Битва за Скандинавию

«Он носил волчью шкуру

И перед битвой пил волчью кровь,

Чтобы стать воплощением этого

Бесстрашного зверя, и броситься

На врага. И если он погибал,

Вслед Валькирии, уносившей Викинга,

Слышался прощальный волчий вой.»

Ария «Викинг»

После впечатляющей победы Равенгарда над Гросгоротом на карте Скандинавии остались только два государства. Теперь Равенгард и Верланд были друг другу единственными соперниками.

Эрика Холодная, узнав, кто такая Катарина Храбрая, загорелась ещё большим желанием захватить Равенгард. Она отправила послов в Гросгорот, дабы увеличить и без того большую армию: через месяц она увеличилась до 1 000 000 воинов, то есть, стала такой же, какой была до войны с Гезардом. Королева рассчитывала на помощь со стороны своего союзника, который обещал ей когда-то пятьсот тысяч воинов. Поэтому она ожидала союзные войска перед тем, как перейти Скандинавские горы и вторгнуться в Равенгард.

А тем временем противник не дремал: Георг, как и обещал Катарине, возглавил производство мечей «норденфортского образца». До этого таких мечей в Скандинавии было всего четыре: два у Георга, один у Харальда, и ещё один у Катарины. Через пару недель равенгардцы были полностью перевооружены. Элитный отряд армии Равенгарда не пополнялся. Его воины выучились технике владения двумя мечами, и теперь а их вооружении произошли некоторые изменения: были убраны два топора; щиты из круглых превратились в пятиугольные, сделанные по аналогичной «новым» мечам технологии, а потому они были лёгкими и очень прочными. Численность армии Равенгарда выросла до двух миллионов воинов. Такую огромную армию никто и нигде до этого не собирал!!!

Но прелюдия к финальной битве двух королев очень большая, гораздо больше этой, так что, как говорится, набираемся терпения, и идём дальше.

Эрика сидела на троне, который когда-то занимал король Гезарда, и скучала. В таком же состоянии была и вся её армия. Грабить в Гезарде уже было нечего. Все богатства увезены в Верланд. Аксель первое время пытался поддерживать готовность армии, устраивая тренировки, но вскоре и это всем надоело. Однажды он отправился к Эрике.

- Зачем пришёл? – тон королевы говорил, что она не рада приходу Акселя.

- Нам нужны новые походы, моя королева – сказал ей тот.

- Послы прибыли? – спросила Эрика, оживившись.

- Нет, и неизвестно, когда они прибудут – ответил Аксель.

- Их нет уже почти месяц! – Эрика начала злиться – скоро зима, нам будет куда труднее воевать с Равенгардом!

Она поднялась с трона:

- Ох, Аксель – говорила она, прохаживаясь по залу – если бы ты знал, как я хочу поскорее добраться до глотки этой Катарины! И кто только, а главное, за что – остановившись, она подняла вверх указательный палец, глядя на Акселя – её прозвал храброй?!

- По-моему, вы здорово погорячились насчёт того, чтобы просто убить её! – возразил Аксель.

- У тебя есть, что предложить насчёт неё?! – удивилась Эрика.

- Да. Я хочу, чтобы после войны вы отдали её мне, как трофей – сказал Аксель.

Эрика задумалась.

- Хорошо, Аксель, ты её получишь!

- Прекрасно – тот просиял после этих слов.

- Ждём послов, а там уже двинемся в поход – сказала Эрика спокойно – можешь идти.

Аксель кивнул головой и ушёл.

Выйдя на крыльцо, он снова глубоко задумался над тем, что предстоит его войскам в новой битве. Его смутило прозвище Катарины. Если оно соответствовало действительности, то верландцам придётся туго. Об этом прозвище, и вообще о том, кто такая королева Равенгарда, Аксель узнал от пленённых жителей столицы Гезарда, которые едва ли не молились на то, чтобы войска северной страны освободили их. Это от него Эрика узнала имя своей главной соперницы в битве за Скандинавию.

- Командир! – обратился к Акселю один из воинов – там послы приехали!

- Пусть идут ко мне! – распорядился тот.

Через некоторое время этот же воин привёл послов к Акселю. Вид их был незавидным: они до того исхудали, что стали похожими на живых скелетов, обтянутых кожей. Когда Аксель поинтересовался у них насчёт лошадей, те ответили, что кони их выдохлись, но ещё живы, и им необходим уход. Аксель пригласил послов следовать за ним. Эрика ахнула при виде вернувшихся.

- Моя королева - сказал один из них, подходя ближе – Гросгорот полностью уничтожен! – с каждым словом голос его слабел.

- Что?! – Эрика вскочила с трона, шокированная словами посла.

- Гросгорота больше нет – прохрипел второй посол.

- Нет! Нет! – Эрика едва не выла от этих вестей.

