Не злись, Софи!

Поезд мирно катил сквозь дымку, увозя студентов в Хогвартс. Начинался последний учебный год для Мародёров и их друзей.
Сириус Блэк развалился на верхней полке в купе, закинув руки за голову. Мишель, сидевшая на соседней, неспешно разбирала перекус. Джеймс с Лили в этом году ехали отдельно в купе старост.

— Сохатый, говнюк... — недовольно буркнул Блэк, с силой прилепляя жвачку на нижнюю сторону полки. — Променял меня и наши принципы! И Люпин всё лето не появлялся. А я, между прочим, рассчитывал отметить новоселье с размахом...

— Ну, Питер же пришёл... — мягко напомнила Мишель, поднимаясь с места и протягивая ему сэндвич.

— Да что этот Хвост, вечно забьётся в угол, как тень! — недовольно отозвался Сириус, принимая еду.

Поезд мирно выпускал облака дыма, увозя их всё дальше от летней суеты. Первокурсники, что дрожащими ногами шли к распределяющей шляпе, казались совсем крошечными. Выпускники едва ли уже помнили, как сами выглядели в тот первый день.
Традиционная речь Дамблдора вызвала в зале улыбки, как всегда. Но в этом году у Мишель она вызвала ещё и удивление.

— Ну, что ж, — заговорил директор, — готов представить вам нового преподавателя по Защите от тёмных искусств. Он будет с минуты на минуту!

Не успел Дамблдор сесть, как в Большой зал вошёл Фред. Быстро подойдя к преподавательскому столу, он занял свободное место.

— Как раз вовремя, — с одобрением произнёс директор. — Годвин Фредерик, ваш новый учитель!

Фред поднялся и представился, слегка поклонившись. Мишель в изумлении уставилась на него, а в это время Джеймс с усмешкой толкнул Сириуса в бок:

— Ну вот и закончились ваши с Мишель прогулки.

— Мечтай, — буркнул Блэк и дал Поттеру подзатыльник.

Сразу после праздничного ужина Мишель подошла к отчиму.

— О, Софи, удивлена!? — с улыбкой произнес он. — Вижу что да, но поблажек тебе не будет!

— Даже не рассчитывала, — надула губы Мишель, хотя немного переживала: теперь она будет под постоянным надзором. — А как же твоя работа?

— Всё отлично, — кивнул он. — Меня заменили двое замечательных людей, Фрэнк и Алиса. С Фрэнком ты уже должна быть знакома.

— Ну и славно... Быть учителем, думаю, безопаснее, — с облегчением произнесла Мишель.

Фред с доброй улыбкой коснулся её плеча.
Занятия с ним казались Мишель немного странными. На седьмом курсе, будучи уже взрослой, она вдруг ощущала себя маленькой девочкой под строгим взглядом отчима. Годвин, впрочем, оказался весёлым учителем: он ходил по кабинету взад-вперёд и внезапно кидал в учеников заклинания, сперва безобидные, меняющие цвет волос, но стоило всем расслабиться, как в ход пошёл фурункулус и другие неприятные чары.
Слизеринцы, в отличие от гриффиндорцев, не проявляли интереса и даже не старались слушать. А вот гриффиндорцы полюбили его с первых минут.

— Скажите, профессор, а вы хотя бы раз в жизни применяли запретные заклинания? — спросил Мальсибер прямо посреди урока.

— Что за глупые вопросы... — Фред нахмурился, но удержался от резких слов, продолжая вести занятие.

— Профессор, вы так и не дали нам ответа! — с наигранной настойчивостью добавил Эван.

— Они на то и запретные, чтобы их не использовать! — с раздражением в голосе произнёс Фред, швырнул на стол книгу, и по кабинету прокатился грохот. — И вам я советую не интересоваться этой темой!

Он понимал, почему они спрашивали. Орден сам не всегда оставался «чистым» и их приходилось использовать ведь в реальности всё было сложнее. Фред знал, кого учит. Многие из этих мальчишек, будущие Пожиратели. И это делало его задачу тяжелее вдвойне.

— Встали в пары! — отдал он команду. — С сегодняшнего дня на каждом уроке — практика защитных чар!

Сириус стал в пару с Джеймсом. Люпин с Питером. Лили выдернула Мишель из окружения слизеринцев, оставив Марлин с Мэри.
Поттер с Блэком так увлеклись, что вместо защиты устроили настоящее мини-сражение. Фред, подойдя с двумя книгами, смачно вручил ими мальчишкам по голове, а затем всунул тома им в руки.

— Отлично, мальчики, но я сказал «практика защитных чар», а не «устроить дуэль». — Он силой усадил их за парты. — А теперь внимательно изучите главы, выпишите все защитные заклинания на пергамент!

Пока остальные тренировались с палочками, эти двое были вынуждены использовать... перо.

