Не злись, Софи!

Фрейю Бёрк никогда нельзя было назвать скупой, да и как бы сильно её манера поведения не выбивалась из принятого в сообществе. Даже тот, кто её не любил, в итоге прогибался под сладостью речей и щедростью, которую она умело использовала.

Софи трудно было посчитать, сколько времени уходило у её бабушки на написание писем и покупку подарков для, казалось бы, совсем незнакомых людей, но каждый из них для госпожи Бёрк имел ценность, потому что миром правят связи.

Госпожа Бёрк старалась это донести и до внучки, поэтому коробку, что она прислала, ей доставляли никак не совы, ведь даже целая стая птиц не смогла бы унести такую тяжесть. Как и полагается истинной подлизе, Фрейя не забыла и о сестрах Блэк, что явно заслуживали внимания. Для них она собрала самые лучшие платья и шелка с Парижской недели мод.

Весь вечер Софи был потрачен на эту коробку вещей. В слизеринской спальне начался настоящий показ. Нарцисса не любила какие-то подачки, считала, что она выше этого, но устоять перед этими драгоценными тканями прямиком из Франции не смогла. Тем более они были куплены именно для неё и для её сестры, так что можно считать это подарком на праздники. Правда, какие — уже совершенно другой вопрос. Что ж, Фрейе всё же стоит отдать должное.

— Андромеда, ты в этом платье как наша Белла, — крутилась у зеркала Нарцисса, разглядывая каждую складочку на новой мантии, и никак не замечала ниток на ней, будто сшита она и вовсе без них. — Будь у тебя волосы потемнее, я бы вас и вовсе не различила издалека! — обернулась к Софи и одарила её самой нежной своей улыбкой. Наверное, кому-то со Слизерина впервые посчастливилось видеть всегда горделивую Блэк такой. — Скажи, Софи, правда ведь похожи?

— Очень, — на белоснежном личике выступил румянец, Софи пыталась застегнуть ремешок на новых сапогах, но безумно волновалась, боялась повести себя при них не так.

За временем барышни уж точно не следили и разошлись по спальням ближе к полуночи. И если сестры Блэк довольно ушли спать, то Софи зажгла свечу в бронзовом подсвечнике и унесла её в гостиную, оставляла соседок в тишине. Перо скрипело, на бумаге вырисовывались формулы домашнего задание, о котором Маре напрочь забыла, пока мерила шелковую ночнушку. Потирать усталые глазки уже вошло в привычку.

Тишину, нарушаемую лишь скрежетом пера пронзил гулкий звук — песочные часы начали свой новый отсчет перевернувшись. Полночь. В гостиной кроме неё — никого. Можно было, конечно, расслабиться, откинуть глупое эссе и довольствоваться удовлетворительной оценкой, но, нет, Софи желала «Превосходно». Ещё через час, она еле доковыляла до своей кровати и упала на неё мертвым грузом не имея сил переодеться.

Проснулась только утром с головой закутанная в одеяло. Скинула его с себя. Жарко. В комнате темно, шторы задернуты, но соседок нет. Взглянула на часы, а там... Завтрак пропустила, да ещё и занятие началось. Спохватилась, как не в себе, впервые в жизни не причесалась, не умылась, как следует. Волосы наэлектризовались от подушки и торчали в стороны. По дороге завязала галстук — небрежно, как смогла, удерживая книги под рукой. Вбежала в кабинет, с силой распахнув дверь. Все взгляды направились на неё. Стыдно. Жар поднялся к щекам, попыталась пригладить волосы и от смущения опустила глаза в пол, так и не подняла их, пробираясь между рядами на самую последнюю парту.

— Мисс Маре, вы опоздали! — сквозь тихие смешки гриффиндорцев в её сторону произнес профессор.

— Простите, я проспала, — виновато протянула Софи, успев уже разложить всё нужное на парте, её волосы так и не смогли вернуться в нормальное положение, и выглядела она довольно потрепано.