Вдруг она выхватила меч, и не успел Аксель и глазом моргнуть, как послы легли возле его ног обезглавленными. Эрика, держа в руках окровавленный меч, взглядом маньяка смотрела на мёртвых и тяжело дышала.

- Уходи – сказала она Акселю – уходи, пока цел!

Аксель не стал испытывать судьбу, и ушёл. Вдруг он вспомнил сон, что приснился ему незадолго до штурма столицы Гезарда. «Часть сна сбылась» - подумал он с тревогой, но решил никому об этом не говорить.

Тем временем Георг встретился с Катариной в той самой комнате, где они обсуждали план войны с Гросгоротом. На этот раз они обсуждали план похода на Гезард. Катарина предложила выделить для этого похода миллионную армию, а в случае отступления её можно увеличить до полутора миллионов воинов. Здесь не было безжизненных мест, как плато Гросгорота, а потому в Гезарде Катарина также предложила тактику, которую применили в Гросгороте: двигаться сплошным скопом, уничтожая всё на своём пути. Георг согласился с тактикой, но возразил насчёт численности, сказав, что отступление недопустимо, а потому лучше сразу выдвинуть армию в полтора миллиона воинов. Спор был долгим, но Георг в конечном итоге взял верх, и решение было принято.

Однако на следующий день он снова пришёл во дворец. Георг хотел поделиться с королевой своими новыми мысли о предстоящем походе. Катарину он обнаружил на дворцовом балконе. Несмотря на приближающуюся зиму, на ней не было тёплой одежды.

- Ты не простудишься? – Георг начал переживать.

- Я вышла на минутку – обернувшись, ответила Катарина.

Слабый ветер трепал её волосы. Она вновь опёрлась о перила балкона, и на миг закрыла глаза, ловя лицом ветер.

- Пошли обратно – Георг взял её за руку, но та упрямо выдернула её.

Георг усмехнулся и вдруг схватил Катарину за талию, закинул её на плечо и понёс во дворец. Та испугалась по началу, но через мгновение она уже смеялась и сопротивлялась только для виду. Георг усадил её на трон и сказал:

- Послушай, что я придумал! Мы тут с Харальдом и Равеном подумали, а почему бы нам не провести разведку?

Катарина перестала смеяться, и стала внимательно слушать, а Георг продолжал:

- Мы узнаем о противнике как можно больше сведений, а ещё немного нагадим ему!

Катарина слушала Георга, держась правой рукой за подбородок, оперев локоть на правый подлокотник трона.

- Это дерзкий план – сказала она, убрав руку с подбородка и положив её на правое колено – сколько ты хочешь взять людей?

- Со мной пойдёт весь элитный отряд – ответил Георг.

- Честно говоря, я думала, ты возьмёшь больше – улыбнулась Катарина.

- Ну так как? Одобряешь ли наш план? – спросил Георг с нетерпением.

- Возьмите с собой двух воинов, которые донесут сведения, и идите – ответила Катарина – как только они доложат мне, я выдвину армию на Гезард!

- Нет, обойдёмся без этого – возразил Георг – я отправлю потом кого-нибудь, или нет! Мы все вернёмся, иначе за то время, пока за вами бегают, нас могут найти и уничтожить!

- Пожалуй, ты прав, Георг – сдалась Катарина – ладно, я согласна.

Георг отошёл на шаг. Катарина встала, подошла к нему и крепко обняла:

- Я буду ждать тебя – говорила она шёпотом.

- Я ещё вернусь – ответил он и поцеловал её.

Георг не любил долгих расставаний, но Катарина так крепко вцепилась в него, что он только вздохнул, и уступил девушке. Когда они, наконец, отошли друг от друга, Катарина прослезилась. Георг ей только кивнул головой и чуть ли не выбежал из дворца.

Когда он пришёл в лагерь, к нему тут же подбежал Харальд:

- Ну что, одобрила? – спросил он с нетерпением.

Георг кивнул.

- Тогда давайте собираться! – воскликнул Харальд.

- Вперёд – бросил Георг.

Харальд убежал.

Через час элитный отряд ушёл из лагеря. Перед тем, как уйти, Георг сказал остальным, что элитный отряд уходит на разведку, и он (Георг) оставляет за себя Тристана – того самого, который проводил Георга к Катарине в первый раз. Армия встретила нового командира громкими криками одобрения. Когда элитный отряд приблизился к горам, Харальд сказал Георгу:

- Ну вот, дружище, как в старые добрые времена! Мы снова вместе!

- Да, да – ответил тот угрюмо.

- Что с тобой?! – удивился Харальд – переживаешь, что оставил королеву без охраны? – он ехидно засмеялся.