— Но это не честно! — возмутился Джеймс.

— Поттер, как староста, вы должны подавать пример поведения! — строго ответил Фред.

Лили и Мишель хихикали, переглядываясь и корча рожицы мальчишкам. За что тут же получили по голове, но мягко, больше для проформы: Фред просто положил руки им на макушки и повернул их в другую сторону.
После занятия Сириус и Джеймс задержались, пока Фред проверял их записи.

— Никаких вольностей, мальчики! — спокойно, но твёрдо предупредил он.

— Да вы же нас знаете, — попытался уговорить Джеймс. — Ну сделайте поблажку. Главное, чтобы мы к выпуску были настоящими мастерами!

— Дисциплина, — подчеркнул Фред. — Не забывайте, что сила без неё ничто.

Он вернул им пергаменты, аккуратно снабженные заметками и подсказками: где, когда и как лучше применять заклинания.
Лили с Софи шли с занятия под руку, зрелище, к которому уже все привыкли. Две принцессы разных факультетов, солнце и луна. Контрастные, но неразлучные.

— И как Мэри отреагировала на то, что вы с Поттером теперь вместе? — спросила Мишель, как бы между делом, не отрывая взгляда от дороги.

— Она хорошая подруга, — спокойно ответила Эванс. — Мы не из тех, кто будет ссориться из-за мальчишек.

Их тут же догнали Сириус и Джеймс, каждый подошёл к своей избраннице и легко обнял за плечи.

— Ну что, девочки, пойдём на свидание? — с озорной улыбкой предложил Джеймс.
— Вам, мальчишки, только свидания в голове! — дразнила их Мишель. — А ведь должно быть наоборот!

— А я полностью поддерживаю идею Сохатого! — вставил своё мнение Сириус.

— Ещё бы! — закатила глаза Лили. — Вы же с ним одно целое!

Мальчишки переглянулись и в следующий момент каждый схватил свою девушку и легко закинул себе на спину.

— Не хотите? Заставим! — ухмыльнулся Сириус, крепко держась за Мишель.

Вот они уже шли по тропе, ведущей из Хогвартса в Хогсмид. Джеймс и Лили держались за руки, а Мишель уселась на спину Блэка, заменив собой рюкзак, обняв его за плечи.

— Вы как малые дети! — усмехнулась Лили, наблюдая, как Сириус ловко маневрирует с Мишель на спине. — Кто бы мог подумать, что эти двое отличники!

— Хочешь так же? — игриво спросил Поттер, поправляя свои волосы.

— Вот увидишь, они через минуту упадут! — сказала Эванс, прежде чем Джеймс схватил её на руки и понёс вперёд.

Улочки Хогсмида выглядели иначе. Некоторые окна были заколочены, лавочки, мимо которых они раньше проходили с радостью, теперь были закрыты. Когда-то светлый посёлок теперь был пронизан тревогой и тенью.

— Эй, Джеймс! — крикнул Сириус другу, который каким-то образом оказался впереди. — На пару слов!

Поттер остановился, подождал Блэка, поцеловал Лили в висок.

— Идите вперёд, мы на минутку, — мягко сказал он девушкам.

Мишель, не задавая вопросов, взяла Лили под руку. Они медленно пошли по пугающе тихим улицам.

— Всё так поменялось... — с грустью сказала Лили, вглядываясь в знакомые дома.

— Миру свойственно меняться, — спокойно ответила Мишель.

— Я не против, чтобы он менялся... но не так, — Эванс говорила почти шёпотом, и в её голосе чувствовалась тревога. Она, в отличие от Мишель, знала, каково это быть чужой в этом мире.

— Разве мы можем что-то сделать?.. — Мишель смотрела перед собой. Она не верила, что в одиночку можно что-то изменить. Она не хотела терять всё ради борьбы.

— Мы можем, — уверенно сказала Лили. — Если сражаться, победим. Я готова бороться, ведь этот мир заслуживает того, чтобы его спасти.

Мишель промолчала. Сзади Джеймс и Сириус говорили о том же: о мире, о борьбе. Они уже выбрали свою сторону не прятались, сбегали по ночам, наблюдали, собирали сведения. А Мишель... Мишель была другой. Она уже потеряла отца в этой борьбе. И, может, будь она старше тогда, эта боль стала бы топливом. Но нет. Сейчас она дорожила тем, что у неё есть, и не хотела вмешиваться.
«Три метлы» пустовали. Студенты боялись покидать территорию Хогвартса, а взрослые волшебники старались без надобности не выходить из домов. Лишь самые смелые, или самые глупые, не верящие в надвигающееся зло решались появиться в Хогсмиде.

— Тихо как... — заметил Блэк, как обычно покачиваясь на задних ножках стула.