— Ну что же, милочка, надеюсь, это первый и последний раз! — смягчился он от её вида. Может, другим он бы и не простил такой проступок забрав баллы, но для слизеринки, да ещё и лучшей ученицы, мог сделать поблажку. — Приготовьтесь варить зелье, я к вам сейчас подойду.

Готовка зелья для неё не составляла труда, но сидеть вдали от друзей оказалось совсем непривычно. Она видела их с другой стороны и впервые заметила, с какой нежность Северус смотрит на Лили. Он не смотрел так на других, только на неё.

На Эванс смотрел не только Северус. Как только об его голову ударился лирный корень, который, как успела заметить Софи, прилетел из рук Поттера, она поняла, что Лили в глазах друга совсем другая. Он не подал даже малейшего вида злости, а лишь поднял корень с земли и с помощью магии заставил его превратиться в цветок. Софи усмехнулась, а ведь Северус всегда относился к Лили с большим трепетом, даже любовью что ли. Хотя значения этому она не придавала, в голове уже закралась мысль о его симпатии. Пока Маре следила за ухаживаниями Снейпа, не заметила и поступков Блэка. Через весь кабинет, прямо к ней на стол прилетела бабочка из бумаги. Она всегда получала их от Сириуса, в то время как другим слизеринцам он дарил взорванный котелок или перья в волосах... Впрочем, Софи не опускалась до шалостей, ей было куда важнее сосредоточиться на учебе.

Ожидания Слизнорта насчет неё оправдались. Идеально сваренное зелье без лишних подсказок. Правда, она как пришла последней, так убежала первой.

К обеду Маре уже выглядела как подобает настоящей слизеринке: на мантии ни единого залома, голова высоко, взгляд свежий и высокомерный, но за ним пряталась всего лишь наивная Софи.

— Лили просила у тебя книгу о сушке цветов, — ковырял мясо в тарелке Северус. — Дашь её мне, я отнесу ей.

— Я могу и сама, — совсем без задней мысли ответила Софи, она была сейчас сосредоточена на листьях салата, изучала их прожилки.

— Нет, давай лучше я! — бросил взгляд на гриффиндорский стол Снейп и, замечая, как Джеймс накладывает Лили в тарелку картофель, злился. — Она забыла книги на зельеварении, не будем же ходить два раза.

Спорить Софи не стала — ей меньше хлопот. После обеда, когда отдавала книгу, заметила, что на лице Северуса появилась очень уж довольная улыбка. Вновь не придала этому значение. В голове внезапно всплыли те листья салата и книжка в библиотеке по особенностям растений по типу маггловской ботаники, но с волшебными растениями. Вот только Северус уже успел отдалиться. Он шагал так спешно, что Софи еле успела его догнать.

— Постой, — жадно ловила воздух она, бежала вдогонку. — Да подожди же меня! — кольнуло в боку, схватилась за живот рукой, но, несмотря на боль, ускорилась. — Arrête enfin!Остановись, наконец-то! — хрипловато крикнула Софи на французском, набрав побольше воздуха в грудь, раз уж Английский он не слышал. — СЕВЕРУС!

Услышал. Остановился. Дождался Софи, а она, аж румяная от спешки, схватила его под руку и только так зашагала обратно.

— Зайдем сначала в библиотеку! — сдула упавшую на лицо прядь Маре. — Возьму ещё одну книгу для Лили, отнесешь уже ей всё!

— А что она ещё хотела? — сжимал в руках и так уже достаточно тяжелую стопку книг Северус, он хотел быстрее увидеть свою Эванс, услужить ей, пока это не сделал кто-то другой.

Дверь в библиотеку открылась. Время час пик. У стола миссис Пинс собралась настоящая очередь желающих оформить себе книгу.

— Томик о цветоносных растениях, — перешла на шепот Софи и тянула его сразу к нужной полке, так задумчиво выглядывала интересующие её книги, что совсем не заметила пристальный взгляд Блэка на своей фигуре.