Вдруг Георг прижал Харальда к дереву правым предплечьем, надавив ему на горло и перекрывая воздух. Тот попытался освободиться, но у него ничего не получилось, а Георг сказал:

- Ещё одна подобная шутка, и я грохну тебя!

Затем он отпустил Харальда. Тот схватился за горло, восстанавливая дыхание. Отряд двинулся дальше. Действовали по старой схеме: впереди шёл головной дозор во главе с Равеном, а за ним на расстоянии альна шли остальные воины.

До ночи отряд перешёл горы и расположился на ночлег в горном лесу со стороны Гезарда. Здесь уже давно шли снегопады, и снег в лесу был глубоким. Харальд на этот раз сидел и разговаривал с другими воинами – он был обижен на Георга и Равена, которые будто бы не замечали его отсутствия.

- Ты полюбил её, да? – спросил Равен Геога.

- Да, причём так сильно, что мне её уже сейчас не хватает – ответил тот.

- Вот бы и мне так – вздохнул Равен.

- Поверь мне – начал Георг – иногда любовь – это то, что позволяет делать невозможное! Но иногда из-за этой же любви ты чего-то не можешь!

- Харальд завидует тебе, это видно – заметил Равен.

- Может быть – проговорил Георг.

- Как думаешь, завтра мы будем на месте? – спросил Равен.

- Думаю, что да – ответил Георг – когда мы дойдём, тогда и повеселимся!

- Пощекочем нервы Эрике Холодной! – злобным голосом произнёс Равен.

- Это точно! – согласился Георг.

После этого они легли спать.

Утром отряд, уничтожив следы стоянки, отправился дальше, к землям Гезарда, лежащим на юго-востоке от Равенгарда. Снег в этих местах был неглубоким, так что идти было нетрудно. Харальд больше не подкалывал Георга, да и вообще не заводил разговоров о Катарине. К середине дня Георг ввёл отряд на территорию бывшего Гезарда...

Всё это время Аксель не знал, что делать. Эрика была в истерике: весть об уничтоженном Гросгороте сильно шокировала её. Аксель боялся появляться во дворце, зная, что Эрика может убить его. А однажды к нему прискакал гонец с нехорошей вестью: прошлой ночью кто-то напал на лагерь, расположенный в отдалении от столицы. Было убито около 30 000 воинов. Аксель отправился туда. Там он отдал приказ удвоить стражу и прочесать окрестности. Аксель внимательно осмотрел место битвы: снег вокруг был пропитан кровью и лежали тела его соотечественников. Напрасно Аксель искал среди них нападавших. Если среди них и были убитые, то, скорее всего, их тела унесли свои же и тщательно спрятали. Аксель был напуган, он не знал, как сказать об этом Эрике. В конце концов глава верландской армии отправился во дворец.

- Где ты был? – возмущённо спросила его Эрика, когда Аксель прибыл к ней – тебя повсюду искали!

- В нашем лагере у дальнего селения – ответил тот – прошлой ночью кто-то напал на него и убил тридцать тысяч наших воинов.

- Кто бы мог это сделать? – возмущение Эрика сменила на сметение.

- Следов никаких – развёл руками Аксель.

- Займись поисками. Убивайте всех, кто хоть чем-то отличается от нас! – распорядилась Эрика.

- Будет сделано – отчеканил Аксель.

Эрика медленно ходила по дворцу. Сев на трон, она сказала:

- Нам больше некого посылать сюда из Верланда! Готовь армию к походу, а главное, найди тех, кто напал на лагерь! – голос её дрожал.

Аксель впервые видел Эрику в таком состоянии. В её пустых глазах едва проглядывался страх. Королева вспомнила Норденфорт, в котором погибло очень много воинов. В Гезарде их погибло ещё больше, но Норденфорт был самым маленьким государством в Скандинавии, меньше Гезарда более чем вдвое! А теперь перед ней был Равенгард – самое большое государство на полуострове. Наверняка он тоже готов к войне! Всё это угнетало Эрику. Вдруг она встала, и подошла к окну. Там, внизу, возились её многочисленные воины. Долго Эрика смотрела на них. Наконец, она повернулась к Акселю. Выглядела она уже лучше, я б даже сказал, что она воспрянула духом. Эрика ткнула пальцем в стекло окна и сказала:

- На сбор армии даю день. Завтра в полдень мы выдвигаемся к перевалу Тора! Можешь идти.

Полководец был рад услышать эти слова, и поспешил вон из дворца. Он разослал гонцов по селениям, в которых были его войска с повелением прибыть к закату солнца в столицу. В самой столице была спешно организована подготовка к предстоящему походу.

В это время Георг и Равен вместе с девятью воинами из головного дозора внимательно высматривали местность, на которой расположились верландцы. Противник расположился в небольшом селении.

- Лошадей видишь? – спросил Георг Равена.

Тот кивнул головой.