— Можем заглянуть в лавку с артефактами. Наверняка там будут слизеринцы. Погоняем их, — предложил Джеймс, усмехаясь.

— Джеймс! — строго одёрнула его Лили.

Он только развёл руками:

— Нет, так нет. Как скажешь, дорогая.

— Может, мы зря сюда пришли? — тихо произнесла Мишель, осматриваясь, она переживала, что кто-то с приближенных темного лорда увидит её и узнает, а там уже последуют вопросы от слизеринцев и их излишнее внимание.

— Пойду-ка я возьму себе выпить... Джеймс, огневиски будешь? — в глазах Сириуса заплясали искры.

— Блэк, не слишком ли ты самоуверен? — Мишель приподняла бровь.

— Ну а что, скучно же! — ухмыльнулся он.

— Сядь! — приказала она, скрестив руки на груди. — И даже не думай напиваться.

Джеймс захохотал, а Сириус с ухмылкой передразнил девушку, но всё же не послушал, как обычно. Он направился к барной стойке и одним движением осушил шот огневиски. За столиком Мишель смотрела на него с кривой усмешкой, явно недовольная. Он вернулся и поцеловал её в висок.

— Непослушный пёс... — пробормотала она себе под нос, едва слышно.

Дверь распахнулась, и в помещение вошли люди в тёмных мантиях. Их поведение вызывало тревогу: грубые, самодовольные, будто им всё дозволено. Один из них подошёл к бару с палочкой в руке.

— Это они? Его люди? — прошептала Лили, глаза расширились от напряжения.

— Скорее просто фанатики, — отозвался Джеймс, доставая палочку. — Но всё равно мерзавцы.

— Вы же не собираетесь лезть в драку? — спокойно, но твёрдо спросила Мишель.

— Собираемся! — с огоньком в глазах подтвердил Сириус.

— Я возвращаюсь в Хогвартс! — Мишель старалась держаться спокойно, но на деле её сердце колотилось, ей так не хотелось драться. Она встала с за стола и впрямь направилась к выходу, но когда эти люди подсели к четверокурсники с пуффендуя, а Сириус с Джеймсом заметив это тут же сорвались с места у Мишель тоже внутри что-то сжалось. Она смотрела как мальчишка смотрит на этих людей напугано, а они смеются, да он грязнокровка, но это не дает им право издеваться. Она сжала руки в кулак достав на автомате палочку.

— Да что бы нам указывали дети! — разнесся гортанный голос одного из мужчин.
— Таким, как эти грязнокровки, не место в нашем мире! — фыркнул второй.

Сириус и Джеймс тут же вскочили. Мишель остановилась у стены. Внутри у неё всё сжалось, она не могла больше просто смотреть. Сердце бешено стучало, пальцы сами обхватили палочку. Лили оставалась за столом, готовая вмешаться в любую секунду.
Сириус и Джеймс, не теряя времени, пошли в наступление. Они были не просто хороши, они были лучшими. Волшебники, насмехающиеся над пуффендуйцем, не успели даже понять, что происходит.
Мишель незаметно приблизилась к стене и, не выдавая себя, метнула заклинание. Потом ещё одно. Она действовала быстро, чётко, почти беззвучно, прячась сразу же после броска.
Сириус краем глаза поймал движение и едва заметно ухмыльнулся. Он слишком хорошо знал стиль Мишель. Её магия была как и она сама.
В результате за дверями оказались и те мужчины, и Сириус с Джеймсом. Гриффиндорцы, столпившись у окна, наблюдали, как те, сплёвывая кровь, поспешно убегают прочь, не рискнув обернуться.

— Идиоты! — вытирая кровь с рассечённой щеки, проворчал Джеймс. — Вот из-за таких, как они, наш мир и катится к чёрту...

— Тихо! — Лили резко прервала его, обхватила лицо ладонями и прошептала лечебные чары. На её лице была тревога, но в руках решимость.

Сириус стоял рядом с Мишель. Его рукав был разодран, лицо исцарапано, но он едва это замечал. Она же, как всегда безупречна, руки скрещены на груди, осанка идеальна, ни тени испуга. Только глаза выдавали внутреннюю бурю.

— Ты хорошая актриса... — тихо сказал он, склоняя голову к её плечу. — Только не пойму, зачем тебе играть.

— Не понимаю, о чём ты, — произнесла Мишель, но прекрасно понимала. Она не могла оставаться в стороне, как бы ни старалась. Стоило лишь вспомнить отца, и в ней начинала закипать кровь.

— Ну и свидание, конечно... — буркнула она, подходя к Лили. — Эти мальчишки – сплошные проблемы.

Эванс улыбнулась, хоть глаза её блестели от эмоций. Для неё всё происходящее было особенно близко, она знала, что значит быть грязнокровкой. Знала, что такое жить с мишенью на спине.