— О, и вы тут! — рыжели издалека волосы Лили, она уже успела сама найти нужную книгу и от этого лучилась улыбкой. — Вот это совпадение.

— Давай я понесу! — Северус моментально вырвался из рук Софи и встал возле Лили, настаивая на своей помощи. — У меня тут ещё книги, все твои, — выпрямил спину он, пытаясь показать, как ему легко нести стопку книг, хотя руки уже дрожали.

Лили не отказалась. Прибавила к башне ещё одну книгу. Северус шел возле неё, как покорная собачка, оставляя Софи позади. При виде Эванс он слишком сильно менялся, становился послушнее, нежнее, и Маре вовсе ощутила себя третьей лишней.

Многие, глядя на огненную гриффиндорку, успевшую всем понравиться и занудного слизеринца совсем не понимали, что их так сильно связывает. Хотели бросить насмешки, но держались, хотя наедине спокойно язвили: слизеринцы о чистоте крови Лили, а гриффиндорцы о подлости Северуса, да и многие уже успели привыкнуть к нему, как к «Нюниусу» из-за вечных издевок. И если большинство мирились с дружбой Лили и её чрезмерной добротой, то Джеймс уж точно этого не прощал.

Он вместе с Блэком последовал за ними. Никто не сомневался, что Сириус намеренно толкнул Снейпа, его довольное лицо служило самым большим доказательством. В серых глазах прыгали огоньки.

Глухой звук пронзил коридор возле библиотеки. Книги из рук Северуса посыпались на пол, открываясь на случайных страницах. Да и он сам еле удержался на ногах — таким сильным был толчок от Блэка. Поттеру не понравилась попытка Снейпа устоять на месте и он, без лишних угрызений совести, толкнул его сильнее.

— Уйди с дороги, Нюниус, — ухмылялся Джеймс, он не хотел допускать даже прикосновений к прекрасному цветку Гриффиндора, считал слизеринца слишком грязным даже чтобы стоять с Лили рядом. — От тебя воняет!

И если бы не удовольствие на их лицах, Софи злилась бы меньше. Она совсем не понимала, что служит такой ненависти в сторону Северуса, да и тело словно в шоковом состоянии застыло на месте. Сириус, с которым ей было так легко, сейчас не заслуживал дружбы, и от этого становилось совсем не по себе, ведь он ей нравился как человек. Позволить себе и дальше видеть в нем хорошее не могла, слишком уж сильно задело отсутствие совести в его поступке. Разрывалась между ними двумя и как бы не старалась найти оправдание для Блэка — не находила.

— Вы дураки! — кричала Лили им вслед, а Джеймс лишь скривил рожицу.

Северус неспешно собрал все книги. Старался выглядеть перед ней достойно, но внутри горел. Она их простит, конечно, ведь Поттер всегда крутится рядом, а он будет их ненавидеть дальше, глубже, сильнее. Северус не мог найти в глазах Лили полную поддержку, да и в глазах Софи её не было.

Кто бы знал, что именно в этот раз её спокойствие будет так нарушено. При одном лишь взгляде на Сириуса к щекам подступал жар злости, сменяясь к концу занятия на грусть. Мало того, что все общие уроки она находилась в таком рассеянном состоянии, что пергамент оказался исписан перечеркнутыми словами и каплями чернил, появившимися из-за слишком длительного пребывания пера над одной точкой. Ну не может Блэк быть её другом! И вроде бы такое обычное решение, но до конца его принять она не хотела. Бабочки, прилетевшие на парту с различными рожицами вместо узоров на крыльях, подливали масла в огонь. Сириус никогда не делал ей ничего плохого и имеет ли она право его ненавидеть? Хотелось бы поистине пропитаться к нему отвращением и не мучить себя, но это дурацкое личико с улыбкой и рука, машущая только ей с соседнего ряда, не позволяла этого сделать.