- Нам они нужны. В первую очередь пробьёмся к конюшне, а там уже на конях устроим переполох.

- А где, кстати, все? – спросил один из дозорных.

- Спят, наверное – предположил Георг – совсем разленились!

- Я иду говорить Харальду чтобы поднимал остальных? – спросил другой воин.

Георг махнул рукой, мол, давай. Воин тут же скрылся.

- Стрелы поджигать будем? – спросил Равен.

- Нечем поджигать – покачал головой Георг – ничего, и так нападём.

Тут подоспел Харальд вместе с другими воинами. Георг рассказал им суть плана и, приказав готовить луки, двинулся вперёд.

В стане врага было тихо. Только стражники медленно ходили, охраняя сон своих товарищей. Меткими выстрелами из луков воины Георга убрали стражу и захватили конюшню. Лошади испугались чужаков, но те кое-как сумели оседлать их. Ржание лошадей услышал один из воинов верланда и вышел из дома. Представшее перед ним зрелище стало последним в его жизни. Стрела, пущенная из арбалета Георга попала ему прямо в правый глаз. Верландец умер, не издав ни звука. Взяв чашу с горящей в ней жидкостью Харальд швырнул её в ближайший дом. Жидкость попала на соломенную крышу, и та загорелась. Обитатели этого дома, проснувшись, выскочили наружу, где их уже косили лучники нападавших. Дальше конница понеслась по всему селению, громя всё на своём пути. Верландцы вообще не понимали, что происходит, и в селении началась паника. Кто-то пытался оказать хоть какое-то сопротивление, но вдруг именно в этот момент конница начала спешно отступать. Через несколько мгновений нападавшие скрылись в лесу.

В селении подсчитывали потери: погибло около 42 000 человек. Кто сгорел в домах, кого завалило рушащимися постройками; многих растоптали захваченные у них же кони; остальные были расстреляны из луков и зарублены мечами. Примерно через час в селение прискакал гонец с поручением от Акселя. Он едва не свалился с коня, когда увидел то, что там произошло.

Тем временем Георг праздновал очередную маленькую победу. Он совершил второй налёт на два лагеря верландцев и не потерял ни одного своего воина! Триста норденфортцев расположились в глубине леса, на западной границе Гезарда. Во время налёта Равен пленил одного из верландцев, и сейчас тот сидел, привязанный к дереву, в ожидании чего-то ужасного. Наконец, к нему подошли Георг и Харальд. Равен подошёл позже.

- Ну что ж – сказал Георг, разминая кисти – давай выкладывай, что знаешь! Когда вы планируете напасть?

- Откуда я знаю?! – воскликнул тот испуганно – не оттуда вы меня взяли!

- А откуда тебе нужно было взять? – ехидно спросил Харальд, толкнув пленника правой ногой в голову.

- В столице Гезарда, только вам это не по зубам! – ответил пленник, пытаясь сесть – Харальд уронил его, когда толкнул.

- Ну а ты подумай хорошенько – сказал Георг – хотя бы примерно?

- Наверное, скоро – ответил верландец, едва усевшись.

- От него толку нет – сказал Равен Георгу тихо – надо взять языка посерьёзней!

- Следующий наш рейд будет в столицу – сказал Георг твёрдо – возьмём языка, и сразу назад.

- Согласен – сказал Харальд – а с этим что будем делать?

Георг посмотрел на пленного:

- Выпотрошим и съедим! Запасы на исходе.

Пленник после его слов сглотнул:

- К-кто выт-такие? – задал он вопрос, заикаясь.

- Это уже не важно – последовал ответ – тебе осталось жить до ужина!

После этих слов троица удалилась. Рассевшись возле своего костра, они стали думать, как им добраться до столицы. Георг пошёл к пленнику. Выбив из него всё нужное, он вернулся к костру.

- Столица находится на востоке. Путь до неё неблизкий! – сказал он.

- Я поеду – вызвался Равен – ближе к вечеру.

- С тобой поедут все твои дозорные – сказал Георг – для защиты.

- Хорошо, я пошёл готовиться – с этими словами Равен поднялся и ушёл.

- Зачем нам пленник?! – спросил Харальд Георга – зачем нам знать что-то ещё?!

- Ты, я вижу, вообще одурел, Харальд! – разозлился тот – нам нужно знать, когда Эрика двинет свои войска, и предупредить Катарину!

- Ты ещё лично её встреть! – съехидничал Харальд.

- Я её встречу – ответил Георг злобно – а если получится, то и убью её! – он не заметил, как Харальда «передёрнуло» от этих слов.

- Ну-ну! – с этими словами Харальд ушёл. Георг посмотрел ему вслед и, сев на камень, стал точить свои мечи.

