начинала гореть.

— Если ничего не болит, то покинь медпункт, — Вея, уходя, задела его локтем, но удар был слишком слабым.

— Ты не хочешь меня больше видеть? — он внезапно обернулся.

— Уходи. Не появляйся пока я не перестану злиться.

— То есть, я могу прийти завтра? — его вопрос остался без ответа. Вея скрылась за шторой в другой части помещения. Металлические колечки, держащие тонкую ткань, звякнули.

Дана вскочила с кровати, схватив ноутбук, и выбежала из комнаты. Оливия ничего не успела сказать. Пять минут назад её соседка задёрнула шторы, устроив в комнате полумрак, чтобы сосредоточиться на экране компьютера, но вдруг пулей вылетела в коридор. Не долго думая, Оливия вышла следом. Дверь в комнату Остина была открыта, и оттуда доносился голос Даны. Оливия подошла ближе и прижалась к стене спиной рядом с дверью, сложив руки на груди.

— Посмотри на это! — Дана была слышна очень хорошо.

— Я не понимаю, что это... — Элиот же говорил тише.

— Сколько?! — Остин тоже был эмоционален, как и Дана. — Никогда столько денег на счету не видел!

— А тебя не волнует, что они выплачены мне посмертно?! — кажется, Элиот начал заражаться этой эмоциональностью. Оливия отлипла от стены и встала в дверном проходе. Все мигом затихли. Раздался облегчённый вздох Даны.

— Лив, не пугай так.

— Что случилось? И если вы боялись, что этот разговор будет услышан чужими ушами, то стоило хотя бы закрыть дверь, — это Оливия и сделала. В комнате Остина и Элиота было светло. Окно оказалось открытым, и лёгкий ветерок раздувал занавеску.

— На счету Элиота появилась большая сумма, — Остин сел на стул, закинув ногу на ногу. — И эти деньги выплачены ему посмертно.

— Ты жив и здоров, — Оливия подняла одну бровь.

— В этом и загвоздка, — главный герой события вернул ноутбук Дане.

— Я отслежу источник перевода. Если он был сделан с одного из компьютеров офиса в Альте, то система сохранила эти данные, — Дана щёлкнула по кнопке на клавиатуре. Ноутбук издал странный звук, похожий на лопнувший пузырь, и Дана удивлённо распахнула глаза. — Мне заблокировали доступ. Как это возможно?!

— Ого! — Остин оказался за спиной девушки и заглянул в экран. — Твой доступ теперь «С-1»!

— Сама вижу! — эти слова вылетели сквозь зубы. — Теперь у меня уровень простого гражданина... — На экране загорелось окошко с конвертом. Рамка окна сияла зелёным светом, переливаясь.

— Откроем? — рука Осина потянулась к клавиатуре.

— С ума сошёл? Это может быть вирус!

— Скорее всего, так и есть. Однако он во всей системе, а не только на твоём ноутбуке.

— Открою и останусь без компьютера, — Дана надула губы, но ткнула на пробел. Экран потух.

— Вас приветствует новая улучшеная система «Сорок три/два»! — неизвестный, озорной голос прозвучал из динамика. — Система «Завтра» будет стёрта в течение суток. Жалобы и предложения не принимаются!

— Сорок три?.. — Прошептал Элиот. — Моя квартира?! — он неожиданно встал с кровати. — Как связаться с создателем вируса?

— Как я и сказала: жалобы и предложения не принимаются! — стоило вслушаться и голос стал казаться ещё более знакомым.

— Хватит, Эрика! — Элиот выхватил из рук Даны ноутбук. Экран меркнул белым светом, и появилась картинка.

— Думала, не узнаешь меня. Последний раз несколько лет назад связывались, — девушка с бледной кожей, острыми чертами лица была обладательницей этого, пусть и немного измененного, резвого голоса. — Мог бы хотя бы СМС отправить.

— Эрика? — Остин встал рядом с Элиотом. — Твоя сестра?

— Кто это? Кто там? — Эрика уставилась в экран, поднеся лицо ближе. — Элиот, ты не говорил, что с тобой работают такие симпатичные парни!

— Зачем ты влезла в систему? — брови Элиота нахмурились. — Как ты вообще это сделала?!

— Взяла и сделала... — она стянула губы трубочкой и отвела взгляд. — Писал бы мне чаще, знал бы.

— Эрика, я работаю.

— Элиот, я твоя сестра.

— Верни, всё, как было, — он надавил пальцами на переносицу.

— В системе Рассвета полно пробелов. Я лишь воспользовалась одним из них.

— Попасть в систему не слишком сложно, — Дана вмешалась в разговор. — Я сама так сделала в своё время. Другое дело — помешать работе системы.

— Ну, я не сама всё это провернула, но говорить об этом здесь не стоит, — Эрика замолчала на секунду. — Эллиот, ты не сможешь приехать в Рассвет?

Дверь открылась. По спине Эллиота пробежали мурашки, но голос Роджера позволил ему расслабиться. Вошедший прошёлся глазами по собравшимся в комнате. Его взгляд остановился на ноутбуке в руках Эллиота. Тишина длилась несколько секунд, пока Мэйн не толкнул Роджера в спину и не закрыл за собой дверь.

— Кто там, Элиот? — голова Эрики перемещалась из стороны в сторону. — Дай посмотреть!

— Что за девчонка? — Роджер наклонился к экрану.