День заканчивался. Равен собрал свой отряд, попрощался со всеми, и вдесятером они помчались на восток. По пути в столицу Равен едва не напоролся на скачущую туда верландскую конницу. Но тут же в его голове созрел очень дерзкий план. Равен пристроился к вражеской коннице сзади, а за ним все остальные воины. Верландцы ничего не подозревали. Вскоре они добрались до назначенного места.

Внимательно приглядываясь к окружающим, Равен заметил одного верландца: он стоял отдельно, и много жестикулировал.

«Наверняка это тот, кто нам нужен!» – подумал Равен.

В это время Аксель руководил войсками. Грохот копыт заглушал его крики, и ему приходилось управлять движением воинов жестами.

Равен подозвал к себе одного из своих дозорных и протянул ему конец сети со словами:

- Закрепи за седло! Сейчас мы поймаем вон того человека! – он показал пальцем в сторону жестикулирующего – задний конец закрепи, а передний возьми в руку. Должен получиться гамак, понял?

Дозорный сделал всё, как велел Равен.

Аксель повернул голову влево и... застыл в изумлении! Двое всадников промчались мимо него, а между ними болтался человек в сетке. Всадники дали круг по площади, и скрылись в западном направлении. Аксель был так ошарашен, что даже не додумался послать погоню. «А может, показалось?» - мелькнула в его голове мысль.

Равен ликовал! Ему удалось выполнить поручение Георга, и теперь он со своими дозорными без потерь возвращались в лес, к своим. Примчались они под утро. Отряд приветствовал своих героев. Пленника тут же привязали к тому же дереву, к которому был когда-то привязан его предшественник, уже съеденный. Георг приказал дозору отдыхать, но Равен заявил, что пойдёт спать только после того, как закончится допрос. Он очень хотел узнать, стоил ли этот пленник стольких усилий и риска.

Верландца привели в чувство. Тот огляделся, и увидав перед собой «могучую троицу» задрожал.

- Кто ты такой? – спросил его Равен.

- М-меня з-зовут Нильс – ответил тот.

- Твой чин, титул? – спросил Георг.

- Я п-помощник Акселя. Он к-командует армией – ответил Нильс, не переставая стучать зубами.

- Хорошую добычу взял! – воскликнул Георг – молодец, Равен!

- Сколько вас? – спросил Харальд.

- Нас б-был 1 000 000– отвечал пленник – но к-кто-то напал н-на нас два р-раза... т-теперь нас 928 000 – голос у него садился.

- Когда Эрика планировала выступать? – спросил Георг.

- Сегодня в полдень – проговорил верландец.

- Может ли она ещё увеличить войска? – спросил Георг снова.

- Она говорила Ак-кселю, чт-то б-больше не может эт-того – ответил Нильс.

- Так это что же? Верланд слабее нас?! – удивился Харальд.

- Похоже на то – ответил Георг – только расслабляться рано!

Равен, а за ним и Харальд согласно кивнули.

- Убейте его – сказал Георг, указав на Нильса, и ушёл.

Равен вынул меч:

- Я тебя пленил, я тебя и убью! – с этими словами он вонзил клинок в горло верландца.

- Вот теперь можно и отдохнуть – вздохнул он, и ушёл.

Через пару часов после полудня Харальд заметил, что Георг куда-то засобирался.

- Неужели ты собрался идти навстречу целой армии?! – спросил он, не скрывая удивления.

- Мне до ужаса интересно, как она отреагирует – ответил Георг.

- Убьёт, и не посмотрит – засмеялся Харальд.

- Увидим – сказал Георг – но если я не вернусь до завтрашнего утра, командовать будешь ты. И вот ещё что: если меня не будет, отправь отряд обратно, в Равенгард. Расскажи Катарине всё, как есть, если ты мне друг!

- Перестань, Георг – положив ему руку на плечо сказал Харальд – чего себя заранее хоронить-то?

- Ну мало ли – усмехнулся тот - ладно, я пошёл.

- Удачи, дружище! – громко сказал ему вслед Харальд, подняв согнутую в локте руку вверх.

Георг вскочил на коня и помчался на восток. Скакать пришлось немало. Заметив вдалеке передовые отряды верланской армии, Георг остановил коня и, спрыгнув с него, сделал несколько шагов вперёд. Примерно через десять минут перед ним остановилась вся мощь Верланда – последнего соперника Равенгарда в Скандинавии.

- Кто бы ты ни был – убирайся с дороги! – услышал Георг крик.

- Нехорошо ты гостей встречаешь! – крикнул он в ответ.

Тут строй расступился, и к Георгу на белом коне выехала Эрика. Она с некоторым интересом разглядывала человека, только что заставившего остановиться её армию. Обойдя Георга кругом, она соскочила с коня.

- Осторожно, моя королева! – послышался сзади тот же голос.

Георг не смог сдержать улыбки, а Эрика, обернувшись назад, крикнула:

- Чтобы в ближайшее время я не слышала ваших глупых речей! Ясно?

Ответа не было.

- Кто ты такой? – спросила она Георга.

- Имя мне Георг. Я родом из павшего Норденфорта, а ныне я служу королеве славного Равенгарда Катарине Храброй – последовал ответ.

- Норденфортский недобиток – Эрика скривилась – а ты не так умён, как показался мне на первый взгляд – глаза её сузились – раз служишь под знамёнами Равенгарда!

- Скорее наоборот – возразил Георг – если бы я пошёл к тебе, то меня уже давно не было бы! Твой отец участвовал в заговоре против Норденфорта вместе с Гросгоротом и Гезардом!

- Чем же эта пустая крыса смогла привлечь тебя на свою сторону?! Норденфортцы – она начала ходить вокруг Георга, иногда задевая его рукой – кузница величайших воинов всей Скандинавии! Иметь в своих войсках таких воинов, как ты, хотят все!

Георг смотрел на неё с высоты своего роста, не скрывая презрения, хоть Эрика и была ниже его всего-то на полголовы.

- Хочешь ли ты, чтобы я открыл тебе тайну? – спросил её Георг.

- Любопытно – отозвалась она, и, подставив левое ухо, добавила – шепни, чтобы никто не услышал! – последние слова она произнесла с насмешкой.

- Это мы были, когда в твоих селениях совсем недавно погибло много воинов! Это наша месть за разрушенный Норденфорт, и эта месть не закончена! – проговорил Георг, ухмыляясь.

Эрика посмотрела на него круглыми от шока глазами, а Георг продолжал:

- Зато ты какая красивая... красивая, но очень капризная и опрометчивая куколка! Опрометчивая и глупая куколка!

Его слова разозлили Эрику:

- Да как ты смеешь? – возмущённо спросила она.

- Никто не смеет называть мою королеву пустой крысой! – тихо, но зло воскликнул Георг – а я смею тебя так называть – он показал на неё пальцем.

- Мои люди найдут вас! – Эрика начала злиться сильнее – я отпущу тебя живым сейчас, чтобы тебя нашла мучительная смерть потом! Когда тебя схватят и поставят на колени передо мной, ты будешь умолять о смерти, ну а я оттяну твою кончину до тех пор, пока рядом с тобой не окажется Катарина!

Но Георг даже ухом не повёл.

- Я жду твоих людей в лесу – сказал он, указывая рукой на запад – уж постарайся не разочаровать меня!

- Но есть и другой вариант – тон Эрики стал сладковатым – ты можешь пойти ко мне на службу вместе со своими людьми! Ты будешь богат, ты возглавишь элитный отряд моей армии, а может быть даже, сразу станешь полководцем! У тебя будет всё! И твои люди не будут обижены!

- Это вариант не может быть рассмотрен – отрезал Георг, и пошёл к своему коню.

- Равенгарду осталось недолго! – крикнула Эрика, когда Георг сел на него.

- Смотри, как бы не наоборот! – ответил Георг и ускакал.

Чем ближе Георг был к лагерю, тем сильнее в нём закипала ярость. Когда он прибыл к своим, те окружили его и засыпали вопросами. Георг поведал им суть разговора.

- Скоро её отряды будут здесь – сказал он мрачно – лошадей распустить. Предлагаю вспомнить старую тактику: Харальд, ты возьмёшь с собой 150 воинов, и устроишь засаду, а я с остальными останусь здесь. Мы спрячемся на деревьях, а потом ударим первыми. Когда я позову тебя, Харальд, ты ударишь в тыл. Что скажете?

- Я согласен – сказал Харальд, и начал отбирать людей.

- А кто пойдёт к Катарине? – спросил Равен.

- Не нужно никого отправлять. После сражения все вместе вернёмся – сказал Георг.

- Ну, друзья, не поминайте злом – сказал Харальд оставшимся.

- Да и вы нас! – ответил Георг.

Харальд увёл своих вглубь леса.

Своих Георг распределил по деревьям. Сам он вместе с Равеном занял развилку огромного дуба.

- Клянусь Тором, это будет самый жаркий бой в моей жизни – сказал Георг тихо.

- Самый жаркий бой будет за столицу Верланда – возразил Равен.

- Не буду спорить – усмехнулся Георг.

Норденфортцы замерли в ожидании.

В это время Эрика давала напутственное слово остаткам отряда «Холодная смерть». Всего их было 7 710. В войне с Гезардом они неплохо себя проявили, и теперь в них Эрика видела гибель остатков отряда норденфортцев.

- Как только уничтожите недобитков, вернётесь за мной. Я хочу видеть их тела! – говорила Эрика.

После этого «Холодные» двинулись в лес.

- А мы что будем делать? – спросил Аксель Эрику.

- Будем ждать – ответила она – «Холодные» должны быстро справиться с недобитками...