— Я Эрика, сестра Элиота! Ты такой симпатичный... — она с улыбкой наклонила голову в сторону, прижавшись щекой к плечу. — Элиот, это нечестно!

— Давно ты стала такой падкой на внешность? — Элиот изогнул брови с глупой улыбкой. — Запомни: красивые парни слишком самоуверенны, потому что знают, что они красивы.

— Они такие? — Эрика указала пальцем в камеру.

— Эти? — Элиот оглянулся на Остина и Роджера. — Они просто смазливые.

— Пора заканчивать, Элиот, — голос Мэйна прервал семейную идиллию.

— Кто это? У него такой голос! — воскликнула девушка.

— Пока, Эрика, — Мэйн захлопнул ноутбук.

— Что-то произошло? — Элиот убрал ноутбук в сторону, положив его на кровать. — Или должно произойти?

— Остин, мы должны поехать в Рассвет, — Начал Роджер. — Дочь председателя...Я был на встрече с ней, и она хочет видеть тебя. Вернее, нас двоих.

— Что могло понадобиться дочке председателя?

— Это касается «Гена-20»... — услышав эти слова, Остин округлил глаза. — Председатель хочет найти пробудившегося. Именно полноценного пробудившегося.

— Разве это не ты? — Дана ткнула в грудь Роджера пальцем.

— Я не совсем удачный, — Роджер встретился глазами с Остином, и тот покачал головой в разные стороны. — Остин рос в исследовательском центре и может знать что-то... — брови Остина приспустились, а пальцы сжались. — Поэтому она хочет видеть его.

— Когда вы уезжаете? — Элиот снова посмотрел на ноутбук.

— Нужно успеть за эти пару дней, — Роджер пожал плечом. — Семнадцатого ноября дочь председателя официально войдёт в парламент. Она выйдет к людям.

— Поговорите с Мирай, — Оливия стояла у стены словно тень. — Вас троих она не отпустит. Элиот, ты ведь едешь увидеться с сестрой?

— Мой дядя всё решит, — улыбка Роджера была слабо выражена, но заметна. — Её разрешение не понадобится.

Система сыпалась по крупинкам, а Эрика больше не выходила на связь. В Завтра начался настоящий переполох. Пришлось вручную переписывать всю документацию и данные о участниках организации. Прошедшие миссии, убытки, прибыль, смерти — всё хранилось в системе. Верхушка «Завтра» была поднята на уши. Секретари, трое управляющих, включая Жизель, и их заместители. Кураторы были заняты не меньше, и Сэму пришлось заполнять данные об участниках своего отряда прямо из больничной палаты. Под эту шумиху утром следующего дня Роджер, Остин и Элиот покинули Защитник в сопровождении Лея. Дана проспала момент отъезда, да и не собиралась провожать их. После стольких дней, проведённых вместе полным составом отряда, Оливию охватило странное чувство пустоты, незаполненности, недосказанности. Кто бы мог подумать, что без трёх человек отряд кажется блёклым. Без Роджера ощущения были такие же?

— Мэйн, — Оливия заметила его в общей комнате отряда, когда вошла. Парень сидел на горчичном диване, закинув голову назад. Правую руку он положил на глаза. — Мэйн? — девушка дотронулась пальцем до ладони, и он опустил руку. Его глаза будто не фокусировались на лице Оливии. Взгляд выглядел сонным.

— Чего не спишь? — он наклонился вперёд, закрыв глаза ладонями. — Сейчас около шести часов утра...

— Дана храпит. Спит без задних ног, будто ничего не произошло.

— Не превращайся в Остина, — парень с усмешкой выпрямился. — Если они уехали без нас, это не значит, что что-то с ними случится.

— У меня странное предчувствие, — неосознанно она положила руку на грудь. — Мне это не нравится.

— У меня тоже самое. Наверное, это чувство одиночества.

— Но я не одна. Ты, Дана и Киллиан...

— Это скорее чувство группового одиночества, — Мэйн прервал её. — Когда мы все вместе — к этому привыкаешь. Быстро привыкаешь.

— Не думала, что способна испытывать что-то подобное.

— Держись нас и мы тебя ещё многому научим, — он подошёл к столу у окна. Слабо порозовевшее небо было спрятано за тонкой белой занавеской.

— Я наконец-то часть вашей команды? — Уголок губ самопроизвольно пополз вверх.

— Извини, иногда я говорю быстрее, чем думаю. После стольких новичков, которые сменялись один за другим, было сложно поверить, что ты особенная, — рука Мэйна легла на затылок. — Поэтому я тогда так сказал.

— Я особенная?

— Конечно, Лив, — он кивнул. — Такой, как ты, я ещё не встречал. Все в нашем отряде — особенные.

— Было тяжело поладить с характером каждого, — Оливия легонько толкнула Мэйна в плечо. — А ты, как и я, пытаешься спрятаться, словно черепаха в панцирь.

— Я похож на черепаху?

— Нет, но хочешь ей быть, — Оливия задумалась, наклонив голову к левому плечу. — Многие животные живут стаями и не признают чужаков.

— Ага, добро пожаловать в стаю, — сложив руки на груди, он фыркнул.

— Это очень странная стая из разных видов животных.

— Хорошо, что мы разные. Представь, если бы все были похожи на меня.

— Честные, прямолинейные и совестливые люди, — Оливия несколько раз кивнула.

— Ты меня переоцениваешь.

— Да, недостатков тоже много. У нас у всех недостатки в равном количестве, я бы сказала. Но мы умеем их компенсировать.