- Неизвестно ведь, сколько их! – возразил Аксель.

- Ждём до завтрашнего полудня – сказала Эрика – если наши не вернутся, мы прочешем лес вдоль и поперёк, и только потом двинемся в Равенгард!

В это время «Холодная смерть» пробиралась вглубь леса. Их белые одежды сливались с окружающим фоном, и потому воинов было трудно заметить. Они шли, внимательно разглядывая всё вокруг. Но никто из них не догадывался смотреть вверх. К тому же в лесу быстро стемнело, и командир «Холодных» решил приостановить поиски до рассвета. Отряд развёл костры, не подозревая о том, что уже заметили.

- Что будем делать, Георг? – спросил Равен.

- Ждать – ответил тот.

- А может, разведать, прикинуть, сколько их?

- Я по количеству костров вижу, что несколько тысяч – тон Георга снова стал мрачным.

- Может, скажем Харальду? – задал третий вопрос Равен.

- Нет, не стоит, я думаю – возразил Георг – Харальд наверняка замаскировал своих! Подождём до рассвета. Предлагаю спать по очереди. Ты первый.

Равен неохотно согласился. Устроившись поудобнее, он уснул, оставив Георга один на один со своими мыслями.

А Георг вспоминал Катарину, свою прекрасную королеву. Как она там? Чем сейчас озадачена? Наверняка готовит армию на новые подвиги! Тристан, конечно, помогает ей, но основной груз она, несомненно, взяла на себя. И тут Георг на миг задумался о другом: а что, если его убьют в этом бою? Он знал, что Катарина сильна духом, но смогла бы она пережить это? Наверное, смогла бы, но сам Георг не был в этом до конца уверен. Ведь она крепко полюбила его, постоянно старалась быть поближе к нему. Георг вспомнил, как ей трудно было сдерживать себя в присутствии воинов, да и его друзей тоже ещё тогда, когда они только вошли в Гросгорот.

Его воспоминания прервал Равен, заявивший, что спать не может. Уступив другу место наблюдателя, Георг погрузился в сон. Ему снилась Катарина. Она стояла на земле, одетая в длинное белое платье, облегавшее её тело, с вышитыми серебром узорами. Её чудные волосы были сплетены в толстую косу, в которую были вплетены красивые белые цветы. Стояло лето, и девушка стояла на траве босая, хотя королеве не положено так ходить. Но её красивое лицо было наполнено грустью, а с правого глаза текла слеза. Георг не мог понять, что с ней, и почему он видит её с трёхметровой высоты? Он глянул себе под ноги и увидел, что он стоит на мраморных ступенях, ведущих в Валгаллу. И тут нашего героя пробила дрожь: он мёртв! Он с ужасом глянул на Катарину, и... проснулся.

- Ну и сон – сказал он сам себе вслух.

- Ты чего, Георг? – спросил его Равен.

- Да, так, ничего – отмахнулся тот – просто плохой сон.

- Бывает – сказал Равен, как ни в чём не бывало.

- Не спится больше – вздохнул Георг – да и рассвет скоро.

- Он уже настал – усмехнулся Равен – но врага пока не видно.

- Ладно, проверим, как остальные себя чувствуют – с этими словами Георг, приложив руки ко рту, ухнул по-совиному.

В ответ раздалось семьдесят три уханья по очереди.

- Долгая перекличка – вздохнул Равен.

- А по-другому было никак – сказал Георг – все ответили.

- А точно все ответили? – усомнился Равен.

- Наверное, но если я ухну во второй раз, они воспримут это, как сигнал к атаке! Забыл что ли? – разъяснил Георг.

- Чуть-чуть – виновато сказал Равен.

Вдруг треск ветвей в восточной части леса насторожил обоих.

- Идут, Равен, идут – тихо сказал Георг, глядя на «Холодных».

Верландцы медленно шли по лесу. Вдруг их командир поднял руку, и помахал ею над головой. К нему начали сходиться остальные. Георг и Равен натянули свои тетивы, и прицелились в командира. «Холодные» изучали утоптанный снег вокруг них, и тут у них над головой ухнула сова, а в следующую секунду на них обрушилась туча стрел. Командир «Холодных» погиб сразу. Верландцы заметались кто куда. Однако люди Георга сумели выпустить только пять таких туч – у них кончились стрелы, и они начали спрыгивать с деревьев прямо на своего врага. Под обстрелом «Холодные» потеряли треть своего войска. Каждая туча стрел насчитывала 447 штук, ибо на близком расстоянии каждый воин Георга пускал по три стрелы. Каждый воин Георга стоил двоих воинов «Холодной смерти», а Георг стоил и троих! Он умело защищался щитом и рубил мечом, как и все остальные, но силы были слишком неравны: 72 норденфортца против 3 000 «Холодных». Битва на миг остановилась: обе стороны смотрели друг на друга и тяжело дышали. «Холодные» скрывали свои искажённые от ужаса лица за масками, но не могли скрыть ужас в глазах. Воины Георга наоборот были настроены решительно. И тут Георг, позвав Харальда, ринулся в новую атаку, увлекая за собой остальных. Но засадный отряд, казалось, не слышал зов своего командира – никто не пришёл на помощь.

Георг дрался сразу против шестерых: своими мощными ударами он выбил оружие сразу у двоих, и, бросившись вперёд, пронзил их своими мечами, защитившись их телами от ударов других «Холодных». В этот миг он снова позвал Харальда. Его зов можно было услышать за тысячу альнов, но снова никто не пришёл. В это время Георг покончил ещё с тремя «Холодными». Четвёртому повезло: он успел отскочить, но споткнувшись о корягу, торчащую из земли, он упал, дав Георгу короткую передышку. Когда «Холодный» набросился на врага, тот подсел и вонзил в него оба меча, но «Холодный», перед тем, как умереть, нанёс удар топором в лодыжку Георга. Старая боль прибавила Георгу сил, и он разрезал врага пополам, разведя мечи в стороны, и помчался сражаться дальше.

В это время Равен отбивался от наседавших на него по очереди «Холодных». В какой-то миг он в поединке с «Холодным», сам того не замечая, напоролся ещё на двоих. Они нанесли ему два рубящих удара, а третий, бывший перед Равеном, проткнул его левый бок, но не глубоко. Равен перед тем, как упасть на землю, из последних сил сумел отрубить противнику голову.

Георг не заметил, как остался один. Щит его давно сломался, сам он был ранен в левое плечо, да ещё две раны зияли на его груди. О том, что в его лодыжке торчал топор, Георг давно забыл, но ему уже было нелегко стоять на ногах. Верландцы окружили его, и медленно сжимали кольцо. Вдруг Георг мощным прыжком вперёд нанёс удар с двух колен в грудь идущего прямо на него «Холодного», одновременно пронзив мечами двух рядом стоящих. Приземляясь, он сделал кувырок через плечо. Доля секунды – и он снова был готов воевать. «Холодные» были до того поражены, что все до одного они повернулись к нему и не двигались. Георг воткнул правый меч в землю, выдернул из своей лодыжки топор, и метнул его в толпу, попав в голову одному из сзадистоящих. Тут «Холодные» «очнулись», и ринулись на последнего норденфортца. Георг побежал им навстречу. «Холодные» перестроились в две колонны, и когда Георг попал между ними, убив по пути ещё двоих, они пронзили его тело мечами. Их торчало не менее десятка. Последнее, что смог сделать Георг, это перед тем, как упасть навзничь, положить свои мечи под себя. «Холодные» вытащили из мёртвого своё оружие, и долго ещё смотрели на последнего убитого врага.

- Это были настоящие норденфортцы – сказал один из них.

Видимо, он уже имел с ними дело в войне с Норденфортом.

- Идём, надо сказать Эрике – сказал другой.

- И я добавлю, что это был наш самый позорный бой – угрюмо сказал первый, срывая с себя маску.

Постояв ещё немного, «Холодные» ушли.

Эрика встретила их, когда войска уже входили в лес для поисков недобитков.

- Они уничтожены, моя королева! – мрачно доложил Эрике «Холодный» без маски.

- И это всё, что от вас осталось?! – воскликнула Эрика, глядя на остатки отряда – сколько вас?

- 918 – ответил «Холодный».

- Аксель, останови армию! – крикнула Эрика.

Приказ был выполнен.

- Я хочу видеть поверженных – сказала она «Холодному» - веди меня!

«Холодный», взяв с собой ещё двоих со своего отряда, повёл Эрику к месту битвы. Оно было полностью красным от крови; деревья вокруг были исполосованы мечами и боевыми топорами.

- Считайте трупы чужаков – потребовала Эрика.

Двое «Холодных» тотчас разбежались, а старший показал Эрике искалеченное тело Георга.

- Этот пал последним – сказал он – таких воинов, как он, я не встречал до сих пор, хотя бил ему подобных...

- Дай мне его меч – сказала Эрика.

Тот наклонился и обнаружил, что оба меча Георга исчезли. «Холодный» перекопал весь снег вокруг, но не нашёл их.

- Они исчезли – сказал он ошарашено.

Наконец, к Эрике подошли двое других «Холодных», окончивших подсчёт.

- Этот сто сорок девятый – сказал один из них, показав пальцем на Георга.

Эрика едва не лишилась чувств от этой цифры.

- Ладно, уходим – сказала она, отдышавшись.

Через некоторое время на месте битвы вновь не было ни одной живой души.

Вдали раздался тоскливый волчий вой.

y;text-z9